Быт городского населения // «Историческая энциклопедия Сибири» (2009)

Вы здесь

БЫТ ГОРОДСКОГО НАСЕЛЕНИЯ. В доиндустриальных обществах быт и производство нераздельно связаны друг с другом, для описания жизнедеятельности людей в таких об­ществах правомерно использовать более широкую ка­тегорию — «уклад жизни».

Одним из основных отличий городского быта от жизни людей в традиционно-аграрном обществе является четкое разделение в про­странстве и времени производственных и внепроизводственных сфер. Для крестьянской семьи ее дом и двор служат местом и работы, и отдыха, и удовлетворения бытовых потребностей; границы между свободным и рабочим временем не являются четко фиксированными. В индустриальном обществе сфера быта, по существу, выделяется в отдельную область жизни человека. Бытовая жизнедеятельность людей протекает во внепроизводственное время. Часть его может быть занята государственно-организован­ным обучением или же общественно-политической деятельностью. Но такие занятия не относятся к сфере быта.

По отношению к быту в качестве синонима часто ис­пользуется понятие «частная жизнь». В нем точно под­мечена особенность жизнедеятельности людей в быту: здесь они сами (конечно, под влиянием устоявшихся общественных норм) определяют: что, как и когда будут делать, с кем и какие строить отношения. Тем не менее понятия «быт» и «частная жизнь» неравнозначны.

В жизнедеятельности городского населения Сибири в XX в. сфе­ра быта и бытовых отношений отграничивается как относя­щаяся к личной, частной жизни человека — вне производства, политики, профессиональных занятий в учреждениях культуры, например, преподавания или обучения в системе образования. Соответственно пространственно-предметные ориентиры для выделения сферы быта включают в себя жилище человека, предметы домашней обстановки и культурно-бытового пользования, окружающую среду обитания: двор, улицу, а в более широком смысле — коммунально-бытовую и культурную инфраструктуру города. Учреждения культурного и бытового обслуживания (например, столовые, кинотеатры) в случае обращения к ним человека для удовлетворения каких-либо материально-бытовых или культурных потребностей представляют для него также условия быта. Однако сами по себе они относятся к отраслям общественного хозяйства. Деятельность работа­ющих там людей является профессиональным занятием.

Ведущей функцией быта в отличие от производства слу­жит потребление. Однако само потребление выступает только предпосылкой и частью более широкой функции: воспроизводства физических и духовных сил человека, а также его поступательного развития как личности. Такое воспроизводство включает в себя и производство и воспитание новых по­колений, т. е. воспроизводство не только одного конкретного человека, но и всего человеческого рода.

Под потреблением обычно понимают удовлетворе­ние материальных потребностей, однако в ткань бытовых отношений и бытовой жизнедеятельности вплетается восприятие культурных, ценностей, поэтому потребление включает также осво­ение различных компонентов духовной культуры.

Быт представляет собой исторически развивавшую­ся сферу жизнедеятельности. На этапе присоединения Сиби­ри к России происходило основание и формирование первых городских поселений, однако уклад повседневной жизни населения в них практически не отличался от традиционного крестьянского образа жизни. Зачатки городского образа жизни формировались прежде всего у представителей высших слоев общества: чиновного дворянства, духовенства, купечества, в жизнедеятельности которых сфера быта постепенно приобре­тала самостоятельное значение. Формирование быта как отдельной сферы общественной жизни начинается с ростом городов и городского населения. В начале XX в. в составе жителей Сиби­ри горожане составляли менее 1/10 части, но реально людей, ведущих действительно городской образ жизни, было вдвое-втрое меньше, т. к. значительная часть городов пред­ставляла собой большие деревни.

Данные всесоюзных переписей 1926 и 1939 показывают, что за короткое время произошли существенные перемены в составе сибиряков, позволяющие констатировать уско­ренное развитие процесса урбанизации. В 1926 в Сиби­ри проживало 11 024 тыс. человек. Городское население составля­ло 1 415 тыс. (12,8%), сельское - 9 609 тыс. (87,2%). В 1939 в Сибири проживало 14 112 тыс. человек, в том числе в городах — 4 424 тыс., т. е. 31,3%. К началу Великой Оте­чественной войны городское население Сибири увеличилось еще более чем на полмиллиона и достигало 33,1% от населения региона.

Материальной основой быта человека является его жили­ще. Психологические потребности людей в уединении, отдыхе, личной жизни формируют ориентацию на автономное существование семьи или индивида в отдельном жилом по­мещении. Вначале в городе сохраняется тип жилища, продолжающий традицию отдельного крестьянского дома. Но с разви­тием городов и превращением жилищ, строительства в отрасль индустриального производства типичными становятся многоквартирные дома с отдельными квартирами.

