Бурятские диалекты

Вы здесь

Версия для печатиSend by emailСохранить в PDF

Бурятский язык многодиалектный. Различия между диалектами в большей мере связаны с этническими делениями их носителей. Носители каждой группы диалектов составляют определенную этническую группу — хоринскую, цонгольскую, сартульскую, хамниганскую, хонгодорскую, эхиритскую и булагатскую. Но это не абсолютно, так как немалый период (столетия) взаимодействия монголоязычных этносов — представителей разных племенных объединений на од­ной или смежной территории не могли не отразиться на их языке.

Несмотря на очевидность такой диалектной дифференциации современного бурятского языка, некоторые диалектологи до сих пор, вероятно, в силу тради­ции продолжают придерживаться так называемого территориального принципа деления на западные, восточные и южные диалектальные группы. Такая клас­сификация бурятских говоров, во-первых, не точна терминологически, во-вто­рых, этому противоречит сам фактический материал. Например, один из самых восточных (географически) говоров — баргузинский относится к западной диа­лектной группе.

При таком членении бурятских диалектов в одной группе оказываются бар­гузинский и тункинский говоры, которые разнятся как генетически, так и линг­вистически, не говоря уже о чисто территориальном объединении двух больших и самостоятельных диалектных массивов: аларских и эхирит-булагатских гово­ров. Носители этих говоров не связаны ни по происхождению, ни по языку. Ге­нетически аларские буряты относятся к хонгодорскому племенному объедине­нию, тогда как генеалогия эхиритов и булагатов тянется от древних монголь­ских племен икиресов и булгачинов. Наиболее типичные для монгольских язы­ков фонетические изоглоссы типа žj и их лексиколизация: алар. žargal - эхирит.-булаг. jargal 'счастье', алар. žƐl - эхирит.-булаг. jel 'год', алар. žada - эхи-рит.-булаг. jada 'копье' и т.п. не дают основания для объединения их в одну диа­лектную группу. Даже территориально носители эхирит-булагатского и алар-ского диалектов значительно отдалены друг от друга. Вплоть до последних лет (до образования единого автономного округа) они почти не имели каких-либо контактов, разъединяла их своенравная Ангара. Аларские буряты имели более тесные связи скорее с тункинскими бурятами, нежели с эхиритами и булагатами.

Это отметил выдающийся деятель бурятской культуры и науки Ц. Жамцарано который записывал фольклор как раз в указанных выше регионах этнической Бурятии.

Таким образом, разделение этого большого бурятоязычного массива, не со­всем обоснованно отнесенного к одному западнобурятскому наречию, на две са­мостоятельные диалектные группы, будет оправдано как исторически, так и лингвистически. Поэтому вполне справедливо и логично укладываются в систе­му классификации бурятских диалектов говоры тункинских, закаменских, баргузинских и байкало-кударинских бурят, которых относили ранее то к каким-то искусственно придуманным промежуточным диалектам, то чисто географиче­ски к прибайкальско-саянским, или просто механически объединяли с западно-бурятскими говорами.

Теперь к эхирит-булагатскому наречию закономерно относятся говоры баргузинских и байкало-кударинских бурят, а говоры аларских, тункинских, окинских, закаменских бурят по всем присущим им языковым и в какой-то степени территориальным критериям составляют самостоятельную диалектную группу, которую наиболее целесообразно назвать аларо-тункинским наречием. Безого­ворочное причисление к этой диалектной группе говора унгинских бурят всего несколько десятилетий назад было весьма проблематичным. Однако в настоя­щее время, благодаря интенсивным контактам последних лет, связанным, глав­ным образом, с внешними факторами социально-экономического характера, уже можно относить унгинский говор к аларо-тункинской диалектной группе.

Собственно аларский диалект не ограничивается нынешними администра­тивными границами Аларского района, он распространяется на несколько бу­рятских сел Зиминского и Усть-Удинского районов, образуя своеобразное аларское диалектное койне.

Аларский говор имеет значительные внутренние различия. Они не были в свое время зафиксированы Н. Поппе, так как его работа "Аларский говор" яв­ляется результатом наблюдений, произведенных в течение лета 1928 г. лишь в одном с. Элзетуе, как пишет сам автор. Описание фонетических особенностей говора с. Элзетуй дается им подробно, с обоснованными обобщениями. Однако такие большие и своеобразные массивы с бурятским населением, как Аляты, Зоны, Шапшалтуй, Нельхай, Балтуй, Куйты, не говоря уже о селениях унгин­ских бурят, остались вне поля зрения исследователя.

