Иркутский обком КПСС. Первые секретари

Вы здесь

Версия для печатиSend by emailСохранить в PDF
Александр Павлович Ефимов - первый секретарь Иркутского обкома ВКП(б) 1944-1949 гг.
Александр Павлович Ефимов - первый секретарь Иркутского обкома ВКП(б) 1944-1949 гг.
Борис Захарович Шумяцкий - первый большевистский начальник в Иркутске.
Борис Захарович Шумяцкий - первый большевистский начальник в Иркутске.
Иркутск. Послевоенный первомайский парад. На трибуне - руководство области и города.
Иркутск. Послевоенный первомайский парад. На трибуне - руководство области и города.
На демонстрацию, как на праздник.
На демонстрацию, как на праздник.
Ангарский нефтехимический комбинат, бывший комбинат 16. Его строительство началось при Александре Ефимове.
Ангарский нефтехимический комбинат, бывший комбинат 16. Его строительство началось при Александре Ефимове.
1976 год. Иркутск встречает дорогого Леонида Ильича Брежнева. На переднем плане - первый секретарь Иркутского обкома КПСС Николай Васильевич Банников.
1976 год. Иркутск встречает дорогого Леонида Ильича Брежнева. На переднем плане - первый секретарь Иркутского обкома КПСС Николай Васильевич Банников.
Партсобрание на полевом стане. Конец 40-х годов
Партсобрание на полевом стане. Конец 40-х годов
Владимир Иванович Потапов
Владимир Иванович Потапов
Первый всенародно избранный губернатор Юрий Абрамович Ножиков.
Первый всенародно избранный губернатор Юрий Абрамович Ножиков.

Эпоха иркутских генерал-губернаторов завершилась в 1917 году. Им на смену пришли новые хозяева жизни — красные комиссары, которые в разные годы назывались по-разному. В стране изменился политический строй, но традиция назначать местную власть волевым решением сверху осталась незыблемой. О первых лицах в нашем регионе при партийно-советской власти, а это более 70 лет новейшей истории, известно не много. А между тем роль первого секретаря обкома КПСС была ничуть не меньшей, чем генерал-губернатора в дореволюционной России, и влиять на положение дел он мог в некоторых случаях даже больше, чем нынешние главы администраций. При всей процедуре избрания первого секретаря на пленуме обкома фактически он назначался Москвой и был подотчетен прежде всего Москве. Пленумы обкома, как правило, единогласно соглашались с решением вышестоящей инстанции.

Первый красный губернатор посвятил себя кино

Первым красным губернатором в Иркутске стал Борис Захарович Шумяцкий. Это произошло 23 октября 1917 года по старому стилю, то есть наш город опередил Октябрьскую революци ровно на два дня. В Петрограде Ленин еще не занял кресло руководителя советского правительства, а в Иркутске уже был свой большевистский начальник, называвшийся председателем Центросибири.

К этому времени Шумяцкому исполнилось чуть больше тридцати лет. Он достиг вершины своей политической карьеры, в одночасье став высшим советским руководителем фактически половины страны. Центросибирь распространяла свое влияние от Владивостока до Тобольска.

Однако долго почивать на лаврах Шумяцкому не пришлось. Ему срочно нужно было доказывать свои претензии на власть, а эту власть новоявленному узурпатору никак не хотели уступать иркутские юнкера, которых поддерживали эсеры и меньшевики. В декабре 1917-го на улицах Иркутска разгорелись ожесточенные бои между красными и белыми. По подсчетам современников, только убитых в декабрьские дни в городе было более 330 человек. Ответственность за сотни павших и искалеченных — солдат, юнкеров, мирных жителей — в полной мере лежит на первом красном иркутском губернаторе.

После подавления восстания Шумяцкий развернул атаку на господ-капиталистов. Прежде всего все частные и акционерные банки Иркутска были объединены в Государственный банк, а Черемховские угольные копи, Байкальское пароходство, ряд средних и мелких промышленных предприятий региона национализированы. Оппозиционную прессу запретили, суд реорганизовали и создали революционный трибунал.

