Слюдянка, хрестоматия

Вы здесь

Версия для печатиSend by emailСохранить в PDF

Фотоальбом

Автор: GorKroko
Автор: Сергей Несмачных
Автор: Валерий Панфилов
Автор: Richard Lozin
Автор: Richard Lozin
Источник: Panoramio (www.pаnoramio.com)
Автор: Richard Lozin
Автор: Koffыч
Источник: Panoramio (www.pаnoramio.com)
Автор: Dmitriy G. Kostin
Источник: Panoramio (www.pаnoramio.com)

Этот город – административный центр Слюдянского района Иркутской об- ласти. Он играет важную роль в формировании туристических потоков, поскольку через него проходят важнейшие транспортные пути: автомобильная дорога Иркутск–Улан-Удэ и Транссибирская железнодорожная магистраль. Слюдянку называют минералогической жемчужиной Прибайкалья. Музей «Человек и природа» с коллекцией минералов из разных стран мира (более 8000 экспонатов), музей Восточно-Сибирской железной дороги, музей старой железнодорожной техники под открытым небом. С коллекцией различных 454 минералов туристы могут познакомить- ся в частном минералогическом музее. В Слюдянке начинаются маршруты на пик Черского, к озеру Сердце, для сплавов по реке Быстрой.

Источник: Байкал: природа и люди : энциклопедический справочник / Байкальский институт природопользования СО РАН ; [отв. ред. чл.-корр. А. К. Тулохонов] – Улан-Удэ : ЭКОС : Издательство БНЦ СО РАН, 2009. – 608 с.: цв. ил.

Какой самый крупный поселок на Байкале?

Поселок Слюдянка. Он возник, вероятно, в XVII в., когда здесь было открыто месторождение слюды. Стал быстро развиваться в период строительства Транссибирской железной дороги, с конца XIX в. Городом стал в 1936 г. Появляются другие быстрорастущие города, такие как Байкальск, Северобайкальск.

Источник: Галазий Г.И. Байкал в вопросах и ответах. – Иркутск: Восточно-Сибирское книжное издательство, 1987. – с. 167

Первое упоминание о поселении людей в южной оконечности Байкала относится к 1647 г. Название Слюдянка получила от имени речки, в долине которой еще в XVIII в. были обнаружены залежи слюды (флогопита). В 1905 г. после прокладки Транссиба открылась железнодорожная станция. Здание вокзала - единственное в мире, целиком построенное из байкальского мрамора. Слюдянку заслуженно называют «минералогической жемчужиной Прибайкалья», здесь с XIX в. добывали слюду, а в настоящее время добывают мрамор. В долине Слюдянки сохранились старые шахты, из которых до сих пор любители минералов пополняют свои коллекции. С 1925 г. Слюдянка становится рабочим поселком. С 1936 г. - городом. В настоящее время в Слюдянке наиболее крупные из предприятий — железнодорожный узел, локомотивное депо, вагонное депо, карьер «Перевал», АО «Байкальский мрамор», фабрика обработки слюды. Население - 18,8 тыс. жителей. В 50-х гг. здесь началась разработка мрамора месторождения «Перевал». Достопримечательность его - голубой кальцит, интенсивно окрашивающий мрамор до сине-голубого цвета. Действующий и ныне карьер - основной поставщик сырья для производства цемента в Иркутской области. Запас мрамора на месторождении оценивается в 100 млн тонн (ежегодная добыча составляет - 1.5 млн т).

Слюда (флогопит) добывалась в Слюдянке до начала 70-х гг. и считалась лучшей в России. Добыча прекращена из-за снижения спроса. По долине р. Слюдянки сохранились шахты, в которых добывали флогопитовую слюду. В старых штольнях, по обоим бортам долины реки и на отвалах рудников, можно собрать хорошую коллекцию различных пород и минералов.

Источник: Волков, С. По Байкалу / Сергей Волков. – М. : АСТ : АСТ Москва, 2010. – 568 с.

В 1899 году на землях Култукского сельского общества была основана Слюдянка. Изначально Слюдянка создавалась как железнодорожный поселок. Именно здесь находились 1 и 2 участки Управления работ по постройке Кругобайкальской железной дороги, Байкальское отделение жандармского управления Забайкальской железной дороги. Из административных учреждений следует отметить Шестой полицейский стан и Пятый участок мировых судей.

В поселке имелся врачебный участок, который впоследствии стал больницей. Создание поселка не обошлось и без трудностей. Встала, например, проблема с землеотводом.

Будущему городу отводились земли из площадей, которые принадлежали с. Култук. И не случайно Главное управление Землеустройства и Земледелия сочло необходимым отметить, что «это должно быть произведено с тщательным соблюдением интересов этого селения, что диктуется в особенности тем обстоятельством, что по наделении с. Култук землею оно потерпит значительный материальный ущерб, лишив доходов от сдачи в аренду усадебных участков жителями поселка Слюдянка»1.

Вероятно, именно этой тщательностью можно объяснить тот факт, что земельные наделы Слюдянке, Култуку и Утулику были запроектированы только в 1910 году, а утверждены Поземельноустроительной комиссией только в 1911 году. Окончательно граница надела с. Култук была утверждена только в 1913 году, когда были поставлены межевые знаки с гербами. Между прочим, даже после этого земельный отвод поселку Слюдянка не был завершен. Подразумевалось, что поселок будет развиваться и когда-нибудь станет городом.

И действительно, границы самого поселка Слюдянка в связи с отводом новых земель постоянно менялись. 12 ноября 1904 года Управление государственными имуществами ставило в известность Иркутского военного генерал-губернатора, что оно сообщило култукскому Лесничему и иркутскому Исправнику предложение об объявлении местным жителям поселка Слюдянка, в том числе Култукскому сельскому обществу, «о новом, согласно проекту Управления по постройке Кругобайкальской железной дороги, изменении границ под станцию Слюдянка»2.

Любопытен и тот факт, что Управление Государственных имуществ было крайне заинтересовано, чтобы Слюдянка именно арендовала часть земель у Култукского сельского общества. Дело в том, что в Иркутской губернии эта арендная статья давала крайне ограниченные доходы. И не случайно директор департамента Государственных земельных имуществ Кублицкий обращал на это особое внимание. «Станция Слюдянка, – говорил он, – представляет из себя весьма желательный поселок в интересах увеличения доходности с арендных статей как привлекающий к заселению не местный элемент, а пришлый, как с Кавказа, так и из Москвы, из последней прибыло немало даже часовых мастеров, что доказывает весьма заманчивое положение поселка при станции Слюдянка, где с 1-го января 1905 году будет водворен полный порядок в правильности заселения, а также и его доходности и где всякий клочок земли, надо полагать, пойдет весьма высоко с торгов»3.

В Памятной книге Иркутской губернии на 1906 год в списке главных населенных пунктов Иркутской губернии уже значился по Иркутскому уезду посад Слюдянка с населением 5600 человек.

В Слюдянке действовало четыре училища Министерства народного просвещения. Одно из них принадлежало железнодорожному ведомству. Здесь была открыта прогимназия, работали 3 министерских школы, 3 железнодорожных школы, почтовая контора.

В 1904 году в Слюдянке открылось паровозное депо. В этом же году был сдан Слюдянский вокзал, возможно единственный вокзал в России, целиком построенный из байкальского мрамора. В 1905 году было открыто железнодорожное движение.

К 1914 году в городе насчитывалось 430 деревянных строений, 4 мануфактурных магазина, 6 бакалейных магазинов, 1 ренсковый погреб, 3 гастрономических магазина, 46 мелочных лавок, 8 мясных лавок, 4 кондитерских, 4 булочных и пекарни, 3 колбасных заведения, 1 трактир, 1 меблированные комнаты, 3 пивных зала, 4 постоялых двора, 9 столовых и чайных, 4 бани.

Анализ актов проверок Култукского сельского общества дает возможность узнать много интересных фактов из жизни сельского населения прибайкальского села. Обратимся к «Акту ревизии Слюдянского поселкового управления, произведенного Крестьянским начальником 3 участка Иркутского уезда», которая прошла в 1909 году.

Помещение управления и канцелярии понравились проверяющему своей просторностью и опрятностью. Должностные лица получали жалованье: староста – 600 рублей, писарь – 480. Полицейские стражники, которые заменяли десятских, получали по 360 рублей.

Поселковый староста все свои обязанности, касающиеся полицейской части, выполнял под руководством пристава 6 стана, все же остальные – общие – под руководством Крестьянского начальника. Кроме прямых обязанностей поселковый староста исполнял функции сборщика повинностей. Правда, делать взыскания на злостных неплательщиков налогов и сборов он не мог, а обязан был написать докладную Мировому судье, который и принимал решения.

В 1908 году местную власть представлял староста, выходец из крестьян Вятской губернии Петр Петрович Самойлов. Кандидатом от крестьян был выходец из Минской губернии Антон Михайлович Кунцевич. А вот поселковый писарь был из ссыльных – усольчанин Василий Александрович Синицын. Давая характеристику поселковой «тройке», проверяющий записал: «Поселковый староста Самойлов вполне на своем месте, грамотный, трезвый, постепенно осваивается со своими служебными обязанностями, так как служит первый год. Помощник его Кунцевич, грамотный, но не особенно распорядительный. Поселковый писарь Синицын старый опытный сельский писарь...»4

Основная часть населения Слюдянки не занималась сельским хозяйством, и потому поселку были отведены лишь усадебные и выгонные угодья общей площадью 2734,68 десятин удобной земли и 99,09 неудобной. Такой порядок набора земель для Слюдянки соответствовал указаниям Главного управления имуществ и земледелия. И хотя были соблюдены все законы и инструкции, административное устройство Слюдянского поселка находилось в прямой зависимости от устройства его в земельном отношении. Дело в том, что еще 13 июня 1906 года иркутский губернатор обратился к иркутскому Военному генерал-губернатору с предложением учредить в Слюдянке городское общественное управление на началах Городового положения 1892 г. По мысли Иркутского губернатора, именно оно более всего соответствовало бы условиям и характеру жизни Слюдянки. Для этого нужно было привести в соответствие и земельные наделы железнодорожного поселка. По российским законам, при обращении селения в город последнему отводилась выгонная земля по соглашению Министра внутренних дел и Главноуправляющего Землеустройством и Земледелием.