Экспедицией отдела языкознания ИМБиТ СО РАН 1962 г. были охвачены все населенные бурятами пункты. В "отчете о работе аларо-унгинского отряда" отмечено, что говор унгинских бурят лишь лексически отличается от говора собственно аларских бурят. Говор же бурят проживающих в бывшем Аларском районе, имеет серьезные внутренние различия. Прежде всего особняком стоит нельхайский куст, куда относятся, кроме самого с. Нельхай, улусы Бахтай, Ха-дахан, Ундур Хуан, Абхайта, Зангей и Кундулун. Бросается в глаза то, что жи­тели этих сел употребляют в начале слов среднеязычный щелевой сонант j вме­сто щелевого смягченного звонкого согласного ž, употребительного в языке других аларских, а также унгинских бурят. Одной из характерных особенностей является то, что в говоре с. Балтуй, расположенного в 15 км к юго-востоку от с. Нельхай, так же, как и в байкало-кударинском говоре, наблюдается последо­вательная замена общебурятского h в начале слова щелевым х. Говор нельхайских бурят примыкает к булагатскому диалекту.

Для составления полной картины диалектной дифференциации бурятоязычной территории западной части Иркутской области следует сказать еще и о го­воре нижнеудинских бурят. Основываясь на исследованиях Г.Д. Санжеева, Д.А. Дарбеевой, В.И. Рассадина, а также на экспедиционных материалах сот­рудников отдела языкознания ИМБиТ, можно уверенно заключить, что выделе­ние языка нижнеудинских бурят в особый говор сомнению не подлежит. Следу­ет отметить, что на этом говоре говорили не только население сел Кушун и Мунту-Булак, то есть собственно нижнеудинские буряты, но и население сел Кукшинай и Подсочка Тулунского района. С сожалением приходится признать, что в последнее время этот говор фактически замыкается в одном селе Кушун Нижнеудинского района Иркутской области.

Наибольший диалектный пласт в бурятоязычной территории Иркутской об­ласти занимает эхирит-булагатское наречие, в которое входят достаточно само­стоятельные говоры идинских и осинских, а также сайгутских и китойских бу­рят, пока еще не потерявшие связи с идинскими и булусинскими (булагаты, про­живающие в Эхирит-Булагатском районе Иркутской области) бурятами. Эхириты и булагаты, проживающие компактно в Эхирит-Булагатском, Баяндаевском, Качугском районах, давно уже образовали своеобразное койне, на базе наибо­лее распространенного на данной территории эхиритского говора, вобравшего в себя особенности булагатских говоров, распространенных в нынешнем Эхирит-Булагатском административном районе.

Язык ольхонских бурят мало отличается от эхирит-булагатского говора. Правда, Ц.Б. Цыдендамбаев уточняет это весьма своеобразно: "... язык бурят, живущих по северному побережью Байкала, западнее села Курмы, и на острове Ольхон, в основном тот же, что и язык байкало-кударинских бурят... Язык же бурят, живущих в более восточной части северного побережья Байкала и остро­ва Ольхон, сильно напоминает язык баргузинских бурят... Уже можно говорить, во-первых, о включении в территорию баргузинского говора сел Качериково, Онгурёны и Зама Ольхонского района, во-вторых, о выделении ольхоно-кударинского говора" (из отчета).

Объединение указанных выше говоров на такой платформе высказывается впервые. Если существование ольхоно-кударинского местного говора вполне допустимо, то объединение баргузинского говора с говором ольхонцев, прожи­вающих в восточных селах северного побережья Байкала, весьма проблематич­но, так как между ними нет и не было постоянного контакта. Но бесспорно то, что эти родственные говоры еще не потеряли языкового единства с коренным эхиритским говором и соответственно между собою.

Эхирит-булагатские говоры заметно отличаются друг от друга, но по ряду существенных фонетических особенностей объединяются в одно наречие. При­чем это наречие довольно близко по-своему грамматическому строю и другим признакам хоринским говорам. Не случайно, как уже говорилось выше, Ц. Жам­царано, отмечал, что наречие эхиритов и булагатов ближе к хори-бурятскому, нежели к наречию аларских и части балаганских бурят.

