Иннокентий (Кульчицкий), иркутский святитель

Вы здесь

Версия для печатиSend by emailСохранить в PDF

2 сентября 1990 года в Иркутске произошло знаменательное событие: в город вернулись мощи святителя Иннокентия, первого епископа иркутского, о судьбе которых с 1921 года, когда они были отправлены в Москву, ничего до последнего времени не было известно. Их нашли в г. Ярославле в фондах историко-архитектурного музея. В наше смутное время с его начавшимися муками осознания ужаса всего содеянного с нашей страной за последние семьдесят лет необходимо большое мужество для очищения человеческих душ. И верующие иркутяне восприняли возвращение христианской святыни как знак, как надежду на помощь небесных сил.

Святитель Иннокентий, в миру Иоанн Кульчицкий (ок. 1680 - 27 ноября 1731), родился, как предполагают исследователи его биографии, около Киева. Образование получил в Киевской духовной академии, монашеский чин получил в Киево-Печерской лавре. В тридцатилетнем возрасте был вызван в Москву для преподавания в Славяно-греко-латинской академии, где вскоре стал префектом. В 1719 году его перевели в Петербург, определив обер-иеромонахом на флоте. В июле 1720 года именным указом Петра I был назначен главой духовной миссии в Китай. 4 марта 1721 года в Троицком соборе Александро-Невской лавры в присутствии императора Иннокентий был посвящен в епископы. В 1722 году Иннокентий со свитой приехал в Иркутск, где его ждала неожиданность: китайцы отказались пропустить через границу такую высокую особу (до него духовные миссии возглавляли архимандриты). Несколько лет по этому поводу велась переписка между русским и китайским правительствами, и, в конце концов, в Китай поехал архимандрит Антоний Платковский, а Иннокентий Кульчицкий, пять лет ожидавший разрешения этой проблемы, живя то в Иркутске, то в Забайкалье, был определен главой вновь организованной в 1727 году Иркутской епархии, которой руководил четыре года до своей смерти в 1731 году.1

На Иннокентия легло бремя организации всех сторон жизни новой епархии, приходилось разрешать множество проблем. В числе его первых распоряжений было благоустройство монгольской школы, открывшейся в Иркутском Вознесенском монастыре в 1725 году. Иннокентий очень серьезно относился к миссионерской деятельности, считая проповедь христианского учения среди бурят одним из главных дел. Строго следил за нравственностью, осуждая факты плохого поведения духовенства2. Отличаясь скромностью, терпением, трудолюбием и сердечной добротой, он нес в себе высокие нравственные качества христианина, оставив глубокий след в душах соприкасающихся с ним людей. У Иннокентия было слабое здоровье, его часто мучили сильные головные боли. Бремя забот, суровые условия жизни, видимо, подорвали его здоровье, и он умер в возрасте около 50-ти лет. Похоронен был в кирпичном склепе под алтарем деревянной Тихвинской церкви в иркутском Вознесенском монастыре. Через тридцать три года были обретены его мощи. В 1764 году при ремонте Тихвинской церкви было вскрыто его захоронение и обнаружено, что тело, одежда, а также бархат на гробе оказались нетленными.

Особенно поразило иркутян чудесное спасение деревянной Тихвинской церкви во время сильного пожара, полыхавшего летом 1783 года в Вознесенском монастыре. Вот как это событие описывается в книге П. Громова «Начало христианства в Иркутске», где автор приводит сведение из фамильной летописи священников Карамзиных:

«11 июня, по полудни часу в 4-м, монастырь Вознесенский сгорел, а именно: кельи все, три: церкви - две каменные снаружи и внутри без остатку. При этом два колокола истопились: великий страх был... осталась одна церковь Тихвинской Богородицы, где архиерей погребен».3

Чудесное спасение Тихвинской церкви было отнесено к чудотворениям Иннокентия, и его культ начинает расширяться. На поклонение к его мощам приходит много паломников. Начинают записываться случаи исцеления, связанные с его именем, которых к началу XIX века накопилось более восьмидесяти. 1 декабря 1804 года Синод всенародно объявил о причислении Иннокентия к лику святых и установил 26 ноября днем его памяти. 8 и 9 февраля 1805 года в Иркутске проходили торжества перенесения мощей Иннокентия в соборную церковь Вознесенского монастыря. В 1808 году на средства купца Николая Мыльникова сделана серебряная рака для гробницы, выполненная московскими мастерами, стоившая, по фамильному преданию, 14 тысяч рублей.4

