Присоединение Сибири к России // «Историческая энциклопедия Сибири» (2009)

Вы здесь

ПРИСОЕДИНЕНИЕ СИБИРИ К РОССИИ, включение Сибири и ее населения в состав Российского государства во второй половине XVI — начале XVII в. Сопровождалось военно-политическим и административно-правовым подчинением сибирских народов российской власти, их политико-правовой и культурный интеграцией в российский социум, географическим и историко-этнографическим изучением новых территорий, их хозяйственным освоением государством и переселенцами из России. Присоединение Сибири к России было продолжением русской (восточно-славянской) колонизации и расширения Русью—Россией своей государственной территории, оно обеспечило превращение России в европейско-азиатскую державу.

Причинами, непосредственно обусловившими в XVI—XVII вв. продвижение русских на восток, явля­лись ликвидация военные угрозы со стороны Сибирского ханства, добыча пушнины как важной статьи русского эк­спорта, поиск новых торговых путей и партнеров, занятие территорий, имевших экономического потенциал (сельскохозяйственные угодья, полезные ископаемые и т. д.), увеличение числа подданных-налогоплательщиков путем объясачивания сиирских аборигенов, стремление части русского населения (крестьян, посадских, казаков) избежать усиления крепостничества и фискального гнета в Европейской России. С начала XVIII в. все большую роль играли геополитические интересы российского правительства — укрепление позиций России в Азиатско-Тихоокеанском регионе и претензии на статус великой колониальной империи. Предпосылками присоединения Сибири к России стали укрепление военно-политического потенциала Московской Руси, расширение торговых связей с Европой и Азией, присоединение Приуралья и Поволжья (Казанского и Астраханского ханств). Главные русские маршруты по Сибири во многом определялись гидрографией региона, его мощными водными артери­ями, являвшимися для русских в XVII в. основными путями передвижения. В присоединении Сибири к России органично сочетались и взаимодействовали государственная и вольнонародная колонизация, казенный и частный интерес. Главная роль в этом процессе во второй половине XVI — начале XVIII в. играли служилые люди, действовавшие как по правительственными предписаниям, так и по собственной инициативе (преимущественно в Восточной Сибири), а так­же промышленные люди, шедшие на восток в поисках новых районов добычи пушнины. В XVIII—XIX вв. основную роль военно-колонизационного элемента выполняло казачество. Завершением процесса присоединения являлось установление российские политические власти и юрисдикции, выражавшееся на первых порах в создании опорных укрепленных пунктов, декларации от имени монарха подданства местного населе­ния («государево жалованное слово»), его приведении к присяге (шерти) и налогообложении (объясачивании), включении территории в государственную административно-территориальную систему управления. Важ­нейшим фактором, обеспечившим успех присоединения, стало переселение на новые земли и оседание там русского населения (прежде всего крестьянства).

В исторической литературе существуют разные оценки присоединения Сибири к России. В зарубежной историографии оно трактуется преимущественно как завоевание в рамках концепций «русской восточной эк­спансии» и «русского империализма». Среди отечественных исто­риков до середины XX в. превалировало мнение о завоевании Сибири, затем возобладала концепция преимущественно мирного и даже добровольного присоединения (или вхождения) сибирских народов в состав России. В настоящее время признается, что присоединение Сибири к России по своему характеру представляло сложный и противоречивый процесс этнокультурного взаимодействия, в котором переплетались как силовые, военные, так и мирные способы подчинения аборигенов русской власти. То и другое вызывалось правительственными установками, которые, с одной стороны, сводились к необходимости сохранения максимального числа ясачноплательщиков и, соответственно, предписывали обходиться с инородцами «ласкою, а не жесточью», с другой стороны, требовали их безусловного подчинения вплоть до применения вооруженной силы. Существенные коррек­тивы в эти установки вносили действия непосредственных исполнителей (сибирской администрации и служилых людей), нередко стремившихся к наживе и практиковавших грабеж инородцев, а также вторжения промышленных людей в охотничьи и промысловые угодья местного населе­ния. Но в целом отношение русские власти и русских людей к аборигенам определялось традицией толерантности, проистекавшей из многовекового опыта общения с неславянскими этносами, отсутствием резкого и категоричного неприятия или отторжения чужих культур. Ни государство, ни землепроходцы, ни переселенцы не ставили своей целью изгнание или уничтожение коренного населения (см. также Аборигенная политика).

Сибирские этносы воспринимали установление русской власти по-разному, в зависимости от особенностей этногенеза, уровня их социально-экономического и политического развития, степени зна­комства с системой господства-подчинения, этнополитической ситуации, заинтересованности в русской защите от враждебных соседей, наличия внешнего влияния со стороны иностранных государств. Темп и характер присоединения во многом определялись сущест­вовавшими у сибирских народов межэтническими и внутриэтническими про­тиворечиями, которые, как правило, существенно облегчали подчинение разрозненных аборигенных социумов. Свою роль сыграли умелые действия русского правительства по привлечению на сторону России аборигенной верхушки (раздача подарков, ока­зание почестей, освобождение от уплаты ясака, зачисление на службу с выплатой жалованья, крещение и т. п.), что превращало ее в проводника русской политики.