В 1912 году этому делу был дан новый ход: летом губернской администрации был представлен проект отвода земель поселку Слюдянка. И центральная, и местная власти были единодушны: в Слюдянке желательно введение упрощенного городского общественного управления с преобразованием поселка в «город Слюдянку, так как по количеству (4072 души обоего пола), сословному составу и роду занятий населения поселок этот, имеющий в настоящее время характер городского поселения, в будущем, в силу естественно-географических условий: близость многих полезных минералов (слюды, белой глины, алебастра, мрамора) и удобства сбыта их по прилегающим к поселку железнодорожному и водному путям – неизбежно должен шириться и развиваться»5. 23 ноября 1914 года Николай II подписал Положение «Об устройстве общественного управления в железнодорожных и торгово-промышленных поселках Азиатской России». Отметим еще раз немаловажную деталь: инициатором данного вопроса стал иркутский генерал-губернатор. В «Особом журнале Совета Министров» от 8 ноября 1914 года читаем: «С проведением железных дорог связывается обыкновенно постепенное образование в бойких пунктах, особенно около железнодорожных станций, более или менее крупных торгово-промышленных поселков. Возникновение таких поселений последовало также в районах Сибирской и Забайкальской железных дорог, по преимуществу на землях, находящихся в фактическом пользовании местных крестьян.

Ввиду принадлежности водворившихся в означенных поселках лиц к разным сословиям, лица эти не могут образовать ни городского, ни сельского общества, вследствие чего указанные поселки, из коих многие значительных по численности населения, остаются без какого-либо управления. Озабочиваясь введением во вновь возникших населенных местах надлежащего благоустройства, иркутский генералгубернатор возбудил вопрос об организации… в железнодорожных и других городского типа поселках вверенного ему края сельского общественного управления на основаниях, установленных для переселенческих поселков, вверив ближайшие заботы об этих поселениях местным крестьянам и переселенческим учреждениям»6.

Министр внутренних дел, поддержав иркутского администратора, расширил действие Положения на ряд других генерал-губернаторств. Но если в Тобольской, Томской губерниях и Тургайской области вводить сельское общественное управление оставалось прерогативой Министра внутренних дел, то в Иркутской, Степной, Туркестанской губерниях это право отдавалось на усмотрение генералгубернаторов.

Иркутский генерал-губернатор был против механического перевода возникших поселков при железнодорожных станциях, поскольку поселки Иннокентьевский, Слюдянка, Зима, Тулун, Тыреть и Аршан «образовались много лет тому назад, общественная жизнь в них так или иначе сложилась и общественное управление регулируется особой инструкцией, утвержденной генерал-губернатором, предоставляющей право поселковым жителям, между прочим, собираться на сходы, устанавливать сборы на общественные нужды и вообще заведовать поселковым хозяйством. Точно также установилось в том или ином виде и земельное обеспечение означенных поселков, причем, некоторые из них арендуют у соседних крестьян нужные им усадебные и выгонные участки всем обществом, а не по отдельности каждым поселковым жителем, благодаря чему создались определенные правовые отношения между обществом и поселянами. Кроме того, некоторые из поселков затронуты уже и землеустройством.

Поскольку занимаемые поселками земли выделены в единственное распоряжение казны, в недалеком сравнительно будущем открывается возможность ввести в этих поселках упрощенное городовое положение и вместе с тем обеспечить землепользование их на твердых законных основаниях»7.

В Государственном архиве Иркутской области хранится документ под названием «Сведения, необходимые для введения в поселке Слюдянка Иркутского уезда упрощенного городового положения». Он в чем-то похож на данные, которые собирались в XVIII веке Академией наук России об Иркутске.

Вопрос – ответ, вопрос – ответ… «– В чем отражается его городской характер? – а) в обращении в личную собственность доходности, извлекаемой от торговых предприятий и других оброчных статей; б) в усилении полицейской стражи так как теперешний состав ее (2 городовых, 1 полицейский урядник и 1 частный пристав) не может удовлетворить нужды поселка в защите личной безопасности; в) в сформировании медицинского персонала, за отсутствием которого поселок страдает без помощи; г) В сформировании самостоятельной пожарной команды и пожарного устройства»8.

В этом же документе имеются сведения и относительно состава населения Слюдянки.

Принадлежность населения Слюдянки к конфессиям в начале ХХ в.

 

Национальный состав населения Слюдянки в начале ХХ в.

 

По сословному происхождению население Слюдянки состояло из 15 дворян, 60 мещан и 4785 крестьян. Всего постоянно проживающего населения в Слюдянском поселке насчитывалось 1336 человек.

Статистические данные за 1903 год свидетельствуют, что на территории, которая входила в Тункинскую волость, отдельная группа населения занималась извозом, занятие которым было довольно распространено в Сибири. Как следует из отчета, в 1903 году рыбным промыслом занималось 18 человек, ими было добыто 700 пудов рыбы на сумму 2100 рублей. 20 человек занималось звероловством, они заработали 800 рублей. Плотничеством занималось 10 человек, заработавших 100 рублей. Кузнечным делом – 20 человек (200 рублей). Смолокурением – 10 человек (100 рублей). Выделкой кирпича – 4 человека, они заработали 200 рублей. «Ведомость о количестве домохозяев Слюдянского поселка и распределения по сословиям и роду занятий» уточняет сведения о социальном составе населения в частности Слюдянки и занятиях ее населения. В 1903 году в поселке насчитывалось 243 домохозяев. По сословному признаку жители распределялись следующим образом:

 

В хозяйственном обороте жителей всей Тункинской волости находилось: лошадей – 4080, рогатого скота – 5120 (из них коров – 3320), овец – 2280, свиней – 1400 , коз – 120.

В Тункинской волости Иркутского уезда компактно проживало казачье население. Всего в Иркутском округе, к которому относились жители Тункинской волости, казаков проживало в 1893 году – 2554, в 1894 – 2425, в 1895 году – 2405 душ обоего пола.

Большая часть казачества относилась именно к Тункинской, пограничной с Монголией волости. У казаков Тункинской волости считалось во владении 337 десятин усадебной земли, 1554 десятины пахотной, 2368 – лугов и сенокосов и неразработанной удобной земли в 2108 десятин, лесов – 7945 десятин. Имелась и неудобная неразработанная земля в количестве 15291 десятины. Кроме службы, занимались казаки и хлебопашеством, скотоводством, очень редко рыбной ловлей и охотой.

Население Слюдянки, «которое занималось торговлей и промышленностью в довольно широких операциях, звероловством и рыболовством, мастерством: слесарным, кузнечным, машинисты, помощники их, кочегары и проч. железнодорожники, служащие, имеющие в поселке свои дома, чернорабочий класс» – «все население зажиточно в среднем, богатство населения поселка заключается преимущественно в деньгах»9.

Общественное управление было введено 30 апреля 1916 г. «Ревизия» населения и земель дала следующие сведения: к апрелю 1916 года в Слюдянке проживало 5109 человек, из них 2673 мужчин и 2436 женщин. Поселок занимал 2836,77 десятин земли.

Город должен был соответствовать определенным принятым стандартам. И нередко формирование его инфраструктуры шло «насильственными» методами. 13 ноября 1911 года специальная комиссия осматривала в поселке местность, которую решили отвести под базарную площадь. В специальном акте указано: «Осмотренная местность состоит из двух частей: большей, расположенной между улицами Байкальской и Большой, шириной около 20 саж., и меньшей, находящейся по другую сторону Банного проулка и представляющей собою по площади приблизительно третью часть первой. На большем участке находятся постройки нескольких лиц…

Таким образом, осмотренная местность представляет собою незначительную площадь, если принять во внимание, что на ней придется устроить около пятнадцати балаганов (по числу имеющихся ныне), что устройство их по данной величине площади без нарушения Строительного устава невозможно, что тут же необходимо место для проезда не менее, согласно Стр. устава, 10 саженей, что, кроме того, нужно место для возов с продуктами и помоста, – то следует признать, что данная местность для устройства базара является недостаточной. Кроме того, принимая во внимание уклон площади к Байкалу и незначительное от него расстояние (не более 50 саженей) нужно признать неизбежным загрязнение почвы площади, всего уклона и вод Байкала при скоплении людей и животных, каким сопровождается торговля на базарной площади»10. 22 февраля 1912 года состоялось очередное совещание по «базарной проблеме», которое признало, что в Слюдянке другого места для этой цели нет. Какой же город без базара? На беду жителя Слюдянки Г.А. Феликса, на этом месте стоял его дом. Феликс писал иркутскому генералгубернатору: «Я же, не предвидя такого случая, купил этот дом с торгов, вбил в него последнюю копейку и теперь при сносе его должен окончательно разориться…»11

Знакомясь с историй населенных пунктов юга Байкала, можно сделать вывод, что все они возникали в процессе хозяйственного освоения побережья озера. Первостепенную роль в этом играла прокладка новых дорог. Образование первых населенных пунктов шло классическим путем: государственный тракт – почтовая станция – селение. Мы видим, что в данной местности заглавную роль в освоении территории играло все-таки государство.

Это было связано прежде всего с крупными затратами, необходимыми для строительства и ремонта дорог, проведения железнодорожного пути, содержания почтовых станций и т.п.

Население Слюдянки, как и большинства прибайкальских городов, сел и деревень, в той или иной степени принимало участие и в революционных событиях ХХ века. Начиная с марта 1917 года, в Слюдянке проходили стихийные митинги и демонстрации, в иллюзионе Нетупского собирались толпы людей, выступали с речами и призывами, был создан Комитет общественных организаций, который при отсутствии реальной власти пытался взять управление городом под свой контроль. Как вспоминал А.Д. Кулехов, «многочисленный комитет заседал ежедневно. Повестка дня нарастала от «вчерашних остатков». Председательствовал начальник участка связи Е. Гаевский.

По каждому вопросу все хотели говорить. Оживленные прения развернулись по вопросам о сохранении порядка в поселке, о создании милиции, о приеме дел от жандармов. «Благоразумные» высказывали мысль, не лучше ли подождать указаний из Иркутска… Более демократические члены комитета, особенно Куницын, сообщая о распространявшихся слухах, что жандармы попрятали оружие, настаивали на необходимости в первую очередь изъять у них секретные дела. Долго топтался комитет, пока решился послать комиссию с обыском.