Значительная часть городского населения Сибири в первой половине XX в. по существу не имела своего жилища, прожи­вала в бараках, землянках, снимала так называемые углы. После окончания Гражданской войны приток населения в города Сибири как из центральной части страны в связи с лишени­ями и голодом, так и из сибирской деревни еще более усугубил жилищный кризис. С 1923 по 1926 население 30 горо­дов Сибири выросло на 158,9 тыс. человек. В результате на 1 городского жителя в Сибирском регионе приходилось в 1926 только 4,8 кв. м жилья, в то время как в среднем по стране этот показатель составлял 5,86 кв. м. Например, жилплощадь городов Кузбасса за 1927—30 выросла в 2 раза, а численность населения — почти в 3 раза. В итоге на начало 1931 здесь имелось в среднем лишь 2,4 кв. м жилой площади на 1 человека. Не лучше обстояло дело и в городах Восточной Сибири, где на 1 проживающего приходилось 2—2,5 кв. м.

В годы первой пятилетки происходило постоянное сни­жение обеспеченности жильем. В городах Западной Сиби­ри на 1 жителя в 1929 приходилось 4,2 кв. м жилья, в 1930 - 4, в 1931 - 3,8, в 1932 - 3,6 кв. м. В 1930-е гг. развернулось интенсивное строительство жилья в сибирских городах. Только государственный жилой фонд в городских. поселениях Западной Сибири вырос с 2,5 млн кв. м в 1932 до 3,8 млн кв. м в 1937. В городах Восточной Сибири государственный жилой фонд в 1937 составил 3,3 млн кв. м. Но в связи с опережающим ростом городского населения обеспеченность жильем оставалась на уров­не 3—4 кв. м. Этот показатель был далек от удовлетво­рения потребностей горожан в жилье. Дома индивидуальной застройки являлись основным типом жилых строений в сибирских городах. В Барнауле в 1931 они составляли 75%, в Новосибирске — 67,7, в целом по городам Сибири — 72,8% всего жилого фонда. Только к концу 1930-х гг. в связи с возрастанием объемов государственного строительства доля индивидуального секто­ра в сибирских городах сократилась до 40—50%.

Большое значение для городского быта имеет коммунальное хозяйство. В городах Сибири в первой половине XX в. начинает формироваться коммунально-бытовая инфраструктура. В то время как крестьянин в рамках натурального хозяйства почти целиком находится на самообеспечении, для городского жителя удовлетворение значительной части потреб­ностей зависит от развития инфраструктуры вне стен собственного жилища. Быстрый рост городов, скопление в них больших масс населения потребовали более интенсивно­го, чем прежде, развития городского хозяйства: водопровода, ка­нализации, уличного освещения, благоустройства дворов и улиц. Суммарная мощность городских водопроводов Западной Си­бири за 1928—36 выросла с 17,8 тыс. до 64 тыс. куб. м воды в сутки, или в 3,5 раза. Средняя подача воды в расчете на 1 жителя в середине 1930-х гг. составила в Новосибирске 24 л в сутки, Новокузнецке — 48, Томске — 25, Омске — 13 л (при санитарной норме 40 л). Установка коллективных водо­проводных колонок также позволяла населению сибирских горо­дов сократить затраты времени и сил на доставку воды для домашних нужд. В 1936 таким образом снабжалось водой 70% населения Новокузнецка, 50% — Кемерова, 45% — Ленинска-Кузнецкого, 40% — Прокопьевска.

В связи с тем что ванных комнат в жилищах поч­ти не было, потребность населения в обеспечении лич­ной гигиены удовлетворялась в основном сетью коммунальных и частных бань. В Новосибирской области в 1937 насчитыва­лось 92 коммунальные бани на 6877 мест. В Алтайском крае в 1937 коммунальные бани обслужили 2852,5 тыс. человек, что было в 1,6 раза больше, чем в 1932. В Восточно-Сибирском крае в 1934 коммунальные бани посетили 5 556 тыс. человек, или в 1,5 раза больше, чем в 1931. В среднем на 1 жи­теля число посещений бани в год составляло в Анжеро-Судженске 25,9, в Томске — 23,1, в Омске — 15,8 (при санитарной норме 36).

