Востоковедение // «Сибирская советская энциклопедия» (1929)

Вы здесь

Версия для печатиSend by emailСохранить в PDF

Востоковедение

История В. в России имеет своею базою проникновение торг. капитала на ДВ, и т. к. путь этого капитала шел в значит. части через Сиб., то последняя, естественно, играла в данном случае значит. роль, особ. в первый период. По мере продвижения на ДВ рус. знакомились сначала с Сиб., затем и с зарубежными странами, прежде всего, с соседними: Монголией, Маньчжурией, после них с Китаем, Японией и, уже в XIX в., с Кореей. Первоначальное знакомство сибиряков с этими странами началось с XVI в.; сведения и данные переходили из уст в уста, сообщались местным властям и Моск. правительству. Для изучения этих данных необходимо тщательное исследование сиб. архивов, в к-рых должны остаться следы первичного В. неведомых «землепроходцев», изучавших языки и быт зарубежных народностей. Одноплемен-ность народов, живших в Юж. Сиб., с зарубежными облегчала эту задачу. У алтайских племен рус. изучали яз. Зап. Монголии, у саянских тюрков (урянхайских племен) и у бурят—язык монгольский, у тунгусских племен Амурской долины—язык маньчжуров, а позднее здесь же знакомились с китайцами.

Первые письменные сведения о зарубежных народах ДВ сохранились в отчетах тех рус. посланцев, к-рые через Монголию ездили от Моск. правительства в Пекин. Таковыми были в 1567 казачьи атаманы Иван Петров и Бурнаш Ялычев, в 1616 Василий Тюменцев, в 1618—20 Иван Петлин и Андрей Мундов. Их отчеты вызывают ряд спорных вопросов у историков. В 1643 совершил путешествие и плаванье по Амуру и дальше по pp. и волокам до Якутска Василий Поярков, а в 1649 на Амур пришел Ерофей Хабаров с казаками. В 1654—56 ездило в Пекин посольство Байкова, затем Ивана Перфильева, не имевшие политич. результатов, но ознакомившиеся с китайцами и вывезшие из Пекина чай. В 1634 Пашков построил Нерчинск, острог, куда в 1666 приезжал первый китайский посланец, а с 1670 китайские торговцы. В 1675 в Пекин ездило посольство Н. Г. Спафария. В 1689 был заключен первый Нерчинский рус-китайский договор и установлена вост. граница. В 1700 издан первый указ Петра I об обучении рус. людей вост. языкам, в 1707 отправлена в Китай первая рус. духовная миссия Илариона Лежайского, в 1719 посольство Измайлова и Ланге и в 1725 посольство Саввы Вл. Рагузинского, к-рый в 1727 заключил с Китаем Буринский договор (подтвержденный Кяхтинским трактатом 1728) и установил границу России с Монголией на З. от Кяхты. Этим договором была утверждена юридически Пекинская духовная миссия, к-рая явилась рассадником первых синологов и маньчжурологов из состава причислявшихся к ней светских лиц для изучения яз., а также и из миссионеров. Таковыми явились: Россохин, Владыкин, Леонтьев, Липовцев, монах Иакинф (Бичурин), Аввакум, арх. Палладий (Кафа-ров), арх. Даниил Сивилов, О. Войцеховский, К. Скачков, В. П. Васильев, И. И. Захаров, Д. А. Пещуров и др. Из них позднее выходили переводчики при Акад. Наук и Мин-ве Ин. Дел и проф. университетов.

