История. Политическая жизнь Приангарья в 1985 -1994 гг. // «Современная история Иркутской области: 1992-2012» Т. 1 (2012)

Вы здесь

Версия для печатиSend by emailСохранить в PDF

Политико-административная структура Иркутской области к середине 80-х гг. являлась частью общей системы в стране, при которой реальная власть находилась в руках партийного аппара­та. Советские органы лишь реализовывали решения, принимав­шиеся на уровне партийного руководства страны и области. Пар­тийное руководство Иркутской области предпринимало действия в русле общей линии руководства КПСС.

Многие лидеры областных партийных организаций в боль­шей степени зависели от хозяйственной номенклатуры, нежели от партийной. Именно у хозяйственников были финансы, матери­альные и людские ресурсы. Не случайно постановления Иркут­ского обкома часто принимались с указаниями финансирования со стороны ведомств [14]. Партийный аппарат вместо осуществ­ления контроля стал посредником между ведомствами и регио­нами. Региональные лидеры, ощущая нехватку распределяемых ресурсов, выходили на прямые взаимоотношения с другими об­ластями по оказанию помощи в снабжении продовольствием и товарами народного потребления. Как отмечают исследователи, принятие решений в Центре, обязательность их исполнения за­частую приводили к игнорированию региональных особенностей (природно-климатических, социальных, особенностей экономи­ческого развития), а слабое понимание региональных особенно­стей, некомпетентное планирование, игнорирование мнений нау­ки и хозяйственных кадров вели к проблемам в экономике и со­циальной сфере региона.

Процессы развития советского общества оставались на­столько неэффективными, что руководство партии и страны было вынуждено принять более решительные действия в области ре­формирования органов государственной власти. На апрельском (1985 г.) Пленуме ЦК КПСС был взят курс на перестройку.

В первое время (1985 - начало 1988 г.) перестройка рассматрива­лась лишь как преобразования в социально-экономической сфере. Но в январе 1987 г. Пленум ЦК КПСС принял решение о прове­дении и политической реформы в стране. В своем докладе Гене­ральный секретарь ЦК КПСС М. С. Горбачев заявил о необходи­мости превращения КПСС из государственной структуры в ре­альную политическую партию, изменения функции и роли сове­тов, которые должны были стать подлинными органами власти на своей территории, развития самоуправленческого начала в их деятельности, укрепления материальной базы. Реформирование советской политической системы осуществлялось форсирован­ными темпами и объяснялось конъюнктурой момента, поэтому отличалось противоречивостью и иногда поверхностным подхо­дом. Но реализация реформ, начавшаяся с привлечения населе­ния к обсуждению отчета облисполкома, показала, что закон от­крывал возможности, но не гарантировал всестороннего рассмот­рения предложений и замечаний граждан, воплощения в государ­ственных решениях.

Принятые законы о собственности, самоуправлении и мест­ном хозяйстве, аренде и арендных отношениях создали предпо­сылки для формирования новых отношений, но выполнение ме­стными советами поставленных задач затруднялось отсутствием механизмов, дающих им реальную власть. Большая часть предпри­ятий области находилась в союзном и республиканском подчине­нии, поэтому решения об их реформировании принимались в Москве.

Приход к власти М. С. Горбачева нарушил до того времени незыблемые законы функционирования советской элиты. Со вре­мен Н. С. Хрущева серьезных кадровых чисток в ней не произво­дилось, и любая перестановка воспринималась крайне тяжело. Горбачев осуществил массовую смену партийного руководства на местах. Этим кадровым маневром были ослаблены позиции подавляющего большинства могущественных ранее руководите­лей. Беспрецедентным стал 1989 г., когда на апрельском Пленуме ЦК КПСС 74 члена и 24 кандидата в члены ЦК были отправлены в отставку. Многие представители элиты не смогли избраться в народные депутаты СССР. После первого Съезда народных депу­татов СССР стало ясно, что советы уже не будут играть второ­степенную роль.

Политическая реформа, осуществленная Горбачевым, при­вела к краху советской номенклатуры. Выборы вывели на поли­тическую арену новых лидеров, причем их формирование проис­ходило вне карьерной лестницы КПСС [13, с. 5]. Новая элита по­лучила новые привилегии через создание предприятий, льготное кредитование, операции с недвижимостью, свободное обналичи­вание денег, приватизацию распределительной системы и пред­приятий. Впоследствии из государственных трестов стали созда­ваться частные холдинги и корпорации, во главе которых оказы­вались люди, близкие к государственной и партийной власти. Это породило формирование двух ветвей новой российской элиты: принадлежность к первой по-прежнему определялась должно­стью и статусом в политической власти, вторую же составляли люди, чье влияние основывалось на контроле капиталов.

