«Эхо эколого-экономических скандалов». Глава 1 // Корытный Л.М. (2011)

Вы здесь

ГЛАВА 1 . СРЕДИ МИФОВ И РИФОВ

1.1. У ПОРОГА ГЛОБАЛЬНОГО ЭКОЛОГИЧЕСКОГО КРИЗИСА

Земля – наш маленький общий и хрупкий дом. Мы связаны одной системой природопользования и одной судьбой. Любые угрозы представляют опасность для всего мирового сообщества. К приоритетным, безусловно, относится угроза глобального экологического кризиса. Недаром многочисленные сообщения на эту тему в СМИ и Интернете напоминают фронтовые сводки. Вот только несколько взятых наугад текстов из «всемирной паутины» как общего, так и частного характера.

22 мая в мире отмечался День биологического разнообразия. В послании по этому случаю, Генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун обратил внимание на беспрецедентно быстрые темпы утраты биоразнообразия, что серьезно подрывает способность биосферы поддерживать жизнь на Земле.В нем обращается внимание на то, что больше всех от ухудшения природных ресурсов пострадают беднейшие слои населения и наиболее уязвимые страны. «Семьдесят процентов неимущих жителей планеты проживают в сельской местности, и их каждодневное пропитание и заработок напрямую зависят от биоразнообразия», – сказал глава ООН. Он напомнил, что в 2002 г. в Йоханнесбурге на Всемирном саммите по устойчивому развитию руководители стран мира договорились к 2010 г. значительно снизить темпы утраты биоразнообразия. «Этот срок наступил, но ухудшение состояния наших природных ресурсов стремительно продолжается. Чтобы вновь заострить внимание на данной проблеме, Генеральная Ассамблея ООН объявила 2010 г. Международным годом биоразнообразия», – отметил Пан Ги Мун. Он напомнил, что во второй половине этого года Ассамблея проведет специальное заседание высокого уровня, посвященное этой проблематике.

25 сентября 2009г.было объявлено известной исследовательской группой «GlobalFootprintNetwork» Днем превышения ресурсов (ДНЕМ «ПРОМАХА») Земли. Этот день отмечает дату, когда человечество начинает жить сверх его экологических средств. Кроме того, оно использует ресурсы быстрее, чем планета их восстанавливает в календарном году. Человечество теперь, по мнению группы, уже требует эквивалента 1,4 территории планеты, чтобы поддержать свой образ жизни

Специалисты из Нового Университета Южного Уэльса (Сидней) пришли к выводам, что через 300 лет мегаполисы станут непригодными для жизни. Из-за глобальных изменений климата температура и влажность в крупнейших городах мира достигнут настолько высоких значений, что люди просто не смогут существовать в "новых" условиях. К таким выводам специалисты пришли после проведения глобального анализа темпов изменения климата на планете. "Разумеется, все знают, что в будущем на Земле станет жарче, большинство территорий будут непригодны для жизни. Однако даже я был шокирован: новые расчеты показали, что до этого момента остается меньше 300 лет", – говорит Стивен Шервуд, специалист по атмосферным явлениям из Университета Южного Уэльса. По мнению ученых, первыми в зоне поражения окажутся такие города, как Москва, Дели, Сидней, Рио-де-Жанейро, Тель-Авив, Шанхай, Хьюстон и др. В крупных городах среднесуточная температура будет достигать настолько высоких показателей, что людям просто нечем будет дышать, уверены исследователи. Специалисты также напоминают, что глобальное потепление уже дает о себе знать. Вспомнить хотя бы Европу в 2003 году, когда от аномальной жары погибли тысячи людей, и Россию летом 2010 года, окутанную смогом и лесными пожарами.

Огромное пятно нефти, которое образовалось в Мексиканском заливе после взрыва на буровой платформе Deepwater Horizon, достигло границ американского штата Луизиана. В ряде американских штатов объявлено чрезвычайное положение из-за аварии, случившейся в конце апреля на буровой станции Deepwater Horizon, которая принадлежит британской компании British Petroleum. О введении режима чрезвычайного положения объявили Аризона, Миссисипи, Луизиана и Флорида. В районе бедствия погибла вся рыба и морские обитатели, которые являются объектом добычи местного населения: ежегодно от рыбного промысла данный регион получает около 2,4 миллиарда долларов.

Но ученые предупреждают о том, что нефть, разлившаяся в заливе, представляет серьезную угрозу и для людей. Медики называют 3 главных составляющих риска, которые существуют в данный момент: для тех, кто непосредственно занят на ликвидации последствий катастрофы, для населения региона и, наконец, самый неприятный – отдаленные последствия. Нефть, в обилии насытившая прибрежные воды, дно и берег, со временем по пищевой цепочке (рыба, устрицы, крабы и другие морские деликатесы) может попасть в организмы людей, и к каким результатам это приведет, не может предсказать никто. Риск отрицательного влияния на здоровье людей очень велик. Это и прямое воздействие при контактах с нефтью, это и результаты воздействия продуктов горения нефти, которую пытаются сжигать, но нас больше всего беспокоит воздействие по пищевой цепочке, результатов которого невозможно предвидеть», – говорит Джина Соломон (Gina Solomon), исследовательница из Совета по защите природных ресурсов США (Natural Resources Defense Council

11 марта в Алма-Атинской области обильные осадки и таяние снега привели к размыву дамбы,прорыву плотины водохранилища Кызыл-Агаш. Сообщается о 35 погибших. В ряде сел подтоплены жилые дома, из пострадавших зон эвакуируются люди. Число эвакуированных составило около одной тысячи, все они размещены в местах временного проживания и обеспечены питанием, медикаментами. В регионе из-за паводков приостановлено движение железнодорожного транспорта, закрыт ряд автодорог.

В разных странах продолжают производить и продавать краски, содержащие опасные уровни свин­ца, – утверждают исследователи из Университета Цинциннати (США). Обнаружено, что в 73% протестирован­ных красок с марками производителей, действующих в 12 странах, население которых составляет 46% населения мира, уровень свинца превышает существую­щий в США стандарт. По мнению Скота Кларка, руководите­ля исследований, необходим глобальный запрет на использование свинца в крас­ке. Такой запрет позволит защитить здо­ровье более трех миллиардов людей в странах, где разрешено распространение свинецсодержащих красок. Согласно современным иссле­дованиям, воздействие даже очень низкого уровня свинца приводит к негативным по­следствиям для здоровья детей, а безопас­ного уровня воздействия не существует.

О глобальном экологическом кризисе написано огромное количество книг и статей, как за рубежом, так и в России. Из современных отечественных экологов достаточно назвать работы К. С.Лосева, В.Г.Горшкова, В.И.Данилова-Данильяна, Н.Н.Лукьянчикова, М.Ч.Залиханова, из зарубежных – Д.Медоуза, Г.Дейли, А.Печчеи, Ф.Фукуямы; часть из них приведена в списке литературных источников. Нельзя не упомянуть серию книг Института географии РАН «Устойчивое развитие: проблемы и перспективы». Нет смысла повторять их содержание, обозначим только основные глобальные экологические проблемы, в основном обусловленные непродуманной человеческой деятельностью или, как принято говорить, антропогенным воздействием, по следующим четырем направлениям.

1. Разрушение биосферы. Забыв, что он сам биологический организм и возомнив себя «царем природы», человек за 10 0000 лет (а в основном за последние150) добился:

– нарушения естественных ландшафтов на 60% территории суши, с заменой их на ареалы с нарушенными экологическим равновесием и биологическими закономерностями;

– сокращения площади лесов на 65-70 %,.со скоростью около 10 млн га в год, вследствие расширения площадей сельскохозяйственных уго­дий, использование лесов в промышленности и в качестве топли­ва без обеспечения восстановления; уменьшение лесов ведет к эрозии, сокраще­нию растительного и животного мира, деградации водных бассей­нов, сокращению поглощения двуокиси углевода, вызывающего парниковый эффект, и в конечном итоге – к уменьшению потен­циала жизнедеятельности человечества;

– деградации сельскохозяйственных земель на15% по­верхности суши,обусловленнойнерациональным землепользованием, неэффективным управлением водными и почвенными ресурсами, неограниченным применением техники, минеральных удобрений, пестицидов и гербицидов на полях, перевыпасом, отсутствием севооборота на сельскохозяйственных землях, а так­же интенсивным орошением;

– опустынивания на площади около 10 млн кв. км;

– нарушения сбалансированного круговорота биогенов, с включением разомкнутого потока естественных веществ и, что самое опасное – токсичных и неизвестных биоте веществ и элементов;

– сокращения биологического разнообразия со скоростью, в десятки раз большей, чем другие изменения в природе; в настоящее время 800 биологических видов уже уничтожено, еще больше находится на грани уничтожения; обеднение видового разнообразия организмов существенно снижает устойчивость экосистем и биосферы в целом, что пред­ставляет серьезную угрозу для человечества.

