Конференция по изучению производительных сил Иркутской области

Вы здесь

Версия для печатиSend by emailСохранить в PDF

Конференция по изучению производительных сил Иркутской области – проведена 4-11 августа 1947 года в Иркутске Советом по изучению производительных сил Академии наук СССР (СОПС АН СССР). Заложила основу для дальнейшего экономического развития Иркутской области и Восточной Сибири в целом.

СОПС АН СССР был прямым наследником Комиссии по изучению производительных сил, созданной еще в 1915 году при Российской Императорской академии наук и опирался на 32 года исследований и  результативной научной работы. Труды СОПС нашли свое отражение в планах первых пятилеток, размещении эвакуированных заводов во время войны, а в 1945 году СОПС уже проводил аналогичную конференцию по изучению производительных сил Молотовской области (ныне – Пермский край). Положительный опыт, отработанный на примере Молотовской области, было решено распространить на другие территории страны.

В организации и работе Иркутской конференции принимали участие не только Академия наук, но и отраслевые министерства, Академия сельскохозяйственных наук, различные научно-исследовательские институты Москвы, Ленинграда, Харькова, Свердловска и Омска, научные, партийные и советские структуры Иркутской области. В течение недели более тысячи участников конференции, в том числе семь академиков, шесть членов-корреспондентов и две с половиной сотни других ученых, выслушали более 150 докладов. Речь шла о развитии всей Восточной Сибири, в том числе Бурят-Монгольской АССР, Красноярского края, Читинской области, Якутской автономной республики. Почетными членами президиума участники конференции избрали товарищей Сталина, Берию, Ворошилова, Молотова, Жданова, Кагановича, Хрущева и Булганина.

Официальная часть конференции началась 4 августа 1947 года – в этот день первое заседание в Областном драматическом театре открылось выступлением вице-президента АН СССР академика Ивана Бардина. Академик отметил, что «столь широкое собрание специалистов в пяти тысячах километров от Москвы является необычным событием» и созвано для того, чтобы решить проблему освоения территории исключительно богатой энергетическими ресурсами, малонаселенной и – недостаточно развитой в промышленном и транспортном отношении. Ключевые принципы размещения промышленности и энергетических объектов, в соответствии с духом времени, определили по версии академика Бардина, Ленин и Сталин: промышленность должна размещаться по всей территории страны, исходя из принципа производительности труда, полного экономического равноправия территорий, максимального сближения производства сырья и энергии, комплексного использования природных ресурсов и организации производства на новейшей технологической базе.

В ходе пленарного заседания второго дня работы конференции академик Александр Винтер в своем докладе «Энергетические ресурсы Восточной Сибири и развитие энергетики Байкало-Черемховского комплекса» раскрыл перед участниками Конференции завораживающие перспективы. Промышленность страны постепенно смещалась на восток и ей требовалось столько энергии, что академик предлагал ввести в строй Байкальскую ГЭС (впоследствии названную Иркутской) уже в следующей пятилетке. Электроэнергия позволяла увеличить производительность труда настолько, чтобы компенсировать малочисленность населения. Именно более высокая плотность населения диктовала решение развивать в первую очередь район Иркутск – Усолье – Черемхово, хотя сырья, как известно, больше на севере. Однако академик переоценил возможности экономики страны, сильно пострадавшей от войны: первую ГЭС начали строить в 1954 году, а первый агрегат ввели в строй двумя годами позже.

Низкая себестоимость электроэнергии (0,2 или 0,9 копейки на киловатт) по расчетам ученых позволяла окупить перевозку глинозема на 1000 километров, а с учетом перевода железной дороги на электрическую тягу (о чем академик тоже не забыл упомянуть) – и на большие расстояния. Сейчас электричество в быту воспринимается как данность и никому не придет в голову строить жилой дом, заранее рассчитанный на отсутствие электроэнергии. 65 лет назад перспектива внедрения электрических плит, утюгов и холодильников воспринималась как очередная победа большевиков над непроизводительными тратами времени. Электричество казалось универсальным ключом ко всем дверям: предлагалось даже перевести на этот вид энергии самый трудоемкий процесс сельского хозяйства – пахоту. Однако прежде чем перейти к этой сложной задаче, академик Винтер предлагал разработать технико-экономическую модель Байкало-Черемховского энергопромышленного комплекса и Иркутской электроэнергетической системы, включающей в себя от трех до шести ГЭС (второй должна была стать не Братская, а Тельминская, но от ее строительства отказались), несколько ТЭЦ и высоковольтные линии электропередачи. Через три пятилетки, то есть к 1965 году, Иркутская область должна была давать 3,5% электричества в стране (рост по сравнению с 1940 годом в 7 раз) и 6% угля (вместо 4,3%). В 2011 году три ГЭС Иркутской области давали в сумме 4,66% всей электроэнергии в стране.