Самостоятельность предприятий

Звездным часом для хозяйственных руководителей стали 1987-1988 гг., когда вышел ряд законодательных актов, дающих промышленным предприятиям и строительным организациям свободу в принятии решений. Страна узнала о трех «С»: само­стоятельность, самофинансирование, самоуправление.

С 1988г. разворачивается новая инициатива- выборы ди­ректоров. Так, генеральный директор ТПО «Востоксибстрой» И. Т. Смолянин проиграл своему первому заместителю Ю. Г. Корытову, который использовал еще малоизвестные попу­листские лозунги и жесткую критику своего непосредственного начальника [3, с. 3].

Несмотря на то, что на первом этапе приватизации хозяйст­венные руководители, топ-менеджмент предприятий имели фору в виде контрольного пакета акций, воспользоваться ей смогли далеко не все. Однако нельзя не признать, что крупные предпри­ятия дали региону сильных партийных и государственных руко­водителей, таких как Ю. А. Ножиков, В. А. Яковенко, В.Е. Межевич, В. М. Боровский, В. К. Круглов и др.

Кризис областной организации КПСС

После выхода Постановления ЦК КПСС «О первоочередных мерах, связанных с организацией выполнения январского (1987 г.) Пленума ЦК КПСС “О перестройке и кадровой политике”» резко усилилась критика и самокритика партийных органов в области и на местах.

В ноябре 1988 г. вместо назначенного послом СССР в Мон­голию В. И. Ситникова первым секретарем Иркутского обкома КПСС был избран В. И. Потапов. Это было время добровольного выхода коммунистов из партии: только в 1988 г. партийные биле­ты сдали 336 чел. [17, с. 142]. Массовый отток рабочих из партии способствовал дальнейшей изоляции рабочего класса как субъек­та политической жизни страны. Партийные организации опытно­механического, деревообрабатывающего заводов г. Иркутска, заво­дов авторемонтного, монтажных заготовок г. Ангарска, предпри­ятий «Востокспецэнерго», «Востоксибавтоматика» г. Братска после XXVIII съезда КПСС не приняли в партию ни одного человека, за что Иркутская областная партийная организация подвергалась критике со стороны ЦК КПСС. Всего в 1989 г. в Иркутской об­ласти было исключено из КПСС 1492 коммуниста. По сравнению с 1988 г. численность коммунистов, исключенных из партии, воз­росла на 77 %, а выбывших по параграфу 8 Устава (партийные организации в советской армии) - на 174 %. Среди исключенных и выбывших по сравнению с 1988 г. в 2 раза возросло число ра­бочих. Всего же выход из партии за год возрос в пять раз [7, л. 31-32]. Иркутская областная партийная организация сократи­лась на 3816 чел., или на 2,7 % (до этого среднегодовой прирост составлял 1,4%). По данным социологических исследований, чаще всего выход из партии означал отход человека от активной политической жизни: 68 % не собирались состоять ни в какой партии, лишь 2 % стали членами других партий и 3 % собирались это сделать [1, с. 163].

События в стране и области заставили начать широкую внутрипартийную дискуссию. Несмотря на то, что партийные платформы пытались приспособить к изменившимся реалиям по­литической жизни, во многих из них признавались неформальные движения; разрабатывались сценарии развития, включая введе­ние многопартийности, они принимались с опозданием. Часто партийные документы не предлагали ничего реального, в основе своей были декларативными и не могли привести к сплочению коммунистов на выборах, а лишь усиливали дальнейшее разме­жевание в рядах партии. Многие партийные платформы носили весьма общий характер, в том числе и Иркутской областной пар­тийной организации. Первый секретарь Бодайбинского горкома КПСС Ю. И. Бутаков отмечал: «...когда читаешь документ, не можешь понять: об Иркутской области идет речь или о Читин­ской. В нем даже слова “Иркутской” нет, только есть слово “Бай­кал” в одном месте» [1, с. 163].