2. Загрязнение природных сред. Попадание в ландшафты и экосистемы чужеродных элементов, или же привычных, но в количествах, не поддающихся процессам самоочищения, приводит к нарушению стабильности природных систем и целой цепи тяжелых последствий:

– в атмосфере городов, куда от выбросов предприятий промышленности, тепловых электростанций, а в последние десятилетия особенно интенсивно – от автотранспорта циркулируют сотни веществ; они также переносятся в атмосфере на большие рас­стояния; особую озабоченность перенос таких веществ, как двуокись серы и окислов азота, являющихся источниками кислотных дождей, что приводит к общему закислению природной среды и существенным экологическим из­менениям, а также органических соединений, фтора и др.;

– в гидросфере суши, т.е. в реках, озерах, водохранилищах, подземных водах, что ведет к их качественной деградации и потерям в гидробиологических экосистемах;

– в мировом океанедля которого наиболее опасно загрязнение нефте­продуктами, тяжелыми металлами (ртутью, свинцом, кадмием) и полихлорбифенилами, которое может привести к снижению его продуктивности, а также к серьезным геофизическим и экологи­ческим последствиям;

– в почвах и растительности, теряющих в результате свои экосистемные функции, плодородие и продуктивность;

– во всех средах существенным оказывается радиоактивное загрязнение.

3. Истощение природных ресурсов. Оно вызвано роковым заблуждением, что ресурсы неисчерпаемы и предназначены исключительно для ненасытного потребления нынешнего поколения развитых стран. В результате:

– многие минеральные ресурсы близки к исчезновению, а за другими приходится лезть в глубины земной коры и на арктический шельф;

– питьевая вода становится самым дефицитным ресурсом;

– во многих регионах уже безнадежно подорваны лесосырьевая и охотничье- промыcловая базы;

– в целом человечество уже превысило глобальные возможности биосферы в удовлетворении материальных и других потребностей; мы сегодня уже берем природные ресурсы взаймы без отдачи у своих потомков.

4. Стихийные бедствия. Количество человеческих жертв и материальные ущербы от них особенно возросли в последние десятилетияХотя причины большинства из них – землетрясений, цунами, ураганов и др. – вроде бы не зависят от человека, но в возрастании потерь роль антропогенного фактора также значительна.

Во-первых, опять-таки вообразив себя всемогущим, человечество стало осваивать те территории, которые многие века считались опасными для жизни – поймы рек, периодически затапливаемые; склоны вулканов и т п. Уверовав в свою инженерную мысль, люди надеются, что защитные сооружения могут спасти от природных катастроф, и очень удивляются, когда с легкостью трещат сейсмобезопасные конструкции или прорываются потоками мощные плотины и дамбы

Во-вторых,человек и сам приложил руку к активизации опасных природных процессовк возникновению лесных пожаров, к разрушению (абразии) берегов рукотворных морей-водохранилищ, к возникновению оврагов на обезлесенных склонах и лавин – на «подрезанных» горных склонах и т.п.

В-третьих, не исключено, что все рассмотренные выше факторы антропогенного воздействия на пути превращения нашей планеты, по С.П.Горшкову, из Зеленой в Серую, в совокупности уже начали влиять на глобальные геофизические процессы. Не хочется в это верить. Но если это хоть в малой степени соответствует действительности, тогда мы уже не стоим на пороге глобального экологического кризиса, а находимся в его начальной стадии…

Глобальные экологические проблемы тесно переплетаются с другими глобальными проблемами. Назовем две основные.

Хотя сельскохозяйственное освоение в два последних века огромных территорий суши (с разрушением естественных природных комплексов!) и крупный технологический скачок в производстве продуктов питания («зеленая революция») резко повысило это производство, это не помогло решитьпродовольственную проблему все увеличивающегося населения планеты. В настоящее время на планете, главным образом в развивающихся странах, около 840 миллионов людей голодает; каждый день от голода и плохого питания умирает 19 тысяч детей.

Не менее сложной является проблема здоровья, решить которую не удается, несмотря на огромные достижения биологии и медицины. Считается, что около 20 % заболеваний человечества связано с загрязнением природной среды, нехваткой качественной воды, разрушением экологической ниши человека. В первую очередь экологическими факторами объясняется рост аллергических заболеваний и понижение иммунного статуса.

Огромную опасность экологического кризиса человечество осознало только в последней трети XX века. Начиная с 1970-ых гг., были созданы международная и национальные природоохранные структуры, приняты необходимые юридические акты, затрачены колоссальные средства – более 2 трлн долларов. На трех созванных ООН Всемирных форумах высшего уровня (Стокгольм-1972, Рио-де-Жанейро-1992, Йоханнесбург-2002), других многочисленных международных конференциях была утверждена Концепция Устойчивого Развития (КУР), содержащая экологические ориентиры на перспективу.

Однако глобальные показатели окружающей среды продолжают ухудшаться, более того, появляются новые угрозы. Почему же это происходит? Обозначим кратко три основные взаимосвязанные причины.

1. Человек уверен, что именно он – «венец творения», а все природа существует для него. Отсюда возникают заблуждения, метко названные К.С.Лосевым «мифами» – о всемогуществе человека, о всесилии науки, технологий, рыночных механизмов, незыблемости современного миропорядка и т.п. У многих сохраняется отношение к экологическим угрозам как к «страшилкам» типа американских киноблокбастеров, с которыми можно относительно легко справиться.

2. При этом человечество, во всяком случае его «элита» – «золотой миллиард» развитых стран – совсем не собирается поступиться основным принципом западного общества. – жить ради удовлетворения своих собственных потребностей. Отсюда и половинчатость и противоречивость как модели КУР, так и всех намерений и начинаний. Поэтому никаких перемен в социокультурных, экономических, политических ценностях и ориентирах на планете на деле не предвидится; все усилия фактически направлены на «передачу» экологических проблем и угроз остальным странам, к которым относится и Россия.

3. В итоге, и на глобальном, и на регионально-национальном уровнях приоритетными являются другие проблемы – международный терроризм, борьба с бедностью, права человека, энергоресурсы, наркоторговля, новые болезни и другие. Это хорошо показал глобальный экономико-финансовый кризис, когда даже привычная экологическая риторика почти исчезла из выступлений политических лидеров.

А в то же время именно сегодня, как никогда ранее, современный мир нуждается в защите от глобальной экологической катастрофы, которая угрожает существованию самой жизни на Земле. Потеря стабильности биосферы, ее загрязнение, истощение ресурсов, возрастание ущербов от стихийных бедствий – все это результате негативных воздействий человеческой деятельности на окружающую среду, неумение (и нежелание!) признать борьбу с экологическим кризисом планетарным приоритетом. Нельзя не согласиться с мнением Николая Никифоровича Лукьянчикова, высказанным недавно в великолепной книге «О будущем современного мира и России».

«Если не принять срочных мер по стабилизации биосферы, то в недалеком будущем могут начаться необратимые процессы, когда уже никакие меры не в состоянии будут предотвратить глобальную экологическую катастрофу. Многие другие проблемы можно решить позже. Сегодня есть дилемма: либо стать спасителями жизни на Земле в полном смысле этого слова, либо заслужить проклятие детей и внуков наших, всех тех, кто в будущем станет влачить жалкое существование и гибнуть в результате нашей бездарной деятельности. Третьего не дано. Поэтому чтобы избежать худшего сценария, сегодня мы, прежде всего, должны думать о дне завтрашнем, о будущем наших детей, о том, что оставим им на нашей планете, и какова она будет после нас. Поэтому человечество, чтобы выжить, должно действовать, как единый разумный организм: спастись в одиночку от глобальных катастроф и изменить мир к лучшему невозможно. Предотвратить глобальные угрозы и вызовы человечеству можно только сообща, на основе скоординированных действий всего мирового сообщества».

1.2. И ЭКОЛОГИЯ, И ЭКОНОМИКА

Как было показано в предыдущем разделе, экологический кризис – это прямое следствие сложившихся в обществе социально-экономических и политических отношений. Рассчитывать на то, что удастся преодолеть этот кризис чисто мерами по охране окружающей среды, например, внедрением малоотходных и безотходных технологий, абсолютно утопично.

Очень хорошо сказал об этом председатель Сибирского отделения Российской Академии наук Валентин Афанасьевич Коптюг. Выступая на слушаниях в Государственной думе 16 мая 1995 г. по вопросу разработки государственной (национальной) стратегии устойчивого развития России, он подверг довольно резкой критике подготовленный под эгидой Минэкономики РФ проект Концепции перехода Российской Федерации на модель устойчивого развития именно за то, что в этом проекте практически все внимание оказалось сконцентрировано на экологических проблемах. «Разработчики проекта игнорируют минимум два принципиально важных положения: 1) изменение парадигмы развития цивилизации обусловлено не только деградацией природы, но и быстро идущей социально-экономической «деградацией» национальных сообществ (резкого и быстро растущего расслоения по доходам и условиям жизни); 2) решать экологические проблемы без решения социально-экономических невозможно».