В Иркутской области за годы советской власти, и особенно в годы войны, были разведаны огромные запасы полезных ископаемых и произведена оценка гидроэнергетического потенциала – область по всем параметрам находилась в полной готовности к рывку в своем развитии, оставалось лишь обсудить очередность шагов. Доклад секретаря Иркутского обкома ВКП (б) Ефимова на эту тему занял почти две полосы в газетах. Ангару в тот момент оценивали как самый мощный в стране источник гидроэнергии: перепад в 380 метров от истока до впадения в Енисей давал 40% энергопотенциала страны. Черемховский каменноугольный бассейн рассматривался не только как источник топлива для тепловых станций, но и источник сырья для производства искусственного жидкого топлива и коксохимической промышленности. Этот уголь на тот момент был самым дешевым в стране, причем его, в отличие от украинских и кузнецких углей, можно было добывать открытым способом. Развивать добычу угля на территории области было особенно выгодно еще и потому, что на ее территории находится восточная часть Канского угольного бассейна и южная часть Тунгусского бассейна – в сумме количество сырья для энергетики и химии оценивалось как неисчерпаемое.

Под стать угольным были и месторождения железной руды в Ангаро-Илимском железнорудном районе, месторождения ферро-силиция в районе реки Онот, поваренной соли в южной части области, слюды – в Мамском и Бирюсинском районах (эти запасы составляли 70% всей слюды СССР). Три золотоносных района – Ленско-Витимский, Бирюсинский и Прибайкальский – считались крупнейшими месторождениями рассыпного золота в стране, даже с учетом того, что на Лене золото к тому моменту добывали уже более ста лет. Хватало и запасов сырья для строительной отрасли – на основе уже известных месторождений можно было производить каолины и огнеупорную глину, керамические изделия, цемент, а месторождение гипса в долине реки Унга было единственным месторождением такого рода восточнее Урала. По разряду мелочи шли стекольные и формовочные пески, гранит, мрамор, кварц, тальк, шпат и прочие полезные ископаемые. Считалось, что Иркутская область бедна цветными металлами, но как раз во время конференции начальник Восточно-Саянской геолого-разведочной экспедиции комбината «Востсиболово» И. Минеев сделал доклад об открытии месторождения олова в Восточных Саянах. Не все прогнозы геологов сбылись: Гусино-Озерское месторождение угля возлагавшиеся на него надежды не оправдало.

С промышленностью для освоения всего этого богатства дела обстояли не слишком хорошо. Виновато было «тяжкое наследие царского режима» (это почти прямая цитата из доклада): накануне революции сравнительно большие группы рабочего класса были сосредоточены только в добыче золота и угля, да и то на уровне кустарного производства. Тут, впрочем, товарища секретаря обкома нужно поправить: в Иркутской губернии появился первый в стране комплекс ГЭС – ЛЭП – ТЭЦ, то есть создан прообраз современной энергосистемы, в которой каждый элемент дополнял другой, а все вместо обеспечивали бесперебойное энергоснабжение промышленного района. Но по правилам игры нельзя было говорить ни об этом факте, ни о том, что машиностроение появилось в губернии все-таки немного раньше, чем в сталинские пятилетки. За годы войны в области добыча каменного угля выросла в 12 раз, добыча древесины и соли – в 10 раз, численность рабочих – в 8 раз, грузооборот железной дороги – на треть. Этой базы и накопленного опыта обкому хватило для того, чтобы запланировать на первое послевоенное пятилетие строительство двух заводов по ремонту паровозов и вагонов, двух заводов по ремонту и производству горного оборудования, механического завода, специализирующегося на сельхозмашинах.

Исходя из имеющихся у области ресурсов и кадрового потенциала, обком ВКП (б) полагал, что в первую очередь в области нужно построить несколько мощных теплоэлектростанций. Затем, опираясь на их тепло и электроэнергию построить ГЭС, а уже после этого, имея на руках дешевую энергию, развитое машиностроение и сопутствующие производства, приступать к строительству мощных предприятий по выпуску передовой на тот момент металло- и энергоемкой продукции. Область должна была стать производителем искусственного каучука и волокон, алюминия, пластмассы, спиртов, кислот и другой химической продукции. Нашлось место и лесохимии, включая целлюлозно-бумажное и гидролизное производство.