Присоединение разных территорий Сибири имело широкий спектр вариантов: от быстрого до длительного, от мир­ного до военного. Русско-аборигенное вооруженное противостояние, однако, не носило характера широкомасштабной войны: воен. действия, сопровождавшиеся подчас серьезными сраже­ниями и взаимной жестокостью, перемежались периодами мирных контактов и даже союзнических отношений.

Знакомство русских с Сибирью началось в конце XI в., когда новгородцы проложили путь в землю за­гадочной югры, располагавшейся на севере Приуралья и Зауралья (см. Походы новгородцев в Северное Зауралье в XII—XV вв.). В XII — первой половине XV в. новго­родские дружины периодически появлялись в Югре, вели здесь пушной промысел, меновой торг и сбор дани. В XII - начале XIII в. на «меховом пути» с новгородцами соперничало Владимиро-Суздальское княжество, под­чинявшее Прикамье. Однако экспансия была прервана монгольским нашествием. В 1265 Югорская земля упоминалась среди подчиненных Новгороду волостей. Но зависи­мость югорских князцов от боярской республики была номинальной и ограничивалась нерегулярной уплатой дани-ясака. К началу XIV в. большая часть приуральские югры, спасаясь от новгородских походов и объясачивания, мигрировала за Урал. К 1364 относится 1-й известный поход новгородцев за Урал, в Нижнем Приобье. Со второй половины XIV в. на Приуралье стало распространяться вли­яние Московского княжества, организовавшего христианиза­цию коми-зырян и подчинение Прикамья. Во второй половине XV в. московские войска провели несколько рейдов на Урал и в Сибирь, в низовья Оби и Иртыша, где собирали дань в великокняжескую казну (см. Походы московских воевод в Северное Зауралье в XV—XVI вв.). После утраты Новгородом в 1478 независимости все его северные владе­ния вошли в состав Московского государства. К концу XV в. власть Москвы формально признал ряд остяцких и вогульских княжеств Нижнего Приобья, а московский великий князь Иван III присвоил себе титул «князя Югорского, Кондинского и Обдорского». К 1480 Москва установила отношения с Тюменским ханством, которые из первоначально союзных перешли во враждебные: в 1483 московская рать воевала с татарами на Тавде и Тоболе, в 1505 тюменские татары совершили набег на русские владения в Перми Великой. В начале XVI в. Тюменское ханство исчезло, его земли отошли к возникшему Сибирскому ханству, в котором утвердилась династия Тайбугидов.

В первой половине XVI в. Московское государство не проявляло ак­тивности на сибирском направлении. Инициатива перешла к купцам и промышленным людям, которые, помимо сухопутного, освоили морской маршрут из Двины и Печоры на Обь. Около середины XVI в. на севере Западной Сибири стали возникать первые русские поселения — торговые и промысловые фактории-зимо­вья. Во время московско-казанских войн 1445—52 правители Сибирского ханства участвовали в антирусской коалиции, их отря­ды совершали набеги на Пермь Великую. В 1550-х гг. произошел перелом в русско-татарских отношениях. К Московскому государству были присоединены Казанское и Астраханское ханства, русское подданство признала Большая Ногайская Орда. В 1555—57 сибирский хан Едигер, ища поддержки в борьбе с Кучумом - сыном бухарского правителя Муртазы, признал себя вассалом Ивана IV с ежегодной уплатой дани. Однако начавшаяся Ливонская война не позволи­ла царю оказать помощь Едигеру, который в 1563 потерпел поражение от Кучума. Новый правитель Сибирского ханства повел враждебную политику в отношении Москвы, в 1573—82 его отряды при поддержке пелымского князца Аблегирима совершили нападения на русские владения в Приуралье. В условиях Ливонской войны Иван IV по­ручил оборону северо-восточных границ государства купцам, солепро­мышленникам и землевладельцам Строгановым, которые наняли вольных казаков. В 1581 или 1582 казачий отряд под руководством атамана Ермака по собственной инициативе, поддержанной Строгановыми, двинулся в сибирский поход, который, начавшись как типичный казачий разбойничий набег, кардинально изменил ситуацию в Западной Сибири и характер русско-сибирской политики. Разгромив в сражениях на урочище Бабасан (река Тобол) и на Чувашевом мысу (река Иртыш) войско Кучума и союзных ему остяцких и вогульских князцов, Ермакова дружина заняла столицу ханства - Кашлык. К 1585 казаки нанесли еще ряд поражений кучумовским татарам и объясачили часть татар, остяков и вогулов. После гибели Ермака остатки его дружины в 1585 ушли на Русь. Но к этому времени российское правительство, узнав об успехах казаков, приняло решение о занятии восточных территорий, богатых пушниной.

С 1585 в Западную Сибирь стали прибывать правительственные отряды. Они занялись строительством острогов и подчинением окрестного населения. К концу XVI в. были основаны Об­ский городок (1585), Тюмень (1586), Тобольск (1587), Лозьвинский городок (1588), Пелым (1593), Берёзов (1593), Сургут (1594), Тара (1594), Обдорский горо­док (1595), Нарым (1595), Кетск (1596), Верхотурье (1598), Туринск (1600), и земли сибирских татар, обских угров (остяков и вогулов) и части самоедов оказались в составе России. Некоторые из местных князцов (например, Лугуй, Алач, Игичей, Бардак, Цынгоп) без сопротивления признали русскую власть и оказали ей военную поддержку. Но Пелымское, Кондинское, Обдорское, Куноватское, Ляпинское княжества, а также Пегая Орда были покорены силой оружия. В Сибирском ханстве началась междоусобица: против Кучума выступил последний представитель династии Тайбугидов — Сейид-Ахмад (Сейдяк), на его сторону переметнулся ряд кучумовских мурз. Кучум бежал в Барабинскую степь и продолжил борьбу с русскими. В 1587 Сейид-Ахмад был пленен. После этого большая часть сибирских татар признала новую власть, их знать была зачислена на русскую службу. В 1598 русско-татарский отряд А. Воейкова на реке Ирмень (приток Оби) нанес окон­чательное поражение Кучуму. Сибирское ханство прекратило свое существование.