В городах Сибири возник и развивался общественный транспорт. В середине 1930-х гг. автобусное сообщение име­лось практически во всех крупных и средних городах. В 1935 в Западной Сибири было перевезено 13 390 тыс. пассажиров, или в 1,5 раза больше, чем в 1933. В Восточно-Сибирском крае в 1931 автобусы перевезли 4 711 тыс., в 1934 — 8 751 тыс. человек.

Одним из направлений развития городского быта стала организация системы питания общественного. Быстры­ми темпами росла эта сеть в годы первой пятилетки. На 1 апреля 1931 по Западной Сибири насчитывалось 498 столовых, отпускавших 900 тыс. блюд в сутки. В Восточной Си­бири только в системе крайпотребсоюза действовало 453 столовых. Общественным питанием пользовалось 18% жите­лей. В крупных городах Сибири охват населения общественным питанием был выше, чем в малых. В начале 1931 в Томске он составлял 34,6%, в Новосибирске — 31,2, в Омске — 21,2%. Мощность предприятий общественного питания за годы первой пятилетки выросла в 40 раз. В городах Западной Сибири в 1928 общественным питанием было обеспечено 7,5 тыс. человек, в 1932 — 575 тыс. Годовой денежный оборот об­щепита возрос за эти годы с 2,4 млн до 166,2 млн руб. Вместе с тем значительное время горожан уходило на обслу­живание себя и своей семьи. Здесь нагрузка падала в основном на женщину, которая затрачивала на домашний труд в 3—4 раза больше времени, чем мужчина.

По мере индустриализации общества и формирования городского образа жизни происходит выделение и развитие сферы проведения досуга. На ранних этапах истории восприятие и потребление ценностей духовной культуры является привилегией высших слоев общества. Но в XX в. формируется массовая культура, к которой приобщаются все слои городского населения. Стремление городского населения Си­бири к овладению элементами духовной культуры привело к повышению расходов на удовлетворение культурно-просветительских нужд. Городская семья в Сибири во второй половине 1920-х гг. тратила на эти цели в среднем 2—3% бюджета. Выше были эти расходы в крупных промышленных центрах. По данным обсле­дования, проведенного в 1929 Кемеровским райкомом профсоюза горняков, они составляли 3—8% заработка шахтеров. Еще больше на культурные нужды тратила молодежь. В 1928 комсомольцы Красноярска на посещение зрелищных учреждений расходовали 7,9% зарплаты, на покупку газет и разной литературы — 12,8%. В 1930-е гг. при­вычным предметом домашней обстановки в городских жилищах становился радиоприемник. В 1932 в Западно-Сибирском крае работало 102 радиоузла, которые транслировали радиопередачи на 40 тыс. радиоточек. Росло число ра­диоточек в Восточной Сибири, хотя медленнее, чем в Западной Сибири. Только в Красноярском крае число радиоузлов выросло с 49 на 1 января 1935 до 58 в начале 1937, а количество радиоточек увеличилось соответственно с 10 тыс. до 20,5 тыс.

Данные о частоте посещения кинотеатров в городах Сибири в целом не очень отличаются от средних показателей по стране. По сведениям ВЦСПС 1932, 1 житель посе­щал кино около 33 раз в год. Обследования в 1936 рабо­чих завода № 104 в Иркутске показали, что они бывали в кинотеатрах 2—3 раза в мес. Таким образом, в годы первых пятилеток посещение кино стало типичным видом культурного  отды­ха горожан. Все более распространенной формой куль­турного досуга становилось посещение театральных спектаклей, цирковых представлений, концертов. В 1931 в городах Сибири на 40 тыс. жителей приходился в среднем 1 театр. Увеличивалось год от года число мест в зрелищных уч­реждениях региона. Если в 1929 число мест в театрах составляло 4 тыс., в цирках — 900, то в 1931 — соответственно 9,3 тыс. и 9 тыс., в 1932 — 15 тыс. и 17 тыс. На 1 января 1935 в Сибири было 36 театров и цирков, в которых на­считывалось 33,1 тыс. мест. Быстрыми темпами росла численность зрителей: в 1929 театры и цирки Сибири посетило 420 тыс. человек, в 1930 - 840 тыс., в 1931 - 2 840 тыс., в 1932 — 5 450 тыс. Только в театрах Иркутска в 1931 побывало 416 тыс. человек. В 1936—37 театры Западной Сибири поставили более 8 тыс. спектаклей, которые просмотрело 4 521,1 тыс. человек. В целом в 1920—30-е гг. сложилась устойчивая привычка городского населения посвящать часть свободного времени театральному искусству.