В докладе первого секретаря Иркутского обкома КПСС В. И. Потапова «О проектах Платформы ЦК КПСС к XXVIII съезду партии, Устава КПСС» говорилось, что есть «серьезные основания для критики обсуждаемых документов». Он заявлял, что трактовка отдельных положений платформы дается в отрыве от практики, характеризуется идейно-теоретической нечеткостью и декларативностью: «Особенно это относится к концепции гу­манного демократического социализма... не совсем понятно, ку­да мы идем, что нас ожидает в будущем, какое общество хотим построить? Формулировка.., что “это будет совсем другое обще­ство”, является абстрактной и неубедительной. Крайне слабо проработаны идейные и организационные основы партии, не да­ется объемного представления о будущем ее облике, способах функционирования и реального влияния на жизнь общества в ус­ловиях многопартийной системы» [8, л. 9].

Первые альтернативные выборы

В начале 1989 г. стартовала кампания по выборам народных депутатов СССР по новому закону на альтернативной основе. Выборы состоялись 26 марта 1989 г. на фоне обострения межна­циональных отношений в советских республиках. По области проголосовали более 86 % избирателей.

4    марта 1990 г. состоялись выборы депутатов областного Совета народных депутатов. Это были первые выборы на альтер­нативной основе: на 150 депутатских мест претендовало 759 кан­дидатов: женщин - 96, рабочих - 84, колхозников - 27, партра­ботников 73, советских работников — 60, руководителей пред­приятии и организаций 307. Подавляющее большинство - 611 – члены КПСС. 595 кандидатов имели высшее образование, 98 чел. были депутатами облсовета прошлого созыва [15, с. 3].

На выборах народных депутатов РСФСР 1990 г. от Иркут­ской области избиралось 20 депутатов. Всего было выдвинуто 135 кандидатов, это почти семь человек на одно место. Самое большое количество кандидатов было в Кировском округе г. Ир­кутска - 15 чел. Из 18 депутатов прошлого созыва в список попа­ли только двое: председатель облисполкома Ю. А. Ножиков и электромонтажница АЭХК В. С. Нефедьева. Депутатами были избраны Г. Н. Алексеев, В. И. Вершинин, А. Н. Закопырин, П. М. Имедоев, Г. С. Кондобаев, JI. А. Крестьянинов, Г. М. Ни­кольская, Ю. А. Ножиков, В. Е. Подлужный, В. Ф. Полещук, В.        Д. Попов, В. Я. Редькин, Г. Н. Хорошилов, В. Н. Хайрюзов, К. Н. Хаматов, И. И. Широбоков, Л. Е. Ясенков.

Избирательная кампания проходила в сложной обстановке. В Иркутске прошла серия митингов, публичных дискуссий, об­ращений к избирателям. Были созданы Клуб гражданских ини­циатив, общественный комитет по выборам «Россия-90». В Ака­демгородке Иркутска появилась межрайонная группа кандидатов в народные депутаты советов, обращение которой было опубли­ковано в местной прессе. В нем говорилось о консолидации кан­дидатов в депутаты всех уровней на платформе Межрегиональ­ной депутатской группы. Выступали межрайонцы против моно­полии любой партии на власть, за многопартийную систему, раз­деление властей, избрание главы исполнительной власти всем пародом, равноправие всех форм собственности, включая част­ную. Особенностью программы межрайонной группы было тре­бование создания для регионов права законодательного регулиро­вания хозяйственной деятельности на своей территории [4, с. 1].

Как отмечал один из депутатов В. В. Игнатенко, «тогда было другое время, я бы его назвал романтикой ранней демократии. Выборы были чистыми, без черного пиара». Сам В. В. Игнатенко вскоре стал заместителем, а через год — председателем областно­го Совета народных депутатов.

В начале 1990-х гг. областному Совету приходилось решать много сложных задач по стабилизации народного хозяйства в ус­ловиях нарастающего кризиса. Совет народных депутатов при решении этих вопросов активно сотрудничал с областной адми­нистрацией в лице ее главы Ю. А. Ножикова. По воспоминаниям В.          В. Игнатенко, «садились мы вместе с Юрием Ножиковым, ко­торого выбрали председателем облисполкома, с его замами и на­прягали мозги, искали выход. Добились от Ельцина указа, по ко­торому от продажи экспортной продукции: бензина, алюминия, целлюлозы — отчислялся в специальный областной фонд опреде­ленный процент валюты. На эти деньги область и вела закупки жизненно необходимых товаров и ресурсов» [11, с. 3].

