Буряты, одежда и украшения

Вы здесь

Версия для печатиSend by emailСохранить в PDF

Традиционный костюмный комплекс является внешней формой выражения не только этнического сознания и стойким этническим определителем, отличав­шим "своих" от "чужих", соплеменников от иноплеменников, сородичей от чуже­родцев, но и материальным воплощением традиционных архаических представле­ний об окружающем мире. Система кроя, пропорции и манера ношения одежды, характер отделки, выбор материала, цвет, украшения, прическа придавали каж­дой этнической и даже родовой группе индивидуальное своеобразие и неповтори­мость, выделяя ее среди других. Одежда указывала на этническую, половую, воз­растную принадлежность, положение индивида в обществе. По ней можно было судить об этапах изменения социального положения человека в социуме.

Важную роль при этом играли материал и техника изготовления, меняв­шиеся в зависимости от уровня развития производства, от характера бурят­ского общества.

Традиционные способы изготовления одежды. Осо­бенностью традиционной одежды является ее удобство, практичность и целесооб­разность в пользовании с точки зрения климатических условий, хозяйственно-бы­товых особенностей образа жизни, а также простота в ее изготовлении. Первона­чально в широком употреблении в качестве материала для одежды и обуви были шкуры, шерсть и кожа разводимых домашних животных, а также добытых диких зверей. Причем именно наиболее древними по происхождению были одежды из шкур (дахо) диких, а впоследствии и домашних животных, которые предки бурят обрабатывали способом, сохранившимся и в настоящее время. Кожу намазывали несколько раз кислым молоком (бозо) или перебродившей смесью из вареной рас­толченной печени домашних животных и кислого молока (ээдмэг). Затем ее тща­тельно очищали от остатков смеси, жира и мездры скребком (хэдэргэ), высушива­ли и разминали шкуру домашнего животного ручной кожемялкой ap талхи), а шкуру дикого животного - ножной (хул талхи) (Бадмаева. 1987. С. 29—30).

Материал бурятской одежды, технология ее изготовления показывают, что буряты эффективно использовали самое разное сырье и те товары, которые они покупали или обменивали. Одежда и обувь отличались большим разнообразием и предназначались для ношения, как в определенные сезоны года, так и на раз­ные случаи жизни (праздник, свадьба и т.д.).

 

Для шитья зимней одежды наиболее распространены были различные сор­та овечьего меха (овчина, мерлушка, каракуль). Ее подцвечивали или окраши­вали естественными красками, например, дымлением (утаадха). Данный материал как простой и наиболее доступный для шитья одежды употребляется и в настоящее время. Для шитья и отделки одежды и головных уборов использова­лись также козьи, жеребячьи, лисьи, волчьи, рысьи, собольи, заячьи и другие шкуры, предназначенные на холодное время года. Для более теплого времени года использовали замшу (ровдуга) - тонкую, очень изыскано обработанную ко­жу. Летнюю одежду шили из жеребячьей шкуры (арьмай дэгэл).

Со временем предки бурят познакомились с тканями из шелка и шерсти, привозными из Китая и Передней Азии. В конце XIX - начале XX в. в широком употреблении становятся русские товары - хлопчатобумажные и льняные тка­ни, сукно. Популярна была и покупная ткань английского производства (ситец, бязь, полотно, шандан, далемба, суямба и другие), в большом количестве приво­зимые из Китая. Эту ткань использовали при шитье летней одежды (тэрлиг). В зимнее время меховые шубы стали покрывать хлопчатобумажной тканью, тонким сукном или бархатом. Осенняя одежда имела мерлушковую подкладку на лифе и ватный подол (сэжээ дэгэл). Для праздничной (зимней и летней) оде­жды использовались дорогостоящие ткани (сукно, бархат, плис, чесуча, китайка, парча), которые отделывались декоративными полосами из ткани другого цве­та, лентой позумента или вышивкой. Для рабочей одежды использовали (осо­бенно бедняки) лошадиную шкуру. Ткани русского производства получили наи­большее распространение в Предбайкалье, а в Забайкалье сохранилось исполь­зование в основном китайских тканей, например, толстая шелковая ткань по ти­пу парча с изображениями дракона, шитыми золотыми нитками (азаа магнал) или полупарча (магнал) (Бадмаева. 1987. С. 38-39).

Конструктивно, верхняя одежда - дэгэл (мужская и женская) состоит из верхней (урда хормой) и нижней полы (зосоото), спинки (ара тала), переда, ли­фа (сээжэ) и борта. На шитье зимнего дэгэла уходило пять-шесть овечьих шкур. Перед шитьем снимали мерку, измеряя пядями.

Техника изготовления одежды и обуви (унты, гутулы), требо­вала применения разных видов швов и способов шитья. Так, наметку делали швом шэдэхэ, меховую одежду шили швом нибтэгэлзэхэ, этим же способом пользовались при изготовлении голенища бурятских сапог (унтов, гутулов). Одежду из тканей шили - "иглой вперед" (хушэжэ): один кусок ткани нашивает­ся на другой, затем кромка нижнего слоя подворачивалась и снова прошивалась. Изделия из ткани и меха шили также швом хубэрдэжэ - через край, выметывая петли, которые затем заделывали декоративной каймой. Для шитья обуви при­крепление союзок к голенищам производилось швом туушажа оехо. Если гуту­лы шили на один сезон, применяли шов хушэжэ.

 

Шили конопляной ниткой (ултэнэг). Крепкие нитки изготовляли из сухожи­лий: сухожильные волокна растирали на левой ладони, правой ладонью прово­дили к себе поверх этих нитей так, что нити свивались между собой. Достаточ­но много ниток привозили также из Китая; особенно популярны были шелко­вые нитки разных цветов. Из ниток делали красивые пышные кисти, ими окайм­ляли одежду (хошоо хонхо бариха).

Мужская одежда и украшения. При наличии этнорегиональных особенностей в деталях мужская одежда бурят отличалась общей осно­вой - туникообразный халат без плечевого шва (эрэ дэгэл). Силуэт его созда­вался соотношением ширины подола к ширине плеча (3 : 1), длины по оси сим­метрии к ширине подола (4 : 3), длины поперечной оси симметрии к продольной (2 : 3), ширины рукава к длине (1 : 3).