В мировом сообществе осознали это в конце 1980-х гг., когда родилось новое научное направление –экологическая экономика. Его основателями считаются Р. Костанза, X. Дейли и др. Экологическая экономика представляет собой некоторый междисциплинарный подход, в котором изучаются взаимодействия экологических и экономических систем в самом широком аспекте, для того чтобы развивать глубокое понимание законов целостной системы, включающей в себя природу и общество, и создавать основы политики достижения их устойчивости и гармонии. Экономисты, экологи, социологи, философы, географы объединились в некую ассоциацию, считая, что отдельные научные дисциплины не дают методов, моделей и концепций, необходимых для адекватного изучения проблем взаимодействия природы и общества.

Вскоре и в нашей стране было образовано Российское общество экологической экономики. (РОЭЭ) как часть международной Ассоциации. Его постоянные форумы представляют собой дискуссионные площадки, где обсуждаются пути решения эколого-экономических проблем страны, идет обмен практическим опытом, разрабатываются методики и конкретные мероприятия, необходимые для спасения страны от негативных последствий. Уже состоялись конференции Предыдущие конференции Российского общества экологической экономики проводились в Москве (1993 г.), Иркутске (1993 г.), Переславле-Залесском (1995 г.), Новгороде (1997 г.), Саратове (1999 г.), Москве (2001 г.), на оз. Байкал (2003 г.), Санкт-Петербурге (2005 г.), Сочи (2007 г.), Барнауле (2008 г.), Калининграде (2009г.). Я стараюсь принимать в них участие, поскольку всегда ощущается особая атмосфера, в которой общение с единомышленниками рождает новые идеи. Последняя из этих конференций состоялась в конце июня 2011 г. в г. Кемерово и называлась «Энергоэффективность экономики и экологическая безопасность: теория и практика»; на ней я был избран Президентом Российского общества экологической экономики на двухлетний срок.

По мнению одного из лидеров РОЭЭ Ирины Петровны Глазыриной, с которым я полностью согласен, важнейшая особенность экологической экономики – то, что она включает в поле своего внимания человеческие ценности. Ведь в основе моделей классической экономики лежат рыночные ценности и рыночное поведение. Хотя она обладает эффективными механизмами и, в принципе, способствует росту благосостояния общества в целом, в то же время она постоянно и систематически способствует тому, чтобы «продаваемые» товары и услуги получали приоритет по сравнению с теми ценностями, которые важны для качества жизни, но выходят за рамки рынка: чистый воздух, красивый пейзаж, биоразнообразие и т.д. Фактически, «рыночные» ценности «притягивают» финансовые ресурсы, инвестиции, исследования, хозяйственную деятельность, человеческие ресурсы за счет остальных ценностей окружающей среды. Это и ведет к неконтролируемому росту потребления ресурсов и энергии, с необратимым ущербом природной среде и здоровью человека. Необходимо использовать все возможные экономические, социальные и политические рычаги, чтобы изменить направление такой динамики, на что и направлена экологическая экономика. Увы, еще далеко не все человечество осознало, что качество жизни определяют не столько цены, сколько ценности, в том числе те, которые дает здоровая окружающая среда, и что, разрушая биосферу, мы рубим сук, на котором сидим.

Большинство ученых, занимающихся экологической экономикой, уверено: должна быть изменена сама суть традиционной экономики. Как считает Татьяна Акимовна Акимова, сейчас человечество находится на очень ответственном рубеже в своей истории, на котором необходим переход на новую ступень материальной культуры, совместимой с уже изрядно оскудевшим природным потенциалом и ориентированной на другие цели, механизмы и на новую систему результатов своего хозяйствования. Действительно, какие сейчас существуют критерии у нынешней экономики: прибыль, доход, рост богатства. Ждать, что она «захочет» заниматься охраной окружающей среды, легкомысленно. Для перехода к новой экономике необходима, в первую очередь, смена самого объекта экономической практики и теории: экономическую систему должна сменить эколого-экономическая.

Один из основателей РОЭЭ Павел Владимирович Касьянов аргументировано утверждает, что современная экономика и вообще вся цивилизация фактически паразитирует на природе, забыв о том, что ее возможности не безграничны. На смену ей должна прийти гуманистическая экономикакоторая будет служить благу всех людей, гармоничному развитию каждого человекапричем не только в материальном смысле, но в первую очередь в плане личностно-духовного развития. Ее содержание раскрывается в четырех основных принципах:

– структура экономики должна проектироваться с учетом критериев эколого-экономической эффективности, особенностей природно-климатических условий и выравнивания уровня и качества жизни всего населения планеты или региона;

– развитие экономики должно идти на основе долгосрочных стратегий, что обеспечивает ее устойчивость и экологическую безопасность;

– необходимо содействие развитию созидательных, полезных для общества видов деятельности: экологически чистой альтернативной энергетики, производства высококачественных продуктов питания, экологического туризма и т.п.;

– важна оптимизация территориального распределения производства и расселения, с учетом ассимиляционной способности окружающей среды.

Переход на новые эколого-экономические отношения неизбежен. Вопрос только в том, как скоро это станет понятным всем, включая политиков, и захочет ли это сделать основой своей деятельности нынешнее поколение. Пока что, как показано и в моей книжке, поводов для оптимизма немного. Рассмотрим это на примерах двух историй глобального уровня.

1.3. ЗАГАДКИ ОЗОНОВЫХ ДЫР

Озон представляет собой модификацию кислорода из трех его атомов, т.е. О3. Более 85% атмосферного озона находится в стратосфере, образуя озоновый слой – озоносферу. Высота максимума озонового слоя увеличивается от 15 км в полярных зонах до 25 км в тропическом поясе. Наиболее интенсивно озон образуется и разрушается в тропической стратос­фере, где солнечная радиация максимальна. Однако время его жизни в тропиках составляет всего несколько часов, поэтому содержание озона здесь минимально. Часть синтезированного в тропических широтах озона перено­сится стратосферной циркуляцией в высокие широты, где его время жизни увеличивается до 100 суток, что позволяет ему накапливаться. Поэтому его содержание о стратосфере полярных и субполярных широт всегда больше, чем в тропическом поясе.

Важно подчеркнуть, что общее содержание озона в атмосфере над конкретной террито­рией изменяется в достаточно широких пределах. Основной вклад в изменение содержания озона и его концентрации на различных высотах вносят фотохи­мические процессы, а также процессы движения воздушных масс. В настоящее время выявлены общие закономерности ряда таких изменений, связанные со временем года и географической широтой местности. Так, в северном полушарии на широтах более 30° с.ш. общее содержание озона в атмосфере максимально в конце зимы – начале весны, а минимально осенью (сентябрь – октябрь). В средних широтах сезон­ные изменения составляют 30-40% от средних значений, зона максимальной концентрации озона находится на высотах 19-21км, концентрация озона достигает 3 •1012 см -3.

Хотя количество озона в атмосфере мизер­но (около миллионной доли процента), его роль в жизни Земли огромна. Он поглощает жесткое ультрафиолето­вое излучение Солнца, представляющее при превышении естественного порога опасность для биосферы. Повышенные концентрации O3 оказывают вредное действие на растения, нарушают процессы фотосинтеза, повреждают многие сельскохозяйственные культуры, деревья. Особо сильное влияние оказывает возрастание уровня Oв вегетационный период. Повышенные концентрации O3 в приземной атмосфере резко снижают урожай соевых бобов, на 15% – хлопчатника, до 50% – салата.

Но особо опасны эти процессы для человека. Установлено, что увеличение дозы ультрафиолетового излучения на 1% приводит к увеличению раковых заболеваний кожи на 2%. УФ-излучение представляет для человека двойную опасность. Оно не только увеличивает возможность заболевания раком кожи, но и подавляет способность иммунной системы сопротивляться онкологическим заболеваниям. Это подавление иммунной системы также делает людей более восприимчивыми, например, к герпесу и другим инфекционными болезнями. Помимо кожи, другим органом, в большей степени подверженным влиянию УФ-излучения, является глаз.

Благодаря озону ультрафиолетовая солнечная радиация в слое между 15 и 40 км над земной поверхностью ослабляется примерно в 6500 раз. Расчеты показывают, что уменьшение общего содержания O3 в озоносфере на 1% приведет к увеличению ультрафиолетовой радиации на поверхность Земли примерно на 1,5 – 2,5%. Ясно, что процессы снижения содержания озона в атмосфере ниже определенного предела крайне неблагоприятны.