Комиссия доложила, что никакого оружия не нашли, а из секретных дел принесли ничего не значащие бумажки. Члены комиссии также передали, что полковник Проворотов был очень вежлив, предупредителен, открыл даже свои уже упакованные чемоданы, так как по приказу из центра он должен был отправиться в действующую армию…»12

Потянулись с каторги и ссылки политические заключенные. Слюдянка видела Спиридонову, Фиалку, Александровскую. Встречали их с нарисованными портретами, цветами. Каждый приезд известного политзаключенного сопровождался митингами и демонстрациями: «В Слюдянку прибыли агитаторы. В депо поставили два столика, один против другого, и стали записывать в партию, кто куда желает. Вступительный взнос – один рубль»13.

Как известно, с 8 декабря 1917 года в Иркутске шли бои красногвардейских дружин с правительственными силами, в качестве которых выступали юнкера, офицерские части, казаки. В городе происходили самые настоящие военные сражения, которые продолжались до 17 декабря. Большевиками победа была одержана в ходе очень ожесточенных столкновений. По решению ЦИК Советов Сибири было принято решение о проведении национализации Ангарского, Байкальского и Селенгинского пароходств. По воспоминаниям очевидцев, большинство судов, за исключением ледоколов «Байкал» и «Ангара», требовало серьезного ремонта.

Весной 1918 года в Сибири начались выступления частей Чехословацкого корпуса. Образовался так называемый Нижнеудинский фронт. Белогвардейские части наступали на Иркутск. В этот период по заданию Центросибири на станции Култук работала группа военных специалистов: они создавали укрепления на подступах к Култуку и Слюдянке, куда наступали белочехи. «У «Синего камня», недалеко от Култука, на Иркутском тракте коммунист Бевзе, сапер германской войны, сооружал «по всем правилам» окопы с ходами сообщений, с гнездами для пулеметов. Для земляных работ мы сняли с Утуликского балластного карьера 600 рабочих китайцев, направив их в распоряжение Бевзе.

Большую трудность представляла организация подвоза продовольствия и боеприпасов к позициям. Для этой цели я, как полномочный представитель дороги, и Куницын, как представитель Советской власти, разрешили снять с застопоренных фронтом поездов, шедших из Владивостока и Харбина, закупоренные в ящиках автомобили. Наскоро организовали под руководством шофера М. Змановского сборку и пуск в ход этих «оверландов». Машины оказались слабыми и только еле-еле, да и то задним ходом могли подниматься на гору к «Синему камню»14.

В июле Слюдянка перешла на военное положение. Все увеселительные заведения были закрыты. Култук и Слюдянка принимали и расквартировывали отступающие части красноармейцев.

Все суда Байкальской флотилии большевики использовали в военных действиях. Так была сформирована Байкальская флотилия Прибайкальского фронта, судьба которой оказалась трагической: практически все ее корабли, включая ледокол «Байкал», были позднее уничтожены, что было немудрено. Суда не были приспособлены к военным сражениям.

Достаточно сказать, что все вооружение их составляла шестидюймовая мортира с 11 снарядами, две трехдюймовки и четыре станковых пулемета. Мортира, по воспоминаниям очевидцев, не могла даже вести прицельный огонь. «Бронировали» суда путем обкладки корпусов мешками с песком.

А пока военные действия на Байкале не начались, оба ледокола загрузили различными материалами, горючим, смазкой, инструментами, продовольствием и вывели на Байкальский рейд. Здесь же, в Лиственничном, на корабли погрузились отряды Каландарашвили и Блюменфельда, которые были доставлены к станции Култук.

Бои шли с переменным успехом. У Выдрино, на реке Панькова, белочехов разбили, и они отступили в тайгу к станции Мурино. Наступавшие в итоге оторвались от главных сил, попали в окружение и потеряли много людей. Впоследствии красногвардейские отряды отошли к Слюдянке, где приняли очередной бой. По мере отхода красногвардейские отряды взрывали мосты и тоннели. Пострадала и Кругобайкальская железная дорога. 17 июля на станцию Слюдянка прибыл поезд главковерха Центросибири Голикова со штабом.

Уже 19 июля произошли первые столкновения белых и красных. Наступавшие с Иркутска белогвардейцы легко заняли окопные оборонительные сооружения.

В этот же день ночью подошел на помощь красногвардейцам ледокол «Ангара», стали прибывать части кавалерии Нестора Каландарашвили, отряды Красной железнодорожной гвардии. Шло самое настоящее сражение, исход которого был предопределен. У наступавших имелся опыт, вооружение и значительные силы. 23 июля красноармейцы оставили Слюдянку. Фронт переместился в район Танхоя, потом к станции Мысовая. По планам центросибирцев, под станцией Посольская было решено дать генеральное сражение белочехам. И действительно, последние понесли большие потери, был убит заместитель генерала Гайды, главнокомандующего чехословацкого корпуса, полковник Ушаков.

Вот что писал один из участников событий Д.С. Шилов: «26 июля советские части на Байкальском фронте во главе с героическими курсантами Иннокентия Сибирякова, поддержанные читинским бронепоездом, которым командовал Путятин, под общим командованием Хлебникова перешли в наступление и в штыковом бою опрокинули чехов и белых и погнали их на запад к станции Мурино.

Офицерские белогвардейские 2-й и 3-й Томские полки полковника Ушакова были разбиты наголову. Были захвачены станции Мурино и Утулик, взят в плен штаб 2-го Томского полка, захвачено 2 орудия, 9 пулеметов гранаты и пр.»15.

Но силы таяли. Подкрепление иссякло, оружия и техники не хватало. В сражении под Посольской полегли в страшных боях защитники байкальских высот. Белочехи и белогвардейцы получили выход к Верхнеудинску. Историки большевизма констатируют, что к маю 1919 года в Слюдянке, на станции Байкал, на судоверфи в Лиственничном были сформированы коммунистические организации. Тогда же губком установил с ними связь. Это был период подпольной деятельности большевиков в районах Южного Прибайкалья, где в этот период действовали органы колчаковского режима. В мае «связной губкома С. Малышев на собрании в огороде у П.П. Колпакова в трех километрах от Слюдянки, где присутствовало 25 членов организации, информировал собравшихся о положении дел в Советской России и в иркутской партийной организации, передал задание губкома об изыскании средств для посылки связных в Москву, сообщил пароль и явочную квартиру в Иркутске.

Несколько дней позже в Слюдянку выезжала связная губкома З.Н. Шахматова. Она доставила подписные листы для сбора средств в помощь политзаключенным и передала задание губкома достать как можно больше паспортов. Слюдянский комитет собрал 6 тысяч рублей и около 200 паспортов. Для диверсий на железной дороге Ф.К. Дмитриев и Е.Д. Бузгина доставили из Иркутска в Слюдянку два пуда динамита, но воспользоваться им не удалось, так как назначенный Слюдянским комитетом для организации взрывов слесарь депо К. Пупышев в августе 1919 года был арестован»16.

Вообще, складывается впечатление, что слюдянские большевики играли не последнюю роль в восстановлении в губернии большевистской власти.

Они участвовали практически во всех тайных и легальных сходках большевиков, где обсуждались планы захвата власти. Так, они работали на тайной Иркутской общегородской партконференции 1 августа 1919 года, где вырабатывались конкретные задачи и планы по восстановлению Советской власти, материально помогали руководящей верхушке: нередко тайно продавали имущество предприятий, а вырученные средства шли в партийную казну. Так было с паровыми котлами с Лиственничной судоверфи.

В 10 километрах от Слюдянки, на горе Комар, за бывшей Мещеряковской мельницей, местные большевики устроили базу для красногвардейцев, которые после разгрома скрывались здесь от колчаковской контрразведки. Более того, часть людей была освобождена из так называемых «эшелонов смерти», которые колчаковский режим гнал в Забайкалье, где большевиков и сочувствующих им ждала смерть. 27 спасенных были снабжены всем необходимым – документами и деньгами – и впоследствии участвовали в подготовке восстания на судоверфи в Лиственничном.

Накануне 1920 года слюдянские большевики решили с оружием выступить против колчаковских органов власти в городе, а уже 8 января 1920 года большевики Слюдянки вышли из тайги организованным вооруженным отрядом, объявили запись добровольцев, после чего численность отряда возросла до 400 человек. Председателем партийного комитета Слюдянки стал Г.А. Ржанов, который впоследствии в Иркутске редактировал газету «Власть труда».

Итак, в начале 1920 года в Иркутском уезде была восстановлена советская власть. Приказом комиссара отдела Советского управления Иркутской губернии от 10 февраля 1920 года в правах председателя Иркутского уездного Совета крестьянских депутатов был восстановлен Борисовский. С этого момента власть в уезде перешла к временному исполкому Совета крестьянских депутатов. В воззвании к крестьянам Иркутского уезда Борисовский писал: «Не забывайте, что создание органов вашего Управления, защищающего интересы трудового крестьянства, зависит от вас самих. Теперь нет места бездельникам, теперь никто не может уклониться от участия в общей работе по устройству порядка в деревне. Но не забывайте, что кроме вооруженного врага, винтовкой и гранатой ведущего борьбу, чтобы отнять добытую слезами и кровью народную власть, есть еще притаившаяся среди вас, трудящиеся крестьяне, свора деревенских кулаков и прихвостней буржуазии. Они не перестают вести коварные речи, пытаются помешать новому делу…»17

К конкретным примерам сословно-классовой борьбы можно отнести изъятие в 1922 году церковных ценностей из Слюдянской церкви. Как следует из документов, «изъято два серебряных сосуда с принадлежностями, один напрестольный крест, одно серебряное кадило, три иконных ризы, общий вес изъятого составляет 10 ф. 36 золот. серебра»18.

Атмосфера напряженности и тревоги явно нагнеталась. Каждый раз праздник Красной Армии, международные пролетарские праздники обставлялись декларациями о недремлющих врагах, об империализме, мечтающем задушить республику, о внутренних классовых врагах.Интересен приказ по войскам Слюдянского гарнизона от 21 февраля 1922 года в связи с четырехлетием Красной Армии. Оказывается, в Слюдянке был расквартирован 227 Владимирский Стрелковый полк и 16 железнодорожный полк. Внушительная военная сила для небольшого городка! И вся эта военная мощь должна была выйти 23 февраля на площадь Парижской Коммуны. Судя по приказу, украшая город, средств не жалели. А буквально через несколько месяцев, заслушав отношение лечебногоспитального подотдела губздравотдела постановили: «Ввиду того, что организация фельдшерского пункта в поселке Слюдянка и содержание такового сопряжено с производством значительных расходов, от организации сказанного пункта воздержаться… » 19

Как всегда, денег хватало только на мировую революцию…Классовая борьба в том понимании, какое в нее вкладывали большевики, и в Слюдянском районе шла непрерывно. Чтобы почувствовать атмосферу тридцатых, обратимся к документам: «Бывший партизан Варченко – заслуженный партизан, примерный производственник, в настоящее время болен. Предоставить бесплатно лечение на один месяц и выдать единовременно дифтоваров на сумму 50 рублей.