В 1700 покоритель Камчатки Атласов встретил на р. Ичи японца Дэнбэя, к-рый был перевезен в Пб., выучился рус. яз. и, по указу Петра I, начал обучать японскому яз. русских. В 1736 при Акад. Наук была осн. школа японского яз., где преподавателями состояли потерпевшие крушение и перевезенные в Россию японцы Соза (позднее Кузьма Шульц) и Гонза (позднее Демьян Поморцев). Школа эта в 1753 была переведена в Иркутск, где существовала до своего закрытия в 1816. Экспедиции Беринга в 1728 и 1741 привели к развитию деятельности рус. мехопромышленников на Тихом океане и образованию пушных компаний, работавших на Алеутских о-вах и Аляске. Эти компании, получавшие большие барыши, терпели недостаток в провианте, что заставило их стремиться к открытию торговли с Японией. Для этой цели в 1792 в Японию было отправлено посольство Адама Лаксмана, к-рое посетило о. Эдзо (Хоккайдо), но не имело успеха. Пушные компании в 1797 были об’единены в одну монопольную Российско-Американскую К0, пытавшуюся завязать сношения с Японией, но успевшую только до некоторой степени с нею ознакомиться. В 1811— 13 японцами была захвачена и продержана в плену партия рус. моряков во главе с капитаном Головкиным, который оставил интересные «Записки флота капитана Головкина».

Изучение Монголии началось с путешествий членов Пекинской духовной миссии, направлявшихся в Китай, и переводов с китайского языка. Труды Тимковского (1820—21) и Ковалевского (1849) относятся к первым, «Записки о Монголии» Иакин-фа—ко вторым. Пограничные сношения с Монголией вызвали нужду в переводчиках монгольского яз., которые начали подготовляться в Забайкалье из русских, живших среди бурят. Роль Забайкалья в этой области очень значительна. Сибиряк А. В. Игумнов (1761 —1834) был одним из основоположников монголоведения в России и учителем будущих профессоров. Академик Я. И. Шмидт учился языку у астраханских калмыков, издав в 1831 первую монгольскую грамматику на нем. яз. и мон-голо-нем.-рус. словарь. В 1828 была основана кафедра монгольского яз. в Казанском Ун-те. Преподаватели его А. В. Попов, О. М. Ковалевский и Боб-ровников издали хрестоматии, грамматики и тексты, а Ковалевским издан был трехтомный монголь-ско-рус.-французский словарь (1844—46), служивший много лет основным пособием для изучения языка. Вторжение зап. капитала в Китай, первая (опиумная) война Англии с Китаем и заключение Нанкинского договора 1842, давшего колоссальные преимущества европ. торговле в Китае, вызвали естественное соперничество со стороны рус. капитала, что повело к заключению Русско-Китайского трактата в Кульдже в 1851, обусловившего преобладание рус. интересов в Монголии и Зап. Китае. С этого момента начинается оживление интереса к изучению ДВ и его языков в России. В 1855 преподавание вост. языков переносится из Казанского в Пб. Ун-т, где открываются кафедры: китайского яз. (проф. В. П. Васильев), маньчжурского (И. И. Захаров), монгольского (К. Ф. Голстунский)и бурятского (Доржи Банзаров). Издаются первым: хрестоматии, иероглифический словарь (по графической сист.), ряд текстов и больших трудов по синологии, истории и буддизму; вторым — грамматика и словарь маньчжурского яз.; третьим—ойротские законы и словарь монгольского яз.; четвертым—ряд раб. по Монголии. Неоднократно возбуждался вопрос об открытии кафедры японской, но он не встречал поддержки правительства. К этому же периоду относится основание «толмачевской» школы вост. языков в Урге, из к-рой вышли: Я. П. Шишмарев, переводчик, долгое время состоявший консулом в Урге; М. Г. Шевелев, знаток письменного китайского яз. и др. С миссионерскими целями монгольский яз. преподавался в Иркутской духовной семинарии. Сохранилось преподавание монгольского яз; и его наречий также в Казанской духовной академии, куда командировалось известное число сиб. семинаристов. Таким был Подгорбунский, И. А., преподаватель Иркутской духовной семинарии, оставивший ряд трудов по ламаизму.