В третий и последующие дни конференции работа шла по секциям – «горно-геологической», «промышленно-энергетической», «транспорта и связи», «леса и лесной промышленности», «сельского хозяйства», «населения, культуры и градостроительства». Академик Владимир Обручев, доклад которого прочел за него другой участник, поставил перед участниками горно-геологической секции несколько вполне конкретных задач в области разведки полезных ископаемых и комплексного изучения территории области, а заодно сделал предложение организовать в Иркутске Восточно-Сибирский филиал Академии наук. Значение этой инициативы было столь велико, что ее обсуждали и поддержали и на других секциях. В последний день конференции, 11 августа, стало известно, что президиум АН СССР отнесся к идее создания филиала Академии «сочувственно», но, как известно, впоследствии Сибирское отделение Академии наук разместили в Новосибирске, а Иркутску пришлось довольствоваться меньшим по масштабам (и возможностям) научным центром.

Промышленно-энергетическая секция обсуждала в основном перспективы строительства гидроэлектростанций. Суммарный потенциал Ангары был оценен в 85 млрд киловатт-часов в год (три уже построенные станции дают 49 млрд), а первая станция предлагали возвести так, чтобы ее мощность составила 600 мегаватт – Иркутская ГЭС, как известно, сейчас имеет мощность 662 МВт. Во время этого же заседания была сформулирована мысль о том, что произведенная в области энергия должна в ней же и использоваться. Этот принцип позволил создать единый комплекс из предприятий, производящих энергию, и потребляющих ее, предприятий, добывающих сырье и производящих материалы, машины для всех отраслей и продукцию, которую раньше именовали ширпотребом. Было высказано и предположение о наличии на территории области запасов нефти, основанное на обнаруженных к тому времени проявлениях нефти на Байкале и некоторых других районах области.

Транспортная секция обсуждала в основном перспективы развития речного транспорта – увы, решение строить в области ГЭС без судопропускных щлюзов и других подобных сооружений привело к тому, что Ангара в значительной степени утратила свое транспортное значение. Железная дорога считалась в то время едва ли не становым хребтом будущего освоения области: в 1930-1939 годах объем грузов, перевезенных по Восточно-Сибирской железной дороге вырос в 26 раз – ничто, казалось, не мешало думать, что и в следующие десять лет развитие пойдет теми же темпами. Ознакомившись с условиями Иркутской области на собственном опыте (делегаты конференции в большинстве своем добирались поездом) многие начали говорить о необходимости расширения сети местных аэропортов и гражданской авиации.

Лесная секция обсуждала всего один вопрос – об увеличении доли Иркутской области в общем балансе потребления леса в стране. Доля эта была сравнительно невелика – в 1946 году всего 1,5 % или 3 млн кубометров, и никогда не превышала 5 млн кубометров. Лес был нужен срочно и в большом объеме: страна восстанавливалась после войны, потребность в строительных материалах была огромной. Но даже и в то время на конференции прозвучало требование вывозить за пределы области не круглый лес, а пиломатериалы. В более отдаленной перспективе – фанеру, готовые наборы для строительства жилых домов, продукцию гидролизных и целлюлозно-бумажных заводов. Одно из предложений сейчас показалось бы странным: из древесины предлагалось производить уголь, а его впоследствии – использовать в металлургии. Доклад профессора П. Васильева поражает исключительной точностью оценок: к 1960 году в области должны были заготавливать 20 млн кубометров леса, что при ручном труде требовало 80-100 тысяч работников. Позволить себе такое область не могла, поэтому предлагалось механизировать производство и снизить количество занятых до 40 тысяч человек. В сентябре 2012 года на форуме «Лес и человек - Сибирь» было озвучено количество занятых – те самые 40 тысяч, при производстве в 20-22 млн кубометров.

Секция сельского хозяйства была самой многолюдной – в актовом зале Иркутского сельхозинститута собралось около 500 человек – и обсуждала вопрос «как сделать урожайным растениеводство в непростых условиях Восточной Сибири, с ее периодическими засухами и регулярными заморозками». И снова приходится говорить о влиянии ГЭС: три крупных водохранилища позволили увеличить площадь орошаемых земель в несколько раз, а заодно смягчили климат. Впрочем, столь радикальное решение проблемы в 1947 году никому в голову не пришло, потому что посевные площади прирастали даже в годы войны  и к 1947 году составляли 837 тысяч гектаров.