Штольвин – бывший партизан, старик, работает в сапожной артели. Премировать дифтоварами на сумму 30 рублей.

Горшкова – инвалид, жена убитого партизана и мать убитого в бою против белых. Выдать дифтоваров на сумму 30 рублей.

Слушали: Дело о восстановлении в избирательных правах Ядрышкиной Марии, проживающей в с. Тибельти.

Постановили: На основании инструкции о выборах в Советы гр-ку Ядрышкину в избирательных правах восстановить.

Слушали: О восстановлении в избирательных правах гр-на поселка Слюдянка Еникеева Хариса.

Постановили: Принимая во внимание, что гр-н Еникеев имел личную торговлю до 1927 г. и в настоящее время занимается полезным трудом, восстановить Еникеева и жену его.

Основание: Постановление в газете «Известия» от июля месяца 1931 года».

Позже, во время массового раскулачивания, различных чисток, стать врагом народа можно было очень просто. Вот типичные примеры: «Выписка из постановления заседания Президиума Слюдянского райисполкома.

Протокол 36 от 2 ноября 1937г.

Слушали: О зав. РОНО Балабановой Н.М.

Постановили: Зав. РОНО Балабанову Нину Михайловну с работы снять и вывести из состава членов президиума Райисполкома ввиду бывшей связи, т.е. посещения ее семьи врагом народа Разумовым и поездки по приглашению в гости к врагу народа Разумову.

Пред. РИКа Скуденков.

Выписка из постановления от 2 ноября 1937г.

Слушали: О бухгалтере Р. Данилове.

Постановили: Снять с работы бухгалтера Раизо Данилова, т.к. Данилов имеет жену – дочь кулака раскулаченного, дядю раскулаченного, с которыми имеет связь, а поэтому он не может работать в аппарате Райисполкома. Пред. РИКа Скуденков» 20. (Для полноты картины остается добавить, что «враг народа» товарищ Разумов еще совсем недавно был первым секретарем Иркутского обкома партии.)

Обратимся ещё к одному показательному примеру. Поселок Выдрино. Заседание местного Совета. 9 августа 1929 года. Повестка дня «О выяснении вопроса о причислении гр-на Коновалова Якова к явному кулацкому элементу». Далее цитируем протокол: «Заслушав информацию т. Белобородова о причислении гр-на Коновалова к кулацкому элементу, общее собрание констатирует, что гр. Коновалов эксплуатации наемного труда не имеет, за исключением: содержит прислугу, учитывая нетрудоспособность его жены при наличии 4 малолетних детей, а также его службу в должности лесообъездчика, а также временно гр. Коновалов в период сенокоса на день, на два нанимает одного человека в помощь себе, равно куплей и продажей с целью наживы гр-н Коновалов не занимается, считать гр. Коновалова, имеющего в хозяйстве 2-х лошадей, 1 корову 6 лет, 1 телку 2-х лет и 1 от 1 года и посева овса 1049 кв. сажень, картофеля 633 кв. сажень и заливного покоса 2,25, – середняцким хозяйством.

Постановили: Просить Районную налоговую комиссию об отмене своего постановления в отношении Коновалова о причислении к кулацкому хозяйству»21.

А потом: «От 1931г. сентября 21.

Я, председатель Утуликского с/совета Василевич Устин, составил настоящий акт в том, что жена кулака Коновалова Якова Матрена Коновалова продала тайным путем разные вещи, которые скрыла от общей описи, о чем подтверждают свидетели Тыклин Николай и Помазкин Иван. Скрыты следующие вещи:

Капканов для ловли соболей – 40 штук

Черная собачья доха – 1

Зимнее мужское теплое пальто – 1

Черный романовский полушубок – 1

Призматический бинокль – 1

Шапка беличья – 1

Шапка каракулевая – 1

Овчинное теплое одеяло – 1

Сала нерпового было – 3 бочки

Полный кузнечный инструмент»21.

А вот и справка, по которой Яков Семенович

Коновалов «действительно работал на ж/дороге с. Выдрино в качестве ремонтного рабочего с 1915г по 1 апреля 1918 г. Уволился по собственному желанию».

А вот другая, из которой ясно, что «с 1920 года он занимался охотой и работал на лесозаготовках, а скупкой и продажей соболей не занимался и эксплуатации наемного труда не было и подрядами никакими не занимался», в чем и удостоверял Уполномоченный Танхайского с/совета при станции Выдрино Романов.

А вот организации, в которых состоял Коновалов:

Красный Интернационал Профсоюзов.

Центральный Совет Профсоюзов СССР.

Профессиональный Союз работников Земли и

Леса СССР.

Ирк. Областной Губ. Отдел.

В профсоюзном билете за № 5519 значится, что Коновалов Яков Семенович, рожд. 1888, умеющий писать и читать, по профессии чернорабочий.

Вступил в профсоюз в 1925 году»23.

Дело получило неожиданный оборот, когда оказалось, что все обвинения на Коновалова «сыпались» со стороны секретаря Утуликского исполкома Помазкина, который подделал документы и таким образом приписал Коновалову сокрытие двух лошадей. Самого Помазкина вскоре за пьянство и неправомерные действия с работы уволили. Впрочем, точку в этой истории ставить оказалось рано.

14 июня 1931 года от крестьянина деревни Снежная Тыклина Сергея Степановича в исполком поступило заявление-донос следующего содержания: «Настоящим заявляю сельсовету в том, что проживающий в одном со мною поселке гр. Коновалов Яков Семенович, последний покупал у меня пушнину по семь соболей в 1919 году и до 1930 года имел годовых прислуг и наемных работников, которые работали у него на порубке леса, на доме, где и лес возил от него лично я сам на 2-х лошадях и при уборке сенокоса имел постоянных работников.

Занимался скупкой ягод каждый год, и в 1929 году он купил у меня 18 пудов ягод по 6 рублей и продал их в гор. Иркутске по двадцать рублей, при этом он сам лично мне говорил, что расстреливал красноармейцев в своем огороде на картошке. Тайно содержал отцовских лошадей из гор. Иркутска, которые не записывал в объекты обложения, в настоящее время в 1931 году при записи укрыл телку стельную по 3-му году и продал ягод в гор. Иркутске 30 пудов, которые возил его отец, ягоду продал на базаре по 50 рублей в нынешнем году, продавал Союзу одного соболя 280 рублей и три соболя увез в гор. Верхнеудинск, которые продал за 900 рублей. Служит в настоящее время объездчиком и с казенной винтовкой охотился на нерпу в 1931 году и убил 10 штук нерпов и сало никому не сдавал. В 1930 году купил в союзе сетевых ниток 20 фунтов, из ниток ему вязали сети граждане Мурино Бобова Наталия, Кобанова Христина и в Выдрино Татарникова Домна, но в настоящее время все сети укрыл.

Ранее он был крупным спекулянтом, имел по 20 человек рабочих, плавил лес для продажи в гор. Иркутск и занимался мануфактурой. Скупал и продавал ее. В 1929 г. со мной охотился. Мы добыли 3 соболей с ним, но он одного сдал в союз, а двух соболей настаивал продать на рынке. Но я настоял, чтобы он сдал их в союз. Согласно моего заявления могут подтвердить гражданин Тыклин Никита, член партии, в чем и подписываюсь июня 14 1931 года»24.

Мы не знаем, чем закончилось это дело, впрочем, нетрудно догадаться, какая судьба ждала Коновалова после такого доноса.

А вот заявление крестьян поселка Утулик Утуликского сельсовета Пермякова Ильи и Василия, Сороковикова Кондратия и Иннокентия, Пермякова Антона и Демида от 10 мая 1930 года следует привести целиком, сохраняя правописание и стиль авторов. В этом заявлении трагедия тысяч и тысяч байкальских семей, трагедия новой власти и государства. «Просьба. Нами было подано Заявление с ходатайством о восстановлении нас права голоса и восстановить нас середняками а не кулаками, и с того времени нам ни чего неизвестно, мы просили Иркутским исполком обратить внимание на наши просьбы, так как по директивам правительства мы раскулачены неправильно, мы же крестьяне не земледельцы, никаких сельскохозяйственных машин не имели, эксплуатацией постоянно батраков у нас не было иногда лишь при ловле рыбы приходилось нанимать в помочь человека на сезон один месяц, но это не говорит зато, что мы имели постоянных батраков, мы крестьяне специалисты по охоте и рыбному промыслу. За нынешний сезон охоты на нерпу мы приносим благодарность райисполкому, что нам разрешили в 1930 году охотиться и мы в настоящее время без всяких батраков своими трудами убили 94 штук нерпов, теперь мы Государству можем сдать около 150 пудов нерпова сала и шкуры. Думаем, что хотя это и небольшая помощь но все же для нашего государства.

Мы не имели по одной лошади и по коровы полагаем, что не как не должны подходить к кулакам, тем более мы всегда шли навстречу советской власти облигации покупали всех займов которые у нас имеются в настоящее время, покупали лотерейные билеты Осоавиахима. В 1920 году мы партизанили на Капеля забрали в Мурино отряд бежавших бандитов, где рискуя жизнью один из нас Пермяков Демид дезертировал от призыва Колчака скрывался в лесах весь 1919 год. Теперь нас раскулачили и мы остались нищими благодаря нашей специальности и если нас восстановят середняками мы опять с усердием возьмемся за свои охотничий рыбацкий труд и можем принести пользу нашему Государству если бы нас не лишили нашей специальности. Мы полагаем, что наше советское правительство обращает внимание на крестьян специалистов. Мы же не какого вреда окрамя прибыли не приносили Государству, и в будущем надеемся для пользы нашего государства и всегда оправдаем доверие. В настоящее время на нас враждуют окружающие: нас наши односельчане, что всегда больше их имели добра, но кто ж тут виноват, что они слабые по труду и по специальности. В настоящее время они такой же артелью с хорошими ружьями убили 15 или 20 нерпов, а мы 94 с плохими ружьями, так как хорошие у нас отобрали, но сезон еще не кончился может будет удачно мы еще сделаем добычу. При жизни новой экономической политики мы старались приобрести где за кредит, где за деньги принадлежности, ведь это все при нашем труде и специальности для пользы нашего государства. Дети наши любят строй советской власти им так же нехотится отстать от жизни пионеров. Ввиду всего изложенного просим иркутский райисполком не оставить нашей просьбы и ответить на наше ходатайство и восстановить нас середняками и вернуть нам право голоса. А так же вернуть нам наши жилища и наш скот, в будущем мы также можем коллективизироваться, в настоящее время нам надо сеять картофель и мы не знаем где сельсовет нам во всем отказ и в будущем наше симейства может остаться без картошки. В чем и подписуемся Пермяков Василий, Сороковиков Кондратий, Пермяков Антон неграмотные. За них и за себя расписались Д. Перямков, Пермяков Илья, Сороковиков Илья. Май 10 дня 1930 г.»25.