Во второй половине XIX в. в изучении Востока приняли деятельное участие: Р. Г. Об-во, Мин-во Ин. Дел и военное вед-во, к-рые командировали целый ряд экспедиций для исследования Монголии, Маньчжурии, Кореи и Тибета. Г. Н. Потанин исследовал Заилийский край, оз. Зайсан, Монголию (1876—77), ц. Монголию и тангутско-тибетскую окраину (1878— 79, 1884—86 и 1892); М. В. Певцов посетил Чжунга-рию, Монголию, сев. провинции Китая, Вост. Туркестан и Сев. Тибет (1876 и 1883); И. В. Падерин в урочище Хара-Балгасун на р. Орхоне искал развалины Каракорума; Г. Е. Грум-Гржимайло из’ездил Зап. Монголию и Зап. Китай (1889—90); Н. М. Пржевальский в 4 экспедициях исследовал Монголию и страну Тангутов и сев. окраину Тибета; Сосновский, Матусовский и Пясецкий проехали от оз. Зайсана до Ханькоу (1874— 75). Н. М. Ядринцев в 1889 посетил верховья р. Орхона, установил местонахождение древней Монгольской столицы Каракорума в урочище Хара-хэрэм, близ монастыря Эрдыни-цзу. Это повело к значительным открытиям в обл. истории Монголии, к нахождению памятников турецких ханов Кюль-Тэгина и Могиляна, к ряду новых экспедиций [угро-финской из Гельсингфорса (1890), Рос. Акад. Наук—Радлова (1891) и Котвича (1912)], к нахождению в долине Орхона енисейских рун и дешифровке их Томсеном при помощи параллельных уйгурских и китайских надписей. Одновременно с этим шло изучение Маньчжурии, предпринятое, гл. обр., военным вед-вом. Н. Хилковский (1862) проехал в Хайдар, Малевич (1863) в Цицикар, П. Кропоткин (1864) в Айгунь, Палладий (1870) из Пекина через Мукден, Цицикар и Мэргэнь на Амур, Матюнин (1878) из Ново-Киевского в Нингуту, Зборовский от Екатерино-Никольской до р. Сунгари, Евтюгин (1884) из Благовещенска в Цицикар, Гарнак (1887) из Старо-Цурухайтуя в Пекин, Ресин (1887) из Пекина через Цицикар в Благовещенск, Путята (1888) из Инкоу через Мукден, Гирин, Лалин, Ажэхэ, Баян-Сусу, Сан-синь, Нинкуту и Хунь-Чунь во Владивосток, Бернов (1889) через всю Маньчжурию с З. на B., Стрельбицкий (1894) из Урги через Далай-Нор, Хайлар и Цицикар во Владивосток; был также ряд экспедиций по р. Сунгари.

Корею, преим. Сев., исследовали: Калиновский (1885—87), Стрельбицкий (1895), Лубенцев (1895), Комаров (1897), Орановский и Непоржнев (1897),C. Н. Сыромятников и др.

Закрытый для иностранцев Тибет был посещен бурятами Г. Цыбиковым, добравшимся до Лхассы (1889—1902), и Барадиным, об’ехавшим монастыри Сев. Тибета (1905—1907). Весьма значит. расширил обл. научного изучения Монголии, ее яз. и быта проф. монгольского яз. и лит-ры СПб. Ун-та А. М. Позднеев, к-рый в первый раз отправился в Монголию в 1876 с Г. Н. Потаниным, оставался в стране до 1879 и совершил туда же вторую экспедицию в 1892—93. Он умер в 1920, оставив после себя большое число трудов по монгольскому яз. и его наречиям: бурят, и калмыцкому; его сочинения по монгольской лит-ре, географии, истории, народным песням, ламаизму, сказкам, путешествиям, медицине, калмыцкий словарь, маньчжурская хрестоматия, исследования маньчжурских рукописей в Парижской Публичной Библиотеке и ряд др. трудов выдвинули рус. монголоведение на первое место в Европе. Проф. Позднеев положил основание монгольской библиотеке СПб. Ун-та, вывезя из Монголии за две экспедиции 1.699 томов монгольских сочинений под 295 названиями, собрал коллекцию ламайских бур-ханов и разл. принадлежностей культа. После ухода А. М. Позднеева из СПб. Ун-та дело продолжали его ученики: В. Л. Котвич, Б. Я. Владимирцов, А. Д. Руднев, к-рые также путешествовали по Монголии, изучая, гл. обр., монгольскую филологию и наречия.

