Иркутский острог. Бой у стен крепости

Вы здесь

Версия для печатиSend by emailСохранить в PDF

«В 1696 г. августа 11 из иркутских подгородных улусов новокрещенные, сын боярский Петрушка Таншин и Васька Степанов да с ними мунгальская законница Эрдени-тоин да мунгальских выходцев 40 человек, изменя бежав, и отогнали у разных чинов конный табун за которыми из Иркутска посланы были служивые люди, кои, нагнав их, учинили с ними бой, на том бою из служивых одного убили да одного служивого же и двух братских ранили, однако ж половину табуна от изменников отбили и потом паки за ними погнались и, не доехав до Тункинскаго острога, догнав, учинили вторичный бой, на коем Петрушку и законницу, также и других, побили да 10 человек в полон взяли и привезли в Иркутск, кои и казнены смертью.»

Сибиряковы В. и А. Летопись г. Иркутска 1652-1763 гг.

«1696 год. Буряты под начальством ясачных Петра Тайшина и Эрденя Ноина, сделали нападение на Иркутск, но были отбиты, после чего десятеро из них повешаны».

Щеглов И. Хронологический перечень важнейших данных из истории Сибири 1032-1882 гг.

Откуда произошло слово Иркутск

Летом 1696 года вновь отстроенный Иркутский рубленый городок осадили бурятские воины. Этому событию сибирские летописцы В. и А. Сибиряковы и Иван Щеглов посвятили всего лишь несколько строчек. Когда писали свои исторические труды, они не ставили перед собой задачу вдаваться в подробности. Последующие историки в силу тех или иных причин старались не заострять внимание на вышеприведенном факте, хотя о сложных взаимоотношениях между русскими пришельцами и бурятскими племенами было хорошо известно по летописным источникам. Официальная наука рассматривала прошлое строго через призму классового подхода, поделив участников исторических событий на угнетенных и угнетателей, на народные массы и правящие круги. В результате, некоторые события иркутской истории подверглись забвению. Попытаемся разобраться, что же произошло летом 1696 года?

Летом 1696 года буряты и монголы осадили Иркутский военный поселок — острог, который располагался на их родовых землях. Как известно, город Иркутск получил свое название от реки Иркут. По ней издавна обитали буряты. Приезжали сюда и монголы. Они называли Иркут – Эркэу или Эрку. По мнению знатока монгольского языка А. А. Бобровникова, это название происходит от монгольского слова эрги - ворочаться, кружиться, обходить, окружать. В свое время Бобровников обращал внимание на то, что против устья Иркута есть значительный водоворот замечательный тем, что он в десяти метрах от берега постоянно дает волны и через две-три минуты выбрасывает воду с шумом и пеною. Создавалось впечатление, что река ворочается, кружится. Следовательно, Иркут значит «ворочающийся, кружащийся». Русские в своем произношении изменили монгольское название Эркэу в Иркут, а затем по имени реки назвали населенный пункт, ставший впоследствии городом Иркутском.

Немедленно сжечь

Появление русских в устье Иркута и на правом берегу Ангары закончилось для местных обитателей весьма плачевно. Бородатые люди отняли у них не только плодородные земли и удобное стратегическое место, где возвели оборонительное укрепление, но и обложили их непосильной данью. Сперва зверствовали отцы-основатели Иркутска, братья Якунька и Иван Похабовы. Особенно отличился старший, Иван, построивший в 1652 году иркутское зимовьё на острове Дьячий. Историки Миллер и Фишер сообщают, что под влиянием чрезвычайной жестокости Ивана Похабова все бурятское население, кочевавшее в окружающей местности, после водворения здесь казаков почти поголовно бежало в Монголию, так что почти не с кого было даже собирать ясак.