Итак, что ни заседание райисполкома, то констатация: артель, леспромхоз, мастерская «засорены чуждыми элементами». Этим объяснялись бесконечные промахи представителей власти, все неудачи и элементарное разгильдяйство и воровство. Зато лихо формировали комиссии по разделу кулацкого имущества, конфискованного в ходе очередной кампании.

Грабили одних и давали льготы другим. 27 августа 1931 года Президиум Слюдянского райисполкома утвердил дополнительные льготы местного значения для бывших партизан и красногвардейцев: во всех парикмахерских, магазинах, кино и учреждениях отныне партизан и членов их семьи принимали без очереди, билеты в кино продавали с 50% скидкой.

Подводя итоги работы за 1924 год, предисполкома Чередов сообщал: «Настроение населения по отношению к Соввласти благоприятное. Указанное объясняется большой работой местных партийных, профессиональных организаций. Винокурения в поселке Слюдянка нет, пьянство за последнее время замечается. В особенности пьянство сильно развито на Стекольноделательном заводе, которое в последнее время заставляет обратить особое внимание. Предметом пьянства является спирт, провозимый контрабандным путем паровозными кондукторскими бригадами и отдельными гражданами поселка с гор. Верхнеудинска»26.

С 10 по 25 мая 1932 года в Слюдянке было объявлено о проведении обязательной прописки. При этом взимался обязательный сбор: с рабочих, служащих, крестьян и объединенных кустарей – 25 копеек, с прочих лиц с нетрудовыми доходами – 5 рублей, с лиц свободных профессий – 3 рубля.

Нетрудно догадаться, что одной из целей прописки было выявление «чуждых элементов», перепись вновь прибывших граждан…

Трудно сказать, в какой степени использовался труд заключенных. Ясно, однако, что использовался. Судя по всему, главным местом приложения труда ссыльных и заключенных был традиционный лесоповал. Для этого специальным постановлением Слюдянского райисполкома была определена запретная зона по линии железной дороги от станции Байкал до станции Выдрино в глубь тайги от железной дороги на 15 километров и в лубь Байкала на 2 километра. 6 июня 1933 года в лагерном пункте Выдрино состоялось заседание так называемой Слюдянской районной лесной тройки. В тройку входили председатель исполкома Ястребов, секретарь райкома партии Сосков и директор Лестрансхоза Иванов. В качестве приглашенных присутствовали районный прокурор Мозалев, начальник колонии Столяров, его помощник Дружинин, прораб лагерного пункта Липатников. Обсужался вопрос о содержании и использовании на производстве рабочей силы ссыльных, «ввезенной по договору между Лестрансхозом и районным отделом исправительных трудовых лагерей». Совещание констатировало, что «наряду с довольно значительным количеством рабочих из ссыльных больных, имеется среди ссыльных саботаж, нежелание работать, игнорирование всех производственных мероприятий, несмотря на довольно удовлетворительное питание со стороны хозяйственной организации.

Работники конвоя, а также работники лесопункта вместо противопоставления саботажу массово политических и административных мероприятий сами растворились в массе ссыльных, причем работники охраны занялись экономическими требованиям к хозяйственникам, ложно информируя прокуратуру о плохом содержании ссыльных. Начальник районного отдела исправительно-трудовых лагерей массовик Чипусов это положение не разбил.

Массовик Кожевин бездействовал, в результате всего производительность труда ссыльных чрезвычайно низкая, налицо симуляция, на работу под видом болезни…»27

Что предложила тройка? Да ничего особенного. До боли знакомы приемы пропаганды и перевоспитания: «Путем массовой разъяснительной работы добиться выполнения производственных показателей ссыльных», «обязать районный отдел исправительно-трудовых лагерей через свой политический аппарат развернуть среди ссыльных массовую работу в соответствии с исправительнотрудовой политикой»28.

А вот Лестранхозу предлагалось премировать лучших ссыльных ударников – ударным столом!Надо думать, речь идет все-таки о политических ссыльных, репрессированных, поскольку в документе есть приписка, что «следует учитывать различное классовое происхождение ссыльных».

Так, в 1936 году Начальник Восточно-Сибирского горного округа доводил до сведения Слюдянского райисполкома, что 23 апреля им выдано 3 разрешительных свидетельства Отделу Управления НКВД на разработку мрамора в Слюдянском районе.

Неизвестно, сколько человек в районе было репрессировано, выслано, сослано. Но вот любопытная статистика за 1931-1932 год: количество населения по многим пунктам то резко падает, то резко возрастает. В Быстрой в 1931 году насчитывалось 363 едока, а в 1932 – только 163, в Широкой пади было 328 – осталось 35, в Мурино со 117 едоков осталось 48 и т.д.

В Слюдянке же наоборот количество едоков за год выросло практически на 1000 человек. Что это? Естественная миграция? Или количество населения увеличилось за счет ссыльного элемента? Между прочим, в 1932 году в Слюдянском районе проживало 44 поляка, 5 немцев, 2 финна, 52 китайца, 1 мадьяр, 1 чех, 2 итальянца, 1 румын, 2 англичанина.

Если с поляками и китайцами все достаточно ясно, если итальянцы могли быть здесь со времен строительства Кругобайкальской дороги, то пребывание здесь остальных европейцев объяснить трудно.

Вся страна жила обязательствами, и местные конторы и учреждения тоже. Трудно сказать, насколько они выполнялись, но нельзя не отметить этот факт как типичную черту прошедшего советского века в России. На практике дело обстояло обычно и буднично. 28 мая 1936 года собрался Пленум Култукского сельсовета Слюдянского района. В повестке дня один единственный вопрос: «Конкурс Советов». Слушали информацию и постановили в конкурс по соревнованию Советов «включиться». А вот кто и какие обязательства принимал, весьма любопытно: «Пленум берет на себя следующие обязательства по железнодорожному транспорту:

Привести в культурный вид станцию Култук. Отделать будки, очистить станционные пути. Сделать погрузочно-разгрузочные площадки. Бороться со снежными заносами и оказывать повседневную помощь транспорту по нагрузке и разгрузке вагонов и проявлять постоянную заботу о транспорте. Директор Мясокомбината т. Агацкий берет на себя обязательство построить погрузочную площадку на ветке с электроосвещением. Ополоть ветку на расстоянии 3 километров. Произвести капитальный ремонт ветки, своевременно разгружать и погружать вагоны.

Директор нефтебазы берет на себя обязательства сделать для станции 2 скамьи и 2 табурета. Держать тупик в идеальной чистоте. Колхоз «Коминтерн» берет обязательство содержать в чистоте станцию…»29

К этим предложениям можно смело плюсовать десятки и сотни централизованных «обязательств», которые следует рассматривать как насильственные поборы власти для решения тех или иных задач.

Существовала, например, всеобщая трудгужповинность – гужевая повинность. Жители бесплатно отрабатывали какое-то количество дней на ремонте дорог. К трудгужповинности привлекалось все население в возрасте от 18 до 45 лет. Для отработки брался восьмичасовой рабочий день в течение 6 дней. Кулаки и лица, лишенные избирательных прав, отрабатывали 12 дней. Те, кто имел лошадей и повозки, выходили на работу со своим «транспортом».

Существовало правило, по которому население могло привлекаться к трудгужповинности в пределах 10 километров от места жительства.

Работал и так называемый план мобилизации денежных средств. Под флагом добровольности жители района должны были отдавать часть своего заработка на государственные нужды. При всей «добровольности» существовал самый настоящий план.

А человек делал вид, что он по личной инициативе отдает часть своего скудного заработка в черную дыру государственно-партийной казны. «Замечая тенденции в некоторых организациях к попыткам доводить план мобилизации средств по добровольным платежам персонально до рабочего, Райштаб указывает, что подобная тенденция является прямым вредительством, искривлением политики партии и Соввласти в вопросах финансовой политики и предупреждает, что в деле борьбы за финплан и, главное, в добровольных платежах должна быть исключительно добровольность и только на основе широкого развертывания соцсоревнования и ударничества, только систематической агитационно-массовой работой добиваться выполнения и перевыполнения планов»30. Чуть позже «ненасильственный» сбор финансов стали превращать в некие финансовые эстафеты, которые были призваны «создать решительный перелом в ходе работы по мобилизации средств, обеспечив выполнение и перевыполнение финплана…»

В ходе такой эстафеты определялся ее старт и маршруты. К примеру, были следующие маршруты: 1. Реализация займа 3-го решающего года пятилетки. 2. За сберегательное дело и добровольное страхование. 3. По обязательным платежам. 4. За усиление кооперативных средств. 5. Колхозы в передовые ряды в борьбе за выполнение финплана.

Вот так с 4 по 26 декабря «широкой массовой агитационной работой в эту эстафету» должны были «не только добиться полного выполнения и перевыполнения финплана 4-го квартала, но и добиться полного 100% понимания рабочими и колхозниками сущности финансовой политики нашей партии и советской власти» призывалось в агитлистовке.

Были ещё масляный и яичный налоги, которые определялись так: «3 фунта масла с двухкоровьего хозяйства и яичный с каждой курицы 5 штук яиц, если куриц в хозяйстве не менее 10, а также с пахотной земли 3 яйца с десятины»31.