Система выкройки бурятского мужского халата из ткани очень проста, эко­номна и целесообразна. Покрой отличается продуманностью и отсутствием лишних деталей. При выкраивании халата практически не остается лишних ло­скутков. Ткань складывают в три слоя по всей длине изделия, строго выверяя рисунок по кромке - оси симметрии. Обе половины (правую и левую) спинки и передка кроят одинаково. Из третьего полотнища выкраивается дополнитель­ная правая пола, а из остатка - надставки на рукава (если недостаточна ширина материала), подшивка борта, воротник, подворотничок, одна из сторон манжет, подшивка подола. В отличие от европейской одежды подшивка подола в монгольской (бурятской) одежде всегда бывает подкройной (Викторова. 1980. С. 32). Также кроится и подкладка, но на нее расходуют меньше ткани. На один халат идет 4-5 м ткани обычной ширины. Рукава заканчиваются обшлагами в виде лошадиного копыта (туру, нудрага). Отвороты на обшлагах, как правило, прошиваются в несколько рядов. Летом их шьют из шелка или бархата, а зи­мой — из черного бархата или меховые (западные буряты предпочитали мех вы­дры — халюун). Одежду шили из материи разной окраски, но избегали красного, желтого и белого цвета (первые два являлись знаками священнослужителей — лам, а белый - знаком смерти).

Пришивали пуговицы следующим образом: одну — к вороту, две к выступу борта, одну — у плеча, одну — подмышками и две — на верхней поле. Пуговицы из­готовляли из серебра, бронзы, мельхиора или фарфора, который называли "польско". Они были круглые, с воздушной петелькой, часто увенчивались сере­бряным цветочком. Иногда пуговицы плели из узкой полоски ткани или тесьмы.

Мужская одежда подразделялась на два этнорегиональных типа. Распашной халат восточных бурят (восточноазиатский тип) отличался наличием в верхней грудной части декоративного выступа борта — энгэр. При крое халата правое верхнее пришивное полотнище первоначально выкраивали по длине от плеча до подола, затем по шее вырезали ворот, а скос верхней части борта делали прямо от линии ворота (на высоте плеча) и до подмышки. Энгэр являлся одним из элементов территориально-родовых различий. Так широкий ступенчатый энгэр, состоявший из последовательно расположенных полос бархата, шелка, обычно светлых тонов, узорчатого шелка темного цвета и с отдельным назва­нием сагаалса был типичен для одежды хоринских бурят, проживавших в агинских степях. Энгэр из узенькой полоски парчи, шелка яркого цвета, часто крас­ного, отличал одежду хори бурят от представителей других районов Забайка­лья. Другой вид энгэр из узких полос ткани темного цвета — шелка, бархата, иногда меха и строчечной рельефной полоски с прокладкой из шерсти, был свойственен халату бурят цонгольских родов, проживавших на юге Забайкалья (Бадмаева. 1987. С. 45). Воротник выкраивался из прямой полосы строго по ли­нии ворота, его длина была равна объему шеи. Воротник был стоячим, высота его не превышала ширины ладони, его края сходились спереди и застегивались на пуговицу.

Мужская одежда западных бурят по крою в своей основе была аналогична типу туникообразного халата, но без энгэр. Это прямоспинная верхняя одежда с прямым разрезом спереди (южносибирский тип). При сохранении в целом опи­санной выше системы кроя правая верхняя пола от оси симметрии скашивается к правой подмышке. По внешней поле, вороту и правой внутренней поле приши­вается длинная, чуть скругленная полоса, образующая шалевый воротник. Обычно на этот воротник и манжеты пришивали мех выдры или бархата. К кон­цу XIX — началу XX в., в качестве верхней мужской одежды появились самодель­ные пальто (баймга дэгэл). Эта одежда была также прямоспинного кроя, с пря­мым разрезом спереди и с глубоким запахом, застегивающимся на пуговицы. Ворот отложной, рукава с головкой, собранной в редкие складки, сужающиеся к низу (Бадмаева. 1987. С. 45-46).

Халат подпоясывался мягким матерчатым поясом (бэhэ) длиной 7—8 м, ши­риной 40 см. Повседневные кушаки ткали из шерсти {Бадмаева. 1987. С. 38). Позже делали из далембы - хлопчатобумажной ткани, нарядные — из шелка, предпочитая полосатый. Пояса могли быть любого цвета, даже красного и жел­того. Западные буряты подпоясывались "ремнем с пряшкою, убранным медным или железным насекниим убором, а у некоторых вставляют корольки (кораллы), каменья" (Описание... 1958. С. 22-23). К концу XIX - нач. XX в. ремни в ос­новном украшались серебряными насечками.

Нижняя одежда - штаны (умдэ) и рубашка (самса) - одинакова для мужчин и женщин. У бурят существовали два типа нижней одежды. К первому типу от­носится распашная рубашка (морин самса), бытовавшая в Забайкалье. В Предбайкалье носили рубаху глухого покроя - второй тип. По мнению Р.Д. Бадмаевой распашная рубашка характерна для одежды кочевых скотоводческих наро­дов, а глухая рубаха - в большей степени принадлежность культуры тех народов, которые вели оседлый образ жизни и, в основном, занимались земледелием (Бадмаева. 1987. С. 43). Зимние рубахи шили из тонкой мягкой замши домашней выделки или из бумазеи и назывались они куванъхи, хубайхи. Летние рубахи, распашные или глухого покроя (морин самса, дотор самса, армаахи, урбаахи) шили из русского ситца, сатина, китайского хлопка - соембуу.

Известны также два вида штанов. К первому относятся штаны с прямо­угольными штанинами (тури) и цельнокроеной мотней (ала). Для удобства ходьбы вставляли небольшие клинья (шаантаг). Ко второму - штаны из широ­кого длинного куска ткани, сложенного по длине, образующей одновременно штанину и шаг (Бадмаева. 1987. С. 43-44). Несомненно, прототипом штанов из материи являлись штаны из обработанной шкуры. Принцип кроя был простой: мягкая хорошо обработанная шкура барана складывалась в длину пополам, при­чем сгиб приходился на шаговую часть; по линии боковых швов шкура слегка подкраивалась, внизу штанины удлинялись надставками, на талии стягивались ремешком, который был продернут в пришитый к краю пояс. Для холодного времени года штаны шили из овчины, мехом наружу. Бывали штаны и из других сортов меха, а также стеганые, ватные. Их покрой различен, могут быть штаны со швами по бокам, со швами посередине мотни (внутри - по линии шага или ла­стовицами в шагу). В более теплое время - из замши или ткани.

