Археологические исследования в Сибири // «Сибирская советская энциклопедия» (1929)

Вы здесь

Версия для печатиSend by emailСохранить в PDF

О памятниках далекого прошлого Сиб. впервые стало известно в конце XVII и начале XVIII вв., когда первые колонисты Сиб., узнав о сокровищах, погребенных в древних курганах, обратили хищнические раскопки курганов в промысел. Золотые и серебряные предметы, б. ч. в сплавленном виде, были довольно обычным предметом торговли в Сиб.

В 1721 и 1722 Петр I издал указы, повелевавшие всем воеводам скупать «могильное» золото и серебро и др. редкости. Таким путем создалось при Акад. Наук первое собрание древностей Сиб., насчитывавшее несколько сот предметов. В это же время была направлена в Сиб. первая научная экспедиция Д. Г. Мессершмидта и Ф. И. Страленберга, описавшая различные, встреченные на пути достопримечательности. Позднее (1734—44) в составе др. экспедиции памятниками древности занимались Г. Ф. Миллер и И. Г. Гмелин. Последний дал систематическое описание сиб. курганов, к-рым долго пользовались последующие исследователи. В 1768—74 путешествовавшие по Сиб. П. С. Паллас, И. П. Фальк и Г. Г. Георги также доставили много сведений о различных памятниках, особенно первый, производивший раскопки в Минусинском крае.

В первой половине XIX в. изучением древностей Сиб. занялись лица, проживавшие в Сиб.: Гр. Спасский, Геденштром, И. Пестов, А. Степанов, Д. О. Давыдов и мн. др. Их трудами прежние исследования были в значит. мере пополнены и углублены. Археологическая лит-ра обогатилась многочисленными статьями, спец. посвященными вопросам изучения сиб. древностей. К этому же времени относится и путешествие М. А. Кастрена, предпринятое им по поручению Акад. Наук в 1845—48 для изучения остяцких и самоедских племен и возможной их родины. С этой же целью Кастрен произвел раскопки нескольких десятков курганов в Минусинском крае и в Забайкалье. Преждевременная смерть помешала ему закончить свою раб., и материал, в то время единственный по своей научной ценности, погиб. В 70-х гг. появляется ряд обобщающих раб. Н. И. Попова, в к-рых подводятся итоги всех прежних исследований. Приблизительно в то же время финский археолог И. Р. Аспелин, изучая находки бронзовых орудий, выдвигает теорию о существовании Урало-Алтайской бронзовой культуры на том основании, что в Восточной России нет бронзовых орудий, которые можно было бы отнести к началу бронзовой эпохи, а, наоборот, все они принадлежат к концу ее и что типы орудий Вост. России близки к Минусинским. Урало-алтайская бронза происходит из Минусинского края и восходит к финно-угорским племенам. Т. о. Аспелин дал новый материал для подтверждения теории Кастрена об алтайском происхождении финно-угров. Наиболее ярким моментом в истории изучения древностей Сиб. следует считать появление работ акад. В. В. Радлова. В течение 1862—65 он произвел обширные раскопки древних погребений, вскрыв несколько сот курганов и могил в Минусинском и Мариинском окр., Вост. и Зап. Алтае, Барабинской и Кулундинской степях, в Вост. Казакстане и Вост. Туркестане. Изучение богатейших материалов из этих раскопок позволило ему создать первую классификацию древних культур Сиб., появившуюся в 1884 в его классической раб. «Aus Sibirien» и служившую почти до последних дней основой сиб. археологии.