Уже 23 ноября 1806 года в Михайло-Архангельской (Харлампиевской) церкви на втором этаже был освящен придел в честь Иннокентия5. В 1809 г. такой же придел появился на первом этаже Чудотворской (Прокопьевской) церкви6. В Иркутском Вознесенском монастыре, в котором последние годы своей жизни жил святитель Иннокентий, тоже был освящен придельный храм 25 сентября 1813 года в Вознесенском соборе7. В середине XIX века в Глазковском предместье была выстроена церковь, где было два придела, один из которых был посвящен чудотворцам Николе и Иннокентию (освящен 20 сентября 1859 г.)8. В центре города на бывшей Тихвинской площади в честь иркутского святителя была выстроена часовня, поставленная на месте дома Елезовых, где, по преданию, неоднократно останавливался епископ Иннокентий, приезжая в Иркутск из Вознесенского монастыря9. Кроме них в 90-е годы XIX столетия в новом кафедральном Казанском соборе, на правых хорах, и в Казанской церквиРабочем предместье) были освящены придельные Иннокентиевские храмы10. В настоящее время в Иркутске действует придел, посвященный иркутским чудотворцам Иннокентию и Софронию, в Крестовоздвиженской церкви.

Церкви в честь Иннокентия оставались не только на сибирских землях. В московском Златоустовском монастыре иждивением тульского купца Д. П. Шапошникова в 1821 году был устроен Иннокентиевский придельный храм, возобновленный в 1869 году с помощью А. К. Трапезникова и других иркутян, проживавших в Москве.11

На знаменитой святой земле Афонского полуострова, находящегося в Эгейском море, в русском Андреевском скиту в начале XX века была церковь во имя Святителя Иннокентия, епископа Иркутского.12

Иконы и портреты Иннокентия Кульчицкого появились еще до официального признания его святым. В 1798 году в некоторых домах иркутян были иконы с образом Иннокентия13. Возможно, даже существовал портрет, выполненный при жизни святителя. В г. Селенгинске в доме куца Лушникова хранилось древнее изображение Иннокентия на холсте. Престарелая мать Лушникова, происходившая из иркутского дома Елезовых, у которых в свое время останавливался епископ Иннокентий, если он по какой-то причине во время ледостава или непогоды не мог переправиться через Ангару в Вознесенский монастырь, утверждала, что святитель свой портрет дал дому ее предков в благословение и на память14. И вероятность появления такого прижизненного портрета существует: в его свите был художник. Дожидаясь известий из Китая, Иннокентий вместе с членами миссии некоторое время жил на даче Троицкого Селенгинского монастыря. Чтобы не даром есть монастырский хлеб, Иннокентий, сам хорошо владевший искусством иконописания, и его дьякон написали икону большого размера для дачной церкви. Жителям Селенгинска Старцевым в благодарность за гостеприимство епископ подарил «две малороссийского письма иконы страждущего Спасителя и скорбящей Богоматери», писанные, по преданию, самим святителем или его дьяконом16. В Верхнеудинском гостинном дворе находилась икона «Спас Нерукотворный», написанная Иннокентием. Верхнеудинский священник A. Aргентов в письме к иркутскому протоирею П. Громову так описал эту икону:

«Доска сосновая, длиною пять четвертей невступно, шириною один аршин невступно. Лик изображен отчетливо и совершенно правильно, сияет умом, и есть в этом лике что-то говорящее сердцу. На нижней окраине бруса славяно-церковные буквы: НОГБ и НИХ (т.е. Нерукотворный образ Господа Бога и Спаса Нашего Иисуса Христа). На задней стороне доски надпись: «Твоим благословением да сохранятся труды в полезном заведении, занятом торговлею с 1826 г. генваря 1 ч. МК» (т. е. Митрофан Курбатов)».17

Портреты Иннокентия могли быть написаны художниками, видевшими мощи святителя при их неоднократном вскрытии. Анонимный автор, опубликовавший сведения о портрете из дома Елезовых, предполагает, что этот портрет был создан вскоре по обретении мощей Иннокентия, «потому что он написан с крестом в руках, как угодник лежит в раке».18

Из книги П. Громова мы узнаем о существовании еще одного древнего портрета Иннокентия. В часовне деревни Малая Еланка, находящейся в 15 верстах к западу от Вознесенского монастыря, где была расположена монастырская заимка для посева хлеба и сенокоса и где, по преданию, любил бывать Иннокентий, «был древний образ святителя на полотне, может быть более других подходящий к подлиннику».19

В описях церковного имущества за 1845 год упоминаются иконы на холсте (портреты) Иннокентия: в Троицкой церкви размером 1 аршин 4 вершка на один аршин (88 х 71 см)20 и в Крестовоздвиженской церкви — 1 аршин на 3/4 аршина (71 х 53 см)21, причем в последней отмечено, что «икона сия ветхая»21.

