Монгольский мир в XIV-XVII вв.

Вы здесь

Версия для печатиSend by emailСохранить в PDF

Падение Юаньской династии в 1368 г. знаменует собой начало нового этапа в этнической и политической истории не только Центральной Азии, но и сопредельных регионов. В конце XIV в. начлись длительные междоусобные войны между восточными и западными феодалами Монголии, одной из главных причин которых была борьба за господство над торговыми путями в Китай через Монголию (История Монгольской Народной Республики. Изд. 3-е, перераб. и доп. -  М.: Наука, 1983. -  С.  180-187).

Инициаторами междоусобных раздоров между западными и восточными монголами после развала Юаньской династии в большей степени являлись ойраты, которых к этому вынуждала сложившаяся политическая и экономическая обстановка. Первоначально владения ойратских феодалов располагались на сравнительно небольшой территории, ограниченной западными склонами Хангайских гор на востоке, песками Гоби - на юге, Могулистаном - на западе, верховьями Иртыша и Енисея - на севере. Таким образом, ойратские владения оказались со всех сторон окруженными кочевыми скотоводческими ханствами и княжествами, широкой полосой отделившими их от оседлых земледельческих стран и народов. В этих условиях Китай действительно оказался единственно возможным рынком сбыта излишков скотоводческой продукции и источником снабжения продуктами земледелия и ремесленного производства. К тому же односторонние попытки ойратов по налаживанию контактов с Китаем находили, особенно на первых порах, понимание и поддержку со стороны минских правителей, которые стремились использовать ойратов для борьбы против восточно-монгольских  ханов,  представлявших в то время главную опасность для Минской династии.

На рубеже XVI-XVII вв. Монголия оказалась разделена на 3 части: Южную (Чахар), Северную (Халха) и Западную (Джунгария, или Ойратия). Южномонгольское, или Чахарское, ханство располагалось примерно в пределах современного АРВМ КНР. Западную Монголию и Джунгарию (северную часть   современного   Синьцзян-Уйгурского   Автономного района КНР) населяли ойраты.  В XVI в. в Западной Монголии существовало 4 крупных этно-территориальных объединения, или удельных княжества: хошоуты во главе с Байбагусом, цоросы во главе с Хара-Хулой, дербеты - с Далай-Батор-тайшой, 3 группы торгоутов во главе с Хо-Урлюком, Мэргэн-Тумэн-батором и Холочи-нойоном.

К концу XVI в. ойратское общество оказалось в состоянии кризиса. Окруженные со всех сторон сильными кочевыми и оседлыми феодальными ханствами и княжествами, стремившимися преградить им пути к меновым рынкам, ойратские феодалы в течение 2-й половины XVI в. терпели военные неудачи, с трудом отстаивая свою самостоятельность.

В ходе длительной внутренней борьбы произошла перегруппировка ойратских феодалов, часть которых покинула родные кочевья и переселилась в другие края. После того как в приволжские степи ушел князь торгоутов Хо-Урлюк (более 50 тыс. кибиток, т. е. примерно 200-250 тыс. чел.), а часть хошоутов откочевала в район Кукунора, полновластным повелителем ойратского государства (известного в истории как Джунгарское ханство - 1635-1758 гг.) стал Батор-хунтайджи.

Борьба между восточно- и западномонгольскими (ойратскими) феодалами развивалась с переменным успехом. Она характеризовалась чертами, типичными для феодальной эпохи: вооруженные столкновения перемежались отношениями политического сотрудничества, династийными браками и союзами.

Слово «халх» упоминается еще в «Сокровенном сказании» в качестве названия реки (Козин С. А. Сокровенное сказание монголов. Монгольская хроника 1240 г. - М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1941. - § 175, 176, 208). Поскольку указано, что «она впадает в Буюр-наур», речь, очевидно, идет о известной по истории Халхын-гол в Восточной Монголии. Предполагается, что этим термином обычно обозначались места, где имелись реки (речки), поросшие густым кустарником, что, скорее, ассоциировалось с такими  понятиями, как «прикрытие»,  «заслон»,  «преграда» (Халхы н угсаатны зуй. -  Улаанбаатар, 1987. -  X. 26-27.).  Необходимо отметить, что названия типа Халхын-гол, Халхын-уул, Халхын-овоо распространены в Монголии повсеместно.