Шумяцкий правил в Иркутске до марта 1918 года, а потом во главе небольшого отряда красногвардейцев неожиданно покинул город. Через неделю это загадочное исчезновение первого лица Сибири нашло свое объяснение. Шумяцкий не согласился с заключением Брестского мира и самовольно отправился воевать с немецкими интервентами. Однако революционного пыла не хватило и до Новониколаевска — отряд разбежался. После такой авантюры Шумяцкий попал в опалу, но ненадолго. Вскоре его простил сам Ленин и вернул к партийной работе.

Его дальнейшая судьба больше не была связана с Иркутском. Шумяцкий работал в Тобольске, Томске, Тюмени, полномочным представителем СССР в Персии, Узбекистане. С 1930 года он возглавлял Союзкино, а затем был председателем кинопромышленности при СНК СССР. Странно, но опустошительные чистки 1937-го не коснулись Шумяцкого. Он умер в 1943 году.

Один правитель в три года

В отличие от первого красного губернатора, биографии его ближайших преемников на посту первого секретаря неизвестны. В некоторых случаях не удалось установить даже имен. Отсутствие необходимых архивных данных не позволяет воссоздать полные политические портреты. Это предстоит сделать будущим исследователям. Пока же можно сказать следующее. До 1939 года в Иркутской губернии перебывало 11 высших партийных руководителей, и никто из них не удержался на своем посту более трех лет.

В 20-е годы диктат Москвы в назначении первых секретарей почти не чувствовался, зато в 30-е контроль столицы явно ощущался. Судя по отрывочным сведениям, на эту должность избирались хорошо известные в Иркутске люди. По крайней мере большинство из них были активными участниками Гражданской войны в Сибири. Естественно, все они были членами коммунистической партии. Исключение составлял Мартемьян Рютин — секретарь Иркутского губкома с апреля по ноябрь 1920 года. В прошлом за ним числился грешок — какое-то время он состоял в партии меньшевиков.

По образованию и социальному положению тогдашние первые секретари представляли собой разношерстную и довольно странную компанию. Среди них были рабочие с начальным образованием — Марк Левитин, Федор Леонов и В.Шарангович; кооператор Дмитрий Чудинов, корректор Лев Рошаль, учитель семинарии Мартемьян Рютин и журналист с тремя классами образования Михаил Ноздрин. На должность первого секретаря их выдвигала местная партийная организация, она же их и смещала. За исключением тех случаев, когда иркутских партфункционеров отзывали в Москву на повышение. Кстати, таких счастливчиков среди первых секретарей оказалось много — семь из одиннадцати перебрались на работу в столицу.

Политическая чехарда с назначением первых секретарей продолжалась до конца 30-х годов. После расстрела Михаила Разумова в 1937-м и непродолжительного пребывания на этом посту Александра Щербакова, отозванного в распоряжение ЦК партии, в Иркутске начинает складываться более или менее устойчивая власть первых секретарей обкома.

Из батраков в начальники

Биография Кирилла Ивановича Качалина, первого секретаря Иркутского обкома с февраля 1939-го по июль 1944 года, — это типичная биография выдвиженца, не имевшего ни систематического образования, ни достаточного опыта ответственной работы. Однако при определенных обстоятельствах он попал в номенклатуру и очень быстро взошел на верхние ступени иерархической пирамиды.

Он родился в 1904 году в Орловской губернии, в семье крестьянина среднего достатка. Начинал батраком у более состоятельных односельчан. После окончания Гражданской войны Качалин подается в промышленные рабочие на одну из московских фабрик, где вступает в комсомол, а затем, в 1928 году, — в партию. Через год еще недавний батрак начинает делать головокружительную политическую карьеру. Качалин идет на повышение в следующем порядке: заместитель директора фабрики, директор хлопчатобумажного комбината, первый секретарь одного из райкомов ВКП(б), работник аппарата ЦК партии в Москве и, наконец, первый секретарь Иркутского обкома и горкома. На все про все у Качалина ушло чуть меньше 10 лет, по любым меркам он совершил стремительный взлет.