Украшения. Все мужчины (любого возраста) носили на спине одну ко­су (гэзэгэ), которую, украшали серебряными пластинами со вставками из корал­ла и кистями из черных шелковых нитей (косоплеткой), на пальцах - массивные кольца (бэhэлиг) и перстни (бультуру) из серебра, мельхиора или золота. Эти украшения были литые, чеканные с гравированным или рельефным узором. Бо­гатые носили их по несколько штук на пальце (Бадмаева. 1987. С. 54).

За пояс заправляли кисет для табака (далин). Его носили за поясом, так, что­бы орнаментированные части выступали наружу одна над другой. У мужчин бы­ла также трубка для курения, обычно инкрустированная серебром или перламу­тром, прибор для очистки гари из трубки в виде металлического крючка серпо­видной формы и другие мелочи. В дорогу часто брали с собой и небольшую де­ревянную флягу, обтянутую кожей, с деревянной пробкой. Кроме описанных предметов на поясе носили и просто украшения в виде бархатной полоски с при­крепленной к ней орнаментированной бляшкой или более крупной бляхой из камня. Предбайкальские буряты дополнительно носили за поясом мешочки из китайки (хаптага), в которой хранили деревянные чашки. Но главным украше­нием и гордостью всех мужчин считался богато орнаментированный серебря­ный нож (мунгэн хутага) с ножнами. В ножнах было две ячейки, в одну из кото­рых вставлялся большой нож, в другую маленький. Ножны делались из серебра и бересты (хулдаа). Черенок ножа, изготовленный из полосок бересты, также окаймлялся серебром. Ножны носили на правом боку, закладывая их за кушак на спине, на правом боку же носили огниво. Огниво (бэлэ) состояло из кресала (куска булатной стали) изогнутой формы и маленького футляра из юфти с тис­неной поверхностью для кремня и трута; они скреплялись между собой серебряной полоской. Огниво, подвески для огнива и футляр с ножом были снабжены кольцами, а ножны - петелькой, посредством которых эти три предмета соеди­нялись между собой серебряной цепочкой (улгуур). К цепочке прикреплялась крупная монета – яншаа, которую привозили из Монголии, с изображением ми­фической птицы гаруди, огниво и кисти синего и красного цветов. Входя в дом, мужчина спускал нож, заложенный за пояс, на бедро (Историко-культурный ат­лас... 2001. С. 234-317).

Женская одежда. Женский костюмный комплекс более чем муж­ской сохранил традиционные территориально-локальные признаки. Он строго соответствовал возрасту, семейному и социальному положению индивида. Оде­жда женщины предбайкальских бурят значительно отличалась от женской оде­жды забайкальских бурят. По мнению Р.Д. Бадмаевой это было связано со срав­нительно высоким уровнем товарно-денежных отношений и тесных связей с русским населением (Бадмаева 1987. С. 56). Различия проявлялись в особенно­стях кроя одежды, подбора материалов, характером шитья, украшений и т.д.

Анализируя женское платье западных бурят по технике шитья, Р.Д. Бадма­ева выделяет два типа, отмечая, однако их единую основу — туникообразный по­крой, выполненный из перегнутого по середине куска ткани. Первый тип платья (халаада) на кокетке, без плечевого шва и очень просторный. К нему в складку (6—8 см) пришивали прямоугольное полотнище ткани, сшитое по бокам. Лиф и подол богато украшались. Рукава были составные: в наплечной части широкие основания стягивались в длинную до локтя сборку-фонарь, куда пришивалась суженого покроя нижняя часть рукава, украшенная 8—10 пуговицами из жемчуга, серебра или бронзы. Воротник делали стойкой. Спереди шел разрез на кокетке. Низ юбки обшивался полосками ткани. Второй тип (булууза) — платье на кокет­ке, с подолом, собранным в редкие и мягкие сборки, подкройными проймами, отложным воротником, заменившим стойку. Рукава были прямые и не широкие, которые пришивали к прямой кокетке. Основания рукавов собирали в складки (Бадмаева. 1987. С. 56). Застежки на платье располагались обычно сзади, спере­ди на кокетке в качестве украшения нашивались три пуговицы. Существовала также верхняя женская одежда, которая богато декорировалась бахромой, пар­чой, мехом выдры на верхней части груди, а также по подолу и на манжетах.

Обязательным компонентом женского костюмного комплекса была длин­ная, расклешенная к низу безрукавка (хубайси, дэглээ), которую надевали по­верх платья или верхней одежды. Женщинам запрещалось показываться родст­венникам мужа без прикрытой безрукавкой спиной. Жилетка также имела спе­циальную отделку, как по переду, так и по спинке из полосок тонкого черного сукна, бархата или плиса, с нашитыми перламутровыми пуговицами (ээрзин тобшо). Подол ее в расправленном виде представлял полукруг, куда по необхо­димости вставляли треугольные клинья. Борта переда отделывали тесьмой (по­зументом) или планкой из сукна, сатина преимущественно черного цвета. На­рядную безрукавку украшали спереди вдоль разреза серебряными, золотыми монетами (хадалга), или пуговицами из перламутра (эржэн) (Бадмаева. 1987. С. 66-67).

В начале XX в. у молодых женщин и девушек Предбайкалья было распро­странено платье с оборками (сарпан). Это было прямое или расширяющееся к низу платье, с выкройными проймами и вшивными рукавами. Широкие у осно­вания рукава сужались к запястью. Низ подола и концы рукавов украшались оборками, иногда такие оборки нашивались на воротник. Эти платья украшали вдоль переднего разреза одежды, низа подола и рукавов, то есть в обычае было располагать узор по конструктивным линиям. Наиболее старым способом была окантовка полоской ткани другой фактуры, цвета, узорной тесьмой, позумен­том, мехом выдры (Бадмаева. 1987. С. 57).

Следует отметить, что женские костюмные комплексы предбайкальских бу­рят отличались гармоничным цветовым единством. Цвета платья и безрукавки должны были строго сочетаться между собой. Например, общий комплекс оде­жды решался в желто-золото-коричневом фоне.