К началу XVII в. русское подданство признали тарские, барабинские и чатские татары. Приехавший в Москву князец еуштинских татар Тоян Ермашетев обратился с просьбой о строительстве в его землях русские укрепления для защиты от набегов енисейских кыргызов. В 1604 русско- татарский отряд при поддержке кодских остяков основал Томск, ставший опорной базой русского освоения Среднего Приобья. В 1618 на земле кузнецких татар (абинцев и кумандинцев) был поставлен Кузнецк. В результате почти вся территория Западной Сибири была подчинена русскими. Однако отдельные группы местного населения на протяжении XVII в. периодически поднимали восстания (волнения вогулов на Конде в 1606, осада Берёзова пелымскими вогулами и сургутскими остяками в 1607, выступление остя­ков и татар против Тюмени в 1609, вогулов - против Пелыма и Верхотурья в 1612, остяков и самоедов — про­тив Берёзова в 1665, попытки восстания нижнеобских остяков и самоедов в 1662-63 и в начале XVIII в., и т. д.). Долгое время на особом положении, с сохранением статуса княжеств и полусамостоятельности, оставались Кодское княжество (до 1644), возглавляемое князьями Алачевыми, и Обдорское княжество (вплоть до XIX в.), где утвердилась династия князей Тайшиных. Практически вне досягаемости русской власти были тундровые самоеды, кочевавшие от Печоры на западе до Таймыра на востоке, нерегулярно платившие ясак и неоднократно в XVII-XVIII вв. совершавшие нападения на остяков, ясачных сборщиков, промышленных и торговых людей, на русские зимовья и даже Обдорск (1649, 1678/79). От­ношения с ними коронная администрация предпочитала строить через обдорских остяцких князцов.

Главная цель русского движения в Сибирь - добыча пушнины - определяла и основные его маршруты - по таежной полосе, где была незначительная плотность аборигенного населения. К 1580-м гг. русские мореходы освоили морской путь из Бе­лого моря в Мангазею — район устьев рек Таз и Енисей. К началу XVII в. промышленные люди основали здесь зимовья и наладили торговлю с местными самоедами. В 1600—01 поя­вились правительственные отряды. На реке Таз они основали город Мангазею (1601), который стал важной опорной базой для землепроходцев, отправлявшихся далее на восток. К 1607 были сооружены Туруханское (в устье Турухана) и Инбацкое (в устье Елогуя) зимовья, затем началось продвижение русских по Подкаменной и Нижней Тунгускам, Пясине, Хете и Хатанге. Подчинение и объясачивание обитавших здесь кочевых самоедов и тунгусов затянулось на весь XVII в., причем некоторые их группы («юрацкая пуровская самоядь») оказывали русским сопротивление и в последующем.

В Мангазею русские попадали в основном морем, но к 1619 правительство, обеспокоенное попытками английских и голландских мо­реплавателей освоить путь на Обь и Енисей и недоволь­ное беспошлинным вывозом сибирской пушнины, запретило мангазейский морской ход. Это привело к освоению южных путей из Западной Сибири в Восточную — по притокам средней Оби, прежде всего по реке Кеть. В 1618 на волоке между Кетью и Енисеем был основан Маковский острог, на Енисее в 1618 — Енисейск и в 1628 — Красноярск, в 1628 на реке Кан — Канский острог и на реке Ангара — Рыбенский острог. Самодийские и кетоязычные народы Среднего Енисея достаточно быстро признали русское подданство, но жившие к востоку от Енисея в Западное Приангарье тунгусы оказали упорное сопротивление, их подчинение затяну­лось до 1640-х гг. И в дальнейшем, до начала XIX в., часть тунгусов, кочевавшая в отдаленных от русских поселений таежных районах, стремилась минимизировать контакты как с представителями власти, так и с русскими поселенцами.

Продвижение русских на юг Сибири в XVII в. на­толкнулось на активное сопротивление кочевых народов. В западно-сибирских степях противодействие русской власти пытались оказать потомки Кучума — кучумовичи, которые, поль­зуясь поддержкой сначала ногайцев, затем калмыков и джунгар, совершали набеги на русские и ясачные поселения и инициировали восстания в 1628—29 тарских, барабинских и чатских татар, в 1662 — части татар и вогулов. К началу XVIII в. кучумовичи как активная политическая сила сошли с исторической сцены. В первой  половине XVII в. русское степное пограничье тревожили калмыки, кочевавшие по Казахстану из Монголии в Поволжье, во второй половине века — башкиры, подымавшие антирусские восстания (1662—64 и 1681—83). С конца XVII в. начались набеги казахов, подкочевавших к западно-сибирским границам. В верховьях Иртыша, Оби и Ени­сея русские столкнулись с военно-политическими объединениями телеутов (улус Абака и его потомков) и енисейских кыргызов (Езерское, Алтысарское, Алтырское и Тубинское княжества), не желавших мириться с потерей подвластной им территории и зависимого от них населе­ния — кыштымов, которых русские стремились перевести в свое подданство. Опорными базами распространения русские власти в степи служили Томск, Кузнецк, Енисейск и остроги — Мелесский (1621), Чатский (около 1624), Ачин­ский (1641), Караульный (1675), Ломовский (1675). Из части местных «татар» (еуштинцев, чатов, телеутов) в Томске, Красноярске, Кузнецке были сформированы подразделения служилых татар.