Однако достичь такого высокого положения Качалину помогли не его личные качества, а репрессии 30-х годов, жертвами которых становились многочисленные партийные кадры. Вряд ли Качалин отвечал требованиям, предъявляемым к руководителям высокого уровня. Не хватало ни опыта, ни знаний. Но сталинские чистки облегчили ему продвижение наверх. Вопросы решались в основном командно-директивными методами. Особенно отчетливо это проявилось в годы Великой Отечественной. Патриотический подъем жителей области в первые месяцы войны помогал справляться с возрастающими трудностями. Общая установка объективно оправдывала такой стиль руководства. В города и районы области направляли директивы за подписью Качалина. Но в 1942—1943 годах положение ухудшилось. Стала снижаться добыча угля в Черембассе, золота — на Ленских приисках. Не справлялась с графиком военного времени ВСЖД, ухудшилось положение в деревне. Участь Качалина фактически была предрешена. Состоявшийся 7—8 июля 1944 года пленум Иркутского обкома партии освободил его от занимаемой должности.

Качалин был первым лицом в области более 5 лет. По тем временам, учитывая частую ротацию кадров, это немалый срок. Сгубили его, конечно, все изъяны столь стремительного восхождения на региональный олимп, не подкрепленного ни достаточным опытом, ни специальными знаниями и широким кругозором.

Ефимов построил функционеров

Александр Павлович Ефимов, сменивший Качалина на посту первого секретаря Иркутского обкома, был прислан Москвой, как говорили тогда, на прорыв. Прибыл он к нам из города Горького (сейчас Нижний Новгород), где занимал должность председателя исполкома. За него проголосовали единогласно не только потому, что он был московским ставленником. В отличие от орловчанина Качалина уроженец Вологодчины Ефимов воспринимался как фигура более весомая. Он считался хорошим хозяйственником и опытным управленцем.

За пять лет своего правления Ефимову действительно удалось заметно улучшить экономическую обстановку в области. При нем стабилизировалась работа ведущих промышленных предприятий — трестов Востсибуголь и Лензолото, а завод 39 Наркомата авиационной промышленности заработал с перевыполнением плана.

Ефимов, как руководитель сталинской закалки, на дух не переносил расхлябанности и неисполнительности среди своих подчиненных. Он начал с того, что убрал с занимаемых должностей людей Качалина. Потом стал бороться за установление железной дисциплины среди обкомовских чиновников.

По инициативе первого секретаря в июле 1946 года был введен жестокий режим работы аппарата обкома партии. Рабочий день заведующих отделами продолжался с 10 до 22 часов с перерывом на обед между 18 и 20 часами. Заместители заведующих работали с 9 до 20 часов с часовым перерывом, а завсекторами, инструкторы, технические работники — с 9 до 18 часов. Приход на работу отмечался в книге табельного учета по каждому отделу. Заседания бюро обкома проводили каждый вторник с 20 часов. На него приглашали руководителей предприятий и учреждений области, но в нерабочее для них время.

Естественно, ужесточение персонального контроля не могло понравиться функционерам из обкома, но никто из них в открытую не протестовал. Все знали, что подобный график сверялся с рабочим режимом Сталина, как известно, любившего ночные бдения.

В августе 1947 года в Иркутске прошла научная конференция, которая решила, какие заводы, фабрики, гидроэлектростанции и транспортные объекты появятся на территории области в ближайшие два-три десятилетия. Первый секретарь обкома принимал самое активное участие в подготовке этих решений и вел по их поводу переписку со Сталиным, Маленковым и Берия.При Александре Павловиче Ефимове началось строительство молодого города Ангарска и возведение там стратегического объекта - комбината 16, ныне АНХК.

Постановления той конференции со временем были воплощены в жизнь. В результате теперь наша область имеет экономические преимущества по сравнению со многими регионами страны - и массу экологических проблем, связанных с низкой технологией производства.