Хотя химические свойства озона были изучены еще в XIX веке, систематические наблюдения за его слоем начались только в 1957 году, когда ученые десятков стран объединились с целью изучения тайн Земли в рамках Международного Геофизического года. Этот год был знаменателен еще и тем, что с него началась космическая эра. В дальнейшем наблюдения за озоновым слоем стали вести со спутников, а вскоре – с пилотируемых космических кораблей и станций. Оказалось, что с 1957 до 1962 года озоновый слой утоньшался. Однако с 1962-го года количество стратосферного озона вновь стало расти, и лишь в 1970-1980гг. оно монито­ринг выявил тенденцию повсеместного истощения стратосферного озона, в первую очередь в Антарктиде. Появилось пугающее понятие «озоновая дыра».

Далее события развернулись с беспрецендентной калейдоскопической быстротой. С помощью СМИ уже с середины 1970 гг. в общественное сознание активно внедрялась единственная концепция, в которой глав­ными виновниками обнаруженной проблемы были объявлены разрушающие озон промышленные фреоны. Соединения хлора, называемые хлорфторуглеродами (ХФУ), которые широко использовались в промышленности и в быту, были объявлены ответственными за разрушение озонового слоя земли.

Да, известно, что некоторые виды хлорфторуглеродов использовались для решения разнообразных задач: создания холодильных агрегатов и автомобильных кондиционеров, очистки поверхности печатных плат для изделий микроэлектроники, аэрозольного распыления косметических и других средств из аэрозольных баллончиков, вспенивания сырья при изготовлении изделий из пластмасс, пожаротушения. Другие ХФУ применялись для производства поролонов и пенопластов – материалов, широко используемых во многих потребительских товарах, начиная от одноразовой пенопластовой посуды и заканчивая изоляционными материалами, для промывания электрооборудования и даже для обмыва космических кораблей после полетов. С 1950 по 1975 г. объем мирового производства ХФУ ежегодно возрастал на 7-10%, со временем удвоения 10 или менее лет. В 80-х годах мир ежегодно производил около 1 млн.т ХФУ.

В домашних холодильниках обычно работал фреон-12. Это бесцветный, нерастворимый в воде и негорючий газ с запахом, похожим на запах эфира. Фреон-11 и -12 работали также в установках для кондиционирования воздуха. Подчеркнем, что в «шкале вредности», составленной для всех применяемых хладоагентов, фреоны занимают последние места. Они даже безвреднее «сухого льда» – твердой двуокиси углерода. Фреоны исключительно устойчивы, химически инертны.

Тем не менее ученые Ш. Роуланд (США), М. Молина (США), П. Крутцен (ФРГв 1974 г. именно фреоны объявили главной причиной образования «озоновых дыр» и угрожающей всей планете опасности. Они сделали открытие в области химии атмосферы, доказав, что фреоны, выполнив свою рабочую функцию, попадает в верхнюю часть атмосферы, где под действием света разрушается с образованием свободных атомов хлора, а затем один атом хлора может разрушить не менее 10000 молекул озона. В 1995г. за это открытие ученые были удостоены Нобелевской премии по химии.

Уже с конца 1970гг. началась всемирная «атака» на ХФУ, прежде всего в США. Началом стало осуждение использования аэрозольных баллончиков, в первую очередь дезодорантов, хотя в ряде баллончиков использовались аэрозольные распылители на другой основе, не содержащей ХФУ. Но для того чтобы сделать эту проблему простой и понятной, все баллончики были заклеймены, и потребители ответили на призыв: объем продаж этого вида продукции сократился более чем на 60%.

Со стороны промышленности сначала последовало сопротивление такому развитию событий. Представитель корпорации Du Pont в 1974г. сделал следующее заявление перед конгрессом: «Гипотеза связи хлора с истощением озонового слоя является в настоящее время чисто спекулятивной и не имеет никаких доказательств, чтобы поддерживать ее». Но при этом он прозорливо добавил: «Если достоверные научные данные... покажут, что любые хлорфторуглеводороды не могут использоваться без вреда для здоровья, Du Pont остановит производство этих соединений». Четырнадцать лет спустя Du Pont, крупнейший в мире производитель ХФУ, выполнил свое обещание, к чему мы еще вернемся.

Итак, закон, запрещающий использование ХФУ в качестве аэрозольных распылителей, был принят в США в 1978г. Совместно с действиями потребителей, которые уже сократили покупку аэрозолей, этот запрет привел к падению мирового производства ХФУ на 25%. В большинстве стран, однако, аэрозольные распылители по-прежнему содержали ХФУ, и в других областях применения ХФУ, особенно в электронной промышленности, объем их потребления продолжал расти.

Тогда, быстро уверовав, что разрушение озонового слоя из-за фреонов крайне опасным для всей органической жизни на Земле, мировое сообщество предприняло ряд беспрецедентных мер вплоть до того, что объявило 16 сентября Международным днём охраны озонового слоя. В 1985 г. была принята Венская конвенция о защите озонового слоя. Затем был принят международный акт, ограничивающий производство фреонов и других соединений, разрушающих озоновый слой – Монреальский протокол. Он был подписан тридцатью странами в 1987 г. и вступил в силу с 1 января 1989 г. Основные положения Монреальского протокола предписывали следующие действия, которые обязались предпринять подписавшие его страны:

– производство фреонов 11, 12, 113, 114 и 115 заморозить на уровне 1986 г., начиная с 1992 г.; сократить до 80% от уровня 1986 г., начиная с 1993 г.; сократить до 50% от уровня 1986 г., начиная с 1998 г.

– производство галлонов (бромированных галогеналканов для тушения пожаров, тоже признанных виновниками разрушения озона) ограничить на уровне 1986 г.

В 1989 г. Совет министров Европейского сообщества объявил, что производство фреонов будет полностью прекращено к 2000 г. аналогичное заявление сделали США. Годом позже страны, подписавшие Монреальский протокол (их стало более 60), эту политику одобрили.

Россия, как правопреемница СССР, обязана была исключить из промышленного производства большой список «вредных для озонового слоя» веществ к 1 января 1996. Несколько позже этот срок был отодвинут на четыре года, а американцы безвозмездно выделили России для этого 26,2 млн долларов. В результате в декабре 2000г. последние семь российских заводов, выпускающих вещества, якобы разрушающие озоновый слой, были закрыты. Отечественная холодильная техника была практически разрушена, и фреоновые холодильники уже не могут составить конкуренции агрегатам нового поколения.

Так кто же создал эти агрегаты? Представьте себе, эта же корпорация Du Pont! Химические концерны Дюпона, поначалу вроде бы сопротивлявшиеся новомодной теории (а не для виду ли?), неожиданно (!?) изменили позицию и буквально возглавили движение за отмену фреонов. И произошло это просто потому, что именно они нашли и запатентовали «безвредные для озонового слоя заменители»: корпорация освоила производство альтерна­тивных хладагентов гидрофторуглеродов (ГФУ), не со­держащих хлора. Им удалось не только изрядно заработать на озоновой «страшилке», но и «загасить» менее расторопных конкурентов. А потребители теперь вместо эффективного охладителя R12 вынуждены использовать в кондиционерах менее эффективный хладагент R134А даже при том, что заменители фреонов дороги, токсичны и обладают сильным парниковым эффектом. По оценкам экспертов, расходы только американцев по замене фреонов в 2000г. составили восемь млрд долларов, а всему мировому сообществу борьба с фреонами обошлась в сумму от трех до пяти трлн долларов.

Что же, если это спасло человечество, то не такая уж это большая цена? Если бы так!

Еще в период рождения идеи об исключительно антропогенной – фреоновой – причине «озоновой катастрофы» многими учеными она была подвергнута серьезным сомнениям. Во-первых, тенденции уменьшения содержания озона вполне вписывались в факты уже указанных нами выше сезонных колебаний. Так, уже в 1957— 1959 гг. на станции Халли в Антарктиде с помощью прибора, сконструированного Г. Добсоном, было обнаружено, что это содержание существенно снижалось в антарктическую весну (сентябрь, октябрь), но снова восстанавливалось к началу антарктического лета (конец ноября).

Во-вторых, так и не было найдено убедительной причины повышения содержания озона в атмосфере в 1960-х гг., хотя производство и использование фреонов в этот период быстро увеличивалось.

В-третьих, антропогенная концепция разрушения озонового слоя не предлагает никакого механизма переноса промышленных фреонов из северного полушария, где их больше всего производится и потребляется, к Южному полюсу.

Наконец, в-четвертых, существует еще множество отнюдь не менее убедительных гипотез о причинах разрушения озонового слоя (см. ниже).