Одной из характерных черт этой группы говоров в области фонетики явля­ется ёканье, то есть там, где в литературном языке и некоторых других говорах в анлауте произносится ž, в эхирит-булагатских говорах произносят j. Например: лит. žabar 'хиус' (ветер) - эхирит.-булаг. jabar. лит. žalga 'долина' - эхирит.-булаг. jalga. лит. žada 'копье' - эхирит.-булаг. jada и т.д.

В восточной части бурятоязычной территории преобладающее место зани­мает обширный регион собственно хоринского диалекта, составивший основу литературного бурятского языка. Носители хоринского диалекта и в количест­венном отношении значительно преобладают над представителями других диа­лектных подразделений бурятского языка. Собственно хоринцы — это предста­вители 11 хоринских родов, проживающие в Республике Бурятия и Читинской области. Хоринское наречие - самое крупное диалектное подразделение бурят­ского языка, куда входит собственно хоринский говор, распространенный на территории нынешних трех больших административных районов Республики Бурятия: Еравнинского, Хоринского и Кижингинского. В этой части хоринский диалект составляет своеобразное койне, взятое за основу литературного произ­ношения. К этому наречию относится и агинский говор, распространенный в Читинской области (за исключением говора ононских хамниган), тугнуйский го­вор, основной особенностью которого является фонетический признак оканья. Этот произносительный признак распространяется на довольно обширную тер­риторию, доходит на востоке до Дода-Гола по Уде, до Ойбонтуя по р. Курбе. В Кодуне и Кижинге замечено лишь спорадическое оканье. Целиком окают мухоршибирцы, заиграевцы. Полоса оканья проходит по долинам рек Тугнуя, Курбы и среднему течению р. Уды.

Заметным фонетическим своеобразием собственно хоринского говора, от­личающим его как от других диалектов, так и от литературного языка, являет­ся смягченное произнесение согласных в таких словах, как ƐrdƐm "наука", хƐl`iŋ "язык" вместо ƐrdƐm, xƐlƐn в тех же значениях в других говорах. В литературном языке приняты последние нормы. Или, например, слова, имеющие в основе мяг­кий r`, типа mor'iŋ "лошадь", ϋr`i "долг" в совместном падеже в хоринском гово­ре приобретают форму: mor't'Ɛ: ϋrit'Ɛ: вместо mor'itoe: ϋr'itƐ: в других говорах и литературном языке.

Гласные ɵ, у в хоринском говоре существуют, но они не являются самостоя­тельными фонемами, а являются лишь аллофонами одной и той же фонемы. К хоринскому наречию примыкают говоры иволгинских и североселенгинских (или ближнеселенгинских) бурят, которые по своему происхождению относятся, в ос­новном, к булагатским и частично эхиритским родам. Надо полагать, что языковая ассимиляция эхирит-булагатских бурят, осевших на достаточно обширной терри­тории по долине Селенги, связана с непосредственным и постоянным языковым контактом с носителями хоринского диалекта. Возможно, здесь сыграло не пос­леднюю роль влияние бурятского литературного языка, в основу которого лег тот же хоринский диалект (школьное обучение, печать, радио и телевидение). Этому ассимиляционному процессу, бесспорно, сопутствовал и религиозный фактор. Тем не менее главным причинно-следственным фактором перехода эхиритов и булагатов на хоринскую речевую норму является живой языковой контакт, че­го не было между носителями баргузинского говора и хоринцами, между хоринцами и байкало-кударинцами. Баргузинские и байкало-кударинские буряты жили в какой-то мере изолированно от основного населения края - хоринских бурят. Даже более мелкие языковые ответвления сохраняют свой первичный облик при изоляции от других родственных языковых сообществ. Например, самый запад­ный "форпост" бурятоязычного ареала - говор нижнеудинских бурят остается самостоятельным изолированным говором. Как уже говорилось выше, сейчас он фактически сохраняется, только в одном с. Кушун. Противоположную картину представляет языковая эволюция ольхонских и байкало-кударинских бурят, по­селившихся среди коренных хоринцев в Еравнинском и Кижингинском районах Бурятии. Ольхонские переселенцы, обосновавшиеся недалеко от с. Можайка, хо­тя и живут компактно, уже говорят на литературном бурятском языке. А байка­ло-кударинские буряты из нескольких прибрежных сел, подвергшихся стихийно­му бедствию (Байкальский провал), переселились в Кижингинский район и, не­смотря на сравнительно малый срок, уже говорят на хоринском диалекте.