Секция населения, культуры и градостроительства прошла как будто вчера: доцент ИГУ Кудрявцев предлагал возродить географическое общество (сейчас его патронирует лично президент Российской Федерации Владимир Путин), заведующий отделом образования Усть-Ордынского округа товарищ Пилунов рассказывал о новом в культуре и быту бурят, а директор Научной библиотеки Жилкина жаловалась на ненадлежащие условия хранения 1 млн ценных книг. Если бы она знала, что и спустя 65 лет иркутские библиотеки могут пожаловаться на ту же самую проблему… С другой стороны полиграфических мощностей области не хватало для того, чтобы издавать книги местных авторов, залежавшиеся в «редакционном портфеле». Сейчас остается только удивляться, что было время, когда издание книг местных авторов вообще кого-то волновало.

Строительство Байкальской ГЭС и резкий рост промышленного производства означает и резкий рост населения – это в советское время ученые, совсем недавно участвовавшие в индустриализации СССР, понимали отлично. Секция населения и градостроительства немало времени потратила на обсуждение доклада главного архитектора Иркутска Бориса Кербеля «Реконструкция и развитие Иркутска». В этом докладе и на схемах профессора Колосовского уже были поселок «Ангарастроя» (то что сейчас называется пронумерованными поселками ГЭС), второй мост через Ангару и поселок авиастроителей. Впоследствии именно Борис Кербель настоял на том, чтобы построить Иркутский алюминиевый завод не в районе нынешнего микрорайона Солнечный, а далеко в стороне от областного центра.

К работе конференции проявляли интерес даже люди, формально далекие от науки и стратегического планирования – то есть рядовые рабочие и колхозники. Если торжественные встречи и митинги во время проезда делегатов по территории области можно считать заранее спланированными, а участие передовиков производства в пленарных заседаниях и работе секций – почетной обязанностью, то вот лекции, прочитанные академиками непосредственно в цехах заводов и на машинно-тракторных станциях – это были большие события. В то же время, наличие у докладчика ученого звания – вплоть до академика – вовсе не означало, что с оратором никто не станет спорить: даже в лаконичных отчетах о работе конференции видно, какие споры кипели в секциях – рядовые инженеры, геологи и строители высказывали и отстаивали свою точку зрения.

Читайте в Иркипедии:

  1. Энергетические ресурсы Восточной Сибири и развитие энергетики Байкало-Черемховского комплекса (1947). Доклад академика А.В. Винтера и члена-корреспондента Академии Наук СССР В.И. Вейца
  2. Вейц, Вениамин Исаакович
  3. Винтер, Александр Васильевич
  4. Перспективы индустриального развития Иркутской области (1947). Доклад академика И.П. Бардина
  5. Бардин, Иван Павлович
  6. Геологическое строение и перспективы развития минерально-сырьевой базы Иркутской области (1947). Доклад профессора-доктора С. В. Обручева
  7. Обручев, Сергей Владимирович
  8. Современное состояние и перспективы развития сельского хозяйства Иркутской области (1947). Доклад академика В.С. Немчинова
  9. Немчинов, Василий Сергеевич
  10. Основные вопросы изучения и использования лесов Иркутской области (1947). Доклад профессора-доктора П.В. Васильева
  11. Роль, перспективы и условия работы транспорта Восточной Сибири (1947). Доклад академика В.Н. Образцова
  12. Образцов, Владимир Николаевич
  13. Движение на Восток. Заключительное сообщение председателя конференции вице-президента Академии наук СССР академика И.П. Бардина
  14. Изучение производительных сил Восточной Сибири (1957)
  15. Совет по изучению производительных сил