Тем не менее, все эти сомнения не были приняты во внимание. Сверхбыстро были приняты и Монреальский протокол, и национальные «противофреонные» меры, и организация производства веществ нового поколения, и даже вручена Нобелевская премия за спасение планеты. А жизненные реалии продолжали этому противоречить.

Другие гипотезы возможных причин сокращения озона продолжали развиваться. По мнению Г.Т.Фрумина (2006), их уже набралось около тридцати:

динамические процессы в атмосфере: Азорский антициклон; внутренние гравитационные; турбулентная диффузия в стратосфере; диссипирующие планетарные волны; тропические циклоны;

космические процессы: усиление солнечной активности; галактические космические лучи и магнитное поле Земли; протонные вспышки;

геологические процессы: вулканизм; землетрясения; вариации магнитного поля Земли; глубинная водородная дегазация;

естественные процессы: лесные пожары; пылевые бури; орографические эффекты; молниевые разряды, направленные в стратосферу; Эль-Ниньо; деятельность азотпродуцирующих микроорганизмов;

антропогенные причины: сверхзвуковая авиация; применение азотных удобрений; ядерные взрывы; импульсный разряд и ударная волна.

Остановимся на некоторых из этих причин подробнее.

Влияние на озоновый слой сверхзвуковой авиации и космических ракет можно считать абсолютно доказанным. Кстати, в свое время американцы использовали это, чтобы почти «похоронить» англо-французский «Конкорд». Но в первую очередь это военные самолеты, в том числе и наши МИГи и СУ, а также космические аппараты. Так, космический «челнок» «Шаттл» при одном запуске способен уничтожить десять млн т озона, или 0,3 % от его общего содержания в земной атмосфере (Бурдаков, Филин, 1990). Но что-то никто не предлагает прекратить полеты сверхзвуковых самолетов и космических ракет …

Российский ученый В. Л. Сывороткин считает, что возникновение озоновых дыр связано с определенными геологическими структурами – рифтовыми зонами. В этих зонах идет интенсивное выделение водородных флюидов с примесью углеродных и галогенных газов, серы, рудных металлов, по мере подъема которых, при падении температуры и участии кислорода, происходит реакция, которая ведет к образованию воды. Таким путем в околополюсных пространствах формируются так называемые ледяные облака, способствующие разрушению озонового слоя.

Недавно появилась стратосферная гипотеза воздействия на озоновый слой (цит. по Г.Т.Фрумину, 2006). Найден пояс полярных стратосферных облаков, чрезвычайно активно уничтожающих озоновый слой. Ученые под руководством доктора Михаеля Хефнера из Германского исследовательского центра в Карлсруэ, проанализировав данные спутниковой съемки атмосферы в инфракрасном диапазоне, обнаружили пояс облаков, содержащих тригидрат азотной кислоты, которые появились над Антарктикой полярной ночью 2003 года. Частицы тригидрата, содержащие 3 молекулы воды и одну молекулу кислоты, способны в буквальном смысле слова "поедать" атмосферный озон.

Но самой доказанной является вулканическая гипотеза (тоже, кстати, связанная со стратосферными облаками). По мнению члена-корреспондента РАН В.В.Зуева (2010), главным регулятором состояния озонового слоя следует считать массированное вулканогенное аэрозольное возмущение стратосферы. Вулканогенный аэрозоль играет роль ядер конденсации при формировании частиц полярных стратосферных облаков в условиях аномально низких темпера­тур в стратосфере над Антарктидой в зимне-весенний полярный период. На твердых поверхностях частиц облаков происходит восстановление хлора из молекул-резервуаров, инициирующее образование озоновых дыр. Такой аномальный режим с очень низкими температурами образуется благодаря изоляции стратосферных воздушных масс внутри циркумполярного вихря. При более высоких температурах частицы ПСО не образуются и озон не разрушается. Именно поэто­му в 1986, 1988 и 2002 гг. озоновые дыры над антар­ктической станцией Халли были незначительными и кратковременными. Аналогичная ситуация реализу­ется в арктической стратосфере, где аномально низкие температуры, а с ними и озоновые дыры, наблюдаются редко и крайне непродолжительное время, хотя хлор­ных соединений регистрируется в Арктике не меньше, чем в Антарктиде.

Убедительно доказано, что наличие ядер конденсации тесно связано с вулканической активностью в начале 1980-х гг. в тропическом поясе. Однако наиболее сильное аэрозольное возмущение антарктической стратосферы, определившее длитель­ную депрессию озонового слоя, возникло в период 1991 – 1993 гг. после трех мощнейших извержений вулканов Пинатубо (Филиппины), Серро-Хадсон и Ласкар (Чили) Как следствие, практически на всех антарктических станци­ях полярной весной 1993 г. наблюдалась максимально глубокая и продолжительная озоновая дыра.

Другим поставщиком вулканогенного сернокислот­ного аэрозоля в антарктическую стратосферу является вулкан Эребус (Антарктида, высота 3794 м), активность которого возобновилась в 1972 г. и продолжается до сих пор. При его извержении вверх со скоростью более 700 км/ч выбра­сываются газовые струи, состоящие в основном из ди­оксида серы, хлористого водорода и метана. При такихскоростях они быстро достигают стратосферных высот, где из диоксида серы формируется сернокислотный аэрозоль, выступающий ядрами конденсации частиц в облаках. Замерзающий в них хлористый водород обеспе­чивает эффективность разрушительных реакций. Метан, блокируя хлорный цикл, также способствует накоплению хлористого во­дорода в стратосфере.

Самые мощные серии извержений наблюдались в 2000 и 2006 гг. Именно в эти годы были отмечены в Антарктиде наибольшие площади «озоновой дыры» за весь период наблюдений – почти 30 млн км2. Так при чем здесь фреоны?

Кстати, вулканическая гипотеза объясняет недавнюю загадку. В пузырьках воздуха, вмо­роженных в толщу антарктического льда, украинские исследователи обнаружили вещества, очень схожие по структуре с промышленными фреонами и в концентрации, сравнимой с современной. Однако глубина их залегания соответствует периоду тысячелетней (!!) давности.

Постоянно появляются и новые гипотезы. Так, недавно по СМИ и Интернету прошло сообщение, что основным разру­шителем озонового слоя может быть вовсе не фреон, а веселящий газ – закись азота, применяемая для анестезии. Разумеется, после операций под наркозом в атмосферу попадает ничтожное количество этого газа, а 99,99% атмосферной закиси азота обра­зуется из азотных удобрений. Эксперименты, проведенные Нацио­нальным управлением по исследованию океанов и атмосферы под руководством доктора Равишанкара (г. Боулдер, штат Колорадо), показали, что концентрация закиси азота в атмосфере растет на 0,25% в год и что надо срочно сокращать выб­росы этого газа.

К тому же за последние годы озоновый слой Земли сильно окреп. В северном полушарии его параметры вообще вернулись к уровню 1970-х гг., то есть того времени, когда озоновый слой считался невозмущенным. Практически исчезли хорошо известные озоновые дыры над Восточной Сибирью. Перестала расти и знаменитая Антарктическая озоновая дыра. Озоновый слой над европейской территорией России тоже больше не истощается. Подчеркнем, что столь быстрое восстановление озонового слоя происходит при максимальных концентрациях в атмосфере ХФУ: несмотря на все предпринятые человечеством усилия, содержание этих считающихся «озоноопасными» веществ еще не начало возвращаться к доиндустриальному уровню.

Таким образом, можно с уверенностью утверждать, что «фреоновая» гипотеза истощения озонового слоя в качестве единственной его причины оказалась фальсифицированной. Кое-кто хорошо на этом «нагрел руки». Но признаваться в своем крупнейшем «проколе» ни мировая наука, ни политические деятели (не говоря уж о бизнесе) не спешат. Многое в появление и исчезновение озоновых дыр объясняется динамикой самого озонового слоя, изменениями климата, эндогенными причинами. Ясно одно: мы пока еще очень мало знаем о природе и динамике озонового слоя, причинах его изменений и не можем делать точные прогнозы о состоянии озонового слоя даже в ближайшем будущем. Необходимо совершенствовать систему наблюдений и продолжить очень важные для всего человечества исследования.

1.4. ГЛОБАЛЬНОЕ ПОТЕПЛЕНИЕ КАК ВСЕМИРНАЯ МИСТИФИКАЦИЯ

Что-то неладное творится с погодой! В Аргентине в середине лета выпадает снег, Европа изнывает то от жары, то от вызванных ливнями наводнений. Тают горные ледники и арктические льды. Наступают пустыни. Жертвами природных аномалий стали сотни тысяч человек.