Женская одежда восточных бурят характеризуется целым рядом контраст­ных распадающихся деталей. Дэгэл был с запахом левой полы на правую, отрез­ной ниже талии, с низко спущенным лифом, длина которого доходила почти до середины бедер, и с вшивными широкими вставками у основания, удлиненными рукавами, которые заканчивались обшлагами в виде раструба. Рукава женского платья были также многосоставные: широкие основания в наплечной части стя­гивались в пустую сборку, образуя буфы. К локтям они сужались, здесь приши­вали нижнюю часть рукава (тохоног, булуубша). Ее шили из ткани другого, контрастного цвета или узорной парчи (Бадмаева 1987. С. 62; Герасимова, Галданова, Очирова. 2000. С. 48-49). Места сшивания различных компонентов оде­жды выделены тонкими полосками красной, желтой, зеленой и оранжевой тка­ни, узорной парчи, шелка или тесьмы (булуу, тууза). Подол (хормой) был широ­кий и длинный. Шили его из прямых полотен, количество которых зависело от ширины ткани. Верхний край стягивали в густую сборку (Бадмаева. 1987. С. 63-64) и украшали цветными вставками из парчи и бархата (хаяза).

Поверх верхней одежды женщины также надевали безрукавку: нарядную или будничную. Повседневная короткая безрукавка - уужа (сээжэбшэ, хантааза) называлась еще эсэгын уужа. Праздничная распашная безрукавка - дэгэлээ (морин уужа) была длиннополой, с разрезом сзади до талии, шили ее обычно из шелка (хоргой) и парчи (Герасимова, Галданова, Очирова. 2000. С. 49).

Считается, что традиционный женский костюмный комплекс является зако­дированной информацией о предках женщины и ее рода. Например, он символи­зировал собой некое мифическое существо, тотемную прародительницу - лебедя-маралуху, а бурятские женские безрукавки в функциональном отношении, не имея утилитарного назначения, носили чисто ритуальный характер, являясь от­ражением тотемических воззрений некоторых народов тюркской группы. Так, по мнению Д.С. Дугарова удлиненные, спущенные рукава и конической формы манжеты символизировали передние ноги тотемного животного протобурят (Дугаров. 1983а. С. 36-51). Кроме того, женская одежда является воплощением представлений о процессах социо- и космогонии. Так, распадающийся ряд конт­растных деталей женской одежды, в отличие от цельной девичьей, маркирует мотив ритуального "исцеления", через расчленение целого и его воссоединения, с целью сакрализации "чужого" рода (то есть рода невесты) родом жениха, пос­ле того, как женщина поменяла свой статус, пройдя все этапы свадебного обря­да (инициация). Также распадающиеся детали и места их сшивания одновремен­но направлены на активизацию порождающих стихий плодотворящего начала женщины.

Сказывались на характере одежды, прически и возрастные особенности. Так, девушки, выходящие из подросткового возраста и пока еще не готовые к вступлению в брак, продолжали носить летом одеяние типа платья (морин самса) - длинное, с бортами, глухой юбкой, воротником стойкой; борта и рукава ук­рашали каймой. Девичья верхняя одежда (басаган дэгэл, сомон дэгэл, гомон дэ­гэл) указывала на принадлежность девушки к роду отца. Она была того же по­кроя, что и мужская: туникообразная, с цельнокроеными рукавами, неотрезная по талии, с декоративным выступом на груди энгэр, длиной до щиколоток, подпоясывалась она матерчатыми кушаками, изредка встречались кожаные пояса. Летний тэрлик девушки носили без пояса.

К 16-17 годам родители старались обеспечить своих детей, особенно доче­рей "на выданье", одеждой и украшениями, соответствующими их возрасту. В девичьей одежде появлялись знаки, указывающие на готовность к вступлению в брачные отношения, в частности указания на тендерные аспекты. Дэгэл девуш­ки делали уже отрезным по талии, сохраняя при этом прежний цельный покрой рукавов и не носили кушака. По линии талии спереди и сзади нашивалась яркая контрастная вставка (хуняга), символизирующая вульву. У замужних женщин вставка располагалась только спереди.

Прически. На голове девушки заплетали до 20 косичек (пабига), причем обязательно одна косичка плелась на макушке (саажа), две на висках (шанха), одна или три на затылке (гэзэгэ). По мнению Р.Д. Бадмаевой, косички на висках были первым знаком, отличавшим девочку от мальчика (Бадмаева. 1987. С. 67). Девушки разных этнических групп носили разное количество косичек. Девушки у западных бурят вплетали в концы косичек серебряные монеты, медные и оло­вянные кружочки (Описание... 1958. С. 23).

Замужние женщины разных локально-региональных этнографических групп заплетали только две косы - символ соединения мужского и женского на­чал, двух брачующихся родов и образования единого целого в лице женщины, рождающей детей (Герасимова, Галданова, Очирова. 2000. С. 51). В бурятской традиции существовал знак, указывающий на высокое социальное положение благополучной женщины. 45-50-летняя женщина, имеющая крепкую, много­численную семью, здоровье, материальный достаток (бутэн булеэн, hалаа haндараа угы, ухи хубуутэй), проходила обряд, во время которого ей распускали во­лосы и заплетали их в три ряда. Чуть ниже подбородка (на расстоянии ширины ладони) одну из прядей обертывали вокруг и затем плели косу дальше. С этих пор женщина должна заплетать волосы только таким способом. Она имела по­чет и широкие права в обществе, принимала участие в важных моментах родо­вых празднеств в отличие от остальных женщин, которые не имели права посе­щать такие мероприятия (Бадмаева, 1987. С. 68).

Изменение претерпевает костюмный комплекс, прическа и украшения жен­щины, в связи с переходом ее в статус старухи (шабганса). Отныне она опять но­сит цельнокроенную одежду девочки (сомон дэгэл), подпоясанную кушаком, во­лосы на голове при этом сбриваются наголо, из всех украшений остаются толь­ко 1-2 колечка и четки.