А чего стоил сбор на нужды культурного и хозяйственного строительства деревни, который взимался несколько лет подряд! Размер сбора составлял от 8 до 130 рублей ежемесячно. Сбор удерживался автоматически из зарплаты. Не был исключением и Слюдянский район, хотя сельское хозяйство здесь было развито незначительно, и оплата труда оставалась низкой. Даже высокооплачиваемые районные кадры получали немного. В 1932 году для Слюдянского райисполкома были утверждены следующие ставки: секретарь – 180 руб., инспектор совстроительства – 150, делопроизводитель – 100, машинистка – 90, сторож – 40, курьер – 45, военный отдел – 162, делопроизводитель военного отдела – 120, райснаб – 180, инспектор труда – 150, плановик – 170, статистик – 85, райфо – 180, инспектор доходов – 160, инспектор бюджета – 160, инспектор мобилизационных средств – 140, бухгалтер – 170, агроном – 170, землеустроитель – 175, инспектор РКИ – 150, заврайоно – 180, райздрав –180. Это управляющий состав. Ставки в сельской местности были значительно ниже.

Кроме общегосударственных был целый набор местных налогов. Они обычно принимались местными исполкомами. В 1932 году на территории Слюдянского исполкома действовал налог с транспортных средств, налог со скота, регистрационный сбор с владельцев собак, налог с посетителей публичных зрелищ и увеселений.

Что это значило в рублях и копейках? Имеешь выездную лошадь – плати 46 рублей, с рабочей лошади, которую гоняешь на извоз, – 10 рублей. С велосипеда платили 3 рубля. С моторной лодки, автомобиля – по 12 рублей с каждой лошадиной силы. С парома или грузовой лодки в сезон по перевозке пассажиров и грузов отдавали 18 рублей. За скот платили, как за рабочую лошадь, – от 8 до 10 рублей с головы. А вот с увеселительных мероприятий налоги начислялись в процентах: если это драматическая, оперная, комическая, художественная постановка – 10%, с музыкальных и литературных вечеров – 16%, кинематограф обходился в 10%.

К 1924 году в поселке Слюдянка имелся Рабочий клуб, принадлежавший железной дороге. При клубе действовали кружки по изучению марксизмаленинизма, профессионального движения, безбожника, драматический кружок, газетно-литературный, хоровой, струнного оркестра, духового оркестра. А еще в поселке было три красный уголка при профсоюзах химиков, медиков и совпартработников. В 1924 году действовала одна четырехлетняя школа с 136 учениками и тремя учителями. Один учитель содержался за счет родителей, а два – за счет исполкома.

Но вот что любопытно: Слюдянка платила налоги как городской поселок, а школа была приравнена к крестьянской и практически лишена субсидий.

К 1936 году в районе было решено ликвидировать неграмотность. Собственно, инициатива пришла сверху: так решили ЦК ВКП (б) и Совет народных комиссаров. В Слюдянском районе насчитывалось 1060 неграмотных и 1375 малограмотных. Были созданы специальные ликвидационные пункты. За три месяца каждый неграмотный должен был научиться читать и писать. Четыре дня в неделю по три часа взрослые люди постигали грамоту, а для подростков организовали специальную школу.

Кстати, к 1938 году, когда социализм, согласно всем учебникам и теориям, был в основном построен, в районе насчитывалось немало беспризорников. 23 августа 1938 года Слюдянский райисполком слушал вопрос об устройстве безнадзорных и беспризорных детей. «Постановили: Ввиду того, что Слюдянский р-н имеет контингент сирот до 70 чел-к и Иркутское ОБЛОНО отказывает в приеме детей в детдом, президиум Слюд. райисполкома ходатайствует перед Облисп-мом об отпуске средств на открытие детдома в г. Слюдянка в 1938году из расчета на 100 человек»32.

30 октября 1931 года в Слюдянке состоялось собрание рабочих железнодорожного узла и инженерно-технических работников: выдвигали кандидатов в Верховный Совет СССР. Своими кандидатами байкальские железнодорожники назвали Ворошилова и Сталина, Косарева и Ежова, Молотова и Буденного. Было в списке несколько земляков: Ольга Мутина, бригадир женской тракторной бригады Заларинской МТС, Александр Иванов, председатель исполкома Восточносибирской области. Список утверждали большой. Начали собрание в 5 часов 15 минут, завершили в 6 часов 45 минут.

Любопытен документ «Наказ» депутатам, датированный 1934 годом. Итак, какие же поручения давали избиратели свои избранникам? Прежде всего предлагалось обратить внимание на развитие промышленности района. В особенности – на добычу золота. В сельском хозяйстве особое внимание концентрировалось на лошади, что позволяло провести сев в максимально сжатые сроки. В области товарооборота избиратели просили открыть хлебные ларьки в Култуке и Листвянке. В области транспорта – благоустроить дороги Иркутск – Лиственничное, Иркутск – Култук. А вот в области здравоохранения явно не хватало кадров, и избранников просили подумать именно об этом. Особое внимание предлагали уделить Совмонголтрансу и Мясокомбинату. Эти предприятия были ориентированы на переработку скота, поступающего из Монголии, и работали как на экспорт, так и на импорт. Есть весьма интересные данные о явке на выборы по Слюдянке в ноябре 1934 года. Имели право голосовать по производственному признаку 3177 человек, явилось на выборы только 1963. В территориальных избирательных участках имели право избирать 2066 человек – явилось на выборы 1502. Всего из 5243 человек, которые имели право голосовать в Слюдянке, на выборы пришло лишь 3465 человек33.

Точно так же, как выбирали, и клеймили: «Около 400 рабочих, служащих и инженерно-технических работников Слюдянского вагонного депо собрались обсудить сообщение Прокуратуры СССР о разоблачении Берии. Позором клеймили рабочие и служащие гнусного предателя Родины»34. И скорбели, когда приходило время: «В 72 коллективах предприятий, учреждений города, колхозах района 9 марта состоялись траурные митинги прощания с незабвенным вождем, учителем, другом И.В. Сталиным»35.

Население района, судя по всему, жило трудно. Архивные материалы свидетельствуют, что не хватало самого необходимого – хлеба и одежды. Сотрудница Слюдянского исполкома пишет заявление председателю следующего содержания: «Уже наступают холодные дни, а у меня совершенно никакого нет пальто, и вот чтобы выйти из этого угрожающего положения прошу дать мне очередной двухнедельный отпуск сразу после приезда Секретаря… для той цели, чтобы в течение этого отпуска на ягодах заработать мне пальто»36.

В марте 1932 года Слюдянский райисполком специально заслушивал вопрос «О состоянии снабжения хлебом в районе». Картина была малоутешительная: «Постановили: Со стороны Краевых снабженческих органов с января месяца систематически допускаются большие перебои в снабжении мукой как контингента рабочих, так и железнодорожников.

На сегодняшний день запас хлеба только на сутки у рабочих горняков. У железнодорожников нет трое суток. Совершенно критическое положение на дистанции дорожного строительства»37. Недопоставки составляли более половины объемов. 1941 год начинался буднично. Весной в Слюдянке открыли фабрично-заводскую школу, которая готовила кадры квалифицированных рабочих для промышленности: забойщиков, бурильщиков, крепильщиков, мотористов. Пахали, сеяли. Выходили в море, уходили на весенние гольцы… Потом узнали о начале Великой Отечественной войне.

В 1941-1945 гг. район, как и многие другие, работал в жесточайшем режиме военного времени.

Под особой охраной оказалась Кругобайкальская железная дорога. В каждом из ее тоннелей отныне находился часовой. Да и вообще вся Восточно-Сибирская железная дорога, по которой шла переброска военных эшелонов вначале с востока на запад, а потом с запада на восток, бесперебойно обслуживала и фронт, и тыл.

Слюдянский район являлся глубоким тылом России. А в глубоком тылу главное – производство.

В газетах тех лет нередкими были подобного рода заметки: «Горняки Слюдянского рудоуправления встретили 1942 год замечательными победами на трудовом фронте. Годовой план во всем выполнен досрочно. По-боевому идет перестройка всей работы на военный лад. Дмитрий Прокопьевич Бертенев – заведующий рудоразработкой – обеспечил стахановскую работу своего цеха. Годовой план коллектив выполнил на 152, 3 %. Здесь нет ни одной работницы, не справляющейся с заданием. На днях нарком промышленности стройматериалов наградил т. Бертенева значком «Отличник социалистического соревнования». Хорошо работает мастер цеха сортировки Анастасия Ступа. Умело организовал работу на руднике мастер, молодой коммунист Павел Синько. Рудник досрочно выполнил годовую программу по всем показателям и отлично подготовился к выполнению плана 1942 г. Инициатор многозабойного обуривания Василий Александрович Деженков, в прошлом забойщик-стахановец, ныне выдвинут на должность начальника 3 рудника»38. Или: «Многие машинисты депо Слюдянка, по-лунински ухаживая за паровозами, добились большой экономии топлива. Так, машинист Чуреев за декабрь сэкономил 4212 кгр, т. Кокора – 5515 кгр, Велеско – 4000 кгр, Лезин – 3900 кгр, Курамов – 3889 кгр, Садчиков – 4055 кгр. На их паровозах хорошо изолированы котлы, цилиндры, рабочие трубки. Они вовремя продувают паровозные котлы и применяют сажесдуватель для передней топки. Их паровозы оборудованы водоподогревом. Выезжая из основного и оборотного депо, машинисты проверяют исправность патрубков, элементов коллектора, так как самое незначительное дутье в передней топке вызывает перерасход топлива. Ставя паровоз на промывку, они следят за очисткой стенок топки, исправностью колосниковой решетки, плотностью дверки шуровки, фронтонного листа, а также проверяют установку конуса на оси трубы»39.

Каких только движений, соревнований, починов не было придумано в эти военные годы! «На слюдянском вагоноремонтном пункте изо дня в день растут ряды двухсотников и трехсотников. Инициаторы высокой производительности труда, бригадиры тт. Комин и Коноплев, увлекают остальных личным примером. По 2,5 – 3 нормы за смену дают слесарь сборочного цеха т. Коновалов и ученик железнодорожного училища № 3 т. Голованов. Стахановцыплотники ремонтируют по 3 вагона вместо одного по плану. Маляры т.т. Супруненко и Тарелова выполняют нормы на 850 % каждый»40.

В коллективе депо Слюдянка боролись за уменьшение так называемого пережога топлива. В сентябре 1942 года сэкономили 40 тонн угля. Газеты сообщили, что один из работников депо Амбрезев за одну поездку, применяя изгарь, сэкономил одну тонну угля.