Известно, что в период правления Даян-хана (1460-1543), последнего всемонгольского хана,  1 из 6 туменов Монголии носил название Халхаский. По имеющимся сведениям, Халхаский тумен состоял из 12 отдельных подразделений - отоков. После смерти Даян-хана 7 из  12 отоков тумена перешли в наследство его младшему сыну Гэрэсэндзэ. Поскольку последний по традиции являлся наследником коренного отцовского улуса, на территории которого располагались в прошлом ставки большинства предыдущих верховных правителей Монгольской империи, эта область и стала одним из этноконсолидирующих центров монголов после распада Юаньской империи, географический, а затем административный термин «халх» преобразовался со временем в самоназвание входивших в нее раз­ личных по происхождению родоплеменных групп.

Конец XVI в. в Халхе отмечен возникновением нескольких самостоятельных удельных княжеств, правители которых носили наследственные титулы - тушету-хан, сэцэн-хан, дзасакту-хан, алтан-хан.

Тушету-ханы кочевали по берегам р. Тола, верховьям р. Орхон и далее на запад по р. Тамир; дзасакту-ханы - в районах Хангайского хребта и частично Монгольского Алтая; сэцэн-ханы располагались со своими улусами по р. Керулен. Северо-западные районы Халхи занимало государство алтан-ханов, населенное в основном хотогойтами.

Государство алтан-ханов располагалось в северо-западном углу Халхи, между озерами Хубсугул и Убса. Первоначально оно представляло собой один из отоков, часть обширного владения дзасакту-ханов, граничащего на севере с владениями урянхайцев, на юге —с кочевьями других дзасак-тухановских правителей, на западе - с ойратскими княжествами и на востоке — с владениями Тушету-хана. В дальнейшем алтан-ханам удалось упрочить свое положение внутри отведенного им отока, подчинить ряд мелких племенных групп и народно­ стей, обитавших в сопредельных районах Южной Сибири, и превратить их в своих данников. Превратившись в довольно мощную военно-политическую силу, держава алтан-ханов в течение примерно трех четвертей XVII в. играла заметную роль в истории Южной Сибири. Первым алтан-ханом был правнук Гэрэсэндзэ Шолой-Убаши-хунтайджи.

В рассматриваемый период связи между различными ханствами Монголии были весьма слабы, но во всех частях обширной территории, населенной   монгольскими   племенами,   социально­экономические развитие шло более или менее одинаково.

В середине XVI в. началась новая серия вооруженных столкновений между ойратскими и восточно-номонгольскими феодалами. Первое из них произошло в 1552 г., когда против ойратов выступил тумэтский Алтан-хан (1507-1582), внук Даян-хана. Этому предшествовало столетие бесконфликтных отношений в Монголии.

Новое столкновение между ойратами и восточными монголами произошло через 10 лет, в 1562 г., когда правнук Даян-хана Хутуктай-Сэцэн-хунтайджи напал на торгоутов и обратил их в бегство.

К концу XVI в. началась серия длительных, растянувшихся почти на столетие, войн между ойратами и государством алтан-ханов. В 1587 г. Шолой-Убаши-хунтайджи, действуя в союзе с Сайн-Манджиком, правителем Урянхая, выступил против ойратов с войском в 80 тыс. воинов; 6,5 туменов были его собственные, остальные - урянхайские.

На рубеже XVI-XVII вв. началось объединение южнотунгусских племен маньчжуров вокруг их предводителя Нурхаци, завершившееся образованием маньчжурского государства Цин, дальнейшая деятельность которого серьезно изменила политическую ситуацию в Центральной Азии.

Развернув упорную  борьбу за покорение минского Китая, маньчжуры одновременно нанесли удар соседнему с ним Чахарскому ханству. Маньчжуры, умело используя феодальную обособленность монгольских княжеств, несмотря на героические попытки чахарского Лигдэн-хана (годы правления - 1604-1634 гг.), правнука Даян-хана, организовать объединенное сопротивление, покорили Южную Монголию. В 1636 г. их правитель Абахай был объявлен ханом Монголии. После этого маньчжуры приступили к организации военной знаменной системы в Южной Монголии. В ее осно­ ву была положена военная единица - знамя (ци). Знамя составлялось из полков-дзуланов (цзолин). В каждый полк входило 6 более мелких военных подразделений - нюру. Каждая нюру включала в себя определенную численность податного населения, из которого выделялось 150 мужчин в возрасте от 18 до 60 лет, способных нести военную службу. К концу XVII в. в Южной Монголии было учреждено 49 знамен.