Украшения. Буряты, как женщины, так и мужчины придавали боль­шое значение украшениям, ибо они по традиционным мифологически представ­лениям являлись вместилищем сакральной субстанции сульдэ - душ детей и жи­вотных (Галданова. 1987. С. 132), выполняли функции оберега, маркировали со­циальный и возрастной статус индивида, являлись знаковой проекцией космо- и социогонии. Наиболее распространенными украшениями западных бурят были: кольца (бэhэлиг), перстни (бультуру), которые носили почти на всех пальцах, за исключением среднего, а также браслеты и серьги, которые носили постоян­но, не снимая. Существовали также накосные украшения (шэбэргэл), из свинцо­вых пластин, с подвесками на концах кос из коралловых бус, бисера, и монет. Украшения были также из серебряных, золотых, бронзовых и оловянных пла­стин, трубочек, монет, со вставками из бирюзы (оюн), малахита (номин), корал­лов (маржаан), янтаря (хуба) и жемчуга. Височно-нагрудное украшение (hиихэмоор) представляет собой круглую пластину (диаметр 5-6 см) с резным орнамен­том в виде сердцевидной фигуры. В других случаях основу составляли тонкие серебряные колечки разного диаметра, соединенные между собой в двух-трех ме­стах. От них шли свободно спускающиеся коралловые снизки бус (9-10 шт.), пе­рехваченные одной или двумя перемычками из металла или кожи. К этой же группе украшений относится hабига - длинная (50 см) подвеска, составленная из пучка мелких коралловых бусин, закрепляемая к основаниям височных кос или к головному убору. Заканчивались снизки мелкими монетами. Нагрудные жен­ские украшения были по типу монисто - в несколько рядов из коралловых бус и монет. Существовало еще одно женское украшение, в виде полоски из жесткой ткани или галуна длиной в 1 м и шириной в 10 см, которое надевалось на шею, а ее концы спускались на грудь, на эту часть также симметрично нашивались зо­лотые монеты или снизки коралловых бус (хоолопши). На поясе женщины но­сили утилитарные предметы, которые также заодно и украшали костюм: рас­шитый кисет для табака (хаптарга, хабтаhан), ножичек в кожаном футляре (хутага), игольники (зуунэй гэр) (Бадмаева. 1987. С. 71-78).

Женские украшения восточных бурят отличались сложностью, многосоставностью и многокомпонентностью. Они были выполнены в основном из се­ребра со вставками из коралла (наиболее ценным считался розовый коралл), би­рюзы, янтаря (хуба). Нагрудные украшения из серебра квадратной формы (тэбхэр гуу), треугольной - (зурхэн гуу), а также круглой и аркообразной были по сути дела серебряными медальонами. В них, как в обереги, обычно вкладыва­лись кусочки бумаги с молитвами на тибетском языке. Кроме того, по традици­онным представлениям данный металл обладал магико-лечебным свойством. Украшения располагались в три ряда напротив женских детородных органов. Первый ряд располагался на уровне груди (хоомойн бурханай гуу), второй ряд напротив пупка (энгэрэй каюуканай гуу), нижний ряд - на уровне гениталий (бэлэ хонхо-энгэрэй зуудхэл, hабхаг hанжуурга - юрн). Считалось, что если сереб­ряные украшения находятся "возле груди, то не будет мастита, возле матки - не будет женских болезней". Кроме того, эти места представлялись вместилищем концентрированной порождающей стихии и соотносились с понятием Жизнь, Мать-Земля. Положение украшений, с одной стороны, усиливало энергетиче­ское воздействие этих сил и стимулировало творческое начало (серебро как вме­стилище сульдэ), с другой стороны, украшения нейтрализовали их хаотическую, хтоническую природу.

Подобную защитную функцию по отношению к сексуально-магической силе женских волос выполняли накосные украшения - "футляры" для кос (шэбэргэл, уhэнэй туулмаг), с Г-образным украшением (туйбо), длинный ко­нец которого (стержень) вставляли в волосы у основания кос и обертывали сверху тесьмой. Видимый короткий конец украшали серебряным, иногда зо­лотым шариком, или богато орнаментированной резной пластиной. К накосным украшениям относятся и искусственные косы, сплетенные из черных шелковых ниток и прикрепляемые к основанию натуральных кос. Их украша­ли монетами, специально отделанными пластинами с чеканным узором, ко­раллами. К их концу подвешивали пластины четырехугольной формы, с рель­ефным узором, с шестью коралловыми вставками. Снизу прикреплялись бу­сы, обрамленные в характерные конусообразные колпачки. Заканчивалось украшение искусственной косы свободно свисающими серебряными цепочка­ми. Основание искусственных кос оформляли пластинами хонтуул и боолто (Бадмаева. 1987. С. 72—74). На шее висело ожерелье в несколько рядов из ко­ралла и янтаря. На обеих руках женщины носили серебряные браслеты, на указательных и безымянных пальцах четыре колечка из серебра, иногда из золота. Головное украшение (даруулга, татуурга) представляло собой высокую корону (15-20 см в высоту), основу которой делали из бересты, обшитой черным бархатом или синим щелком, украшенную шариками коралла, янта­ря, малахита, бирюзы (hуба, шурэ). Бусины на ней нашивались в три ряда, в середине среднего ряда помещалась большая янтарная бусина, а справа и сле­ва от нее кораллы меньшего размера и другие камни, образующие верхний и нижний ряд (Герасимова, Галданова, Очирова. 2000. С. 50). У некоторых ло­кальных групп головные украшения нашивались в один ряд на ленту из чер­ного бархата (шириной в 4-5 см).

 

Характерной особенностью данных комплексов головных украшений явля­ется обилие ниспадающих сверху вниз височно-нагрудных украшений из корал­ловых бус и серебра (даруулгын hиихэ), в виде массивных литых серебряных ко­лец (ээмэг) и множества подвесок. Длина этих украшений составляла от 22 до 75 см, а ширина - от 30-50 см Другой тип височно-нагрудных украшений (hиихэ-хонхо) представлял собой ожерелье с колокольчиками. По нашему мнению эти украшения служат символическим знаком объединения сакральных космогони­ческих оппозиций, отраженных в костюмном комплексе бурят: Верх - Небо -мужское; Низ - Земля - женское.