В феврале 1943 года поздравления заместителя наркома промышленности стройматериалов т. Копейкина заслужили слюдянские горняки: они получили третью премию по стране. Специальный заказ был выполнен на 160%. В особый фонд Главного

Командования слюдянщики дали продукции на десятки тысяч рублей. Успехи, достигнутые в марте, позволили Слюдянскому рудоуправлению (управляющий т. Толстоухов М.И.) выдвинуться на первое место среди предприятий треста «Союзслюда».

В сентябре 1943 года подвели итоги всесоюзного социалистического соревнования рыбаков нашей страны за 3 квартал 1943 года. Рыболовецкому колхозу «Байкал» Слюдянского района была присуждена третья всесоюзная премия – 26 тысяч рублей.

Фронту действительно помогали кто и как мог.

В феврале 1942 года домашние хозяйки ст. Слюдянка решили сделать подарки воинам Красной Армии: они закупили мясо и муку, организовали бригады по изготовлению пельменей для бойцов действующей Армии и за 3 дня слепили свыше 500 кг пельменей41. Оборонная промышленность в это время потребляла значительное количество слюды. «В результате социалистического соревнования в честь XXIV годовщины Красной Армии коллектив слюдянской фабрики рудоуправления добился отличных показателей. Программа месяца выполнена на 5 дней раньше срока. Упаковщица Гутя Смоленцева вырабатывала по 2 нормы в смену, Нина Петрова и Фаина Пучиенко, кольщицы двухсотницы т.т. Долбнина, Проценкова и Авденькина вырабатывали по 1,5 нормы и больше. Работницы фабрики решили выполнить план двух месяцев к 20 февраля»42.

В марте 1942 года на предприятиях города Слюдянки прошел так называемый санитарный поход. Женщины привели в порядок все цеха паровозного депо: собрали металлолом. Коллектив путейцев провел воскресник, в котором участвовало 312 женщиндомохозяек. Они очистили 16772 квадратных метров путей и 400 погонных метров кювета, убрали с путей 220 кубометров льда. Заработанные средства – 2204 рубля – переданы в фонд обороны.

И конечно, не прекращалась финансовая помощь армии. Газеты сообщали, что подписка на Государственный Военный Заем 1942 года среди паровозников депо Слюдянка прошла успешно. Первой подписалась комплексная бригада т. Храмова, давшая 104% к фонду заработной платы. Слесарь подъемочного цеха т. Клиновский при заработке 600 рублей подписался на 1000 рублей. Машинист уборочной машины т. Каменщиков подписался на оклад и тут же внес 340 рублей, сторожиха Устинья Петухова, получая 175 рублей, подписалась на 250 рублей. По неполным данным паровозники депо реализовала займа на 22975 рублей43.

В Слюдянке ремонтировался подвижной состав, который уходил на фронт: «На 10 дистанции пути широко развернулось движение лунинцев, число которых возросло до 70 человек. Стахановцы околотка Кисель, Юхиненко и другие на перешивке стрелок вырабатывают по 170% нормы. Ремонтные рабочие Абрамов, Сальников и Шикатуров выполняют задание на 195%. Ремонтеры 5 околотка Зотиков, Мотов, Доценко, Березиков и Козлов вырабатывают по 150-180% нормы. Набирают темпы рабочие 8 околотка Субботин, Олейник, Мурашко и Бондырев. Они выполняют задание на 180-190%»44. «Жены горняков слюдянского рудоуправления решили помочь мужьям в выполнении взятого обязательства – к 15 февраля выполнить двухмесячную производственную программу. Рудоуправление испытывает недостаток в рабочей силе. Особенно это сказывается в цехе колки. Домашние хозяйки просили дать им слюду на дом, чтобы в свободное время заниматься колкой. 32 домашних хозяйки изъявили желание колоть дома слюду. На днях они обратились с письмом ко всем домашним хозяйкам рудоуправления, в котором призывают поддержать их почин»45.

Не будет преувеличением утверждать, что практически все производство Слюдянки работало на фронт. Даже сапожные и портновские мастерски выполняли военные заказы. В 1945 году пришлось даже организовать Райпромкомбинат, который контролировал работу местной промышленности. Поскольку действующие предприятия, артели, мастерские были загружены военными заказами, для обслуживания населения создавались новые. После окончания войны сложилась еще более драматическая ситуация, о которой рассказывал на одной из сессий райисполкома директор Райпромкобината Сулима: «После войны мы имеем большое число незагруженных работой дублирующих друг друга сапожных и портновских мастерских, которые занимаются тем, что переманивают друг у друга квалифицированных работников, скрывают укрывшихся от обложения налогом кустарей под вывеской предприятий, работающих на себя или незаконно перерабатывают в Орсах и Торгах рыночные фонды тканей»46.

Послевоенные годы облегчения не принесли: страна все еще работала в режиме военного времени, когда все производство было сориентировано на нужды фронта. А тут еще постоянные сложности с животноводством. В1945 году планы развития животноводства был не выполнены. И хотя колхозы вплотную приблизились к контрольным цифрам, но обязательств не достигли. Падеж и забой молодняка стал главному тому причиной. И хотя в справке исполкома называлось тысяча и одна причина невыполнения планов, за всем этим проглядывал голод. Молодняк забивали от нужды. То же самое можно сказать и о снабжении рабочих основных производственных и промысловых отраслей экономики района. Специальное постановление райисполкома касалось снабжения рыбаков колхозников и государственного лова. Не смогли создать собственной продовольственной базы руководители Рыбкоопа, не смогли наладить производство продуктов питания на местах. Даже пекарня в Николе и та бездействовала. Хлеб приходилось завозить отовсюду.

Не были выполнены и планы и по заготовке пушнины. К ноябрю 1945 года при плане пушнозаготовок в 25300 рублей сумели заготовить на 5900. Главная причина в том, что вместо 117 человек в тайгу вышло 84, а приступило к сдаче пушнины только 25.

В декабре 1946 года был утвержден проект пятилетнего плана развития народного хозяйства по Слюдянскому району. Он интересен прежде всего с точки зрения того, что практически весь объем валовой промышленности составляли товары широко потребления, которые выпускались в самом Слюдянском районе. Итак, за пятилетку предполагалось изготовить в Слюдянском районе: новой обуви – 15000 пар валенок – 8000 пар безалкогольных напитков – 9052 гекалитров пиломатериалов –7275 кубометров известь – 2105 тонн лодок разного размера – 416 штук бочек – 11900 штук смолы – 51,3 тонны скипидара – 9,4 тонны древесного угля – 81 тонну красного кирпича – 1250 тыс. штук телег – 90 штук саней – 75 штук.

Кроме того, предполагалось ремонтировать одежду, шить новую, выпускать культтовары и трикотажные изделия. Ставилась задача развернуть 10 новых производств. Для артели «Авангард», например, это был выжег извести и слесарная мастерская, для артели «Слюдянка» – жестяная мастерская, для артели «Гастелло» – смолокурение, выработка скипидара и древесного угля, для пищекомбината – изготовление плодово-ягодного вина, для райпотребсоюза – гончарное и кирпичное, бондарное производство.

За это время в район должны были завести 4 новых трактора, построить 3 гидроэлектростанции в Большом Голоустном, Тибельти и Быстрой. А в Малом Голоустном, где действовал колхоз им. Пушкина, строительство гидроэлектростанции слюдянский райисполком просил начать еще в 1945 году. А еще в районе хотели построить Дом крестьянина на 40 коек с конным двором и парикмахерской, баню в Слюдянке, городской стадион.

Что касается сельскохозяйственных планов, то они сводились к освоению 984 гектаров посевных площадей. Наибольшие объемы отводились под зерновые, картофель и кормовые культуры и травы.

Предполагалось, что к 1950 году средняя урожайность по району составит по зерновым 13 центнеров с гектара, овощам – 135, картофелю –115 гектаров. Планировалось поднять целинные земли и раскорчевать под посев 178 гектаров.

В послевоенные годы здесь пытались развивать пчеловодство. В ряде колхозов организовывали новые пасеки, восстанавливали старые. Уже в 1948 году предполагалось получить более тонны меда Планы по культурному строительству и здравоохранению свидетельствовали о развитии района и увеличении населения. Так, предлагалось открыть 20 новых школ: 18 начальных и 2 семилетних. Количество учащихся к 1950 году должно было вырасти до 2115 человек. К 1950 году предполагалось ликвидировать в районе неграмотность и малограмотность, хотя о ликвидации таковой уже рапортовали в 1936 году.

Что касается здравоохранения, то план включал в себя строительство городской больницы на 60 коек и детских яслей на 120 мест, строительство двух родильных домов – в Култуке и Тибельти.

С окончанием войны практически во всех населенных пунктах района возникла проблема пиломатериала для ремонта жилья, благоустройства населенных пунктов, изготовления мебели. В Слюдянском районе в с. Тибельти было организовано лесопильное производство.

В Слюдянском районе было развито индивидуальное строительство: только за 1951 год здесь построили 24 одноквартирных и двухквартирных дома.

На ссуды, полученные от государства, трудящиеся построили 50 новых индивидуальных домов.

К концу 50-х годов Слюдянский район имел собственную местную промышленность и производства областного значения. Так, крупным предприятием являлось Рудоуправление, занимавшееся производством строительных материалов. Оно подчинялось Министерству строительных материалов.

Восточно-Сибирская железная дорога имела здесь крупное железнодорожное депо. Слюдянка являлась важным железнодорожным узлом. Здесь действовали вагонно-ремонтный пункт, каменный карьер, целый ряд артелей, промкомбинат. В Слюдянке же располагались рыбзавод и хлебокомбинат, типография.

В Листвянке имелись крупная по местным меркам судоверфь и судоремонтные мастерские.

Ряд предприятий был достаточно велик и по объемам производства и по численности рабочих.

Так в Рудоуправлении работало 453 человека, в депо – 779 человек, в вагоноремонтном пункте – 335 человек, на судоверфи – 156 человек.

Слюдянский район был неплохо электрифицирован: имелось 13 теплоэлектростанций, работающих на угле и нефти. Конечно, они были маломощными, но в какой-то степени все же решали местные задачи.

Многие артели специализировалось на заготовке дров, которые были долгое время чуть ли не основным источником тепла. Заготовлялась и деловая древесина.

Сельское хозяйство в районе не являлось определяющим в экономическом плане. Действовало всего 8 колхозов. Достаточно сказать, что на все сельское хозяйство к концу 40-х годов имелось 4 трактора, 4 автомобиля, поэтому в районе никогда не было МТС.