О глобальном потеплении и его катастрофических последствиях для всех государств и регионов говорят уже более 20 лет. Нет в мире более популярной темы. Об этом рассуждают на скамейках старушки и старички, спорят на своих семинарах и конференциях солидные ученые, высказываются на высоких трибунах все ведущие мировые политики. Кинематографисты создают фильмы-катастрофы, в которых нашу планету заливает океан, а города сносят ураганы и смерчи.

Началось все, как обычно, с ученых. На Международной конференции по проблеме антропогенного изменения климата, прошедшей в 1988 г. в Торонто, был сделан вывод, что последствия усиления парникового эффекта уступают лишь последствиям мировой ядерной войны. Тогда при ООН была создана межправительственная группа экспертов по проблемам изменения климата – МГЭИК (Intergovernmental Panel on Climate Change – IPCC), которая занялась всесторонними проблемами изменения климата.

По мнению этих учёных, средняя температура на планете возросла за последние 100 лет примерно на 0,6˚С, причем этот процесс наиболее активно происходит в последние годы. По прогнозам, к 2025 г. повышение температуры может составить 2,5˚ -3,0 ˚С, а к концу столетия – более 5˚С. При этом потепление ожидается более сильным в высоких широтах, станет намного теплее зима и более засушливым лето в умеренных широтах cеверного полушария. Произойдет интенсивное таяние ледников, что вызовет многометровое повышение уровня мирового океана с затоплением прибрежных территорий; начнется деградация «вечной мерзлоты»; степные ландшафты станут превращаться в пустыни; активизируются невиданные ранее болезни. Словом, сплошной Апокалипсис!

Одновременно была найдена основная (по многим оценкам – вообще единственная) причина глобального потепления. Им стало антропогенно обусловленное усиление так называемого парникового эффекта. Напомним коротко суть механизма этого эффекта.

Планета в основном живет за счет солнечного излучения. Атмосфера Земли и ее поверх­ность частично отражают па­дающее излучение, частич­но – поглощают. Нагретая Солнцем, а также за счет собственных внутренних процессов Зем­ля также излучает, но часть этого излучения поглощается содержащимися в атмосфере газами, причем они пропускают излучение в видимом диа­пазоне и поглощают в инфракрасном. Таким образом, эти газы удерживают на Земле дополнительное количество энергии, как крышка парника-теплицы, и поэтому называются парниковымиБлагодаря парниковому эффекту среднегодовая температура у поверхности Земли в последнее тысячелетие стабильно составляет примерно 15°С, без него она опустилась бы до –18°С, и существование жизни на Земле стало бы невозможным.

Так вот, ряд ученых забил тревогу: состав играющих столь важную парниковых газов резко изменился. В первую очередь это относится к одному из самых «ответственных» газов – углекислому (двуокиси углерода). По их мнению, сейчас атмосфера содержит на 25% больше углекислого газа, чем его было накоплено за последние 160 тыс. лет. Причем причина этого кроется исключительно в человеческой деятельности, прежде всего – в сжигании органического топлива. Действительно, в настоящее время в мире в результате сжигания топлива на тепловых электростанциях, других промышленных предприятиях и в автомобильных двигателях в атмосферу ежегодно выбрасывается более 5 млрд т диоксида углерода.

В 1990 г. около 300 климатологов из США и Западной Европы, входящие в IPCC, в своем первом докладе (сейчас их уже четыре!) сформулировали проблему так:

«Мы уверены, что выбросы в атмосферу, вызванные человеческой деятельностью, приводят к существенному увеличению концентрации парниковых газов в атмосфере… Это повышение концентрации увеличивает парниковый эффект, что приводит к дополнительному нагреву земной поверхности…»

Согласно их оценкам, если не принять мер, к концу XXI в. содержание атмосферного СО2 удвоится, что станет причиной грядущих катастроф.

Беспрецендентно быстро, всего за несколько лет, «парниково-углекислая» концепция (будем называть ее так) овладела умами не только большинства населения (что не удивительно – народ любит «страшилки»!), но и политиков. На знаменитой принятием «Повестки дня на XXI век» конференции ООН по окружающей среде и развитию в Рио-де-Жанейро (июнь 1992 г.), о которой мы уже упоминали в разд.1.2., была подписана специальная Конвенция ООН об изменении климата, что стало одним из главных итогов Конференции. В Конвенции, в частности, отмечается, что следует защищать климатическую систему Земли на благо нынешнего и будущих поколений, что глобальный характер изменения климата требует самого широкого сотрудничества между всеми странами и их участия в соответствующих международных мероприятиях (кто бы стал спорить?). Однако далее все свелось к необходимости сокращения выбросов парниковых газов – как будто никаких других проблем не существует …

Все 1990-е гг. прошли под знаком темы глобального потепления, вылившейся в борьбу с выбросами углекислого газа. В июне 1997 г. состоялась XIX Специальная сессия Генеральной Ассамблеи ООН по осуществлению «Повестки дня на XXI век», в том числе Конвенции по климату. В документах сессии подтверждается признание проблемы антропогенного изменения климата одной из крупнейших проблем мира в следующем столетии; констатируется, несмотря на все призывы, рост объёмов выбросов и уровней концентрации парниковых газов. Поэтому было признано необходимым выработать согласованные планы сокращения выбросов парниковых газов. Это было сделано в декабре 1997 г. в Киото (Япония) на Международной конференции по проблемам климата. Там был принят специальный документ – Киотский протокол, который поставил задачу – сократить всем странам к 2020 гг. выбросы парниковых газов на 20 %. Протокол определил конкретные ограничения выбросов парниковых газов странами – участниками конференции, в зависимости от уровня современных выбросов, а также утвердил специальный экономический механизм продажи своей квоты, если среднедушевые выбросы страны меньше среднепланетарного уровня. В частности, квота России до 2012 г. составляет 2,4 млрд т парниковых газов в год. Киотский протокол включал количественное ограничение и сокращение эмиссий по шести газам: двуокись углерода, метан, закись азота, а также гидрофторуглероды, перфторуглероды и гексафторид серы, но главным врагом был по-прежнему объявлен углекислый газ.

Однако с практическими мероприятиями, обозначенными в Киотском протоколе, дело шло туго. Ведь чтобы он вступил в силу, требовалось, чтобы он был принят к исполнению столькими странами, суммарные выбросы которых составляли бы не менее 50% общепланетарной величины в 1990 г. Между тем только выбросы США составляли 25 %, Китая -11 %, России – 9 %, а подписывать Киотский протокол эти страны (а также Индия, Австралия, многие развивающиеся страны) не спешили.

Активно против подписания Россией Киотского протокола выступило большинство ученых Российской Академии наук. Весной 2001г. в знаменитом главном здании Русского географического общества в переулке Гривцова в Санкт-Петербурге мне довелось слушать выступление ведущего российского климатолога академика Кирилла Яковлевича Кондратьева.

«В 2000 г. сменилось руководство США и России, пришли к власти администрации Буша и Путина. Вскоре я послал в оба адреса свои резкие возражения против ратификации Киотского протокола, с научной аргументацией. От президента США я быстро получил ответ с благодарностью; не думаю, что только из-за моего письма, но факт остается фактом – вскоре Буш объявил о выходе США из Киотского протокола. От родного президента никакого ответа нет до сих пор…» .

В 2004 г. вопрос стал ребром: подписывать Протокол или нет. В мае 2004 г. был готов важнейший документ: совместное Заключение нескольких отделений Российской Академии наук. Академики-природоведы однозначно заявили, что Киотский протокол: 1) не имеет научного обоснования, 2) неэффективен с точки зрения влияния на климат и 3) несет России существенные риски, связанные с ограничением темпов ее экономического роста.

Однако и в ученом мире не все были с этим согласны. В частности, Институт энергетических исследований РАН подготовил доклад, в котором высказался в пользу ратификации Киотского протокола. По мнению специалистов этого института, торговля квотами углекислого газа может оказаться выгодной для России; это же подтвердили некоторые экономисты. Таким образом, президенту В.В. Путину и российскому правительству были даны противоречивые рекомендации относительно целесообразности ратификации Киотского протокола. Как обычно бывает в таких случаях, решающими оказываются субъективные обстоятельства, экономические и политические соображения, например, настойчивые просьбы руководителей безоговорочно (в то время!) поддерживающих Киотский протокол стран Евросоюза. Сыграла свою роль и «красота жеста»: именно после того, как в ноябре 2004 г. протокол был ратифицирован Государственной Думой, а 16 февраля 2005г. подписан президентом, он наконец-то вступил в силу на всей планете – был превышен вышеназванный «порог» в 50 %.

В то же время доводы об абсурдности Киотского протокола продолжали накапливаться и усиливаться. Их набирается множество. Рассмотрим детальнее десять основных.

