Остров — деревня на Ангаре

Вы здесь

Версия для печатиSend by emailСохранить в PDF

До возведения каскада гидроэлектростанций на Ангаре насчитывалось, по сведениям из разных источников, 430-450 больших и малых островов, многие из которых были обитаемы. На участках суши, окруженных со всех сторон водой, располагались целые деревни, жителей которых не пугали ни наводнения, ни оп​ределенная оторванность от Большой земли. С введением в строй ГЭС русло некогда стремительной Ангары стало походить скорее на цепочку водохранилищ, которые навсегда скрыли сотни островов. Лишь немногие из участков суши, расположенные преимущественно в низовьях реки, сохранились, например Бурнин. Этот остров длиной 15, шириной 6 километров находится недалеко от Братска. Его площадь позволяла без притеснений сосуществовать двум деревням. Их угодья располагались на двух соседних островах — Гладком и Зуй. На Гладком располагались сенокосы. Остров Зуй был богат древесиной, сам Бурнин славился пашнями. Деревня прекратила свое существование в 1965 году. Подобная участь постигла десятки населенных пунктов. Селение, о котором пойдет речь в нашем материале, так и называлось — Остров.

Возвращение в детство

Несколько лет назад в деревню Малышовку, находящуюся в Усть-Удинском районе, один за другим прибыли три легковых автомобиля из Иркутска. Машины неспешно проследовали по центральной улице поселка и на его окраине свернули к берегу Ангары. Погода в тот день стояла прекрасная, и людям, утомившимся после долгого пути, естественно, хотелось подвигаться и подышать свежим воздухом. Группу приезжих возглавлял Владимир Ильич Преловский.

Цель необычной экспедиции от Иркутска до распадка в семи километрах от Малышовки была вполне определенной: Владимиру Ильичу захотелось посетить малую родину и показать своим близким все, что от нее осталось. Осталось немного: кусты черемухи, березы, поля земляники да воспоминания об Острове, оставшемся на дне Ангары.

— Примерно там находился Остров, — говорил Владимир Ильич, обращаясь к детям и внукам и условно обозначая расположение своей малой родины на глади водохранилища. — Тогда от Острова до берега было метров сто. Я даже мальчишкой запросто переплывал. Взрослые на лодках возили необходимые грузы, ходили за ягодой. Оттуда наши корни — с Острова.

Сегодня Владимир Ильич Преловский — председатель совета ветеранов войны и труда Правобережного округа города Иркутска. Когда он отмечал 70-летний юбилей, то неоднократно вспоминал свое далекое детство.

— Я родился в крестьянской семье, которая по тем временам, не говоря уже о нынешних, считалась многодетной: я был девятым ребенком. Мы жили на одном из ангарских островов, относящихся к Балаганскому району. Не исключено, что горькая судьба именно нашего Острова легла позднее в основу получившей мировую известность повести русского писателя Валентина Распутина «Прощание с Матерой».

Бурятский родоначальник

Среди многочисленных ангарских островов тот, на котором располагалась одноименная деревня, считался одним из самых больших — его площадь составляла более 35 квадратных километров. Он располагался между деревней Малышовкой и старым Балаганском. По острову текли две речушки, шумел лес, водились дикие звери. В сельскохозяйственном отношении это был настоящий рай. До поздней осени огородники могли не беспокоиться за свои культуры: поднимавшийся от реки пар не позволял ранним заморозкам тронуть огурцы и помидоры.

Первыми на Острове поселились буряты. Произошло это в незапамятные времена. Они освоили половину территории, по большей части его степную часть. Здесь было разбито три поселения. Скотоводы умудрялись вести кочевой образ жизни даже на ограниченном пространстве. Самое крупное из сел, Хадахан, перед затоплением переместилось на другое место, где существует и поныне. Два других — Эмкей и Бурунтай — хоть и представляли собой крупные стойбища, но не сумели перебраться на материк. Островные буряты жили не бедно, держали большие отары овец и стада крупнорогатого скота. Женщины сплошь носили серебряные и золотые украшения, что свидетельствовало о достатке в их семьях. Примерно в 1760 году богатый скотовод Халматов взял себе в жены русскую девушку Евдокию. Их сын Иван получил фамилию по матери — Преловский, и отчество... Иванович. Кто являлся инициатором этого — неизвестно. Иван был крещен, считался полностью обрусевшим, или, как тогда говорили, ясашным. От этого Ивана и пошел род Преловских, которых, по подсчетам одного из современных исследователей, сейчас насчитывается более четыречсот.

Особый уклад

Русские землепашцы осваивали верхнюю часть острова. Выкорчевав участок леса, основали деревню Остров. От правого берега Ангары мини-государство отделяла протока, а от левого — основное русло, по которому ходили пароходы. В Малышовку можно было добраться на лодке, а в более отдаленный Балаганск приходилось снаряжаться по-особому. Лодку грузили на подводу, доезжали до берега, который звался матерой, и затем переправлялись на Большую землю. Когда же пустили паромную переправу, эта процедура во многом упростилась.