Маньчжурские власти, проводя реорганизацию  административной системы  в  Южной  Монголии, в принципе не нарушили на первых порах основ социальной организации монголов. На должности сеймовых, аймачных и знаменных дзасаков (управителей) назначались монгольские князья. Особыми преимуществами пользовались хорчинские князья, так как они первыми приняли маньчжурское подданство и постоянно оказывали маньчжурам военную помощь (Горохова  Г.  С.  Очерки  по  истории  Монголии  в  периоди на Дальний  Восток  Российской  империи.  Монманьчжурского  господства (конец XVII -   начало XX  в.). -  М., 1980.- С .  9-10.).

Южномонгольские феодалы (хорчинские, найманские, тумэтские, джалаитские, горлоские) сы­грали далеко не последнюю роль в успешном осу­ществлении маньчжурской экспансии в Китае, за­вершившейся образованием Цинской династии в Китае в 1644 г.

Халхаские феодалы не участвовали в борьбе южномонгольских княжеств против маньчжурских завоевателей. Свое будущее они попытались обе­ спечить путем установления «дружественных» от­ношений с маньчжурами. Однако последние совер­шенно не были заинтересованы в существовании самостоятельных монгольских княжеств. С опозда­нием поняв всю сущность маньчжурской политики, халхаские ханы вынуждены были пойти на согла­ шение с ойратами, которое было провозглашено на их совместном съезде в 1640 г., созванном по ини­ циативе ойратского Батор-хунтайджи.

Съезд (курултай), состоявшийся в урочище Уланбура у Тарбагатайских гор на территории Джунгарии, оказался весьма представительным. Для участия в его работе приехали правители не только Джунгарии и Халхи,  а  также  из  Кукунора - хошутский Гуши-хан с сыновьями, с далекой Волги - торгутский Хо-Урлюк с тремя сыновьями, дербетский Далай-тайджи. Основными целями съезда были: урегулирование внутренних взаимоотношений феодалов и исключение возможности междоусобной борьбы; обеспечение объединения сил и взаимной помощи в борьбе против внешней опасности; укрепление феодальных порядков и власти ханов и князей. Однако союз монгольских ханов оказался  недолговечным.  Территориальные и династические споры привели к нарушению принятых на съезде решений. Немалую роль в ослаблении этого союза сыграла подрывная деятельность маньчжуров.

Одним из решающих моментов в истории Халхи стали  1655-1656 гг., когда Сэцэн-хан, Тушету-хан и ряд других крупных феодалов Восточной Халхи обязались платить ежегодную дань «из девяти белых» (одного белого верблюда и восьми белых лошадей) и выполнять другие требования цинов.

60-е  гг.  XVII  в.  характеризуются  дальнейшим обострением отношений как между Халхой и Джунгарским ханством, так и внутри Халхи между удельными княжествами.  Междоусобные  раздоры в Халхе на этот раз были связаны со смертью дзасакту-хана Норбо, когда началась борьба между его сыновьями за ханский престол. В этот конфликт оказались вовлечены и соседние княжества.

Аналогичные  события  происходили  в  Джунгарии после  кончины  Батора-хунтайджи.  В итоге в 1671 г. на ханский престол вступил 27-летний Галдан-Бошокту-хан, правивший до 1697 г. С его именем связано начало нового этапа во  внутренней и внешней политике Джунгарии, серьезных перемен в жизни некоторых народов сопредельных территорий. Развязанная Галдан-Бошокту-ханом война против халхаских феодалов стала главной причиной принятия последними маньчжурского подданства в 1691 г. Война между халхасцами и ойратами была закономерным итогом искусно про­водимой цинами политики по принципу «разделяй и властвуй».

Хотя  в первые годы своего господства в Халхе маньчжуры ограничились переутверждением халхаских князей в их правах на наследование родовыми уделами, в дальнейшем получение должностей и прав полностью стало зависеть от воли цинского двора.

Следующим  административным  нововведением периода маньчжурского владычества стало образование в 1725 г. еще одного (четвертого) аймака - Сайн-нойона. Цин-ван Дашдондоб, потомок халхаского князя Тумэнкина Сайн-нойона, получил в управление отдельный аймак за услуги, оказанные цинам в борьбе с джунгарами. В состав нового аймака вошло 19 хошунов, выделенных из тушетухановского аймака.

Оставшись наедине против объединенных сил Цинской империи и ее новых союзников в лице южно- и восточномонгольских княжеств. Джунгарское ханство продержалось до 50-х гг. XVIII в.