После того, как было объявлено о введении талонов на ос­новные продукты питания, кризис доверия к власти резко упал. За 1989-1990 гг. из КПСС вышли 22 % членов партии. Наиболь­шие потери понесли Братская, Усть-Илимская и Усть-Кутская партийные организации.

Стремительная политизация общества привела к зарожде­нию новых политических партий, ставящих одной из главных своих целей отстранение КПСС от реальной политической вла­сти. Не оставалась в стороне и Иркутская область. В Иркутске состоялась первая в СССР массовая демонстрация протеста про­тив загрязнения Байкала и реки Иркут, в которой приняло уча­стие около 5 тыс. чел. [2, с. 185-186]. Ее участники отдали секре­тарю Иркутского обкома КПСС В. П. Иваницкому 107 тыс. под­писей в защиту озера.

В 1988 г. в рамках Клуба гражданских инициатив прошел «Суд над КПСС». Многие активисты клуба вошли в организаци­онную группу по созданию «Народного фронта поддержки пере­стройки». В 1990 г. в Иркутской области были созданы регио­нальные отделения политических движений «Демократическая Россия», Партии свободного труда, Социал-демократической партии России.

Развал КПСС

В КПСС также происходили серьезные изменения. Многие коммунисты не поддержали инициативы М. С. Горбачева и вы­ступили с требованием его отставки. Ушел со своего поста пер­вый секретарь Иркутского горкома КПСС В. Н. Ковшаров. 21 декабря 1990 г. на XXVI областной партийной конференции пер­вым секретарем был избран В. М. Спирин. В Москве была созда­на компартия РСФСР во главе с И. К. Полозковым, но отношение рядовых коммунистов было к ней крайне неоднозначным. Более 300 коммунистов - руководителей высшего и среднего звена, а также коммунистов-депутатов вышли из партии. В 1990 г. обла­стная партийная организация сократила свои ряды на 18 %, рас­пались 142 первичные партийные организации Иркутской области.

Отдельные партийные организации, в частности разреза «Черемховский», объединения «Востоксибстрой», «Оргтехстрой», устанавливали произвольный процент отчисления партий­ных взносов до 50 %, другие — пытались совсем не перечислять взносы на счет обкома. Это было характерно для партийных ор­ганизаций Иркутска, Братска, Нижнеудинска, Усть-Кута. Общая сумма этой части членских партийных взносов за 1990 г. соста­вила 87,8 тыс. руб. В 1990 г. более 25 тыс. коммунистов - а это четверть всей областной партийной организации - не доплатили членские взносы, по сравнению с 1989 г., в 15 раз больше. Общая сумма задолженности в 1990 г. составила 3732 тыс. руб., что на 26,1 % больше, чем в 1989 г. [10, л. 6].

В некоторых партийных организациях все чаще звучали тре­бования об упразднении горкомов и райкомов КПСС, должно­стей освобожденных партийных работников в трудовых коллек­тивах. На отчетно-выборной конференции партийной организа­ции Иркутского государственного университета 7 апреля 1990 г. было выражено недоверие обкому КПСС и высказано требование о               его отставке. Обком партии обвиняли в потере связи с массами и рядовыми коммунистами, идейной некомпетентности, непони­мании глубинных причин кризиса партии. Коммунистов ИГУ поддержали трудовые коллективы ИркутскНИИхиммаша и СИБИЗМИРа [5, с. 1].

В это же время численность Иркутской комсомольской ор­ганизации сократилась на 60,5 тыс. чел., из них — исключено из ВЛКСМ 5,5 тыс. чел., вышли по собственному желанию 5 тыс., снято с учета за утрату связи с ВЛКСМ — 16,5 тыс. чел. Прием в 1990 г. сократился в два раза. Двенадцать городских и районных комитетов во втором полугодии 1990 г. не приняли в комсомол ни одного человека. Дефицит бюджета Иркутской областной комсомольской организации составил 1,5 млн руб. [9, л. 22]. Га­зета «Советская молодежь» с 24 ноября 1990 г. вместо «органа Иркутского обкома ВЛКСМ» стала называть себя «независимой газетой».