Лишь по прошествию некоторого времени буряты начали возвращаться на свои прежние места, затаив обиду на казачий гарнизон. По крайней мере, посланник Спафарий, бывший в Иркутске всего 14 лет спустя после его основания, в дневнике своего путешествия говорит о целом ряде мест в окрестностях Иркутского острога, где кочевали в то время буряты, и где он сам видел и зимние, и летние юрты. Например, на протоке Ангары возле деревни Михалёвой. Вблизи того же места, на острове Ангары, а на правом берегу Иркута несколько выше острога жили так же тунгусы. По позднейшим источникам известно, что буряты еще в середине XVIII века жили в своих юртах даже возле самого палисада, окружавшего Иркутск.

Однако мирные отношения между иркутскими поселенцами и бурятами продолжались недолго. Иркутский воевода Иван Гагарин в 1695 году решил наложить на бурят непомерный ясак соболями и лисицами в свою пользу. Для устрашения воевода приказал взять трех аманатов (заложников) под караул и держать их до тех пор, пока буряты не принесут сполна назначенный ясак. Воевода превысил данную ему власть, за что впоследствии был смещен указом царя Петра I со своего поста. Но это было потом, а тогда его самоуправство посеяло семена раздора. Бурятские стойбища заволновались, спешно собрались старшины родов. Бурятский князь Богдой долго совещался с близкими и друзьями. Многие немедленно требовали сжечь Иркутский городок.

Крепость на берегу Ангары

За три года до описываемых событий Иркутский острог был отстроен заново. Он имел в плане форму квадрата, каждая сторона которого равнялась 60 саженям в длину (более 120 метров). Острожные стены, в отличие от старой тыновой ограды, были рубленные, то есть венчатые, в вышину 21 венец (около 5 метров). Поверх стен был устроен невысокий бревенчатый бруствер (облам) для защиты стрелков, находившихся на верху стены. В бруствере зияли черные дыры бойниц: большие для стрельбы из медных пушек, малые из мушкетов и пищалей. Бойницы верхние предназначались для настенных стрелков - верхний бой, в середине стены - серединный бой и внизу - подошвенный бой. Казаки подошвенного боя стреляли лежа. Вдоль наружной стороны стены городка тянулся глубокий ров, а за ним неприступные заграждения: рогатины, причудливые коряжины, непроходимые колючки, как нож, колышки.

По словам счетного списка, городок был "крыт тесом", это значит, что поверх стен, как для защиты их самих, так и для защиты стрелков была устроена тесовая кровля, которая поддерживалась особыми стойками. Над стеной Иркутска возвышалось 7 бревенчатых башен десятиметровой высоты. Они служили главным образом для обстрела противника, для чего их несколько выдвинули за линию стены. С крепостных башен производилась также и напольная оборона, а равно и наблюдение за впереди лежащей местностью.

Самая большая башня - восьмиугольная, из толстых лиственничных бревен. Остальные поменьше - четырехугольные. Большая башня и две малые назывались проезжими, остальные - глухими. Первые ворота, самые широкие, большой башни - Заморские, через них шла дорога в далекий неведомый Китай. Вторые - Мельничные, через них ездили на мельницы, стоявшие на реке Ушаковке (тогда она называлась Ида). Третье - Монастырские, через них горожане ходили и ездили в пригородный Знаменский монастырь.

Посередине острога располагалась деревянная Спасская церковь, а также различные правительственные учреждения, склады, жилые и служебные постройки. Тут были - пороховой или зелейный погреб, гостиный двор с 11 лавками, изба для приезжих торговых людей, иными словами гостиница, таможенная изба с амбаром, соляной амбар. В городовой стене, обращенной к Ангаре, посредине ее, находилась проезжая башня, в верхнем помещении которой хранилась ясачная казна, то есть соболя и другие меха. Рядом воеводская канцелярия, дом воеводы, а в дальнем углу противоположной стены пыточная и аманатская. Гарнизон крепости был вооружен 3 медными пушками, мушкетами, пиками, копьями, бердышами и прочим оружием, снабжен запасами пороха, ядер и свинца. Общая численность служилого и посадского населения Иркутска к этому времени достигала тысячи человек.