Основное беспокойство русским доставляли кыргызские княжества, сами являвшиеся вассалами и данниками сначала западно-монгольского (хотогойтского) государства алтын-ханов, затем Джунгарского ханства. Лавируя между интереса­ми русского царя, монгольского алтын-хана и джунгарского хунтайджи, кыргызы то заключали мир и даже соглашались платить ясак, то совершали нападения на русские и ясачные волос­ти Томского, Кузнецкого и Красноярского уездов, в том числе осаждали Томск (1614), Красноярск (1667, 1679, 1692), Кузнецк (1700), сжигали Абаканский (1675), Ачинский (1673, 1699), Канский (1678) остроги. Отношения с телеутами из первоначально союзных (договора 1609, 1621) превращались также то во враждебные (участие телеутов в татарском восстании 1628—29), то в мирные. Русская сторона, используя противоречия между алтын-ханами и Джун­гарией, телеутами и кыргызами, не только сдерживала натиск кочевников, но и наносила им неоднократные ощутимые поражения и упорно объясачивала пестрое в этническом отношении южно-сибирское население — кумандинцев, тубаларов, телесов, тау-телеутов, челканцев, теленгитов, чулымцев, качинцев, аринцев, кызыльцев, басагарцев, мелесцев, сагайцев, шорцев, мадов, маторов, саянцев-сойотов и других. Помимо военной силы царское правительство стре­милось использовать для своего закрепления в Южной Сибири переговоры с кыргызскими князьями, алтын-ханами и хунтайджой.

Борьба за подданных между Россией, алтын-ханами и Джунгарией, а также между Россией, телеутским и кыргызским княжествами привела к установлению в Барабинской степи, на Алтае, в Горной Шории, Кузнецкой и Хакасо-Минусинской котловинах и Западных Саянах (Саянская и Кайсоцкая землицы) многоданничества, когда значительная часть местного населения вынуждена была платить дань русским, кыргызам, телеутам, джунгарам и хотогойтам. В ходе этой борьбы кыштымы ориентировались на того, кто в данный момент был сильнее. Они то признавали русскую власть, то отказывались платить ясак и участво­вали в антирусских выступлениях. Но число самостоятельных восстаний ясачных кыштымов было невелико, они, как правило, присоединялись к кыргызам, телеутам, джун­гарам или пользовались их поддержкой. В 1667 гос-во алтын-ханов было разгромлено Джунгарией и в 1686 исчезло. После этого Алтай (Телеутская землица) и юг Хакасо-Минусинской котловины (Кыргызская землица) вошли в состав джунгарских владений. На русско-джунгарском пограничье установился режим двоеданничества. Отдельные группы телеутов, не признав господство Джунгарии, в 1660—70-х гг. перекочевали в российские пределы, были рас­селены в Кузнецком и Томском уездах, часть из них вместо уплаты ясака обязалась нести военную службу царю (так называемые выезжие телеуты).

Достигнув Енисея, русские в 1620-х гг. двинулись далее на восток и начали подчинение Прибайкалья, Забайкалья и Якутии. В отличие от Западной Сибири, где в основном по правительственным предписаниям проводили операции относительно крупные воинские контингенты, в Восточной Сибири действовали хотя и под общим контролем и руководством властей, но зачастую по собственной инициативе и на свои средства небольшие отряды землепроходцев.

В 1625—27 В. Тюменец, П. Фирсов и М. Перфильев прошли вверх по Ангаре и собрали сведения о «братских людях» (бурятах). В 1628 в Прибайкалье совершили походы П.И. Бекетов — по Ангаре в верховья Лены и В. Черменинов — по Уде. Прибайкальские буряты (булагаты, ашехабаты, икинаты, эхириты, хонгодоры, хоринцы, готелы) первоначально отнеслись к русским миролю­биво, однако объясачивание и грабежи, учиненные казаками (действия отряда Я.И. Хрипунова и красноярской казачьей вольницы в 1629), а также строительство Илимского (1630), Братского (1631), Киренского (1631), Верхоленского (1641), Осинского (1644/46), Нижнеудинского (1646/48), Култукского (1647) и Балаганского (1654) острогов вынудили их взяться за оружие. В 1634 буряты разгромили отряд Д. Васильева и уничтожили Братский острог, в 1636 осаждали Братский, в 1644 — Верхоленский и Осинский остроги, в 1658 значительная часть икинатов, ашехабатов, булагатов, эхиритов и хонгодоров, подняв восстание, бежала в Монголию. Но сопротивление бурят было разрозненным, среди них продолжались междоусобицы, в которых соперничавшие роды пытались опереться на казаков. К 1660-м гг. активное сопротивление прибайкальских бурят было подавлено, они признали русское подданство. Прибайкальские тунгусы, являвшиеся данниками бурят, относительно быстро и мирно пере­ориентировались на признание русские власти. С основани­ем в 1661 Иркутска присоединение Прибайкалья было закончено. В 1669 поставлен Идинский острог, в 1671 — Яндинский, около 1675 — Чечуйский, в 1690-х гг. — Бельский, в 1676 — Тункинский острог, обозначивший границу русских владений в Восточных Саянах.