В обл. китайского яз. С. М. Георгиевский ввел в рус. синологию результаты зап.-европ. науки и положил начало научной разработке древней истории Китая. Д. А. Пещуров оставил два китайско-рус, иероглифических словаря (ключевой и по графической сист. В. П. Васильева). Рано умерший И. Монастырев издал исследование о китайской летописи «Чунь-цю».

Изучение японского яз. в самой Японии начато было служащими Мин-ва Ин. Дел. Консул в Хако-датэ И. Гошкевич в 1857 издал японо-рус. словарь. В СПб. Ун-те была получена в дар от принца Ари-сугана японская библиотека в 3.000 книг и в 1888 назначен лектором японского яз. Иосибуми Куро-но. Была введена также кафедра истории В., к-рую занимали В. В. Григорьев и Н. И. Веселовский.

Японо-Китайская война 1894 — 95, выдвинув Японию на первое место на ДВ, произвела сильный сдвиг в русском востоковедении. Наметился уклон в сторону практического изучения ДВ, результатом чего явилось учреждение во Владивостоке нового высшего учебного заведения Восточного Института (см.), во главе которого был поставлен проф. А. М. Позднеев. Студенты Восточного Института командировались в изучаемые страны, преподаватели Института вскоре же после его открытия приступили к составлению учебников для практического изучения дальне-восточных языков. Издававшиеся «Известия Восточного Института» под ред. А. М. Позднеева, стали энциклопедией практического востоковедения. Выработалась целая группа молодых ученых, обогатившая науку рядом трудов. Н. В. Кюнер по истории Д. Востока, Е. Г. Спальвин—по японскому яз., Г. В. Подставин явился первым ученым в области корееведения, Г. Цыбиков работал по монголоведению. Китаисты: А. В. Рудаков и П. П. Шмидт дали ряд пособий для практического изучения китайского языка. А. М. Позднеев напечатал маньчжурскую хрестоматию, а ученик его А. В. Гребенщиков внес целый ряд трудов в маньчжуроведение.

Все их труды и студенческие отчеты по командировкам во все страны ДВ печатались и «Изв. Вост. Ин-та» и выходили отдельными изданиями. На ряду с этим в «Изв. Вост. Ин-та» изд. и др. работы сибирских деятелей.

Ответвлением Вост. Ин-та в Харбине явилось «Общество Русских Ориенталистов» (см.) с журналом «Вестник Азии», составившееся гл. обр. из питомцев Вост. Ин-та. Одновременно в Пб. было организовано Об-во В., при котором возникли сначала востоковедные курсы, а затем с 1910 Практическая Вост. Академия. Здесь преподавались китайский, монгольский и японский языки. В Токио образовалась при Духовн. миссии японоведческая ячейка из присланных из Сиб. лиц (до 15 человек), к-рые изучали яз. в Японской Духовной семинарии. Здесь работали В. М. Мендрин, осветивший феодальный период истории Японии и давший учебники эпистолярного японского стиля. Д. М. Позднеев (1905—10) изучал Японию и напечатал ряд трудов по яз. (словарь, грамматику, хрестоматии, письмовник), истории и географии Японии. В 1910 он занял место преподавателя в Практической Вост. Академии в СПб. по японскому языку и истории Д. Востока.