1. Не может считаться доказанным даже сам факт глобального потепления. Точность инструментальных наблюдений не безукоризненна; во многих малонаселенных районах мира, а особенно на занимающей две трети земного шара океанической глади наблюдений просто нет (тем более не было ранее, а ведь надо сравнивать с прошлыми периодами). Кстати, спутниковые наблюдения тенденции потепления не подтверждают. К тому же изменения температур даже в близко расположенных пунктах различны; так, если на большой части Иркутской области за последние 30 лет наблюдается действительно потепление, то в одном из северных городов – Киренске, напротив, стало холоднее. Много путает в расчетах наличие «островов тепла» в крупных городах.

2. Даже если сейчас глобальное потепление идет, совсем не обязательно, что оно вызвано парниковым эффектом. Существует множество других причин изменений климата, например, связанных с астрономическими факторами: колебаниями солнечной активности или изменениями интенсивности солнечной радиации при циклических изменениях расстояния Земли от Солнца изменения наклона земной оси (известные всем ученым циклы Миланковича). Скорее всего, наблюдающееся потепление – это просто положительная ветвь обычного цикла колебаний метеопараметров. Тогда совсем не исключено, что она уже в ближайшее время сменится (а может, уже сменилось) похолоданием. Кстати, холодные зимы, которые случаются в последние годы то там, то тут, этому лишнее доказательство.

3. Даже если потепление идет, вызванные этим страхи сильно преувеличены. Таянье горных ледников, конечно, неприятно с ландшафтной или рекреационной точки зрения, но это также, скорее всего, лишь обычное проявление колебательного цикла; придет время – ледники опять увеличатся. К повышению уровня мирового океана это таяние, понятно, не ведет, как и таяние арктических льдов вокруг Северного пояса. Для этого необходимо интенсивное таяние ледников Гренландии и Антарктиды. Но темпы таяния гренландских ледников не так велики, а площадь основного антарктического купола пока только увеличивается. Тем более что уровень мирового океана – это саморегулируемый процесс, и его сложные закономерности далеко не ясны. То же самое относится и к другим «страшилкам», обусловленность большинства из них глобальным потеплением абсолютно не доказана. Да, часты ныне различные природные катаклизмы; но это результат «сбоев» в сложнейшей системе «суша – атмосфера – океан», и объяснять их лишь повышением температуры – большое упрощение. Также как неясны причинно-следственные зависимости в деградации «вечной» мерзлоты, в процессах опустынивания, в развитии пандемий и т.п: «вешать всех собак» на глобальное потепление – это всего лишь традиция последних десятилетий.

4. Даже если потепление есть, совсем не обязательно относиться к нему только негативно. Особенно у нас в России, где за последние десятилетия температура воздуха (причем преимущественно за счет зимней) повысилась в среднем на 1 градус; на большей части страны повышение температуры совсем не помешало бы. Ведь это означает увеличение продолжительности вегетационного периода, уменьшение суровости зим, экономию энергоресурсов и другие совсем неплохие последствия. А таяние льда арктических морей поможет сделать круглогодичной навигацию на Cеверном морском пути, будет способствовать освоению нефтегазовых месторождений арктического шельфа; все это с высочайшими экономическими «плюсами». Так стоит ли России так уж ратовать за борьбу с потеплением?

5. Даже если усиление парникового эффекта может считаться опасным, почему его основным виновником «назначен» углекислый газ? Ведь наиболее значимым природным парниковым газом являются обычные пары воды. По мнению профессора Е.П. Борисенкова, из 33,20С повышения температуры в приземном слое атмосферы, которые даёт "парниковый эффект", только 7,20С обусловлено действием углекислого газа, а 260С – парами воды. Водяной пар задерживает до 60% теплового излучения Земли, а углекислый газ – не более 20%.

Не менее важен в качестве парникового газа метан. Хотя сегодня вклад метана в прирост температу­ры оценивается в четыре раза меньше вклада СО2, однако скорость поступления метана в атмосферу превышает ско­рость поступления СО2. Метан антропогенного происхождения поступает в ат­мосферу при утечке газов на трубопроводах и в квартирах, образуется на рисовых полях. Но имеется и множество источников метана естественного происхождения, начиная от обычного газа, поступающего затем в наши квартиры, и болотных газов, до экзотических газогидратов – льдоподобных веществ, существующих при низких температурах и вы­соком давлении в районах веч­ной мерзлоты на глубинах больше 100—200 м и на конти­нентальном склоне океанов на глубинах выше 300 м. Недавно газогидраты нашли на дне Байкала. Глобальное потепление может привести к поступлению в атмосферу метана из этих огромных залежей. Соглас­но некоторым оценкам, в XXI в. именно роль метана как парнико­вого газа будет определяющей.

6. Даже если повышение температуры сопровождается повышением содержания углекислого газа в атмосфере, это совсем не значит, что второе является причиной первого. Напротив, более вероятно, что именно повышение температуры вызывает рост углекислого газа, выделяющегося из океана вследствие уменьшения его растворимости в воде. Это убедительно доказывается с помощью кернов льда с антарктической станции «Восток»

7. Даже если углекислый газ в определенной степени «виновен» за потепление, почему все обрушились только на выбросы в атмосферу? Хорошо известно, что ежегодно до 2 млрд т его поступает в атмосферу за счёт сведения лесов, особенно тропических. Леса исчезают с поверхности планеты с катастрофической скоростью, за два последних века их площадь сократилась вдвое. Лесная растительность, поглощая углекислый газ, выделяя кислород, активно участвуя в водном балансе в процессе транспирации, во все эпохи была главным регулятором и структуры парниковых газов, и состава атмосферы в целом. Может, именно на глобальный антропогенный фактор катастрофического уменьшения лесистости планеты надо бы обратить основное внимание мировому сообществу?

8. Даже если антропогенная деятельность влияет на содержание углекислого газа, насколько именно она определяет в конечном счете это содержание? По мнению члена-корреспондента РАН А.П. Капицы, доля выбросов CO2, связанных с хозяйственной деятельностью человека, составляет проценты от общего оборота углекислоты в природе. Основные природные источники углекислого газа в атмосфере – извержения вулканов и естественные лесные пожары, а его главный регулятор, как уже говорилось, – мировой океан. Поступление углекислого газа в атмосферу за счёт вулканической деятельности оценивается в 175 млн т в год. Осаждение его в виде карбонатов связывает около 100 млн т. Велик океанический резерв углерода – он в 80 раз превышает атмосферный. В биоте углерода концентрируется втрое больше, чем в атмосфере, причём с увеличением содержания углекислого газа возрастает продуктивность наземной растительности. Углеродный цикл наземной и водной биоты, гидросферы, литосферы и атмосферы всегда находился в равновесии, хотя в истории Земли бывало всякое. Велики ли у нас основания утверждать, что планета уже перестала справляться с антропогенной «добавкой» к мощным естественным процессам?

9. Даже если в «парниково-углекислой» концепции есть какая-то доля истины, то насколько надежны прогнозы глобального потепления? Надо откровенно признаться, что достаточно надежной методологии долгосрочного и, тем более, сверхдолгосрочного прогнозирования просто не существует. Все попытки моделирования сверхсложных процессов и взаимодействий системы «суша – атмосфера – океан», даже без учета антропогенного воздействия, являются весьма приближенными, несмотря на все суперкомпьютеры и спутниковые данные. Недаром не удается обычно предсказать все обрушивающиеся на планету климатические катаклизмы. Да ведь и прогнозы межправительственной группы экспертов по проблемам изменения климата IPCC обычно даются в виде нескольких сценариев, параметры будущих изменений в которых отличаются почти на порядок. Из них для широкой публики, конечно, выбираются самые страшные, а об остальных стыдливо умалчивается.

10. Наконец, насколько реальными являются мероприятия, предусмотренные Киотским протоколом, и насколько они помогут климату планеты? Его введение в действие, как уже рассказывалось, затянулось на годы. К тому же он изначально, без участия США, Китая, Индии, долгое время – и России, был обречен. Предложенные рыночные механизмы так по настоящему не заработали; во всяком случая, Россия фактически так ничего не получила, хотя и очень надеялась. Да и даже если бы удалось понизить содержание в атмосфере углекислого газа к 2020 г. на 20 %, этого, учитывая вышесказанное, никто бы и не почувствовал.

Читатель вправе спросить: ну и ладно, пусть не все хорошо с этим Протоколом, но что же плохого, если удастся добиться сокращения выбросов, снизить загрязнение атмосферы? Этот аргумент, кстати, один из основных в защиту Киотского протокола у «зеленых» движений и большинства политиков. Но и здесь имеет место сознательный обман. Основные негативные последствия для населения, растительности, животного мира от выбросов в атмосферу совсем не углекислого газа, а других веществ – окислов серы, азота, органических соединений (метилмеркаптана и др.), фтористого водорода, угарного газа, золы и др. Множество специалистов были вынуждены переориентироваться на проблемы снижения СО2, включая его измерение (в России датчиков измерения уровня СО2, просто не существовало, из-за очевидной неактуальности этого показателя). Переключение внимания (и, соответственно, средств!) в последние десятилетия исключительно на борьбу с углекислым газом существенно ослабило все действительно приоритетные мероприятия и тем самым только нанесло ощутимый вред защите окружающей среды. К тому же снижение СО2, если бы его удалось добиться, как показано выше, совсем не безвредно для окружающей среды и привело бы к снижению продуктивности сельскохозяйственной растительности, обострив одну из актуальных мировых проблем – продовольственную.