В 1621 в Мангазее были получены первые известия о «большой реке» Лене. В 1620-х — начале 1630-х гг. из Мангазеи, Енисейска, Красноярска, Томска и Тоболь­ска на Лену, Вилюй и Алдан ходили военно-промысловые экспедиции А. Добрынского, М. Васильева, В. Шахова, В.Е. Бугра, И. Галкина, П.И. Бекетова и другие, которые объясачивали местное население. В 1632 основан Якутсский (Ленский) острог, в 1635/36 — Олёкминский, в 1633/34 — Верхневилюйское зимовье, в 1633/35 — Жиганское. Якутские роды (бетунцы, мегинцы, катылинцы, дюпсинцы, кангаласцы и другие) на первых порах пыта­лись оказать сопротивление казачьим отрядам. Однако существовавшие между ними противоречия, использо­ванные русскими, обрекли их борьбу на провал. После разгрома в 1632—37 и 1642 наиболее непримиримых тойо­нов якуты быстро признали русскую власть и в последую­щем даже оказали помощь в покорении других народов.

Заняв центральные районы Якутии, казаки и промышленники устремились далее на северо-восток. В 1633—38 И. Ребров и М. Перфильев вышли по Лене к Ледовитому океану, по морю достигли Яны и Индигирки, открыв Юкагир­скую землицу. В 1635—39 Е.Ю. Буза и П. Иванов проложили сухопутный маршрут из Якутска через Верхоянский хребет к верховьям Яны и Индигирки. В 1639 отряд И. Москвитина вышел к Тихому океану (в устье реки Улья на Охотском побережье), в 1640 совершил плавание к устью Амура. В 1642—43 землепроходцы М.В. Стадухин, Д. Ярило, И. Ерастов и другие проникли на Алазею и Колыму, где познакомились с алазейскими чукчами. В 1648 С.И. Дежнев и Ф.А. Попов морем обогнули северо-восточную оконечность Азиатского материка. В 1650 на Анадырь по сухопутью с Колымы вышли М.В. Стадухин и С. Мотора. С середины XVII в. отряды землепроходцев и мореходов стали осваивать пути на Чукотку, в Корякскую землицу и на Камчатку. В при­соединяемых землях во второй половине 1630—40-х гг. начали возводить остроги (Верхоянский, Зашиверский, Алазейский, Среднеколымский, Нижнеколымский, Охотский, Анадырский) и зимовья (Нижнеянское, Подшиверское, Уяндинское, Бутальское, Олюбенское, Верхнеколым­ское, Омолонское и другие). В 1679 был основан Удский острог — крайняя южная точка русского присутствия на Охот­ском побережье. Все эти укрепления стали опорными базами для подчинения окрестного населения — юкагиров, тунгусов, коряков и чукчей, большая часть которых с оружием в руках пыталась воспротивиться объясачиванию, неоднократно нападая на русские отряды, остроги и зимовья. К началу XVIII в. русским в основном удалось сломить сопротивление юкагиров и тунгусов.

В 1643 русские — отряд С. Скороходова — впервые вышли в Забайкалье, в район реки Баргузин. Во второй половине 1640—50-х гг. за Байкал, где обитали буряты-хоринцы, монголы-табангуты, тунгусы и самодийско-тюркоязычные кайсоты, югдинцы и сойоты (в Восточных Саянах), про­никли отряды В. Колесникова, И. Похабова, И. Гал­кина, П. Бекетова, А.Ф. Пашкова. Казаки основали Верхнеангарский (1646/47), Баргузинский (1648), Баунтовский (1648/52), Иргенский (1653), Теленбинский (1658), Нерчинский (1658), Кучидский (1662), Селенгинский (1665), Удинский (1666), Еравнинский (1667/68, 1675), Итанцинский (1679), Аргунский (1681), Ильинский (1688) и Кабанский (1692) остро­ги. Присоединение Забайкалья носило преимущественно мирный характер, хотя и происходили отдельные вооруженные столкновения с табангутами и тунгусами. Близость крупных северо-монгольских (халхаских) ханств заставляла русских действовать с большой осторожностью и лояльно относиться к местному населению. В то же время монгольские набеги подтолкнули забайкальских хоринцев и тунгусов достаточно быстро при­нять русское подданство. Монголы, считавшие Забайкалье своей кыштымской территорией, но озабоченные в это время угрозой, исходившей от маньчжуров и джунгар, не препятствовали русским, чья малая численность первона­чально не вызвала у них особого беспокойства. Более того, северо-монгольские правители Тушэту-хан и Цэцэн-хан одно время рассчитывали получить поддержку России в борьбе против возможной агрессии маньчжуров. Но вскоре ситуация изменилась. В 1655 Халха-Монголия попала в вассальную зависимость от маньчжурского импе­ратора. С 1660-х гг. начались нападения монголов и табангутов на русские остроги и поселения в Прибайкалье и Забайкалье. Одновременно шли русско-монгольские переговоры о принадлежности территории и населения, но успеха они не имели. В 1674 казаки на реке Уда нанесли поражение табангутам, которые оставили свои земли в Еравнинской степи и ушли в Монголию.