В диалектологической литературе говор цонголов и сартулов, распростра­ненных в южной части этнической Бурятии, называют по-разному: южный, цонголо-сартульский, цокающий и т.п. Наверное, каждое название по-своему отра­жает суть проблемы. Действительно, представители этого диалекта являются сравнительно недавними выходцами из Монголии (конец XVII - начало XVIII в.) и еще не потеряли черт монгольского языка. До сих пор сохраняется употребле­ние аффрикат, вместо общебурятского фарингального звука h произносится сильный спирант s и т.п.

В последнее время к этой группе говоров стали причислять еще говор онон­ских хамниган, разбросанных по Кыренскому, Дульдургинскому, Акшинскому, Моготуйскому, Шилкинскому и Карымскому районам Читинской области. Если по языку действительно имеется ряд объединяющих моментов между цонгольским, сартульским и хамниганским говорами, то по всем другим параметрам хамниганы ничего общего с цонголами и сартулами не имеют. Относительно происхождения хамниган существуют различные гипотезы. Одни считают, что нынешние хамниганы являются выходцами из Внутренней Монголии и монгола­ми по происхождению (Дамдинов. 1993. С. 28); другие полагают, что они тунгус­ского происхождения, ассимилировавшиеся в языковом отношении с монголами (Цыдендамбаев. 1979. С. 155).

В территориальном отношении цонголы и сартулы близки между собой, за­нимают смежные регионы, но хамниганы значительно отдалены от них и ника­ких контактов с ними не имеют и не имели.

Так или иначе, данные говоры в последние 200-300 лет находятся в непо­средственном взаимовлиянии со смежными бурятскими говорами. С точки зре­ния фонетической характеристики они могут быть отнесены к бурятскому язы­ку лишь условно. Правда, значительный период взаимодействия этих говоров с бурятскими говорами оставил в них заметные следы. В настоящее время эти го­воры представляют собой переходный тип между монгольским и бурятским языками.

Состав фонем в цакающих говорах и других бурятских говорах не совпада­ет. Во всех трех говорах (цонгольском, сартульском и хамниганском) широкое употребление имеют аффрикаты t'š. d'ž, ts, dz, не употребляется фарингальный h, употребляется глухой сильный смычный звук к, который в хамниганском го­воре выступает как самостоятельная фонема, а в других говорах звук к встреча­ется значительно реже и выступает как факультативный вариант фонемы х.

Однако при классификации бурятских диалектов целесообразнее отказать­ся от искусственного причисления говора ононских хамниган к цонголо-сартульской диалектной группе, оставив его в качестве самостоятельного изолирован­ного говора на восточной части бурятского диалектного ареала, аналогично то­му как в самой западной части бурятоязычной территории остался сам по себе изолированный нижнеудинский говор.

Результаты анализа различных классификационных систем бурятских диа­лектов, предложенных ведущими языковедами-монголоведами за последние де­сятилетия, показывают, что бурятский язык в настоящее время подразделяется на четыре диалектные группы.

Первая - хоринская группа говоров, или хоринское наречие, состоит из соб­ственно хоринского говора, агинского, тугнуйского (или тугнуйско-хилокского), североселенгинского (или ближнеселенгинского) говоров.

Вторая - эхирит-булагатское наречие. Это собственно эхирит-булагатский говор, боханский и ольхонский говоры, а также говоры баргузинских и байкало-кударинских бурят.

Третья - аларо-тункинское наречие. Сюда входит аларский говор, тункино-окинский и закаменский говоры, а также говор унгинских бурят.

Четвертая — цонголо-сартульское наречие, состоящее из двух говоров: цон-гольского и сартульского.

В эту четкую диалектную систему современного бурятского языка никак не вписывается говор нижнеудинских бурят, оставшийся на самой западной окраи­не бурятоязычной территории, а также говор ононских хамниган в Читинской области. В классификационную систему диалектов бурятского языка они входят как самостоятельные изолированные говоры, не связанные ни с одним из пере­численных выше говоров, распределенных по четырем диалектным группам.

Выходные данные материала:

Жанр материала: Отрывок науч. р. | Автор(ы): Бураев И. Д., Шагдаров Л. Д. | Источник(и): Буряты. Народы и культуры. - М. Наука, 2004 | Дата публикации оригинала (хрестоматии): 2004 | Дата последней редакции в Иркипедии: 17 марта 2015