Сражение

Навряд ли бурятские воины князя Богдоя и Петра Тайшина, поддержанные монгольским отрядом под руководством женщины-воительницы Эрдени-Нойон и тунгусами отважились бы на штурм Иркутска. Но этому поспособствовало два обстоятельства. Первое - один из аманатов, старый шаман Дибда, умер, и эта весть вызвала дикую ярость среди его соплеменников. Второе обстоятельство - буряты узнали, что еще весной значительная часть иркутского гарнизона отправилась в поход за Байкал, и они решили воспользоваться сложившейся ситуацией. Война была объявлена.

Боевые действия продолжались около суток. Выглядело это примерно так. Бурятские конники приблизились к Иркутску с восточной стороны. Сотни людей и лошадей растянулись по предгорью. Один бурят держал синее знамя на длинном древке. Тревожно ударил набат, казаки приготовились к обороне. На пригорке бурятские конники и пешие остановились. Распахнулись ворота Знаменской башни, и конный отряд казаков бросился в атаку. Буряты ринулись на казаков дружной лавиной и опрокинули их. Казаки повернули лошадей обратно, многие из них упали сраженные. Вратари открыли створы, чтобы пропустить беспорядочно отступающий отряд. Буряты, заметив это, хлынули к воротам, но со стен ударили пушки. Ядра взрыхлили землю, повис густой пороховой дым. Когда черное облако рассеялось, бурятские конники уже стояли за пригорком. Пешие войны рассыпались неподалеку от крепостной стены и метали стрелы.

Ближе к вечеру к стенам городка на белых лошадях подъехало шестеро бурят. У переднего на пике виднелся белый флажок. Воевода распорядился допустить переговорщиков к воротам. Вперед вышел бурят с флажком на пике и на ломаном русском языке потребовал, чтобы отдали тело старого Дибды, а остальных аманатов освободили. Воевода приказал отдать тело. Об аманатах попросил дать ему время подумать. Переговорщики получили тело старого аманата и бережно отнесли его в лагерь.

Ночью бурятские лазутчики-запальщики без шума и шороха подползли к крепостному рву, миновали его и очутились у городской стены. Каждый приволок с собой пучок соломы, берестяные трубки наполненные смолой и трут. Подпальщики ждали сигнала. Его должны были дать с горы горящим снопом, подброшенным пиками вверх. Вдруг тишину разорвал зловещий вой бурятских трубачей. Это был сигнал, не поджигать крепость, а бросить все и бежать в свой стан.

Бурятский князь Богдой опять долго совещался со своими соплеменниками и принял решение отступить. На восходе солнца бурятский стан опустел. Русские увидели бурятские знаки на стене. Толмач разгадал их: "Были под стеной, но огонь не пустили - мир". Воевода же решил по-своему. Налетели на бурятские юрты казаки. Жестокой расправы не ожидали буряты. Старшины родов на глазах у родичей убили князя Богдоя, заподозрив его в коварной измене. Погибла и женщина-воительница Эрдени-Нойон. Ее небольшой отряд настигла казачья погоня и, чтобы не попасть в плен, монголка приказала своему телохранителю пронзить себя копьем. Те, кто остался жив после казачьего налета, сложили свои пожитки, собрали по степи оставшийся скот и убежали в Китай.

 

Выходные данные материала:

Жанр материала: Статья | Автор(ы): Мигалев Павел | Источник(и): День Сибири, газета | 2013, № 23 (115) | Дата публикации оригинала (хрестоматии): 2013 | Дата последней редакции в Иркипедии: 19 марта 2015

Примечание: "Авторский коллектив" означает совокупность всех сотрудников и нештатных авторов Иркипедии, которые создавали статью и вносили в неё правки и дополнения по мере необходимости.

Материал размещен в рубриках:

Тематический указатель: Статьи | Иркутск | Библиотека по теме "История"
Загрузка...