Одновременно с Забайкальем русские начали занимать Приамурье. В 1643—44 В. Поярков, выйдя из Якут­ска, поднялся по Алдану и его притоку Учуру на Становой хребет, затем по Зее спустился в Амур и достиг его устья. В 1651 по Лене и Олёкме на Амур в месте слияния Шилки и Аргуни вышел Е. Хабаров. В 1654 к хабаровцам присоединился отряд П. Бекетова. На Амуре и его притоках землепроходцы построили Усть-Стрелочный (около 1651), Ачанский (1651) и Кумарский (1654) остроги. К середине 1650-х гг. они организовали сбор ясака со всего населения Амура, низовий Сунгари и Уссури — дауров, дючеров, тунгусов, натков, гиляков и других. Действия поярковцев и хабаровцев, среди которых преобладала казачья вольница, вызвали вооруженный отпор дауров и дючеров. Кроме того, против русских высту­пили маньчжуры, основавшие в Китае династию Цин и считавшие Приамурье сферой своих интересов. Отбив их нападения в 1652 и 1655, казаки в 1658 были раз­громлены недалеко от устья Сунгари. Выбив русских с Амура и уведя оттуда почти всех дауров и дючеров, маньчжуры ушли. В 1665 русские вновь появились в Приамурье и поставили там Албазинский (1665), Верхозейский (1677), Селемджинский (Селенбинский) (1679) и Долонский (Зейский) (1680) остроги. В ответ маньчжуры возобновили военные действия. Их поддержал ряд халхаских ханов, зависимых от Цинов и заинтересованных в ликвидации русского присутствия в Забайкалье. Попытки царского правительства дипломатическим путем урегулировать отношения с Цинским Китаем провалились. Итогом вооруженного противоборства на Амуре с маньчжурами и в Забайкалье с монголами стал Нерчинский договор 1689, согласно которому Россия уступила Приамурье Китаю, а государственная граница определилась по Аргуни и Становому хребту до верховьев Уды, впадающей в Охотское море. В ходе военных действий в Забайкалье буряты и тунгусы в основном поддержали русскую власть. В 1689 русское подданство приняла большая часть табангутов, поселенная между Селенгинском и Нерчинском.

К концу XVII в. основные территории Сибири оказалась в составе России. На юге русские владения выходили к лесостепному пограничью и примерно очерчивались по линии, прохо­дящей немного южнее Ялуторовска, Тобольска, Тары, Томска, Кузнецка, Красноярска, Нижнеудинска, Тункинского острога, Селенгинска, Аргунского острога, далее по Становому хребту к Удскому острогу на побережье Охотского моря. На севере естественной границей являлось побережье Ледовитого океана. На востоке крайними точками русские власти были Охотский и Анадырский остроги.

Процесс присоединения Россией новых территорий продолжился в XVIII в. В результате похода 1697—99 В.В. Атласова началось подчинение Камчатки. Опира­ясь на Нижнекамчатский (1697), Верхнекамчатский (1703) и Большерецкий (1704) остроги, казаки к 1720-м гг. объясачили ительменов и «курильских мужиков». Их попытки оказать сопротивление (1707—11, 1731) были подавлены. В 1711 казачья экспедиция под руководством Д.Я. Анциферова и И.П. Козыревского посетила первый (Шумшу) и, возможно, второй (Парамушир) острова Курильской гряды. В это же время из Анадырска и Охотска активизировалось объясачивание коряков, значительная часть которых упорно не признавала русское господство. Равным образом безрезультатными были попытки объясачить чукчей, обитавших на Чукотском полуострове.

С конца 1720-х гг. российское правительство, планируя расширить и укрепить позиции России в северной акватории Тихого океана, активизировало усилия по подчинению наро­дов и земель на крайнем северо-востоке Сибири. В 1727 была создана военная экспедиция, названная позднее Анадырской партией, во главе с А.Ф. Шестаковым и Д.И. Павлуцким. Экспедиция, покорив еще «немир­ных иноземцев», должна была обеспечить тыл и базу для русского продвижения в Северную Америку, поиск путей к которой являлся одной из задач Первой и Второй Камчатских экспедиций. Но походы 1729—32 Шестакова и Павлуцкого, которые дипломатии предпочли грубую силу, вызвали вооруженное противодействие коряков и чук­чей. Ситуация осложнялась тем, что чукчи-оленеводы с конца XVII в., расширяя свои пастбищные угодья, стали совершать систематическим нападения на юкагиров и коряков. Поддержку русским оказывали оленные юкагиры и коряки, обитавшие в районе Анадыря и стра­давшие от чукотских набегов, а также тунгусы-ламуты, расселявшиеся на территории охотоморских коряков. Все территориальные группы чукчей решительно сопротивлялись русским. Оседлые коряки, проживавшие по побережью Охотского и Берингова морей, то воевали с русскими, то прекращали военные действия и даже вносили ясак. Одновременно происходили вооруж. столкновения между чукчами и коряками. Апогей воен. действий пришелся на 2- ю пол. 1740-х — 1-ю пол. 1750-х гг. К сер. 1750-х гг. в результате карательных походов и строительства крепостей (Гижигинской, Тигильской, Вилигинской и другие) коряки были сломлены и признали русскую власть. В 1764 императрица Екатерина II объявила об их приеме в российское подданство. Одновременно, не сумев справиться с чукчами, русская власть отказалась от силовых мер и перешла к дипломатии. В ходе переговоров во второй половине XVIII в. с влиятельными чукотскими тойонами были достигнуты соглашения о мире на условиях уплаты чукчами ясака на добровольной основе. В 1764 Анадырская партия была упразднена, в 1771 ликвидирован Анадырский острог. В 1779 чукчи объявлены подданными России.