За развалом КПСС многие увидели распад Советского Сою­за, и задача сохранить страну стала одной из главных в партии. 31 января 1991 г. Пленум ЦК КПСС в своем политическом заяв­лении «О текущем моменте и задачах партии» призвал всех ком­мунистов и граждан высказаться за сохранение СССР. 18 февраля в ЦК КПСС были проведены беседы с секретарями парткомов автономных республик, краев и областей Сибири и Дальнего Востока. В референдуме 17 марта 1991 г. приняло участие 70,6 % граждан Иркутской области, что было ниже общероссийской яв­ки (75,4 %). 71,64 % пришедших поддержали идею обновленного Союза.

Эпоха Ножикова

Путч 19-21 августа 1991 г. ускорил кризис в партии и стра­не. Ю. А. Ножиков, возглавлявший тогда Иркутский облиспол­ком, от его имени заявил о незаконности отстранения от власти президента СССР М. С. Горбачева, а также о том, что на террито­рии Иркутской области действуют только Конституция РСФСР и указы Президента РСФСР. 21 августа в СМИ было опубликовано «Обращение Иркутского областного Совета народных депутатов к жителям Иркутской области», в котором была выражена под­держка действиям Президента и Правительства России. 22 авгу­ста 1991 г. Б. Н. Ельцин, к тому времени уже избранный Прези­дентом РСФСР, подписал указ о приостановлении деятельности КПСС на территории России. 23 августа и. о. председателя обла­стного Совета В. В. Игнатенко подписал распоряжение «О высе­лении обкома КПСС из Дома советов». Весь партийный архив был передан в ведение Архивного управления Иркутского облисполкома.

19    сентября 1991 г. Указом Президента РФ Ю. А. Ножиков был назначен главой администрации Иркутской области. Тогда же была создана и администрация Иркутской области путем ре­организации исполнительного комитета областного Совета на­родных депутатов.

Юрий Абрамович Ножиков родился в г. Ленинграде в 1934 г. В своей профессиональной карьере он дошел до поста начальни­ка управления строительства знаменитого «Братскгэсстроя», про­вел его реорганизацию, наделив все заводы и строительные управления правами юридического лица и создав совет директо­ров, что позволило уже обновленному предприятию увеличить объемы работ. В 1988 г. Ножиков из Братска был направлен на руководство Иркутским облисполкомом. Это было именно на­значение в старых советских традициях. Будучи «красным» ди­ректором, он и внешним видом, и поведением, и одеждой отли­чался от прежней когорты советской номенклатуры. По воспоми­наниям И. 3. Зелента, «Ножиков не был злопамятным. В отноше­нии людей, стоящих на другой точке зрения, он использовал только метод убеждения или метод практической реализации спорного вопроса, и практика показывала, кто прав» [16].

Федеральная власть предпринимала много преобразований, чтобы не подорвать имидж новой власти на местах и сохранить и восстановить былые возможности регионов. Для этого был соз­дан институт глав администраций субъектов Федерации, позднее получивший наименование «губернатор». Назначенный главой области Ю. А. Ножиков не считал себя обязанным бездумно вы­полнять распоряжения федеральных органов власти. В некоторых решениях он не боялся противостоять федеральным чиновникам, как например, отказался выполнить указ Президента о земельной реформе в РСФСР, предусматривавший реорганизацию колхозов и совхозов и перераспределение земли.

В работе с людьми Ножиков стремился не допустить соци­ального взрыва и политического кризиса в Иркутской области. Одним из первых своих решений он постановил повысить на 50 % должностные оклады работникам учреждений образования, культуры, здравоохранения и социального обеспечения, финан­сируемые из областного бюджета; это решение вошло в историю как «ножиковские надбавки». Ножиков умел работать с регио­нальными СМИ, и все его шаги и заявления делались публично, что неизменно приводило к повышению рейтинга и реальной поддержке населения. Вскоре Ю. А. Ножиков заговорил о прове­дении всенародных выборов.

27 марта 1994 г. на выборах главы администрации области (в апреле 1994 г. решением Законодательного собрания области уч­реждена должность губернатора) за Ю. А. Ножикова проголосо­вало 78,16 %.

Ю. А. Ножиков строил свою политику, используя, в том числе, и популистскую риторику. Поэтому в Москве заговорили о «сепаратизме» иркутского губернатора. Жесткая по отношению к Центру политика Ножикова работала на формирование сильной региональной элиты. Оказавшиеся в несколько особом положе­нии, наделенные большей свободой действий, большими воз­можностями, менеджеры «Иркутскэнерго», других успешных предприятий региона не могли не стать в то время новыми поли­тическими фигурами, нарастив личный и финансовый ресурс.