Жизнь в деревеньке Остров текла наособицу: отрезанные от остальных водной преградой, островитяне без надобности особенно и не стремились на чужую сторону. Только детей отправляли в Малышовку на учебу. Жили при лучинах, по праздникам при керосиновых лампах. Носили одежду из полотна. Питались тем, что добывали в лесу, на реке; значительным подспорьем являлось собственное хозяйство. По праздникам гуляли только деревенской компанией, пили чистейший как слеза самогон. Ездили погостить в Хадахан и радушно принимали гостей из бурятских улусов.

Знаменитые калачи

Полный георгиевский кавалер Илья Преловский вернулся в родную деревню в 1919 году. Позади остались окопы Первой мировой. На Острове его ждали жена Мария с детьми, земля, дом, хозяйство. Пришлось вновь привыкать к мирному труду. Илья стал людей призывать объединиться, чтобы легче было хозяйство вести или, в случае надобности, обороняться. Время было тревожное: по уезду рыскали белые банды, по ночам свистели пули.

Среди односельчан Илья пользовался большим авторитетом. Фронтовику верили, на него надеялись, с ним связывали будущее деревни. Поверила кавалеру и новая советская власть: Преловского назначили председателем колхоза «Остров».

Числилось в том колхозе чуть более 30 дворов. Выращивали пшеницу, ячмень, овес, просо, коноплю. Из конопли давили масло, вили веревки, ткали полотно. Никакой механизации на острове не существовало, потому что трактору или комбайну здесь просто негде было развернуться. Пахотный клин колхоза состоял из небольших разрозненных участков, которые обрабатывали дедовским способом. Основная тягловая сила — лошади. Тем не менее в хорошие годы островитяне собирали по 30—35 центнеров пшеницы с гектара. Председатель старался вовсю, помимо основных обязанностей занимался селекцией, хотел вывести стойкий сорт пшеницы — и добился своего.

До и после войны деревенька Остров славилась на всю округу своими калачами. Хлеб выпекали из муки хорошей островской пшеницы. У нее была высокая клейковина, и когда калачи ставили в русскую печку, то при выпечке у них сбоку образовывался небольшой выступ. Местные его называли почему-то титькой.

За особую форму хлеба над островитянами слегка подсмеивались жители деревень на Большой земле. Но товар раскупали охотно. Стоило хлебопекам появиться на базаре в Балаганске, как за калачами выстраивалась очередь. Островской калач приравнивался к гостинцу, его вкушали и нахваливали.

Взрослые и дети

Калачи пекли больше по праздникам, а обыденная жизнь колхозника — это нелегкая работа от зари и до зари. Нужно было сдавать бестиям-уполномоченным из райцентра налог на мясо, яйца, молоко, птицу, шкуры, сено и солому или натурой, или деньгами. В конце года рассчитавшись с государством, крестьянин оставался почти ни с чем. Приходилось жить за счет огородов, рыбалки на Ангаре и потаенных посевов.

 Жизнь заставляла председателя колхоза «Остров» Преловского обманывать государство. Пашни у колхоза были маленькие, в среднем по два-три гектара. Чтобы выкроить на пропитание односельчанам, Илья Преловский в своих отчетах указывал какую-нибудь пашню как пары. А на самом деле площадь тайно засевали, собирая неучтенную пшеницу. Собранное зерно делили на 30 дворов. Не дай Бог, если бы кто-нибудь из местного начальства доложил наверх по инстанциям о проделках председателя колхоза — судили бы и председателя, и местное начальство. Поэтому-то и молчали.

Как ни трудна жизнь, а крестьянину было где на Острове раскрепоститься душой. Его окружала почти не тронутая цивилизацией природа. Тайга и река кормили, поили и утешали. А что уж говорить о деревенских ребятишках — в проблемы взрослых они еще не вникали, жили в своем, особом мире. В нескольких десятках метров от деревеньки находился небольшой островок, на котором обитали тысячи птиц. Из промысловых дикие гуси гнездились, высиживая яйца. А когда во время весенне-осенних перелетов садились лебеди, то острова и река становились белее снега. Прилетали журавли и цапли. На Острове раздавались трели двух видов соловьев. С первыми весенними проталинами ребятня начинала играть в лапту. С мая и до поздней осени бегали босиком. Копали саранки и солодковый корень, который казался слаще сахара. Жевали свежие тальниковые прутики, по вкусу напоминающие огурец.

Рисковое занятие островской детворы — разорять вороньи гнезда. Чтобы показать свою ловкость и силу перед сверстниками, пацаненок должен был забраться на сосну (шиком считалось, если дерево было без нижних веток), достать из гнезда вороньи яйца, положить их в рот и, обдирая живот о кору, спуститься на землю. Еще соревновались, кто нырнет с лодки в Ангару и достанет со дна больше всех белых камней. Рекорд равнялся 12 камням за одно подводное погружение длительностью более минуты.