В XX в. рус. изучение ДВ дифференцировалось на теоретическое и практическое. Представителем первого остались Акад. Наук и Пб. Ун-т, второго—все названные учебные заведения. Сиб., Маньчжурии и Пб. В состав преподавателей Ун-та вошли китаисты: П. С. Попов, дополнивший и издавший огромный Китайско-Рус. словарь, начатый Палладием (Кафа-ровым), и возвратившиеся из Китая стипендиаты А. И. Иванов и В. М. Алексеев. Учрежденную кафедру японского яз. занимали В. Я. Костылев, И. Доля, С. Елисеев, О. Розенберг и доныне занимает Н. И. Конрад. В ряду монголистов выдвинулся Н. Н. Поп-пе. В тесной связи с Акад. Наук и Рус. К-тетом по изучению Ср. и Вост. Азии Ун-т занимался преим. научно-теоретической ориентологией.

Таким образом, на протяжении столетий, неорганизованное изучение стран ДВ землепроходцами и агентами торгового капитала, позднее проводилось царским правит-ством уже в определенных завоевательных целях, при чем использовались в этих целях самые разнообразные методы и служилые кадры: чиновники, военные отряды, частные предприниматели, духовенство и т. д.

Последнее десятилетие в области изучения ДВ отличается совершенно иным подходом к вопросу: введением марксистских методов изучения; пополнением состава исследователей ДВ рядом новых работников социологов-экономистов; сосредоточением внимания на современном положении ДВ; изучением экономики, как базы общественно-политической жизни; развитием коллективизма в раб.; пробуждением интереса к ДВ среди масс населения; исследованием в первую очередь условий жизни дальне-восточного пролетариата; анализом проникновения иностранного капитала на ДВ и империализма; вовлечением в исследовательскую раб. туземцев ДВ, как национальных меньшинств Сов. Союза, так и зарубежных революционеров и националистов. Это внесло полную рев. в изучение ДВ. Следствием возросшего интереса к ДВ явилось расширение сети востоковедных учебных заведений. В Москве, не имевшей раньше ни одного высшего учебного заведения по ДВ, открылись: Ин-т В. им. т. Нариманова, Вост. фак-т Военной Академии Р.-К. Красной армии, Коммунистич. Ун-т Трудящихся Востока им. т. Сталина (изд. журн. «Революционный Восток»), Коммунистич. Ун-т им. Сун Ят-сена, открыта кафедра Экономики ДВ в Ин-те Народного Х-ва. Это создало новые преподавательские кадры: китаисты: В. Колоколов, А. И. Иванов, Б. Пашков; японологи: О. Плетнер, М. Попов, Н. Попов-Татива, Е. Поливанова, Р. Ким.

В Ленинграде вместо закрывшейся Практической Восточной Академии основан гораздо более широкий Вост. Ин-т, во главе с маньчжурологом П. И. Воробьевым, создающий целую новую школу молодых ориенталистов — практиков. Пополнены востоковедными предметами программы некоторых ВУЗ’ов: в Ин-те Народного хозяйства кафедрой экономики ДВ, в Военно-Политическом Ин-те Р.-К. Красной армии и флота им. Толмачева—курсами китайского яз. и пр.

Принцип коллективности раб. вызвал к жизни ряд новых об-в, во главе к-рых стала Всесоюзная Научная Ассоциация В. (ВНАВ) в Москне; ею издается журн. «Новый Восток», ставший энциклопедией В. Она имеет филиалы в Хабаровске, Иркутске и Владивостоке. Кроме того, существует Закавказская и Всеукраинская Ассоциации В.; последняя издает журнал «Схщнш Свт>.

Изучение ДВ идет также в Нар. Ком. Ин. Дел (журн. «Международная Жизнь»); во Всероссийской Вост. Торг. Палате (журн. «Торговля России с Востоком»); Российская Ассоциация Научно-Исследо-ват. Ин-тов Обществ. Наук (РАНИОН) об’единяет целый ряд таких Ин-тов, из них некоторые (Моск. и Лгр.) имеют кабинеты для изучения Д. Востока. В Ленинграде Востоковедческую подсекцию имеет Научное Об-во Марксистов, в «Изв.» к-рого печатаются статьи по Дальнему Востоку.