Образование маньчжурского военно-феодального государства и его экспансионистская политика на запад совпали с продвижением в глубь Сибири д и на Дальний  Восток  Российской  империи.  Монгольские князья Халхи, особенно Джунгарии,находящиеся перед угрозой маньчжурского нашествия и в состоянии непрерывных междоусобных воин, были не прочь заручиться покровительством и поддержкой Российского государства, которое, в свою очередь, отнюдь не было заинтересовано в расширении сфер влияния маньчжуров в Центральной Азии, представлявших очевидную угрозу безопасности недавно обретенных владений русских в Сибири.

Первыми, уже в самом начале XVII в., вступили в контакт с русскими и начали обмен посольствами правители государства алтан-ханов и ойратов, а с 1640-х гг. - халхаские ханы. Основное содержание русско-монгольских переговоров можно свести к следующим вопросам:

1. О так называемой «шерти».

2. О кыштымах, ранее плативших дань монгольским правителям, а позже перешедших в русское подданство.

3. О торговле.

При этом необходимо учесть, что в действительности дача шерти монголами не рассматривалась российской стороной как средство внешней экспансии в Центральной Азии, для чего в то время у нее еще не имелось достаточных сил и средств, а являлась, скорее всего, условием обеспечения мира и порядка на границах осваиваемых территорий, создания нормальных взаимоотношений между народами России и Монголии. С другой стороны, и монгольские князья в большинстве своем рассматривали дачу шерти прежде всего как дого­вор о дружбе и сотрудничестве, но не как принятие присяги на верность и тем более вступление в подданство. Степень активности действий тех или иных монгольских правителей в стремлении «дать шерть» напрямую зависела от конкретной военно­-политической ситуации в регионе. Поэтому все переговоры по данному вопросу так и не были доведены до официального оформления.

Кроме мнимых надежд на получение возможной военной поддержки от России монгольская сторона в условиях создавшейся сложной военно­-политической  ситуации   в  регионе  была  весьма заинтересована в выходе на рынки сибирских городов для обмена излишков скотоводческого хозяйства на продукты земледелия и промышленные товары (Материалы  по истории русско-монгольских отношений. 1636-1654: сб. док-тов. - М.: Наука, 1974. - С. 7 -1 2; Чимитдоржиев Ш. Б. Россия  и Монголия. -  М.:  Наука,  1987. -  С. 2 2 -5 3; Международные  отношения  в Центральной  Азии.  X V II—XVIII вв.: док-ты  и мат-лы. Кн. 1. -  М.: Наука,  1989. -  С. 8-13.).

Вопрос о кыштымах, несмотря на возникающие порой разногласия, в целом решался положительно, без особых осложнений для развития двусторонних отношений.

Этническими   последствиями   военно-политических коллизий в Центральной Азии в XVI- XVII вв. стал массовый отток населения из Халхи и Джунгарии в пределы Прибайкалья, что существенно повлияло на процесс формирования бурятской народности.

Очевидно,  территория  Забайкалья  вплоть  до прихода русских находилась практически в полном ведении халхаских ханов, даже в ранних отписках русских казаков именуется «мунгальской землей», а жители -  «мунгальскими людьми».

Предбайкальские племена  и роды  находились в состоянии вассальной зависимости от халхаских и джунгарских ханов, к которым периодически наведывались воинские отряды для сбора дани. В бурятских исторических преданиях упоминается о воинственных монгольских тайшах Гэгэн-хутухте, Сукэр-нойоне и т. д., неоднократно вторгавшихся в бурятские земли. В них же повествуется и об ответных  набегах  бурятских  баторов-удальцов  на монгольские владения с целью угона скота. Очевидно, отголоски  этих  событий  отразились  в  донесении казачьих атаманов Поздея, Фирсова и Василия Тюменца о том, что у «братских» «с китайскими людьми бой живет мало не по вся годы» (Окладников А. П. Из истории русско-бурятских отношений в XVII веке // Зап. БМ НИИК. -  1958. -  Вып. 25. -  С. 20 -2 1.).

Автор: Д. Д. Нимаев Источник: История Бурятии. В 3 т. Т. II. XVII - начало XX в. - Улан-Удэ: Изд-во БНЦ СО РАН, 2011.

Выходные данные материала:

Жанр материала: Термин (понятие) | Автор(ы): Составление Иркипедии. Авторы указаны | Источник(и): Источники указаны | Дата публикации оригинала (хрестоматии): 2014 | Дата последней редакции в Иркипедии: 27 марта 2015

Примечание: "Авторский коллектив" означает совокупность всех сотрудников и нештатных авторов Иркипедии, которые создавали статью и вносили в неё правки и дополнения по мере необходимости.

Материал размещен в рубриках:

Тематический указатель: Иркутская область | Приангарье до русской колонизации
Загрузка...