Ничто не исчезает бесследно

Девятерых детей народили и вывели в люди председатель колхоза «Остров» Илья Лаврентьевич и жена его, Мария Григорьевна. Всякое в жизни их долгой бывало, но первая забота всегда о детях. Воспитывали их в строгости, хотя ни разу и пальцем не тронули. При этом старших слушали беспрекословно. Илья Лаврентьевич не позволял детворе толкаться просто так, они всегда были заняты делом, сызмальства приобщались к крестьянскому труду и выполняли разные виды работ — пахали, боронили, косили траву, перевозили копны сена. Мама, Мария Григорьевна, была женщина добрая, при этом на все смотрела глазами мужа, всегда и во всем с ним соглашалась.

По-разному сложилась судьба братьев и сестер Владимира Ильича Преловского: Пелагеи, Марии, Анны, Ольги, Матрены, Павла, Григория и Георгия. Все они родились на Острове, а когда повзрослели, разъехались по стране.

Старшая сестра, Пелагея, еще до войны вышла замуж. В 1942 году получила похоронку на мужа и одна воспитывала двоих детей. Похоронена на кладбище в Балаганске, рядом с могилами отца и матери. Вторая сестра, Мария, 50 лет проработала преподавателем, жила в Москве. Сестра Анна — участница Великой Отечественной войны, проходила службу на Восточном фронте ветеринарным фельдшером. Сестра Ольга живет в Иркутске. Младшая сестра, Матрена, трудилась на АНХК и до сих пор живет в Ангарске. Григорий окончил горный техникум в Черемхово и уехал на Сахалин, работал в шахте. После закрытия шахты переехал в город Орехово-Зуево, где и провел последние годы своей жизни. Георгий работал в ангарском тресте «Востоксибэнергоремонт».

В 1943 году ушел на фронт старший брат Павел. Воевал хорошо, а похоронка пришла в мирное время. Он погиб в 1958 году в бою с бандеровцами под городом Ровно в Западной Украине. Слегла тогда от горя Мария, а Илья Лаврентьевич собрался в дальнюю дорогу. Надел китель с четырьмя Георгиевскими крестами, старую фуражку и поехал. С воинскими почестями хоронили Павла, среди крестов католического кладбища высоко поднялся белый обелиск с красной звездочкой... Самый младший в семье, Владимир Ильич Преловский, в 1955 году окончил Малышевскую среднюю школу, а затем — Ангарский строительный техникум и Новосибирский институт экономики и права. Работал на всесоюзной комсомольской стройке по возведению корпусов алюминиевого завода в Шелехове. Прошел все ступени руководителя-строителя: мастер, прораб, старший прораб, главный инженер управления и в 29 лет — главный инженер треста совхозов.

В 1970 году на съезде кооператоров его избрали заместителем председателя правления Иркутского облпотребсоюза. Проработал он в этой должности 28 лет (избирался семь раз), до 1998 года. Потом четыре года работал директором комбината кооперативной промышленности. Около трех лет был председателем ветеранской организации облпотребсоюза. В 2008 году Владимир Ильич был избран председателем ветеранского совета Правобережного округа города Иркутска.

P. S.

Давно нет родной деревеньки на Ангаре. Простилась с ней семья Преловских, когда зашумело Братское море. Все ушло на дно. Но однажды, как рассказывает Владимир Ильич, на водохранилище уровень воды упал до минимума, и он увидел, как выступил на ее поверхности небольшой клочок суши с двумя голыми соснами. Это был его Остров.

 Длина Ангары составляет 1853 километра. До строительства каскада гидроэлектростанций максимальная ширина реки составляла около километра, максимальная глубина — 6 метров. После завершения строительства ГЭС река превратилась практически в цепочку водохранилищ, самое большое из которых Братское, его протяженность свыше 500 километров.

Называя острова, на которых жили, люди нередко исходили из внешних признаков территории. Так появились Круглый остров, Корабль-остров, Горелый, Еловый остров. Иногда сказывалось наличие птиц или животных, встречавшихся на кусочках суши. Отсюда — Лосенок-остров, Лисий, Лебяжий, Тайменский, Конский острова.

Фотографии из архива Владимира Ильича Преловского

 

Выходные данные материала:

Жанр материала: Статья | Автор(ы): Мигалев Павел | Источник(и): Иркипедия | Дата публикации оригинала (хрестоматии): 2010 | Дата последней редакции в Иркипедии: 07 апреля 2015

Примечание: "Авторский коллектив" означает совокупность всех сотрудников и нештатных авторов Иркипедии, которые создавали статью и вносили в неё правки и дополнения по мере необходимости.