Для многих региональных деятелей Ножиков был образцом политического поведения. Деятельность Ю. А. Ножикова на по­сту главы администрации Иркутской области снискала ему при­знание жителей региона. В тяжелейшей ситуации начала 90-х гг. областная администрация прилагала максимум усилий для недо­пущения полной хозяйственной катастрофы в новых условиях.

Иркутский областной Совет народных депутатов, состояв­ший из 240 депутатов, впервые в 1990 г. был избран на альтерна­тивной основе. Однако с такой численностью он был не приспо­соблен для нормотворчества. Сессии длились по нескольку дней, тогда и пришла идея создать более компактный и оперативный малый Совет, вчетверо меньший, который мог собираться и ре­шать нормотворческие вопросы между сессиями [11, с. 3]. Малый Совет стал прообразом будущего Законодательного собрания.

Конфликт с федеральным центром

В целом по стране реформа местных советов была оторвана от социально-экономических реформ. Оставались неясными хо­зяйственные полномочия советов, что привело к бессистемному и законодательно не обеспеченному разделу общенародной собст­венности. На конституционном уровне в 1992 г. было произведе­но разделение советов краев и областей как представительных органов и местных советов, образующих систему местного само­управления. В условиях перехода к рыночной экономике гораздо большее значение приобрела все же практическая деятельность органов власти и управления, определившая специфику их взаи­модействия. На местах стало усиливаться противостояние сове­тов и органов исполнительной власти, что на практике вело к са­моуправству, систематическому нарушению закона с обеих сто­рон. В Иркутской области серьезных конфликтов исполнитель­ной власти в лице главы областной администрации Ю. А. Ножи­кова и областного Совета в лице В. В. Игнатенко не было. В этих условиях возникали предложения о ликвидации низового звена советов, что осуществилось в Иркутской области на практике — были упразднены сельские и поселковые советы.

Одним из примеров успешной деятельности областного Со­вета народных депутатов можно назвать работу над проектом Устава Иркутской области. Первый его вариант был написан еще в 1992 г. Сильная школа иркутских юристов славилась по всей стране. В. В. Игнатенко отстаивал право краев и областей изда­вать свои законы наравне с республиками в составе РФ. Таким образом, субъекты Федерации должны были на деле иметь рав­ный правовой статус и возможности. Эта точка зрения победила в итоге с принятием Конституции. Всенародное голосование по проекту Конституции Российской Федерации состоялось 12 де­кабря 1993 г. В нем участвовало 54,79 % избирателей, из них 58,42 % поддержало новый Основной закон страны.

20   марта 1993 г. с введением «особого порядка управления» указом Президента РФ Б. Н. Ельцина глава администрации Ир­кутской области Ю. А. Ножиков был снят с поста, однако через два дня он был восстановлен. Тогда же был отстранен от должно­сти губернатор Новосибирской области В. П. Муха. Областной Совет созвал внеочередную сессию, которая взяла под защиту Ножикова. Увольнение «за систематическое невыполнение рас­поряжений президента и злоупотребление служебным положени­ем» любимого в народе губернатора всколыхнуло Иркутск. В за­щиту Ю. Ножикова в центре Иркутска прошел митинг, а с заяв­лением о неконституционности действий Президента РФ высту­пили малый Совет Иркутского областного Совета и депутаты со­седней Бурятии. В итоге Б. Н. Ельцин отменил распоряжение об отставке, а премьер-министр В. С. Черномырдин принес главе иркутской администрации извинения.

Также совместными усилиями был достигнут успех и в деле с компанией «Иркутскэнерго», которую удалось оставить под контролем областных властей. Отношения области с федераль­ными властями в те годы во многом определял спор о принад­лежности компании «Иркутскэнерго». В августе 1992 г. Прези­дент РФ подписал указ № 923, который передавал акции всех крупных, включая ангарских и енисейских, ГЭС в уставной фонд учрежденного РАО «ЕЭС России». Иркутские и красноярские власти решили оспорить в Конституционном Суде решение Пре­зидента и победили: в сентябре 1993 г. Суд усмотрел в указе про­тиворечие Федеративному договору, поскольку не учитывалось мнение субъекта Федерации по предмету совместного ведения. Данный конфликт между РАО «ЕЭС России» и правительством, с одной стороны, и «Иркутскэнерго» и областной администрацией, с другой, не затихал еще несколько лет. Российские власти доби­вались если не возвращения в РАО, то хотя бы выхода областных электростанций на федеральный оптовый рынок электроэнергии. Иркутские власти были категорически против, потому что под­ключение к федеральному рынку и установление единых тарифов резко подняли бы стоимость электроэнергии в области, нанеся удар по алюминиевым предприятиям.