Всю доисторию Сиб. Радлов разделяет на 3 основных периода. I. „Б р о н з о в ы й и м е д н ы й п е р и о д» характеризуется погребениями в каменных могилах. Скелеты лежат по одному или по нескольку в могиле головами на В. и покрыты слоем дерева или каменными плитами. При скелетах находятся горшки конической формы и всевозможные предметы из бронзы и меди: кинжалы, стрелы, ножи, топоры, шилья, пряжки, пуговицы, серьги, зеркала, различные украшения и многие др. Население этого времени разрабатывало многочисленные медные рудники и в совершенстве владело техникой литья. Известно было и золото. Орнаменты на бронзовых орудиях и украшениях и множество писаниц, (см.) и каменных баб (см.) свидетельствуют о развитом художественном вкусе населения. Ведя оседлый образ жизни, оно, помимо охоты, а отчасти и скотоводства, занималось земледелием, о чем свидетельствуют находки серпов и остатки оросительных канав. Эта высокая культура, по мнению Радлова, должна была принадлежать енисейским племенам, населявшим тогда Юж. Сибирь, Алтай и восточную часть казакских степей, а не финно-уграм, как это предполагал Аспелин. Впоследствии, но еще задолго до начала нашей эры, енисейские племена были частью оттеснены, а частью уничтожены угро-самоедами. II. „Д р е вн е й ш и й ж е л е з н ы й п е р и о д» на Юж. Алтае характеризуется холмообразными курганами, насыпанными из камня. В курганах вместе с человеком всегда погребаются и лошади со всей сбруей. Среди множества пр. предметов в могилу кладется оружие: стрелы, мечи, кинжалы. Последние, а также и ножи, подобно ножам и кинжалам бронзового периода, цельные (рукоятка и клинок из одного куска). Многие украшения и предметы из дерева и металла покрыты тонким плющенным золотом, настоящее же золочение неизвестно. Население древнего железного периода, пришедшее на Алтай, вероятно, с юга, не проникло севернее Алтайских гор и, ведя чисто-кочевой образ жизни,было очень воинственным. Это были, повидимому, различные тюркские племена, на что указывают показания китайских летописей. К этому же времени, или несколько более позднему, относятся и многие земляные курганы в Кулундинской и Барабин-ской степях, но возможно, что они принадлежат не тюркам, а угро-самоедским племенам или енисейцам. Ш. „Н о в е й ш и й ж е л е з-н ы й п е р ио д» на Абакане представлен маленькими каменными курганами, расположенными попарно и образующими скученные кладбища. Продолговатый курган обычно содержит в себе скелет без предметов, а соответствующий ему круглый курган представляет жертвенное погребение, в котором положены большие узкогорлые сосуды, топоры, кельты, ножи, стрелы и сбруйные принадлежности— при мужских могилах и маленькие круглые горшки, медные серьги и пластинки, изредка серебряные или золотые серьги — при женских. В отличие от погребений древнейшего железного периода горшки прекрасного обжига, сбруйные украшения позолочены или посеребрены, удила с трензелями, ножи с деревянной рукояткой. Кинжалы и мечи совершенно отсутствуют. Зато стрелы многочисленны и разнообразны. Население, также тюркского происхождения, не было таким воинственным и вело по преимуществу охотничий образ жизни. Радлов выделяет еще IV „П о з д н е й ш и й ж е л е з н ы й п е р и о д», представленный маленькими земляными курганами в Мариинском окр., датируя его XVI — XVII вв. При скелете, положенном прямо на земле головой на В. и покрытом берестой, погребены железный или медный котел, различные украшения, оружие и инструменты. Здесь наблюдается общий упадок культуры. Оружие и другие предметы изготовляются из привозных русских материалов. Население занимается гл. обр. охотой. Т. к. в погребениях есть черты сходства с могилами бронзового периода, то возможно, что они принадлежат древним аринам, которые являются непосредственными преемниками народов бронзового периода. Установленная Радловым схема развития древних культур Сиб. в общих чертах остается правильной до настоящего момента, несмотря на то, что основана она все же на небольшом материале, имеет много пробелов и неправильно истолковывает ряд фактов.