В годы "секретарствования" в Иркутской области Александра Ефимова по всей стране началась кампания по борьбе с космополитизмом. Основной удар власти был направлен прежде всего на творческую, научную и педагогическую интеллигенцию. Иркутский обком партии принял не одно постановление в духе указаний ЦК ВКП(б) по идеологическим вопросам, и в области шли проработки представителей интеллигенции. Но Ефимов не брал на себя инициативу в этом вопросе, предпочитая заниматься более насущными проблемами. Архивные документы и газетные публикации тех лет говорят о том, что главной фигурой в идеологических кампаниях был секретарь обкома по идеологии Михаил Смирнов.

Перед отъездом из Иркутска Александр Павлович Ефимов успел совершить еще одно полезное дело. Обком партии принял самое активное участие в том, чтобы в городе появился новый вуз. Институт иностранных языков, единственный в Сибири и на Дальнем Востоке, открыли в 1948 году. В марте следующего года Александра Ефимова освободили от занимаемой должности со стандартной формулировкой - в связи с переходом на другую работу и последующим выездом за пределы области. Но это была обычная ротация кадров, широко применявшаяся в тот период, а не снятие с должности, как в случае с Качалиным.

Увольнение бюрократов

Преемником Ефимова в марте 1949 года становится Алексей Иванович Хворостухин, бывший до этого вторым секретарем обкома партии. Видимо, Москва выразила доверие второму секретарю по той причине, что он был достаточно грамотным специалистом, долгое время жил и работал в Восточной Сибири. А так как наступала бурная эпоха и полным ходом разворачивалось промышленное освоение области, на командные высоты требовались практики и трезвомыслящие люди. Так характеризовали Хворостухина, уроженца Харьковской губернии.

До того как занять высокий пост, Алексей Иванович успел повоевать в Гражданскую войну, служил матросом, был активным комсомольцем и партийцем. Получил высшее образование, окончив Ленинградский институт инженеров путей сообщения.

Свою деятельность на посту первого секретаря обкома он начал с массовой перетасовки номенклатурных кадров. За два года Хворостухин уволил с работы двух чиновников из трех - за плохое руководство и нарушение партийной и государственной дисциплины. Однако это не значило, что уволенные чиновники остались без дела. В подавляющем большинстве случаев одних понизили в должности, других перевели с одного места на другое, а третьих отправили на пенсию.

Хворостухин дал прирост продукции

После крупномасштабных перестановок в рядах партийной организации первый секретарь обкома с обновленной командой полностью ушел в решение производственных задач. Москва требовала от региональных руководителей одного: даешь прирост промышленной продукции! И Хворостухин, а с ним и область давали по 17-20 процентов в год. При Хворостухине началось возведение первенца Ангарского каскада - Иркутской ГЭС - и завершилось строительство Ангарского нефтехимического комбината.

Хворостухин продолжил начинания своего предшественника по формированию в Иркутске Восточно-Сибирского отделения Академии наук. Создание крупного научного центра гарантировало бы Иркутску более быстрое развитие и приток больших финансовых инвестиций.

На первоначальном этапе Иркутск предполагалось превратить в базовый центр всей сибирской науки. Однако со временем первенство у нас отнял Новосибирск, добившись этого права путем примитивнейшей интриги. Руководители новосибирского Академгородка имели прямой выход на Москву и в необходимый момент, пользуясь своим влиянием, стали контролировать поток денежных средств, направляемых в научно-исследовательские институты Иркутска. Иркутским ученым пришлось уступить, тем более что после ухода Алексея Ивановича в сентябре 1955 года среди первых лиц области больше не находилось страстных покровителей науки.

Месть Хрущева

Уроженец Петрограда Борис Николаевич Кобелев проработал первым секретарем Иркутского обкома меньше всех, всего 20 месяцев - с сентября 1955-го по май 1957-го. На должность он пришел из железнодорожников, имея за плечами Ленинградский техникум железнодорожного транспорта.