Наплечное украшение (мурэнэй гуу, ээмэг — шурэтэй, утаhан сасагтай) бытовало у девушек и молодых женщин только хоринских родов. Его пришива­ли на халат (девушки) или безрукавку (женщины). Украшение состояло из сере­бряной основы конусообразной круглой или квадратной формы, полой внутри, с коралловой вставкой. По краям с обеих сторон спускались снизки из бисера, кораллов, жемчуга или серебряных цепочек с шелковыми кистями на концах.

Молодые женщины и девушки на выданье носили боковые подвески (hанжуурга). Это украшение состояло из двух круглых серебряных пластин (бэhын хантарга, бэлэ), которые закреплялись с обеих сторон на уровне пояса у молодых женщин, у девушек на поясе. К одной пластине на плетеной шелковой ленте или серебряной цепочке подвешивались щипцы для выдергивания волос, бороды (шэмхуур), уховертка (hультибша), зубочистка (шуднэй шэгшуур). На другой пластине висели - маленький замочек, миниатюрный нож (хутага) и огниво (хэ-тэ). Подвески заканчивались пышными кистями из шелковых нитей красного, зеленого и желтого цветов.

Наиболее своеобразным девичьим украшением западных бурят, свидетель­ствующим о половой зрелости, является налобное серебряное украшение (юбун/юбуу), выполненное в виде сердечка. Его прикрепляли на височные ко­сички и на макушке (Бадмаева. 1987. С. 72; Герасимова, Галданова, Очирова. 2000. С. 50). Вообще девичьи украшения были довольно скромными: серебря­ные, медные или оловянные сережки в форме кольца (гариха) диаметром 8-12 см, колечки из того же металла, которые носили на указательном и безы­мянном пальцах (от двух до четырех), иногда перстень со вставкой из коралла. Носить кольца на среднем пальце считалось нежелательным, особенно если у девушки был старший брат. Браслеты были серебряные, иногда с коралловыми вставками, хотя богатые использовали бирюзу и лазурит. Коралл по стоимости был дешевле, чем бирюза или малахит, еще дешевле стоил янтарь красного или желтого цвета. После революции 1917 г. янтарные украшения были самыми распространенными; из янтаря делали колечки, но чаще всего носили янтарные ожерелья. Девушки могли также носить на широкой шелковой ленте нагрудное украшение гуу.

Достижение брачного возраста и совершеннолетие символизировалось из­менением прически - ношением косы (гэзэгэ) девушкой и юношей. Юноше при этом обривали голову, оставляя пучок волос на темени, который и заплетали в косу. Большое внимание уделялось украшению девичьей косы. Если девушка собиралась на празднество (наадан), к косе сверху вниз прикреплялись серебря­ные монеты: сначала - пять-шесть монет достоинством в 100 мунгэ (копеек), диаметром примерно 12 см, затем — четыре-пять монет стоимостью 50 мунгэ, диаметром 8 см, а еще ниже — монета – яншда достоинством в 100 мунгэ. Вместо яншаа в предреволюционные годы использовали российские монеты с изобра­жением царя Николая П. Монеты к косе привязывали тоненькими ремешками (тамhан) из кожи косули. В косу также вплетали косоплетку из шелковой кру­ченой нити (гогшоо) черного цвета. Украшение косы было сложным делом, по­этому девушка прибегала к чьей-либо помощи — матери, сестры, тети. В обыч­ное время в косу, удлиняя ее, полагалось вплетать только косоплетку.

У западных бурят девушка 15-16-летнего возраста на косу надевала наспинно-накосное украшение (саажа). Известны три его вида: шураг саажа — составлен­ное из коралловых бус; тумэр саажа — из серебряных пластин с закрепленными на них редкими бусинками и уhэн саажа, его делали из шелковых нитей черного цвета. Основу этого украшения составляла проклеенная в несколько слоев ткань или кусок кожи, которые обтягивали красным тонким сукном. На твердую осно­ву пришивали коралловые бусы с металлическим ободком в пять рядов (шураг са­ажа). Верхний конец саажа венчался продолговатой посеребренной пластиной, а нижний - пучками кистей из крученых шелковых ниток. Носили эти украшения в сочетании друг с другом или в два-три ряда (Бадмаева. 1987. С. 72-73).

Украшения юноши, достигшего брачного возраста, не отличались от укра­шений взрослых мужчин.

Головные уборы. Рассматривая головные уборы бурят Забайкалья, следует отметить, что их основа была единой для мужчин, женщин и детей. В конце XIX — начале XX в. существовали несколько типов головных уборов. Пер­вый тип представлял собой наиболее архаичный одношовный убор (юдэн) с на­ушниками и полукруглым выступом, закрывающим шею. Его шили из сукна черного или синего цвета, как и субу — накидку, надеваемую в непогоду. Такая одежда встречалась у агинских, закаменских и джидинских бурят.

Второй тип это наиболее распространенный традиционный головной убор с высокой тульей. Для зимы их шили с меховыми наушниками, подбитыми белой мерлушкой, каракулем, мехом рыси или выдры (хасабшатай малгай). Верх шап­ки и наушники выкраивались из одного куска ткани, перед шапки был неразрез­ным, шов проходил по затылочной части. Для лета — с отворачивающимся око-лышком (тооробша малгай), выкроенным отдельно. Тулью прошивали горизон­тальной строчкой, указывающей на принадлежность к хоринским родам.

Третий тип. Отличительной особенностью здесь является островерхая с вер­тикальной строчкой тулья. Для зимы отдельно из цельного куска выкраивались наушники с выступами, их пришивали к тулье. Шапку подбивали мехом, делая предпочтение меху рыси. Летний вариант также состоял из верхней тульи и око-лышка. Шили их преимущественно из синего шелка, околышек покрывали пли­сом, бархатом, мехом выдры, мерлушкой. Для шапок этих типов обязательным украшением была красная кисть (залаа), которую пришивали к верхушке, с навершием из серебра и коралла (дэнзэ). Навершие со вставками из разноцветных камней указывало не только на принадлежность человека к определенному ро­ду, но и на его служебный ранг и социальный статус. За отсутствием навершия сверху нашивали так называемый "узел счастья" (жэнче/дженчи), который спле­тали особым образом из красного шелкового шнура. По представлениям бурят данный головной убор является материальным воплощением отражения тради­ционной картины мира. Синий цвет тульи символизирует Небо, 11 стеганых по горизонтали рядов тульи обозначают 11 бурятских родов. Если ряды простега­ны по вертикали, то это указывает на принадлежность к сакральной группе со­циума — ламам, принявшим обет святости старухам (шабганса), мальчикам, ко­торых собирались отдать в дацан, а также на бурят Селенгинского, Джидинского и Кяхтинского районов Забайкалья. Красная кисть с навершием символизи­ровала Солнце и его лучи, околышек - Землю.