Что же касается России, то относительно низкий удельный вес выбросов углекислого газа в последние десятилетия был вызван прежде всего экономическим спадом производства в 1990-е гг. Если же рассчитывать на экономический рост, к которому мы стремимся, то очень скоро, поскольку быстро изменить технологии мы не сможем, наша квота на выбросы будет исчерпана, и придется вводить согласно Киотского протокола специальные ограничения. Только этого нам не хватало, мало у нас проблем?

Но вернемся к событиям после вступления в силу в 2005 г. Киотского протокола. Постепенно обстановка вокруг его менялась. Симптоматичным стало «отрешение» некоторых видных политиков, например, премьер-министра Великобритании Тони Блэра, ранее активного сторонника подписания Протокола. Он признал, что глобальное потепление невозможно предотвратить, устанавливая для отдельных стран квоты на выброс парниковых газов, тем более что ни одна страна в мире не пожертвует своим экономическим ростом или снижением энергии в экологических целях. Но по инерции, хотя «бум глобального потепления» уже прошел, все действия вокруг него продолжались. Эта тема оставалась «дежурной» на высоких форумах, звучать в выступлениях генеральных секретарей ООН; созывались и специальные конференции, например, в 2007 г. на острове Бали (Индонезия). Продолжали работу эксперты, изобретались новые технологии борьбы с СО2, на все это шли миллионные средства. Апофеозом торжества «парниково-углекислой» концепции стало присуждение в 2007 г.. Нобелевской премии группе экспертов IPCC и экс-вице-президенту США Альберту Гору – наиболее активным защитникам концепции в науке и политике.

Наступил 2009 г., в декабре которого в Копенгагене предполагалось на высочайшем уровне руководителей государств обсудить проблему глобального потепления и решить вопрос о продлении действия Киотского протокола. Накануне ее президент России Д.А.Медведев встретился с членами Российской академии наук. Одна из главных задач встречи – соориентироваться насчет копенгагенского саммита. Мнение ученых было однозначным: глобальное потепление совсем не страшно, России брать на себя тяжелые обязательства по сокращению промышленных выбросов совсем не нужно. Вице-президент РАН академик Николай Лаверов вообще доказал, что вскоре мир ждет длительное похолодание, да и сейчас оно, если мерять тысячелетиями, уже идет (5000 лет назад было теплее!), а все происходящее – только паника. Директор Института глобального мониторинга и климата РАН академик Юрий Израэль предсказал, копенгагенская встреча кончится провалом: неправильно все меры по учету климатических изменений сводить только к борьбе с парниковыми газами, тем более что это и стоит дорого, а эффектов, если они вообще будут, надо ждать веками.

Так все и получилось. Преобладали уже набившие оскомину рассуждения о необходимости защиты окружающей среды и борьбы с загрязнением атмосферы, общие слова о необходимости продления мероприятий по сокращению выбросов, но о конкретном продлении Киотского протокола договориться не удалосьИз 75 государств, сообщивших о мерах по снижению выбросов, почти половина – это развивающи­еся страны, которое свое решение присоединиться к усилиям по сохране­нию климата обусловили получением новых технологий и финансовой помощи от развитых стран, что более чем проблематично: в тех, ощутимо пострадавших от финансово-экономического кризиса, далеко не все с этим согласны. К тому же, как заявил глава Секретариата Рамочной конвенции Иво де Бур, этих мер будет недостаточно для того, что­бы выполнить поставленную в Копенгагене цель: ограничить рост температуры двумя градусами Цельсия.

Имеются и другие причины фактического провала копенгагенской встречи. Прошло уже 2 десятилетия с начала «парниково-углекислого шума», и многие убедились, что страшные прогнозы не оправдываются, модели не работают, связать убедительно климатические бедствия и парниковый эффект не удается, да и результатов действия Киотского протокола не видно. К тому же и доверие к экспертам у многих пошатнулось, стала понятна их ангажированность определенными кругами; стали достоянием сведения одопущенных ими, мягко говоря, неточ­ностях, например, связанных с таянием гималайских ледников.

Годы идут. Киотский протокол действует, хотя число его сторонников все уменьшается. Все более громки предсказания грядущего похолодания. Вот, например, только одно из них, принадлежащее немецкому кли­матологу Моджибу Латифу из Института морских исследо­ваний имени Лейбница. Он утверждает, что тенденция похолодания, связанная с естественными причинами, будет домини­ровать над потеп­лением в ближайшие годы. Температура будет снижаться в течение двух десятилетий, и многие скажут, что глобальное потепление остановилось. Свои предположения он объяс­няет циклическими изменени­ями океанских течений и тем­пературы в Северной Атланти­ке, так называемом Североатлантическим колеба­нием, а именно оно определяет погоду в Северной Америке и Европе. Оно же несет ответствен­ность за сильное повышение температуры в последние трид­цать лет, однако сейчас колеба­ние перешло в фазу похолодания.

Изменение обстановки наиболее ярко ощущается в изменении тональности выступлений политиков, в том числе и в России. Например, в апреле 2010 г. Председатель Совета Федерации, глава партии «Справедливая Россия» Сергей Миронов выступил с лекцией «Вызовы глобального изменения климата и возможные ответы России на них» в Московском государ­ственном институте международных отношений (университете) МИД России. Он обратил внимание аудитории на то, что платой за пренебрежение к объективным результатам науч­ных исследований о тенденциях изменения климата планеты мо­гут стать ошибки в определении путей экономического развития государств, угрозы самой жизнедеятельности целых стран и наро­дов. С другой стороны, по его словам, не стоит впадать и в другую крайность, подменяя взвешенный анализ складывающейся ситуа­ции паническими теориями. Так, влияние антро­погенного фактора в причинах глобального потепления сильно преувеличено. Он обратил внимание на «пиар-кампанию» по поводу «озоновых дыр» и особо подчеркнул, что сегодня многие спекулируют на теме «парникового эффекта», подчеркнул, что в основе безответственных подходов к климатическим проблемам лежит не только бездумная «гонка за сенсациями», но, бывает, и простой расчет. С.Миронов высказал мнение, что сегодня че­ловечество находится на развилке – самое время задуматься, по-новому оценить некоторые спорные положения, которые были положены в основу «киотского процесса».

Так почему же этот «процесс пошел» и идет до сих пор? Причин несколько, и все они лежат на поверхности, но три из них главные. Во-первых, это, как и в случае с «озоновыми дырами», мощное давление определенных промышленно-финансовых кругов, тех, кому это было выгодно – атомному лобби, создателям новых технологий, автомобилей без выбросов, установок альтернативной энергетики, приборов нового поколения и т.п. (причем многое из этого в самом деле полезно для человечества). Во-вторых, авторитетное мнение многих климатологов, часть которых искренне заблуждались, и их можно понять – процессы изучаются суперсложные; а другие довольны вниманием и, естественно, деньгами – никогда ранее климатические проблемы не были в центре и мировой науки, и бизнеса. Ну а в-третьих, это действия политиков, которые всегда готовы использовать всенародное внимание для достижения своих целей.

Так что кто-то на проблеме глобального потепления и ее «парниково-углекислой» концепции «нагрел руки» и стал миллионером, кто-то защитил диссертации, кто-то прошел в сенат. Ну а человечество в целом, думается, немало пострадало, направив гигантские усилия и средства на проблему, оказавшуюся очередным мифом, в ущерб многим другим – вполне реальным. Хотя еще ничего не закончено, а эхо будет звучать еще очень долго, я уверен: когда-нибудь всю эту историю будут называть величайшей мистификацией конца XX– начала XXIвека.

Выходные данные материала:

Жанр материала: Отрывок из книги | Автор(ы): Корытный Леонид Маркусович | Источник(и): Эхо эколого-экономических скандалов - Издательство СО РАН. 2011 | Дата публикации оригинала (хрестоматии): 2011 | Дата последней редакции в Иркипедии: 19 мая 2016

Примечание: "Авторский коллектив" означает совокупность всех сотрудников и нештатных авторов Иркипедии, которые создавали статью и вносили в неё правки и дополнения по мере необходимости.

Материал размещен в рубриках:

Тематический указатель: Книги | Иркутская область | Библиотека по теме "Природа. Экология"