На сегодняшний день нам известен лишь один старинный портрет Иннокентия иркутского, хранящийся в Иркутском областном художественном музее. Этот портрет производит странное впечатление. Голова втянута в плечи, как у горбуна. Но в разных источниках о внешности Иннокентия говорилось только следующее: «Он среднего роста, имел смуглое лицо, темные, густые, вьющиеся волосы и русую бороду». Кроме того, портрет с пристальным взглядом и напряженным лицом вызывает мистическое чувство. Вполне возможно, что он создавался под сильным впечатлением, каким могло быть лицезрение мощей Иннокентия. Кстати, это может объяснить и странную внешность святителя: художник видел его лежащим в гробу. В свидетельстве осмотра мощей Иннокентия за 1801 год указано, что «Иннокентий был одет во власяницу, шелковый подрясник из китайской материи и в архиерейской мантии голубого цвета».22 В этой архиерейской мантии он и изображен на многих иконах.

После канонизации в Иркутске налаживается массовое изготовление икон для иркутян и паломников. В иркутском Вознесенском монастыре их можно было купить на любой вкус.

Известно, что в 1805 году иркутский епископ Вениамин поздравил царственный дом с торжеством прославления новоявленного святого, послав иконы Иннокентия супруге и матери императора Александра23.

Иконы Иннокентия быстро появились в иркутских церквях: в 1809 году, например, в Архангельской (Харлампиевской) церкви была одна икона с изображением Иннокентия24, в Крестовоздвиженской – 225, в Троицкой в 1745 г. – 4 иконы26. В иркутском Вознесенском монастыре близ раки святителя находился образ Иннокентия в рост, на котором он был изображен в мантии и клобуке, шитых серебром, а по краям вышиты слова молитвы:

«Милостивыи мои наставниче, благоутробия сокровище, правоверие учителю, архиреев похвала, беспомощных заступниче, отче наш иерарше, моли Бога о нас».

Эту икону выполнила иркутянка Екатерина Александровна Постникова (ок.1775 – 22.11.1854) и послала в дар царю. Государь поблагодарил ее, пожаловал 300 рублей, а икону возвратил в Иркутск. Впоследствии она попала в Вознесенский монастырь, где и хранилась27.

О том, что в Иркутске иконы Иннокентия изготавливались в большом количестве, говорят следующие факты, встреченные нами в Иркутских епархиальных ведомостях. В 1871 году настоятель Иркутского Вознесенского монастыря архимандрит Михаил подарил в Тугнусский миссионерский стан 10 экземпляров службы и акафиста святителю Иннокентию, 20 экземпляров описания чудес Святителя и 30 финифтяных образков28. В 1909 году епископ Иоанн во время своей поездки по обозрению церквей Нижнеудинского уезда раздавал изображения святителя Иннокентия, сделанные «краской, по размерам своим и достоинству они могут заменять икону»29. 26 ноября 1909 года множеству людей, собравшихся в Иркутский Вознесенский монастырь праздновать день памяти Святителя, раздавали изображения Иннокентия с кратким жизнеописанием его30.

На сегодняшний день в собраниях иркутских музеев и в действующих церквях Иркутской области научными сотрудниками Иркутского художественного музея выявлено 83 иконы Иннокентия, которые разделяются приблизительно на две равные группы. Одна из них имеет своим прототипом портрет, хранящийся сейчас в Иркутском художественном музее. На нем епископ Иннокентий изображен в архиерейском облачении. Правая рука его в жесте благословения (его еще называют жестом имянословия, так как в расположении пальцев руки читаются буквы «И X» — т. е. «Иисус Христос»: епископ благословляет от имени Христа), а левой он держит посох. В этих иконах Иннокентий представлен как святитель, наделенный высокой духовной властью.

Вторая группа берет свое начало от вышеописанного портрета из дома Елезовых, местонахождение которого нам сейчас неизвестно, но из описания его мы знаем, что Иннокентий на нем изображен был с крестом в руке. Этот тип икон представляет интересная гравюра на шелке, поступившая в Иркутский художественный музей из собрания московского коллекционера Н. К. Величко. Под изображением иркутского чудотворца расположен текст с его биографией. Скорее всего, такие иконы служили раздаточными образами для паломников. Интересно, что на некоторых иконах этого иконографического извода Иннокентий не сжимает правой рукой конец креста, а всей ладонью прижимает его к груди. Левой рукой, как правило, он держит четки. В этих иконах подчеркивалась проповедническая роль Иннокентия, который «свет веры Христовой нес сибирским инородцам».

Внутри каждой из этих иконографических групп различается несколько вариантов: 1) изображение по пояс или в рост; 2) на голове митра или клобук; 3) в нескольких случаях в верхнем, чаще всего левом углу изображена икона Богоматери; 4) Иннокентий изображен рядом с другими святыми и др.