Литература

  1. Конференция по изучению производительных сил Иркутской области, 4–11 авг. 1947 г. : тез. докл. – М. ; Л. : Изд-во АН СССР, 1947. – 341 с. 
  2. Материалы конференции по изучению производительных сил Иркутской области, 4–11 авг. 1947 г. / отв. ред. В. А. Кротов. – Иркутск : ОГИЗ, 1947. – 136 с.
  3. Кудзи, Е. М. Перспективы развития Иркутской области / Е. М. Кудзи. – Иркутск, 1956. – 216 с. 
  4. Белоусова, В. С. Вопросы размещения и комплексного развития производительных сил Иркутской области : материалы к конф. по развитию производит. сил. Вост. Сибири : регион. совещ. / В. С. Белоусова, В. А. Кротов. – Иркутск, 1958. – 17 с.
  5. Карпов, В. Т. Региональное совещание по развитию производительных сил Иркутской области / В. Т. Карпов. – Иркутск, 1959. – 22 с.
  6. О развитии производительных сил Иркутской области. – Иркутск : Кн. изд-во, 1959. – 358 с.
  7. Силинский, П. Перспективы развития экономики и культуры Иркутской области в новом пятилетии, 1966–1970 гг. / П. Силинский. – Иркутск : Вост.-Сиб. кн. изд-во, 1965. – 96 с. 
  8. Силинский, П. П. Экономический обзор развития Иркутской области за 1917–1970 гг. / П. П. Силинский // Изв. Вост.-Сиб. отд. геогр. о-ва СССР. – 1970. – Т. 67. – С. 74–93.
  9. Тарасов, Г. Л. Территориально-экономические проблемы развития и размещения производительных сил Восточной Сибири / Г. Л. Тарасов. – [М.] : Мысль, 1970. – 231 с.
  10. Развитие производительных сил Иркутской области в 1971–1980 гг. : материалы иркут. регион. совещ. / под ред. : Г. Г. Боннер, М. В. Бородина. – Иркутск : Вост.-Сиб. кн. изд-во, 1971. – 335 с.
  11. Григорьева, А. А. Народное хозяйство Иркутской области : экон.-геогр. очерки / А. А. Григорьева. – Иркутск : Вост.-Сиб. кн. изд-во, 1973. – 187 с.
  12. Иркутский потенциал : диалоги о Х пятилетке. – Иркутск : Вост.-Сиб. кн. изд-во, 1978. – 100 с.
  13. Фильшин, Г. И. Экономика Приангарья : проблемы и перспективы / Г. И. Фильшин. – Иркутск : Вост.-Сиб. кн. изд-во, 1988. – 208 с.
  14. Цыкунов, Г. А. Ангаро-Енисейские ТПК : проблемы и опыт : (ист. аспект) / Г. А. Цыкунов. – Иркутск : Изд-во ИГУ, 1991. – 176 с.
  15. Природно-ресурсный потенциал Иркутской области. – Иркутск : Изд-во СО РАН, 1998.
  16. Изучение и развитие пpоизводительных сил Восточной Сибиpи : (хpоника, документы, иллюстpации) / Законодат. собpание Иpкут. обл., Иpкут. гос. техн. ун-т. – Иркутск : АPТ, 2000. – 352 с.
  17. Мерцалов, В. И. Реформа хозяйственного управления 1957–1965 гг. : предпосылки, ход, итоги (на материалах Вост. Сибири) / В. И. Мерцалов. – Иркутск : Изд-во ИГЭА, 2000. – 266 с.
  18. Гуков, В. П. Основы стратегии развития Иркутской области в начале XXI века / В. П. Гуков, Н. В. Смирнов // Регион: экономика и социология. – 2002. – № 4. – С. 166–173.
  19. Природные ресурсы Иркутской области и их использование. – Иркутск : Изд-во Ин-та географии СО РАН, 2002. – 156 с. : ил.
  20. Концепция социально-экономического развития г. Иркутска до 2020 года / под. ред. В. И. Самарухи. – Иркутск : Изд-во БГУЭП, 2006. – 36 с.
  21. Экономика Иркутской области и проблемы глобализации : материалы межвуз. обл. науч.-теорет. студ. конф., 20 апр. 2006 г. / ред. О. Г. Терехова [и др.]. – Иркутск : Изд-во ИрГТУ, 2006. – 107 с. : табл.
  22. Ножиков, Ю. А. Комментарий к концепции развития производительных сил Иркутской области на период 1993–2005 годы / Ю. А. Ножиков, В. И. Самаруха ; Байкал. гос. ун-т экономики и права. – Иркутск : Изд-во БГУЭП, 2009. – 82 с. : табл.
  23. Конференция по изучению производительных сил Иркутской области : (к 20-летию работы) // Календарь знаменательных и памятных дат на 1967 год (по Иркут. обл.). – Иркутск, 1966. – [Вып. 3]. – С. 23–25. – Библиогр.: с. 24–25 (12 назв.). 
  24. То же : (к 25-летию работы [конф. 1958 г.]) // Приангарье: годы, события, люди. – Иркутск, 1983. – [Вып. 16]. – С. 79–83 (36 назв.).
  25. Иркутск : библиогр. указ. / сост. В. К. Пешкова [и др.]. – Иркутск, 2009. – С. 153–161.

Список литературы: П. П. Ступин

Приложение

Выходные данные материала:

Жанр материала: Термин (понятие) | Автор(ы): Скращук Владимир | Источник(и): Иркипедия | Дата публикации оригинала (хрестоматии): 2013 | Дата последней редакции в Иркипедии: 05 августа 2015

Материал размещен в рубриках:

Тематический указатель: История хозяйственного освоения