Октябрьский кризис 1993 г. и конституционная реформа

После выхода указа № 1400 от 21 сентября 1993 г., который предусматривал разгон Верховного Совета и объявлял выборы в Государственную Думу РФ, Ю. А. Ножиков и В. В. Игнатенко высказались за перевыборы как парламента, так и президента. В рамках конституционной реформы администрации регионов как органы исполнительной власти получили дополнительные права, а полномочия представительных органов власти, напротив, были урезаны. Вскоре областной Совет был распущен, вместо него сначала в течение двух месяцев существовал депутатский Совет - совещательный орган при главе администрации, а потом Контрольная палата, состоявшая из бывших депутатов. Возглав­лял все эти переходные структуры, а потом и Законодательное собрание первых двух созывов (1994-2000 гг.) поддерживаемый коммунистами И. 3. Зелент, бывший первый заместитель предсе­дателя областного Совета. Выборы депутатов Законодательного собрания первого созыва, избранного в переходный период на два года, состоялись 27 марта 1994 г. В этот же день были избраны городская дума Иркутска первого созыва, мэр г. Иркутска Б. А. Го­ворин, а также прошли выборы представительных органов и руко­водителей исполнительной власти муниципальных образований.

Согласно ст. 24 Устава, Законодательное собрание Иркут­ской области стало постоянно действующим однопалатным зако­нодательным и представительным органом государственной вла­сти области. Оно состояло из 45 депутатов и избиралось сроком на четыре года по мажоритарной избирательной системе в одно­мандатных округах. Первая сессия состоялась 20 апреля 1994 г. Впервые у региональных депутатов появилась возможность фор­мировать собственную нормативно-правовую базу, принимать законы, необходимые для жизнеобеспечения Иркутской области. Причем законы базовые, рассчитанные на многолетнюю перспек­тиву. Например, была разработана процедура принятия областно­го закона о бюджете, и в январе 1995 г. был принят Закон «О бюджетном устройстве и бюджетном процессе в Иркутской об­ласти», которым руководствовались депутаты в течение семи лет.

12 декабря 1993 г. состоялись выборы в новый российский парламент - Государственную Думу и Совет Федерации РФ. Ир­кутская область была разделена на четыре округа в среднем по 450 тыс. избирателей в каждом. По Иркутскому округу депутатом был избран президент АО «Труд» Ю. М. Тен, по Ангарскому - ге­неральный директор АО «Байкалит» В. Л. Машинский, по Тулунскому - глава администрации Нижнеудинского района А. А. Турусин, по Братскому - председатель Братского городского Совета народных депутатов В. Б. Шуба. Ю. А. Ножиков и П. А. Голышев были избраны в Совет Федерации. Как и в целом по стране, ЛДПР получила 21,48% (в РФ- 22,92%), «Выбор России» - 16,85 и 15,51 % соответственно. Зато «Женщины России» полу­чили 13,24% против 8,13 % общероссийских, а ПРЕС - 8,88% против 6,73 %. В Усть-Ордынском округе победила Аграрная партия России, набрав более четверти голосов избирателей [6].

На основании указов Президента РФ от 22 октября 1993 г. «Об основных началах организации государственной власти в субъектах Российской Федерации» и от 30 октября 1994 г. «О ме­рах по укреплению единой системы исполнительной власти в Российской Федерации» и в соответствии с Законом Иркутской области от 14 июня 1994 г. № 1 «Об учреждении должности гу­бернатора Иркутской области и вступлении в должность губерна­тора Иркутской области» и Уставом Иркутской области (принят 19 января 1995 г., подписан губернатором 10 февраля 1995 г.) была утверждена структура администрации области и распреде­лены обязанности между губернатором Иркутской области и его заместителями, а также утверждено штатное расписание админи­страции области.