В области изучения экономики ДВ ряд ученых-марксистов дал целую библиотеку раб. в связи с Китайской революцией (раб. Н. И. Бухарина, М. Павловича-Вельтмана, А. Лозовского, М. Н. Покровского, Сен-Катаяма и др.). Естественно, на долю Сиб. и прилегающих к ней стран выпадает очень важная роль в изучении ДВ. Владивостокский Вост. Ин-т, преобразованный в Дальневосточный Ун-т (см.), сохранил Вост. Фак-т. В нем появились новые силы: китаисты: Б. Пашков, Кра-стин, Л. Ульяницкий; японисты: П. Ануфриев, Т. Юркевич, Н. Мацокин; монголист: И. Клюкин; историк ДВ — К. Харнский. Восстановлена корейская кафедра. Некоторое время существовало Вост. отд. в Иркутском Ун-те. В отношении монгольского яз. большая раб. сосредотачивается в Ученых К-тетах Б.-М. Респ. в Верхнеудинс-ке и Монгольской Респ. в Улан-Батор-Хото, изд. ныне ряд книг и пособий на монгольском яз. по всем отраслям знания. Археологические изыскания в Монголии производятся экспедицией П. К. Козлова, давшей уже ценные научные результаты. В освещении экономики Монголии выделились сибиряки: Т. Рыскулов, С. Шойжелов; из экспедиции Центросоюза по Монголии—И. Майский и А. Калинников. В Харбине над изучением Маньчжурии и Монголии работает Об-во изучения Маньчжурского края (см.), изд. ряд трудов и журн. «Вестник Маньчжурии». Изучение С.-З. Китая в последнее время тесно связывается с нашей Ср. Азией. В Ташкенте: в Ун-те преподается китайский яз., китайский языковый разряд существует на Ср.-Азиатских Курсах В., имеется филиал Всесоюзной Научной Ассоциации Востоковедения. Эти организации изучают Вост. Туркестан, Или, Чжунгарию и с.-в. провинции Китая.

Отсюда ясно, что изучение ДВ Сибирью ведется на основе органической связи ее приграничной полосы с зарубежными странами. Быстрый рост экономических их взаимоотношений выдвигает для каждого района свои задачи. Корея высылает в Приморье своих эмигрантов, развивающих рисосеяние. Вся граница с Маньчжурией по Уссури, Амуру и Аргуни наводняется китайцами, землеробами, ремесленниками и мелкими торговцами. Япония берет концессии, пользуется сиб. сырьем и развивает свой экспорт в Сиб. Б.-М. Респ. неотделимо связана тысячами нитей с Монголией, как и Присаянс-кий край с Танну-Тувинской Респ., Ойротская обл.— с Зап. Монголией, а Казак. Р. и Ср. Азия с Сев.-Зап. Китаем. При этих условиях изучение всех стран ДВ является для Сиб. насущной задачей. Сиб. не может жить без сношений с соседями, как и они без нее. Эти сношения без знания яз., быта, географии, экономики и истории стран и народов невозможны. 

Выходные данные материала:

Жанр материала: Др. энциклопедии | Автор(ы): Позднеев Д. | Источник(и): Сибирская советская энциклопедия. В 4 т. — [Новосибирск], 1929–1992 | Дата публикации оригинала (хрестоматии): 1929 | Дата последней редакции в Иркипедии: 19 мая 2016

Примечание: "Авторский коллектив" означает совокупность всех сотрудников и нештатных авторов Иркипедии, которые создавали статью и вносили в неё правки и дополнения по мере необходимости.

Материал размещен в рубриках:

Тематический указатель: Сибирская советская энциклопедия | Иркутская область | Иркутская область в энциклопедиях
Загрузка...