К концу XIX - нач. XX в. наиболее популярным головным убором, особен­но у юношей и молодых мужчин, была шапка, чаще всего китайского производ­ства, называемая тоорсог малгай. Верх шапки сшивался из четырех клиньев сукна, а маленькие наушники и козырьки пришивали сзади и спереди, подбива­ли беличьим мехом.

Головные уборы западных бурят относятся к четвертому типу. Мужчины в зимнее время носили небольшую круглую шапку с дном из хлопчатобумажной ткани и меховым (волчьим, лисьим) околышем (Описание... 1958. С. 22). К кон­цу XIX - нач. XX в. стала популярной меховая шапка типа папахи или кубанки из меха выдры (вых малгай) (Бадмаева. 1987. С. 50), в летнее время покупные картузы. Женские шапочки, несмотря на всю разновидность (шар, бортого, биизга, татар малага, обуза), в целом были невысокие, цилиндрической формы с плоским или круглым верхом. По центру к нему пришивали пуговицу или моне­ту, от которой на четыре стороны расходились полоски позумента или парчи, распушенные на концах. Считается, что это также является знаком Солнца и его лучей. У аларских бурят верх шапочки иногда вышивали различными орнамен­тами, в основном растительного характера. Тулья обычно украшалась по всей длине полосками ткани, монетами, вышивкой, в некоторых случаях искусствен­ными цветами. Пожилые и зрелые женщины повязывали на голову ситцевый платок (пулад) концами на затылке, а сверху надевали будничный головной убор из выделанной шкурки белки. Нарядная женская шапочка обшивалась по тулье мехом выдры (халюун малгай), круглый верх делали из плиса или барха­та. Шили шапку всегда на подкладке. У западных бурят бытовал головной убор, заимствованный у соседних народов (татар малгай), то есть "татарская шапка". Она имела форму колпака, ее шили из лисьих камусов и узкой оторочки из ме­ха рыси (Бадмаева. 1987. С. 49).

Девушки описываемого периода шапки надевали редко, по праздничным дням. Зимой они обычно носили теплые покупные шали, а летом - платки. На­рядным головным убором считались большие яркие разноцветные шали с кис­тями китайского производства. Девушки забайкальского региона летом носили легкие даруулга, иногда надевая на нее островерхую шапочку. У бурят племени сартул девушки по особым случаям (праздник, свадьба и т.д.) надевали большой гарусный платок, прикрепленный особым способом к даруулга.

Обувь. Конструктивные особенности бурятской обуви (эрмэгтэй гутал) показывают, что они восходят к самобытным прототипам. Все разнообразие бу­рятской обуви можно свести к двум основным типам, разнящимся характером по­кроя: 1) поршневидный и 2) башмаковидный. К первому типу относится обувь, основу которой составлял кусок кожи овальной формы, стянутый в носочной и пяточной частях, образующий подошву и формирующий головку обуви.

Ко второму - башмаковидному типу - относится обувь с выкроенной подош­вой по форме ступни, голенищем и головкой или голенищем и носком с союзка­ми (Бадмаева. 1987. С. 81-82). Союзки и голенища (шальпагар) бурятского сапо­га кроят из двух симметричных половин из юфтевой кожи или из плиса. Голени­ще закрывает всю голень, его ширина одинакова в верхней и нижней частях. Со­юзки жесткие, наглухо пришиты к голенищу, ноговицы отсутствуют, подошва толстая, негнущаяся, с войлочной прокладкой и подшитой кожей. У восточных бурят жесткий носок (тангалай) слегка загнут вверх. Подошва нашивается на союзку с рантом, сборок на союзке нет. Запятники, носки и голенище декориро­вались аппликациями из кожи в виде хищной птицы, а также завитков и замкну­того узла. У западных бурят практиковалось нашивать носок нарядной обуви из плиса или толстого сукна черного цвета. Узоры выполняли по контуру одинар­ным или двойным швом тамбура, либо гладью, либо крестом (Бадмаева. 1987. С. 84-85).

Женская обувь по покрою и назначению не отличалась от мужской. Она де­лалась лишь несколько изящней, легче. Обувь состоятельных людей выделя­лась богатством отделки и материала. Но при разнице в некоторых деталях от­делки, отражающих особенности этнической среды или социальной иерархии, они в основе имеют общий тип, сложившийся в эпоху, когда появились седла со стременами.

Кроме того, буряты Предбайкалья шили из мягко выделанной кожи лошади (hарьhан) специальную обувь на сезон покоса (туурабша). Эта летняя обувь со­стояла из трех частей: короткого голенища, носка и союзок из сыромятной ко­жи. Подошву также делали из сыромятной яловой кожи (ухэри aphaap удэттихэ). Повседневную теплую рабочую обувь изготовляли чаще всего из конских, изюбревых, косульих камусов.

Кроме основной обуви, буряты носили ноговицы и наколенники. Ноговицы служили в качестве производственной части обуви, например, при рыбной лов­ле, охоте. Их делали из камусов, снятых с ног бычка. При достаточной ширине нижний конец зашивали мешком или подшивали куском кожи, образующей по­дошву и головку. Камусы надставляли, ноговицы делали высокими, выше колен. Завязочками, прикрепленными к верхнему краю, подвязывали их к поясу шта­нов. Внизу перевязывали у лодыжек.

Наколенники (убдэгшэ) в виде куска кожи, утепленного войлоком, были в употреблении у охотников за нерпой на Байкале. Их делали на кожаной основе с нашитым сукном. Сверху наколенники покрывали металлическими бляхами, а центральную линию выделяли крупными защитными бляхами. На месте колен­ного сустава прикрепляли крупную пластину сложного контура. К нижнему краю прилегали две стальные пластины уменьшенного размера. Они были вы­пуклыми по форме, очевидно, для плотного прилегания к ноге. Раньше подоб­ные наколенники были частью воинских доспехов воинов-охотников (Бадмаева. 1987. С. 85-86).