Иркутская область стала одним из первых российских ре­гионов, где благодаря настойчивости губернатора прошли пря­мые выборы всех органов власти. Соперниками Ю. А. Ножикова на выборах 1994 г. были тогдашний его заместитель по социаль­ным вопросам Б. Г. Алексеев (7,9 %) и вице-президент государст­венной финансово-промышленной компании А. С. Помигалов (4,5 %). Выборы 1994 г. фактически стали первыми и последни­ми, на которых все решал только сам кандидат. При подготовке выборов использовались минимальные финансовые ресурсы, Кроме того, для переходного периода, в котором находилась то­гда область, именно кандидатура Ю. А. Ножикова была самой удачной. Здесь и опыт работы на крупном производстве, и пози­тивное восприятие элитами, и умение отвечать за дела и приня­тие решений, а также демократичность взглядов, что было не у каждого руководителя региона.

В последующем ситуация с губернаторскими выборами из­менилась. Власть губернатора Иркутской области совершила эволюцию от реальной независимости в решении внутренних во­просов и свободных прямых всеобщих выборов к безальтерна­тивным представительским выборам и проведению региональной политики исходя, в первую очередь, из интересов Центра. Вместе с тем эта трансформация не вызвала у населения области особых возражений, а тем более протестов. Возможной причиной этого являются отсутствие развитого регионального гражданского об­щества и неконсолидированность местных элит [12].

Литература 

  1. Величко С. А. Общественно-политическая жизнь Сибири (1985-1991) / С. А. Ве­личко. - Омск : Изд-во ОмГТУ, 2004. - 376 с.\

  2. Вокруг трубы. Митинг в защиту Байкала // Уроки демократии. Становление прав личности, свободы слова и гласности в Иркутской области. - Иркутск : Облмашинформ, 2002. - С. 183-202.

  3. Волосов Е. Н. Региональная технократическая элита:  надежды   и разочаровния постсоветской эпохи // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. - Тамбов : Грамота, 2011. - № 4 (10). - С. 29-36.
  4.  Вост.-Сиб. правда. - 1990. - 23 янв.
  5.  Вост.-Сиб. правда. - 1990. - 18 апр.
  6. Выборы в   Государственную Думу Федерального Собрания Российской Феде­рации 1993 года [Электронный ресурс]. - URL: http://www.cikrf.ru/banners/vib_arhiv/gosduma/1993/index.html.
  7.  ГАНИИО. Ф.   127.  Оп. 128. Д. 82.
  8. ГАНИИО. Ф.   127.  Оп. 128. Д. 222.
  9. ГАНИИО. Ф.   127.  Оп. 128. Д. 351.
  10. ГАНИИО. Ф.   127.  Оп. 128. Д. 355.
  11. Гулевский О. Виктор Игнатенко: молчаливый парламент- мертвый парла­мент // Обл. - 2009. - 22 июня. - С. 3.
  12. Зуляр Ю. А. Лидеры новейшей истории Иркутского региона [Электронный ресурс] / Ю. А. Зуляр. - URL: http://image-of-russia.livejournal.com/38037.html.
  13. Крыштановская О. Трансформация старой номенклатуры в новую российскую элиту / О. Крыштановская. - М. : Захаров, 1995. - 384 с.
  14. Миронов Е. В. Региональные партийные элиты: исторический опыт и эффек­тивность управления в 1956-1991 гг.: на примере Иркутской области : дис. ... канд. ист. наук / Е. В. Миронов. - Иркутск : ИГУ, 2007.
  15. Предварительные итоги // Вост.-Сиб. правда. - 1990. - 6 янв.
  16. Сотников В. Юрий Ножиков - человек и политик [Электронный ресурс] / В. Сотников. - URL: http://baikalarea. ru/irkutsk/peopies/nojikov/chelovek.htm.
  17. Хайрюзов В. Н. Виктор Михайлович Спирин. Последний первый: Докумен­тально-художественное повествование / В. Н. Хайрюзов. - Иркутск : Сиб. кн., 2009. - 264 с.

 

Выходные данные материала:

Жанр материала: Отрывок из книги | Автор(ы): Петров Алексей | Оригинальное название материала: Оригинальное название материала: Формирование новой политической системы. Подзаголовки - Иркипедия | Источник(и): Современная история Иркутской области: 1992-2012 годы : в 2 т. - Иркутск : Изд-во ИГУ, 2012 | Том 1. | Дата публикации оригинала (хрестоматии): 2015 | Дата последней редакции в Иркипедии: 19 мая 2016

Примечание: "Авторский коллектив" означает совокупность всех сотрудников и нештатных авторов Иркипедии, которые создавали статью и вносили в неё правки и дополнения по мере необходимости.

Загрузка...