Присоединение северо-востока Сибири сопровождалось морскими экспедициями по обследованию северной акватории Тихого океана (см. Географические исследования Сибири), приведшими к открытию Аляски, Алеутских и Курильских островов. Инициативу в их освоении взяли в свои руки купцы и промышленные люди, которые устремились туда в погоне за пушниной. К концу XVIII в. они основали на Аляске, островах Кадьяк, Афогнак и Ситка несколько русских поселений, что привело к возникновению так называемой  Русской Америки. В 1799 была создана Российско-американская компания, включившая в сферу своих интересов и Курильские острова.

В XVIII в. изменилась международная ситуация на южно-сибирских границах. С конца XVII в. началось острое соперни­чество Джунгарии и Цинского Китая за обладание монгольскими землями. Развернулась также борьба между Джунгарией и казахами. Все это отвлекало внимание и силы джунгар от юга Западной Сибири, Алтая и Хакасии, вынуждало их не обострять отношения с Россией. В 1703-06 в целях увеличения своего войска джунгары увели в свои земли большую часть енисейских кыргызов и алтайских телеутов. Воспользовавшись этим, русская сторона, ликвидировав оставшиеся малочисленные группы кыргызов, быстро заняла освободившуюся территорию, куда стали переселяться ясачные люди — белтиры, сагайцы, качинцы, койбалы. Со строительством Умревинского (1703), нового Абаканского (1707), Саянского (1718), Бикатунского (1709, 1718), Чаусского (1713), Бердского (1716) острогов и Белоярской крепости (1717) в состав России вошли Северный (степной) Алтай и Хакасо-Минусинская котловина. С конца 1710-х гг. от Южного Урала до Алтая для защиты от набегов кочевников возводятся крепости, форпосты и редуты, из которых составляются укрепленные (пограничные) линии. Их выдвижение к югу обеспечило присоединение Россией значительных степных районов выше по Тоболу, Ишиму, к северу от Иртыша и в предгорьях Алтая. Попытки джунгар остановить русское продвижение успеха не имели. Сохранялись взаимные российско-джунгарские территориальные споры. На положении двоеданцев оставалась часть барабинских татар, енисейских белтиров, мадов, койбалов, алтайских аз-кыштымов, кергешов, юссов, кумандинцев, тогулов, тагапцев, шорцев, тау-телеутов, телесов. С начала XVIII в. территориальные претензии на верховья Енисея (Урянхай-Туву) стали предъявлять северо-монгольские ханы.

В 1691 маньчжуры окончательно подчинили Северную Монголию, что актуализировало вопрос о разграничении владений России и Китая. В результате переговоров о границе и статусе пограничных буферных территорий между им­периями в 1727 подписан Буринский трактат, согласно которому проводилась демаркация российско-китайские границы от Аргуни на востоке до перевала Шабин-Дабаг в Саянах на западе. Забайкалье признавалось территорией России, а Тува (Урянхайский край) — Китая. После разгрома в 1755—58 цинскими войсками Джунгарии Китай овладел всей Тувой и стал претендовать на Горный Алтай. Спа­саясь от цинской агрессии, многие зайсаны Горного Алтая, бывшие до этого джунгарскими подданными, обратились к русским властям с просьбой принять их с подвластным населением в российское подданство, что было осуществлено в 1756. Однако слабость военных сил, ислоцированных в Сибири, не позволила российскому правительству воспрепятствовать распространению в южных районах Горного Алтая цинского влияния, которое осуществлялось преимущественно силой. Предло­жения Санкт-Петербурга разграничить данную территорию были отвергнуты Пекином. В результате южноалтайские земли (Улаганское плоскогорье, Курайская степь, бас­сейны рек Чуя, Аргут, Чулышман, Башкаус, Толыш) превратились в буферную зону, а их население — телесы и теленгиты - в российско-китайских двоеданцев, с сохранением, однако, их значительной самостоятельности во внутренних делах. Со второй половины XVIII в. в Горном Алтае стали появляться русские поселения беглых раскольников, солдат, крестьян, работных людей с Колывано-Воскресенских (Алтайских) заводов - так называемых алтайских каменщиков, развивалась русско-алтайская торговля. На рубеже 1820—30-х гг. бийские купцы основали в Чуйской долине торговую факторию Кош-Агач. Китай, со своей стороны, не предпринимал никаких попыток экономического освоения Горного Алтая.

