Дадешкелиани, Александр Михайлович

Вы здесь

Версия для печатиSend by emailСохранить в PDF

Александр Михайлович Дадешкелиани (? - ?) князь, адъютант генерал-губернатора Восточной Сибири Н.Н. Муравьева.

Биография А.М. Дадешкелиани

Попал в Сибирь не добровольно. Сын владе­тельного князя Сванетии, он был наказан за преступление, совершенное старшим братом. Бронислав Кукель, друживший с А.М. Дадешкелиани, из­ложил эту историю, вероятно, с его слов. Владетельному князю Константину Дадешкелиани наместник Кавказа кн. А.И. Барятинский при­казал оставить Сванетию. После того, как он отказался сделать это, его вызвали в Кутаис, где генерал-губернатор кн. А.И. Гагарин повторил распоряжение, сделав это в грубой и оскорбительной форме.

«Оскорб­ленный Дадешкелиани пришел в исступление» и несколькими ударами кинжала убил Гагарина и двух присутствовавших чиновников. Сам К.М. Дадешкелиани был расстрелян (по другим сведениям — повешен), а его младшие братья высланы: Александр — в Сибирь, а двое младших — в Польшу».

В Иркутске А.М. Дадешкелиани, после сухой и казенной встречи с отнесшимся к нему строго К.К. Венцелем, нашел теплый и радушный прием в доме Кукелей — Клейменовых. Младший брат начальника шта­ба Б.К. Кукеля, Бронислав, чьи воспоминания мы цитировали выше, относил это радушие на счет грузинского происхождения Н.Т. Клейме­новой, тещи Кукеля. Однако дружеское участие Б.К. Кукеля в судьбе А.М. Дадешкелиани можно объяснить и известным сходством их взгля­дов и настроений.

По воспоминаниям Бр.К. Кукеля, Н.Н. Муравьев после возвраще­ния в Иркутск обласкал Дадешкелиани. Прибывший в Сибирь в чине поручика в 1857, Дадешкелиани был определен сотником в Забайкаль­ское казачье войско, в 1858 произведен в следующий чин и назначен адъютантом генерал-губернатора. Как и другие адъютанты, он участ­вовал в организации и проведении амурских сплавов, а в 1860, остава­ясь адъютантом, получил важную самостоятельную должность коман­дира Уссурийского казачьего батальона.

Фактически Дадешкелиани оказался в роли главного начальника нового края. К командиру Уссурийского батальона предъявлялись осо­бенно высокие требования, так как его непосредственный начальник, губернатор Приморской области, был занят морскими делами. Исправ­лявший должность генерал-губернатора М.С. Корсаков так объяснял свой выбор в письме к Н.Н. Муравьеву:

«На Уссури должен быть на­чальник с весом, человек деятельный и надежный, а главное, добросове­стный. Князь все эти качества в себе соединяет».

В том же духе, не­сколько иначе расставляя акценты, Корсаков характеризовал Дадешке­лиани в письме к русскому посланнику в Китае Н.П. Игнатьеву:

«Он человек основательный и надежный во всех отношениях, а теперь, когда Казакевич уходит на эскадре, более, чем когда, нужно там иметь челове­ка самостоятельного».

Хотя в Уссурийском крае Дадешкелиани про­был недолго, он сумел заслужить благодарность начальства и уважение подчиненных. Об отношении к нему казаков вспоминал купец П.И. Пахолков, писавший о нем в таких выражениях: «честная благородная ду­ша», «человек прямой и бескорыстно честный», «от души желаю своей родине побольше иметь таких чиновников, как он». Муравьев же, про­ся Игнатьева отрекомендовать Дадешкелиани государю и военному ми­нистру, писал:

«Он так служит и так полезен, что пора бы снять с него острацисм» (т. е. высылку в Сибирь).

Следующим важным этапом в сибирской карьере Дадешкелиани было исполнение им обязанностей мирового посредника в Нерчинском округе. «Положение о горнозаводском населении казенных горных заво­дов ведомства Министерства финансов, 8 марта 1861», распростра­нявшееся и на принадлежавшие Кабинету Нерчинские заводы, освобож­дало «горнозаводских людей» от обязательной службы. Подробно исто­рия «раскрепощения труда» в Восточной Сибири рассмотрена в статье Б.Г. Кубалова и С.Ф. Коваля. Авторы констатировали, что реализацией «Положения» занималось немало чиновников, большое внимание этому вопросу уделял и М. С. Корсаков. Перед ними стояла задача землеуст­ройства, организации горнозаводских обществ и общественного управ­ления. Интересы и цели восточносибирской администрации столкнулись здесь с интересами и задачами Кабинета. Если «Кабинет отстаивал ма­лоземельный и безземельный вариант освобождения, чтобы вернуть ра­бочих на заводы», то местные власти стремились увеличить размеры землепользования и возможности заниматься земледелием новых «сво­бодных сельских обывателей».