За 35-летний период времени с 80-х гг. прошлого столетия до начала империалистической войны производилось интенсивное собирание и накопление материала по изучению древностей Сиб. путем раскопок погребений, стоянок и др. памятников. Особенно много внимания уделялось Е н и с е й с к о й г. Основанный в 1877 Н. М. Мартьяновым Минусинский музей сыграл в этом отношении огромную роль. За короткое время в музее были собраны коллекции исключительные по своему богатству предметами бронзовой эпохи. Подобные же коллекции собирались отдельными лицами (И. А. Лопатин, И. П. Кузнецов и мн. др.) и различными музеями. Таким путем накопился очень богатый материал, неоднократно служивший предметом научн. изучения. Д. А. Клеменц, В. В. Радлов, И. П. Кузнецов, Р. Мартен и др. в своих раб. подробно осветили культуру и быт бронзовой эпохи, пользуясь этими коллекциями, но к вопросу о происхождении и истории культур бронзовой эпохи ничего существенного не прибавили. Ряд исследователей (И. С. Боголюбский, Д. А. Клеменц, А. С. Еленев, И. П. Кузнецов, И. Т. Савенков, В. И. Анучин и мн. др.) производя многочисленные раскопки курганов, могил, пещер и пр., открыли много новых памятников различных эпох доисторического периода. В 1887 и 1889 в Минусинском крае производила исследования Финляндская Археологическая Экспедиция под руководством И. Р. Аспелина. Перед этим, в 1884 И. Т. Савенков открыл первую палеолитическую стоянку на Афонтовой горе близ г. Красноярска, а в 1886 произвел раскопки погребений Базаихской стоянки под Красноярском и ряд разведок различных памятников по Енисею. Перед войной им был собран большой материал для археологической карты Минусинского и Хакасского окр. В 1914 он же произвел раскопки Афонтовой горы. Результаты исследования последних лет Савенковым остались неопубликованными. Крупную роль в изучении Иркутской губ. сыграло Вост.-Сиб. Отд. Р. Г. Об-ва. В 80-х гг. вели сист. исследования Н. И. Витковс-кий и Н. Н. Агапитов. Первый, произведя обширные раскопки погребений каменного века на р. Ангаре, открыл своеобразную неолитическую культуру, известную теперь под именем «Ангарский неолит». Н. Н. Агапитов, М. П. Овчинников и мн. др. исследователи открыли в И р к у т с к о й г у б. ряд стоянок той же эпохи и много писаниц, городищ, могил и пр. В 1913 Б. Э. Петри произвел раскопки неолитической стоянки на Байкале. В

3 а б а й к а л ь с к о й о б л. также все археол. работы были сосредоточены в местном отделе Р. Г. Об-ва. Здесь в течение 16 лет вел сист. исследования Ю. Д. Талько-Грынцевич.

На основании раскопок около 500 курганов и могил он дал классификацию древних погребений Зап. Забайкалья, разделив их на 4 основных группы: I. Большие каменные кургавы с каменной оградой, окруженные мелкими могилами. В погребениях, кроме костей человека и животных и грубых горшечных черепков, ничего не находится. Эти курганы Талько-Грынцевич относит к каменному периоду. II. Плоские могилы в виде круга с воронкой, окруженные квадратной оградой. Погребение в срубе, на глубине 2—4 м. При скелетах глиняные горшки, разные предметы из железа и кости и др. III. Четырехугольные могилы, обставленные плитами. Гроб часто выложен камнями. С человеком погребены железные ножи и стрелы, глиняные горшки, разные украшения сбруи, позолоченные и орнаментированные и др. IV. Внешний вид могилы не выяснен. Погребение в гробах. При скелетах— различные железные предметы. Характерны бусы и различные украшения звериного стиля из меди и золота. Правда, эта классификация не вполне удовлетворяет современвым знаниям, но зато материалы, собранные Талько-Грын-цевичем, благодаря подробному описанию не потеряют своей научной ценности.