В экономике района особое место занимала култукская контора «Совмонголтранс». Поскольку это было отделение всесоюзного объединения, трудно сказать, существенным было его влияние или нет. Но мы не можем игнорировать тот факт, что контора находилась именно в Култуке и работали в ней местные жители. Контора имела значительное имущество: детский сад и клуб, авторемонтные мастерские и автотранспорт, подсобные и вспомогательные производства, электростанцию, паросиловое хозяйство и т.п.

Судя по всему, деятельность конторы была прибыльной: в 1946 году эта прибыль составила 337 296 тысяч рублей, а в 1947 – 385 087 рублей. Автопарк конторы состоял в 1948 году из 40 грузовых автомобилей ЗИС-5. Автотранспортная контора занималась перевозкой в Монголию и из Монголии скота, нефтепродуктов, товаров народного потребления, стройматериалов и т.п. Грузы перевозились круглый год. Объемы перевозок в 1946 году составили только в одну сторону более 10 500 тонн.

Кроме Совмонголторга в Култуке базировались Скотоимпорт, который занимался перегонкой скота из Монголии, Союзшерсть, Култукская нефтебаза. Была в районе своя летопись славных дел.

История сохранила искры народной смекалки и выдумки: «Только за последние 2 месяца новаторы паровозного депо Слюдянка – мастера, бригадиры, рабочие – внесли 12 рационализаторских предложений. 10 из них внедрены в производство. Общий экономический эффект от них составил 12 тысяч рублей в год. 76 машинистов паровозного депо Слюдянка получили на днях премии Министра путей сообщения за безаварийную и безупречную работу в течение 1951 года. Общая сумма премий превышает 200 000 рублей.

Село Большое Голоустное расположено на берегу Байкала. В центре его большое светлое здание.

Это сельский клуб, самый лучший в Слюдянском районе. Большая и разнообразная работа проводится в клубе, там созданы и работают драматический, танцевальный, модельный кружки, оркестр струнных инструментов и кружок рукодельниц, выходит стенная газета «За высокий урожай». Заведующему клубом тов. Стрекаловскому хорошо помогает многочисленный сельский актив. Недавно в клубе поставлены инсценировка А.П. Чехова «Медведь» и пьеса иркутского драматурга «У нас на ферме». Готовится пьеса К. Крапивы «Поют жаворонки». При клубе имеется библиотека в 3 000 книг»47.

С момента опубликования Указа Президиума Верховного Совета СССР об учреждении «Медали материнства», ордена «Материнская слава» и об установлении почетного звания «Мать-Героиня» в районе было награждено 865 матерей, из них одиннадцати присвоено почетное звание «Мать-Героиня».

Еще несколько фактов того времени. «Недалеко от железнодорожной станции Слюдянка начато строительство крупнейшего в нашей области механизированного карьера по добыче камня, гравия, песка и других инертных материалов для строящихся в Ангарске заводов строительных материалов. Уже в этом году строители должны сдать в эксплуатацию механические мастерские, кузницу, складские и служебные помещения, подвесную канатную дорогу, жилую площадь на 1500 человек, завод с выдачей за день до 200 кубометров раствора и бетонной массы.

На строительной площадке закладываются жилые дома первого квартала жилого поселка. Подведены фундаменты для четырех восьмиквартирных и двух двенадцатиквартирных домов, общежитие и столовой на 50 мест»48. «130 индивидуальных домов возводится в текущем году в городе Слюдянка»49.

Источник: Гольдфарб С.И. Мир Байкала / С.И. Гольдфарб ; цв. фот. … — Иркутск : Репроцентр A1, 2010.

Читайте в Иркипедии

Термины

  1. Байкальско-Слюдянская рекреационная территория
  2. Кругобайкальская железная дорога (КБЖД)
  3. Город Бабушкин
  4. Соболиное озеро
  5. Гора Мамай
  6. Поселок Танхой
  7. Бабушкинско-Танхойская рекреационная территория

Другие ресурсы

  1. Слюдянка — город в Иркутской области
  2. Слюдянка // Винокуров М.А.
  3. Слюдянка: революционное прошлое и туристическое будущее
  4. Слюдянка в 1920-м: история, события, факты
  5. Камни Слюдянки
  6. Слюдянка. Фотопутешествие
  7. Слюдянский район — муниципальное образование

Литература

  1. Гольдфарб С., Кобенков А., Харитонов А. Путешествие в страну мраморных гор. — Иркутск: Агентство «КП» — Байкал", 2000. — 356 с.
  2. Косых А. П., Панов В. Н., Тюкавкин В. Г. История Иркутской области. — второе, дополненное и переработанное. — Иркутск: Восточно-Сибирское книжное издательство, 1983. — 174 с.
  3. Галазий Г. И. Байкал в вопросах и ответах. — второе, исправленное и дополненное. — Иркутск: Восточно-Сибирское книжное издательство, 1987. — 384 с.
  4. Бояркин В. М. География Иркутской области: Учебное пособие для средних школ. — третье, исправленное и дополненное. — Иркутск: Восточно-Сибирское книжное издательство, 1985. — 176 с.

Ссылки

  1. Официальный сайт администрации города Слюдянка
  2. Официальный сайт администрации города Слюдянка
  3. Официальный сайт Слюдянского района и города Слюдянка
  4. Слюдянка в энциклопедии «Мой город»
  5. Фотоальбом с рассказом и картой — Слюдянка и окрестности
  6. Природа Байкала | Слюдянка
  7. Слюдянка — Кругобайкал
  8. Библиотека исторических знаний
  9. Районная газета Байкал-новости

Примечания

  1.  ГАИО. – Ф. 171. – Оп. 1, д. 487.
  2.  Гольдфарб С., Кобенков А., Харитонов А. Путешествие в страну мраморных гор. – Иркутск, 2000. – С. 59.
  3.  Там же.
  4.  Цит. по: Гольдфарб С., Кобенков А., Харитонов А. Путешествие в страну мраморных гор. – Иркутск, 2000. – С. 60.
  5.  ГАИО. – Ф. 25. – Оп. 9, д. 2878, к. 972.
  6.  ГАИО. – Ф. 171. – Оп. 1, д. 487.
  7.  Там же.
  8.  Цит по: Гольдфарб С., Кобенков А., Харитонов А. Путешествие в страну мраморных гор. – Иркутск, 2000. – С. 61.
  9.  Гольдфарб С., Кобенков А., Харитонов А. Путешествие в страну мраморных гор. – Иркутск, 2000. – С. 62.
  10.  ГАИО. – Ф. 25. – Оп. 9, д. 2878, к. 972.
  11.  Цит. по: Гольдфарб С., Кобенков А., Харитонов А. Путешествие в страну мраморных гор. – Иркутск, 2000. – С. 38.
  12.  Как мы боролись за власть Советов в Иркутской губернии. – Иркутск,1957. – С. 165-166.
  13.  Там же. – С. 167.
  14.  Там же. – С. 175.
  15.  Там же. – С. 306.
  16. Солодянкин А.Г. Коммунисты Иркутска в борьбе с колчаковщиной. – Иркутск, 1960. – С. 54.
  17.  ГАИО. – Ф. 691. – Оп. ОЦ, д. 24. – Л. 2
  18.  ГАИО. – Ф. 1636. – Оп. 1, д. 8.
  19.  ГАИО. – Ф. 1636. – Оп. 1, д. 10. – Л. 21.
  20.  ГАИО. – Ф. 665. – Оп. 1, д. 7. – Л. 2.
  21.  ГАИО. – Ф. 665. – Оп. 1, д. 1. – Л. 12.
  22.  Там же.
  23. Цит. по: Гольдфарб С., Кобенков А., Харитонов А. Путешествие в страну мраморных гор. – Иркутск, 2000. – С. 136.
  24.  ГАИО. – Ф. 665. – Оп. 1, д. 1. – Л. 45-46.
  25.  ГАИО. – Ф. 665. – Оп. 1, д. 3. – Л. 11-12 об.
  26.  ГАИО. – Ф. 1636. – Оп. 1, д. 20. – Л. 278 об.
  27.  ГАИО. – Ф. 665. – Оп. 1, д. 261. – Л. 17.
  28.  ГАИО. – Ф. 665. – Оп. 1, д. 26. – Л. 47.
  29.  ГАИО. – Ф. 665. – Оп. 1, д. 42. – Л. 1-2.
  30.  ГАИО. – Ф. 665. – Оп. 1, д. 17. – Л. 52.
  31.  ГАИО. – Ф. 1636. – Оп. 1, д. 8. – Л. 5 об.
  32.  ГАИО. – Ф. 665. – Оп. 1, д. 50. – Л. 20.
  33. ГАИО. – Ф. 665. – Оп. 1, д. 10. – Л. 45.
  34.  Восточно-Сибирская правда. – 1953. – 20 декабря.
  35.  Восточно-Сибирская правда. – 1953. – 11 марта.
  36.  ГАИО. – Ф. 1636. – Оп. 1, д. 9. – Л. 32 об.
  37.  ГАИО. – Ф. 665. – Оп. 1, д. 17. – Л. 47.
  38.  Восточно-Сибирская правда. – 1942. – 9 января.
  39.  Восточно-Сибирская правда. – 1942. – 18 января.
  40.  Восточно-Сибирская правда. – 1942. – 20 января.
  41.  Восточно-Сибирская правда. – 1942. – 5 февраля.
  42.  Восточно-Сибирская правда. – 1942. – 4 февраля.
  43.   (не указано)
  44.  Восточно-Сибирская правда. – 1942. – 4 июня.
  45.  Восточно-Сибирская правда. – 1941. – 18 января.
  46.  ГАИО. – Ф. 665. – Оп. 1, д. 63. – Л. 2.
  47.  Восточно-Сибирская правда. – 1952. – 22 апреля.
  48.  Восточно-Сибирская правда. – 1955. – 17 апреля.
  49.  Восточно-Сибирская правда. – 1958. – 21 декабря.

Выходные данные материала:

Жанр материала: Хрестоматия | Автор(ы): Составление Иркипедии. Авторы указаны | Источник(и): Источники указаны | Дата публикации оригинала (хрестоматии): 2014 | Дата последней редакции в Иркипедии: 27 марта 2015

Примечание: "Авторский коллектив" означает совокупность всех сотрудников и нештатных авторов Иркипедии, которые создавали статью и вносили в неё правки и дополнения по мере необходимости.

Материал размещен в рубриках:

Тематический указатель: Байкал | Библиотека по теме "Байкал"
Загрузка...