Свою карьеру в Иркутском обкоме начинал в 26 лет и довольно быстро на глазах у сверстников и старших товарищей добился таких успехов, которые им и не снились. Молодость и энергия, хорошие пробивные способности позволили этому молодому человеку без посторонней помощи занять твердое положение среди обкомовской номенклатуры. При Хворостухине Кобелев некоторое время ходил во вторых секретарях и, заняв место патрона, продолжил его дело, вернее - дело партии и народа.

Иркутск Кобелев покинул в 1957 году, он пошел на повышение. Его назначили первым в Новосибирскую область, обладавшую большим промышленным потенциалом, чем Иркутская. По идее, на новом месте Кобелев должен был развернуться во всей своей красе, но случилось непредвиденное. Он имел смелость как-то возразить Никите Хрущеву. Первый секретарь ЦК КПСС отомстил ему, понизив Кобелева в должности. Терпеть публичное издевательство над собой Кобелев не захотел и через два года покинул Новосибирск.

С политической карьерой пришлось расстаться навсегда и окончательно переквалифицироваться в производственники. Последняя должность Бориса Кобелева - директор Красноярского производственного объединения зерноуборочных комбайнов.

Две пятилетки в обкомовском кресле

Семена Николаевича Щетинина, в мае 1957 года сменившего Кобелева, можно отнести к первым обкомовским долгожителям. Он продержался на своем посту более 10 лет, то есть дольше всех своих предшественников.

При Щетинине Иркутскую область "наградили" большой химией и алюминиевыми заводами. Именно при нем был создан Ангаро-Усольский нефтехимический комплекс, построены БрАЗ и ИркАЗ, которые с тех пор продолжают безжалостно загрязнять воздух, воду и землю на нашей территории.

В других начинаниях, судя по статистике тех лет, Щетинин был более удачлив. И деревни, и города области зажили вроде бы побогаче, хотя в сельском хозяйстве и промышленности постоянно возникали перебои. При Щетинине бюджетные ассигнования на народное образование, здравоохранение и социальное обеспечение возросли в два раза. В области были построены школы, детские сады, новые корпуса вузов и техникумов, в основном создан Иркутский научный центр.

Те, кто знал Семена Николаевича, рассказывают, что он был по характеру властным руководителем и сторонником авторитарного стиля управления. Затянувшееся пребывание на одном месте еще больше развило в нем эти наклонности, и под конец своего правления он с большим трудом переносил возражения на свой счет. Щетинин, руководивший областью почти 11 лет, был освобожден от должности первого секретаря Иркутского обкома партии в феврале 1968 года.

Последние секретарские годы

Его преемником стал Николай Васильевич Банников, который превзошел показатель Щетинина и продержался в обкоме 15 лет. После Банникова наступила пятилетка Василия Ивановича Ситникова - наверное, последнего секретаря обкома, обладавшего реальной властью. Затем - двухлетнее пребывание в должности первого Владимира Ивановича Потапова.

Как известно, должность первого секретаря обкома партии была ликвидирована в августе 1991 года. 27 марта 1994 года у нас впервые в истории России прошли выборы губернатора. Их инициатором и победителем стал Юрий Ножиков. Борис Говорин - второй и, возможно, последний демократически избранный губернатор Иркутской области. Процедура назначения на пост нового губернатора, Александра Тишанина, состоявшаяся совсем недавно, свидетельствует, что прежняя система, когда первое должностное лицо региона фактически назначали из Кремля, опять стала непреложным фактом.

Использован материал "Исторические силуэты", Александр Иванов "Первый советский генерал-губернатор" (научно-популярный журнал "Земля Иркутская", № 8 за 1997 год) и "Обкомовские небожители" ("СМ Номер один" от 20 октября 1998 года).

Выходные данные материала:

Жанр материала: Статья | Автор(ы): Казарин В. Н., Мигалев Павел | Источник(и): Иркипедия | Дата публикации оригинала (хрестоматии): 2005 | Дата последней редакции в Иркипедии: 03 апреля 2015

Примечание: "Авторский коллектив" означает совокупность всех сотрудников и нештатных авторов Иркипедии, которые создавали статью и вносили в неё правки и дополнения по мере необходимости.