Кроме Талько-Грынцевича изучением древностей Забайкалья занимались и др., в том числе А. П. Мостиц и А. К. Кузнецов. Сист. исследованием Т о м с к о й г у б. занимались С. К. Кузнецов, а затем С. М. Чугунов. Они произвели большую серию раскопок стоянок и погребений различных эпох как в ближайших окрестностях Томска, так и в др. местах (Мариинский уезд, Барабинская степь) и добыли таким путем материал, довольно хорошо освещающий бронзовую и железную эпохи. Наиб. интересный материал дали раскопки «Томского могильника», произведенные А. В. Ад-риановым и С. К. Кузнецовым. Обнаруженные здесь—неолитическая стоянка, большое количество погребений различных стадий бронзовой эпохи, городище, погребения железной эпохи и др. памятники, а затем открыты здесь же проф. Н. Ф. Кащенко следы пребывания человека, современного мамонту, позволяют шаг за шагом проследить на небольшом пространстве всю историю развития культуры от палеолита до наших дней. Работами Г. О. Оссовского, раскапывавшего в Барабин-ской степи курганы железной эпохи и в Мариинском у. курганы конца бронз. эпохи, чрезвычайно близкие к Минусинской культуре, исчерпываются основные исследования б. Томской губ. Следует отметить только исследования В. М. Флоринского, завершившиеся попыткой считать различные памятники древн. культур Сиб. принадлежащими «пер-вобытн. славянам». А л т а й, несмотря на богатство памятниками древних культур, со времени раб. Радлова оставался в стороне от А. и., если не считать раскопок А. В. Адрианова на р. Бухтарме, обнаруживших интересную культуру конца бронзовой эпохи. Так же слабо исследована и б. Тобольская губ. Наиболее существенные работы произведены И. Я. Словцовым, обследовавшим стоянки, городища и курганы, и В. Н. Пигнатти, подробно исследовавшим Искер (см. Городища). Наконец, отметим раб. А. Гейкеля, изучавшего коллекции зап.-сиб. музеев. Еще менее исследовано все пространство к В. от р. Селенги. В. К. Арсеньев и Ф. Ф. Буссе изучали городища, стоянки и пр. по pp. А м у р у и У с с у р и, В. П. Маргаритов и М. Янковский исследовали кухонные кучи по берегам Амурского зал., наконец, В. И. Иохельсон производил раскопки древних стойбищ на Камчатке. Все эти исследования, а также исследования и некоторых др. лиц, пока еще слишком недостаточны и не дают возможности составить картину доисторического прошлого этой обширной области.

Империалистическая и гражданская войны приостановили на время всякие раб. по изучению далекого прошлого Сиб. Следует отметить лишь появление раб. А. М. Тальгрена Collection Tovostine, в к-рой он опровергает установившееся мнение о единстве Урало-Алтайской бронзовой культуры и устанавливает Минусинскую культуру, подразделив ее на три периода. С 1920 А. и. в Сиб. возобновились с новой силой в связи с организацией в Сиб. новых ВУЗ’ов, оживлением краеведческого движения и ростом музейного строительства. Если предыдущие годы ознаменовались усиленным накоплением материала, то теперь значит. доля внимания уделяется разработке этого материала с целью разрешения вопросов о происхождении и развитии древних культур Сиб. За последние 10 лет в этом направлении достигнуто очень много. Изучение материала прежних исследователей и строго-систематические раскопки, предпринятые силами многих исследователей в разных пунктах Сиб., дали возможность составить довольно ясное представление о доисторич. прошлом Сиб. Наиболее обширные и сист. исследования велись в Прибайкалье, на Енисее и на Алтае. В Прибайкалье и Забайкалье ряд археологов (Б. Э. Петри, П. П. Хороших, В. И. Подгорбунский, М. М. Герасимов и др.) сист. изучали различные памятники от палеолита до самых поздних времен. На Лене работали Б. Э. Петри, А. П. Окладников, Н. П. Попов, П. П. Хороших и др. На Енисее—Г. Мергарт, Г. П. Сосновский, Н. К. Ауэрбах и В. И. Громов вели специальные исследования по изучению палеолита. В Минусинском крае С. А. Теплоухов систематически исследовал стоянки и погребения от палеолита до последних дней. Там же производили исследования памятников металлических культур Г. Мергарт, Г. П. Сосновский и др. На Алтае систематическим изучением погребений и стоянок, относящихся ко времени от неолита до наших дней, занимались во главе с С. И. Руденко, М. П. Грязнов и А. Н. Глухов. На Д. Востоке вел исследования А. И. Разин. Наконец, в разных местах Сиб. отдельными лицами производились исследования, носящие более спорадический характер. См. Каменный период и Металлический период.