В первой половине XIX в. Россия значительно усилила свои позиции в Азии. Активизировался начавшийся еще в предыдущем столетии процесс присоединения казахских жузов. К 1850-м гг. в состав России был включен Семиреченский край до реки Или, с 1853 началось освоение Заилийского края. После того как экспедиции А. Ф. Миддендорфа (1844—45) и Н.Х. Агте (1848—50) установили отсутствие на Амуре китайских поселений и неподвластность Китаю местного населения, а экспедиция Г.И. Невельского (1849—50) доказала судоходность Амурского лимана и основала там Николаевский пост (ныне — Николаевск-на-Амуре), в 1850-х гг. по инициативе восточно-сибирского генерал-губернатора Н.Н. Муравьева Приамурье было занято русскими войсками. Воспользовавшись военно-политическим ослаблением Китая, Россия добилась от Пекина официального признания своих прав на территории Горного Алтая и Дальнего Востока. Согласно Айгунскому договору (1858), Тяньцзиньскому трактату (1858) и Пекинскому договору (1860), русско-китайская граница прошла по Амуру, Уссури, озеру Ханко и до устья реки Тумынцзян. В Приамурье и Приморье были основаны Благовещенск (1858), Хабаровск (1858) и Владивосток (1860). В 1864 подписан Чугучакский протокол, определивший границу в Горном Алтае от Шабин-Дабага к озеру Зайсан. Алтайские двоеданцы переходили в ведомство России, в 1865 они принесли присягу на подданство российскому монарху.

В 1853 русские поселения (Муравьевский и Ильинский военные посты) появились на Сахалине, первые сведения о котором были получены еще в середине XVII в. Это привело к конфликту с Японией, осваивавшей южную часть острова, а также Курильские острова. В 1855 по Симодскому до­говору была определена русско-японская граница на Курилах, она прошла между островами Уруп и Итуруп; Сахалин остался неразделенным. В 1867 российское правительство продало США владения Российско-американской компании на Аляске и Алеутских островах. В 1875 по Петербургскому трактату Россия уступила Японии северные Курильские острова, закрепив за собой взамен все права на Сахалин. В 1905 в результате поражения России в Русско-японской войне 1904—05 южная  часть Сахалина (до 50-й параллели) была отторгнута Японией.

Присоединение Горного Алтая облегчило расширение русского экономического влияния в Туве (Урянхайский край). Здесь начинается разработка золотых приисков, осваиваются рыбные промыслы. К концу XIX в. открываются торговые фактории и появляются первые переселенцы-крестьяне. С 1911 в результате национально-освободительного движения тувинцев китайская власть в Туве фактически ликвидирована. 18 апреля 1914 по просьбе ряда тувинских нойнов и лам Россия официально установила протекторат над Тувой, которая под наименованием Урянхайского края была административно подчинена иркутскому генерал-губернатору.

Лит.: Бахрушин С.В. Казаки на Амуре. Л., 1925; Окладни­ков А.П. Очерки по истории западных бурят-монголов. Л., 1937; Якутия в XVII в. Якутск, 1953; Бахрушин С.В. Науч. тр. М., 1955—59. Т. 1—4; История открытия и освоения Северного мор­ского пути. М., 1956. Т. 1; Залкинд Е.М. Присоединение Бурятии к России. Улан-Удэ, 1958; Долгих Б.О. Родовой и племенной состав народов Сибири в XVII в. М., 1960; Александров В.А. Русское население Сибири XVII — начала XVIII в. (Енисейский край). М., 1964; Гурвич И.С. Этническая история Северо-Востока Сибири. М., 1966; История Сибири. Л., 1968. Т. 2; Александров В.А. Россия на дальневосточных рубежах (вторая половина XVII в.). Хабаровск, 1984; Скрынников Р.Г. Сибирская экспедиция Ермака. Новосибирск, 1986; История Дальнего Востока СССР в эпоху фео­дализма и капитализма (XVII в. — 1917 г.). М., 1991; Иванов В.Н. Вхождение Северо-Востока Азии в состав Русского государства. Новосибирск, 1999; Народы Сибири в составе Государства Россий­ского. СПб., 1999; Миллер Г.Ф. История Сибири. М., 1999—2005. Т. 1—3; Зуев А. С. Русские и аборигены на крайнем Северо-Востоке Сибири во второй половине XVII — первой четверти XVIII вв. Но­восибирск, 2002; Боронин О.В. Двоеданничество в Сибири XVII — 60-е гг. XIX в. Барнаул, 2004; Перевалова Е.В. Северные ханты: этническая история. Екатеринбург, 2004; Дацышен В.Г. Саянский рубеж. Южная часть Приенисейского края и русско-тувинские отношения в 1616—1911 гг. Томск, 2005; Шерстова Л.И. Тюрки и русские в Южной Сибири: этнополитические процессы и этнокуль­турная динамика XVII — начала XX века. Новосибирск, 2005.

А.С. Зуев

Выходные данные материала:

Жанр материала: Др. энциклопедии | Автор(ы): Составление Иркипедии. Авторы указаны | Источник(и): Историческая энциклопедия Сибири: [в 3 т.]/ Институт истории СО РАН. Издательство Историческое наследие Сибири. - Новосибирск, 2009 | Дата публикации оригинала (хрестоматии): 2009 | Дата последней редакции в Иркипедии: 19 мая 2016

Примечание: "Авторский коллектив" означает совокупность всех сотрудников и нештатных авторов Иркипедии, которые создавали статью и вносили в неё правки и дополнения по мере необходимости.

Материал размещен в рубриках:

Тематический указатель: Сибирь | История Сибири