Нам известна лишь одна житийная икона Иннокентия. Она написана в 1888 году художником Михаилом Ивановичем Зязиным (1846–1900), который с 1881 года жил в Иркутске и преподавал рисование в Иркутской гимназии и Духовной семинарии. Эта икона находится сейчас в Иркутской Крестовоздвиженской церкви. В среднике изображен в рост епископ Иннокентий в архиерейских одеждах с крестом и посохом в руках. Средник окружают восемь клейм со сценами из жития святителя, отражающих основные события его земной и загребной жизни: поставление в епископы (центральное верхнее клеймо), проповедь веры христовой среди язычников (клеймо в правом верхнем углу), перенесение мощей в главный собор Вознесенского монастыря (клеймо в левом верхнем углу) и пять нижних клейм - сцены из его чудес (помощь больным и др.).

Изучение собранного материала по иконографии святителя Иннокентия может осветить интересные художественные и духовные процессы культурной жизни Восточной Сибири 18-19 веков.

Примечания

  1. Жизнь и подвиги св. Иннокентия, первого епископа Иркутского. – Иркутские епархиальные ведомости. Прибавления. — 1883, № 26. — С. 327–335; № 27. — С. 337–343; № 28. — С. 345–352; № 29. — С. 355–367; № 30. — С. 370–377; № 31. — С. 379–390; № 32. — С. 391–400.
  2. Громов П. Начало христианства в Иркутске. — Иркутск, 1868.
  3. Там же. С. 398.
  4. Там же. С. 355.
  5. Иркутская летопись (летописи П. И. Пежемского и В. А. Кротова) // Труды Восточно-Сибирского отдела Русского географического общества. — Иркутск, 1911. — С. 109.
  6. Там же. — С. 66, 209.
  7. Там же. — С. 213.
  8. Календарь-справочник по г. Иркутску и Иркутской губернии на 1914 г. — С. 111.
  9. Иркутские епархиальные ведомости. Прибавления. 1866, № 21. — С. 261–270.
  10. ГАИО, ф. 592, оп. 1, д. 7, л. 8 об.; ф. 50, оп. 6, д. 126, л. 2.
  11. Арх. Григории. Праздник 26 ноября 1872 года в Московском Златоустовском монастыре. – Иркутские епархиальные ведомости. Прибавления. — 1873, № 3. — С. 33–34.
  12. Полный православный богословский энциклопедический словарь. — Т. 1. Репринтное издание. — М.: «Возрождение», 1992. — С. 278.
  13. Громов П. Указ. соч. — С. 333.
  14. Поездка преосвященного Вениамина, епископа Иркутского и Нерчинского за Байкал для обозрения епархии с 21 января по 6 февраля 1876 года. – Иркутские епархиальные ведомости. Прибавления, 1876. — № 16. — С. 207.
  15. См. примечание 1, № 29. — С. 361–362.
  16. Там же. — С. 360.
  17. Замечательный образ. – Иркутские епархиальные ведомости. Прибавления. 1872, № 50. — С. 659.
  18. См. примечание 14.
  19. Громов П. Указ соч. — С. 29.
  20. ГАИО, ф. 271, оп. 2, д. 8, л. 27 об.
  21. ГАИО. ф. 275, оп. 3, д. 5, л. 22 об.
  22. Громов П. Указ соч. — С. 336–337.
  23. Там же. — С. 354.
  24. ГАИО, ф. 50, оп. 6, д. 20, лл. 1–50.
  25. ГАИО, ф. 275, оп. 3, д. 2, лл. 1–60.
  26. ГАИО, ф. 271, оп. 2, д. 8, лл. 5–74.
  27. Громов П. Указ соч. — С. 306–307. В настоящее время местонахождение этого произведения неизвестно.
  28. Иркутские епархиальные ведомости. — 1871, № 35. — С. 304.
  29. Епископ Иоанн. Из отчета по обозрению церквей Иркутской епархии в 1909 году. – Иркутские епархиальные ведомости. — 1910, № 19. — С. 555; № 22. — С. 604.
  30. 26 ноября в Иркутском Вознесенском монастыре и 29 ноября в Братстве святителя Иннокентия. – Иркутские епархиальные ведомости. Прибавления. — 1910, № 1. — С. 27–29.

Выходные данные материала:

Жанр материала: Научная работа | Автор(ы): Крючкова Т.А. | Источник(и): Земля Иркутская, журнал | Дата публикации оригинала (хрестоматии): 1994 | Дата последней редакции в Иркипедии: 09 февраля 2017

Примечание: "Авторский коллектив" означает совокупность всех сотрудников и нештатных авторов Иркипедии, которые создавали статью и вносили в неё правки и дополнения по мере необходимости.