Литература

  1. Попов, Н. И. Общий исторический обзор археолог, изысканий в Сиб., „Изв. Сиб. Отд. Р. Г. Об-ва», т. 11, в. 1 —2, 1871;
  2. его же статьи, помещенные там же, тт. II—IX, 1871—78;
  3. Спасский, Гр. О достопримеч. памятниках сиб. древностей и сходстве некоторых из них с великорусскими, „Зап. Р. Г. Об-ва», СПб., кн. 12, 1857;
  4. Aspelin, J. R. Antiquites du Nord Finno-Ougr. , Hels. , 1877—84;
  5. Радлов, В. В. Сибирские древности, „Зап. Рус. Арх. Об-ва», т VII, 1895;
  6. Клеменц, Д. Древности Минусинского музея, Томск, 1886;
  7. Адрианов, А. Путешествие на Алтай и за Саяны, „Зап. Зап.-Сиб. Отд. Р. Г. Об-ва», т. VIII, 1886;
  8. Кузнецов, Ин. Минусинские древности, Томск, 1908;
  9. Martin, F. R. I.’age du bronze en Musee de Minoussinsk, Stockholm, 1893;
  10. Радлов, В. В. Сиб. древности, „Материалы по археологии вост. губ. России», в. 2, 1896;
  11. Савенков, И. Т. Каменный век в Минусинском крае „Материалы по арх. вост. губ. России», в 2, 1896;
  12. статьи Агапитова, Н. Н., Витковского, Н. И. и Овчинникова, М. П. в „Изв. Вост.-Сиб. Отд. Р. Г. Об-ва»;
  13. Попов, А. В. Очерк палеоэтнолог. исследований и достижений Вост.-Сиб. Отд. Р. Г. Об-ва за 75 лет, „Изв. Вост.-Сиб. Отд. Р. Г. Об-ва», т. L, 1928;
  14. статьи Талько-Грынцевича, Ю. Д. и Мостица, А. П. в „Протоколах» и „Трудах Троицкосавско-Кяхт. Отд. При-амурск. Отд. Р. Г. Об-ва»,
  15. статьи Кузнецова, С. К., Чугунова, С. М. и Флоринского, В. М. в „Изв. Томского Ун-та», кн. II—XIX;
  16. Адрианов, А. В. К археологии Зап. Алтая, „Изв. Арх. Комиссии», в. 62, 1916;
  17. Словцов, И. Я. Материалы о распределении курганов и городищ в Тобольской губ., „Изв. Томского Ун-та», 1890;
  18. его же. О находках каменного века близ г. Тюмени, „Зап. Зап.-Сиб. Отд. Р. Г. Об-ва», т. III, 1885;
  19. Пигнатти, В. И. Искер, „Ежегодник Тобольского Губ. Музея», в. 25, 1915;
  20. Heikel, A. Antiquites de la Siberie occidental, „Mem. Soc. Finno-Ougr.», VI, 1894.

Библиография

  1. Косованов, В.П. Библиография Приенисейского края, т. 2, Красноярск, 1923;
  2. Хороших, П.П. Исследование каменного и железного века Иркутского края, „Изв. Биол.-Геогр. Ин-та при Гос. Иркутском Ун-те», т. I, в. I, 1924.

Выходные данные материала:

Жанр материала: Др. энциклопедии | Автор(ы): Грязнов М. П. | Источник(и): Сибирская советская энциклопедия. В 4 т. — [Новосибирск], 1929–1992 | Дата публикации оригинала (хрестоматии): 1929 | Дата последней редакции в Иркипедии: 19 мая 2016

Примечание: "Авторский коллектив" означает совокупность всех сотрудников и нештатных авторов Иркипедии, которые создавали статью и вносили в неё правки и дополнения по мере необходимости.

Материал размещен в рубриках:

Тематический указатель: Сибирская советская энциклопедия | Иркутская область | Иркутская область в энциклопедиях
Загрузка...