К концу XIX - началу XX в. среди девушек, молодых женщин и мужчин наи­большим предпочтением из обуви стали пользоваться покупные хромовые сапо­ги со скрипом. Они были сшиты очень аккуратно, женские на маленьком каб­лучке, с подошвой из дубленой кожи (дуглёобо улаан улатай). Стоимость таких сапог равнялась стоимости бычка-трехлетки (гунан шар). В Иркутске также по­купали сапоги под названием "хунгуурска", то есть венгерские (Историко-куль­турный атлас... 2001. С. 317).

Чулки у бурят (XVIII - начала XX в.) бытовали повсеместно и были обы­денными у мужчин, женщин и детей. Чулки были "войлошные" (Татаринов. 1958. С. 22), а также сшитые из ткани и вязаные. Весьма архаичную форму пред­ставляют чулки, вязанные из овечьей шерсти. Их вязали крючком в форме меш­ка с овальным нижним краем (такой способ вязания до сих пор сохраняется у бу­рят Баяндаевского района, Иркутской области). Возможно, что в давние време­на чулки были не вязаные, а валяные. Они были разной длины — высокие, дос­тигающие колен и короткие. Часто верхняя часть вязаного чулка украшалась рисунком: черные или желто-оранжевые узоры на белом фоне. Орнамент чулок был в основном геометрическим и представлял собой чередование полос из ку­биков, прямоугольных столбиков различного размера. Иногда узор представлял собой — орла (ехэ шубуун), цветок или дерево (Бадмаева. 1987. С. 86—87).

Ритуальная одежда. В первую очередь следует обратить внима­ние на одежду служителей культа - шаманов, которые для проведения обрядов надевали специальный костюм (оргой), сильно отличающийся от обычной оде­жды бурят. Являясь материальным воплощением архаических представлений бурят о традиционной картине мира, культовый костюм сохранил наиболее древние формы покроя одежды, формы головного убора и обуви. Это был ха­лат или плащ из замши с прямым разрезом спереди, полы сходились встык, за­вязывались или застегивались на пуговицы. Прямые рукава пришивались пря­мо к стану.

Как сакральный атрибут маркера-посредника между мирами, одежда шама­на изобиловала украшениями в виде плоских стилизованных фигурок волка, медведя, многочисленных трубчатых подвесок, сделанных из железа, лоскутка­ми ленточек, кистей, перьев птиц и т.д. На подол, рукава, нижний край нагруд­ника нашивалась бахрома, нарезанная из кожи. На спину, на уровне лопаток, прикреплялась толстая железная пластина (архалан), к ней подвешивались раз­ные цепи, жгуты. На грудь шаман надевал бронзовое зеркало.

Цвет обрядового костюма указывал, какое место занимает шаман в иерар­хии жрецов. У шамана высшего класса оргой был белым, у низшего - синим. Шапка также соответствовала его рангу. У простого служителя (хара) она была сшита из меха, чаще из меха рыси, и имела на макушке кисточки из лент (залаа). Голову шамана, достигшего высшего ранга, венчал головной убор в виде коро­ны из железного обруча с рогами изюбра, по бокам которого свисали железные конусообразные подвески (холбого). Сзади прикрепляли длинную железную цепь из нескольких звеньев с подвесками на конце. Обязательными элементами ритуального костюмного комплекса были трость с ручкой в виде головы лоша­ди (морин hорьбо) и шаманский бубен (хэсэ), которые использовались в качест­ве средств передвижения шамана во время его путешествий в ином мире. Выпол­няла ритуальную функцию и обувь поршневого типа, как важнейший компонент обрядово-ритуальной практики, указывающая одновременно и на древность своего происхождения (Бадмаева. 1987. С. 81, 107).

Одежда людей во время проведения каких-либо празднеств, обрядов и риту­алов была традиционно нарядной. В свадебной обрядности одежда невесты представляла собой праздничную одежду замужней женщины. Отличительным элементом у прибайкальских бурят являлся лишь белый кусок ткани (платок) с прорезями для глаз, которым закрывали лицо невесты. В Забайкалье на голову невесты накидывали тэрлиг или плащ. Снимали накидку только за занавеской, где невеста переодевалась. Считается, что накидка из куска ткани должна обе­регать от всякого зла и несчастий молодую семью (Бадмаева. 1987. С. 103-104). Кроме того, закрытое лицо невесты, во-первых, маркирует состояние "ритуаль­ной смерти", в котором она находится во время проведения свадебной церемо­нии, после чего девушка переходит в статус замужней женщины, а во-вторых, оберегает социум от "чужого", то есть чуждого, влияния.

Одежда жениха также представляла собой праздничный мужской костюм, украшенный в ходе предсвадебных обрядов ритуальными предметами, являю­щимися, по мнению К.Д. Басаевой, реликтовыми следами брачных матрилокальных отношений (Басаева. 1980. С. 154). Это мешочек красного цвета с раз­резами на левой стороне (аршуур) и с кусочками олова. Кроме того, это пришитые к одежде оловянные пластины и кружочки и пришитая к вороту одежды же­ниха планка (гэзэгэ, саажа) из сукна или плиса, украшенная пуговицами, моне­тами, оловянными бляхами и кистями. Вероятно, здесь сохранились космогони­ческие следы освоения "чужого", каким был для рода невесты жених и наделе­ние его сакральной плодотворящей потенцией, где аршуур выступает символом утробы, а кусочки олова - сакральным вместилищем душ детей.

В бурятской традиционной культуре не было погребальной одежды. Умерших мужчин хоронили в лучшей праздничной одежде со всеми украшениями, сакраль­ными атрибутами (аршуур) и необходимыми в быту вещами (трубкой, чашкой и т.д.). Женщин хоронили в их свадебной одежде со свадебными украшениями. Не было у бурят и поминальной одежды. На похороны люди надевали обычную оде­жду, избегая ярких тканей и украшений (Бадмаева. 1987. С. 105-107).

Выходные данные материала:

Жанр материала: Отрывок науч. р. | Автор(ы): Николаева Д. А. | Источник(и): Буряты. Народы и культуры. - М. Наука, 2004 | Дата публикации оригинала (хрестоматии): 2004 | Дата последней редакции в Иркипедии: 17 марта 2015