А.М. Дадешкелиани сумел немало сделать в роли мирового посред­ника. Он писал М.С. Корсакову:

«Образование общественного управле­ния сельских и волостных правлений в октябре месяце... кончены... Ход дела общественного управления и понимание его сущности населением идут весьма успешно».

В своей деятельности ему приходилось непре­рывно конфликтовать с представителями горного ведомства. Хотя на­чальник Нерчинского горного округа О.А. Дейхман сам был сторонни­ком реформ, «горное ведомство... рассчитывало, что не только рудники и промыслы останутся в его ведении, но что и население будет подчинено его же ведению», чему и противодействовал Дадешкелиани. Но глав­ной его заботой были размеры земельных наделов освобождаемых. Именно в этом вопросе «придиркам и предлогам к стеснению» не было конца. Полковнику Дадешкелиани пришлось прибегнуть к «энергиче­ским мерам к ослаблению их и к отстаиванию интересов населения». Кроме частных писем к Корсакову, он подал и официальный рапорт, в котором заявил, что горное ведомство, оставляя у освобождающегося населения только то количество земли, которым оно пользовалось преж­де, «ставит население в самое безвыходное положение». Кроме общей позиции Кабинета, сказывались и корыстные интересы служащих Нерчинского горного округа. Дадешкелиани обнаружил «факт широкого захвата ими лучших участков, в особенности покосов, в нарушение всех законоположений».

Дадешкелиани был вынужден выходить за пределы своей компе­тенции. Выяснив, что «на некоторых промыслах рабочие не рассчитаны деньгами с 1 июня», а вместо положенных 150 тыс. в Нерчинском гор­ном правлении значится всего 5 тыс., он настаивает на ревизии дел гор­ного правления и добивается у генерал-губернатора назначения специ­альной комисии. Им также были вскрыты и преданы огласке злоупотребления со стороны полиции.

Эту же деятельность Дадешкелиани пытался продолжить и в Ир­кутске. Так, узнав о том, что полицмейстер Н.И. Вакульский берет взят­ки с акцизных чиновников, Дадешкелиани «сказал при большом собра­нии акцизных чиновников, что он удивляется, как низко упало в грязь их новое учреждение, и обвинял их в этом». Впоследствии он даже потре­бовал объяснений у замещавшего генерал-губернатора Е. М. Жуковско­го — разрешено ли полиции взимание дани с акциза.

В Иркутске Дадешкелиани поддерживал дружеские отношения с П.А. Кропоткиным. В дневнике последнего есть такая запись:

«Мы чи­тали с князем Дадешкелиани статью Маколея „Мирабо". Маколей очень дельно говорит в ней о революции, вместе с тем делает замечания отно­сительно ужасов, сопровождавших ее, в душе оправдывая их гнетом, бывшим до того времени. Чем сильнее давление, тем сильнее будет про­тиводействие... Дадешкелиани вполне согласился».

Из дневниковых же записей Кропоткина выясняется, что именно Дадешкелиани преду­предил М.Л. Михайлова о направленном к нему жандарме.

В 1865 Дадешкелиани получил разрешение выехать в Европей­скую Россию. Правда, ему так и не удалось вернуться на Кавказ. Службу князь А.М. Дадешкелиани закончил в Одесском военном округе, откуда писал Корсакову о том, что «пребывание более семи лет в Сибири, жизнь, прожитая там, интересная и поучительная служба останутся на­всегда лучшими и отрадными воспоминаниями».

Выходные данные материала:

Жанр материала: Термин (понятие) | Автор(ы): Матханова Наталья Петровна | Источник(и): Высшая администрация Восточной Сибири в середине XIX в.: Проблемы социальной стратификации. - Новосибирск, 2002 | Дата публикации оригинала (хрестоматии): 2002 | Дата последней редакции в Иркипедии: 27 марта 2015