Специфика индустриального труда с его монотонностью и выполнением узких однообразных операций заставляет уделять особое внимание развитию способностей челове­ка в свободное время. С этим связано и распространение любительских занятий физкультурой. Спорт становится частью массовой культуры индустриального общества. Количество участников физкультурного движения в Сибири возрастало из года в год. В 1931 в городах и рабочих поселках Западной Сибири на­считывалось более 67 тыс. физкультурников, на 1 мая 1932 — 69 тыс. В Восточной Сибири их число в 1933 соста­вило около 40 тыс. В Новосибирске в 1928—29 было 2,2 тыс. физкультурников, в 1933 — 8,3 тыс., в 1934 — 15,7 тыс., в 1936 — 20 тыс., в 1937 — 30 тыс. Большое зна­чение в пропаганде физкультуры и спорта имели мас­совые спортивные праздники, эстафеты, привлекавшие боль­шое число зрителей. Действенным средством оживления физкультурной работы стала организация рабочих спартакиад. Западно-Сибирский краевой совет физкультуры в постановлении от 22 мая 1931 наметил провести спартакиады на всех предпри­ятиях и затем в городах края. После городских спартакиад состоялась краевая спартакиада. В Восточной Сибири 10—15 августа 1932 также была проведена первая краевая профсоюзная спартакиада. Летом 1935 в регионе прошли заводские, районные и 19 городских спартакиад. 6—9 августа 1935 в Иркут­ске состоялась 2-я краевая рабочая спартакиада. Для участия в ее финальных состязаниях на старт вышли 369 человек, из них рабочие составляли 59,7%, ИТР — 13, во­еннослужащие и учащиеся — 27,3%.

Местом отдыха горожан были городские сады и парки. С улучшением их работы возрастало число посетителей. В 1932 в городском саду Красноярска побывало 148,2 тыс. человек, в 1933 — 149,8 тыс. Росло число посетителей городских садов Иркутска, Читы, Владивостока и других городов. В 1930-е гг. в быт горожан вошли массовые праздники. В городскую жизнь трансформировалась сельская традиция народных гуляний. Так, 18 августа 1934 в Новосибирске с большим успехом прошел День авиации: празднично оформля­лись улицы, работало более 100 торговых точек, играло 5 духовых оркестров, по городу прошли массовые шест­вия, в городском аэропорту были устроены митинг и гулянье, состоялись праздничные вечера в домах культуры. Традиция массовых народных гуляний на площадях, в садах и пар­ках прочно утверждалась в быту горожан. В програм­му мероприятий в праздничные дни обязательно входили выступления отдельных артистов и коллективов художественной самодеятельности, спортивные игры. Несмотря на имевшиеся недостатки, работа по организации массового отдыха постепенно вносила перемены в проведение досуга горожан. Утверждалась привычка к активному отдыху на свежем воздухе.

Эти тенденции прервала Великая Отечественная вой­на. Большинство жителей тыловых районов оказалось на грани выживания. Материальные и людские ресурсы сибирских горо­дов направлялись на обеспечение потребностей фронта, практически прекратилось производство потребительских товаров гражданского назначения. Вводилась жесткая нормированная систе­ма распределения продуктов. Нарастали жилищно-бытовые проблемы. Испытывая большую нехватку жилой пло­щади, сибирские города приняли значительную массу эвакуированного насе­ления. К концу 1942 в них проживало 908,2 тыс. эваку­ированных, многие размещались за счет уплотнения местных жителей. Усилился приток людей из сельской местности, в том числе в ходе регулярно проводившихся мобилизаций, для работы на оборонных заводах, других промышленных предприятиях и транспорте. Под жилье приспосабливались хозяйственные и куль­турно-бытовые помещения, в общежитиях устанавливались 2-ярусные нары. Строились каркасно-засыпные бара­ки и землянки. Но и такого жилья не хватало. К концу войны на 1 жителя в Новосибирске и Омске приходи­лось в среднем 2,7 кв. м жилплощади, в Барнауле, Бийске, Рубцовске — 2,2, в Томске — 3,6, в Красноярске — 3,3, в Улан-Удэ — 2,2, в Якутске — 2,5 кв. м. В очень тя­желом положении находилась молодежь, проживавшая в бараках-общежитиях, где не было мебели, посуды, постельного белья, своевременно не заготавливалось топливо. Трудно было приготовить горячую пищу, вы­сушить одежду и обувь.

Приход на производство женщин, ранее занятых в домашнем хозяйстве, городской и сельской молодежи, сокращение внера­бочего времени определили развитие системы общественного питания. Уже в первый период войны сеть столовых в сибирских городах увеличилась почти на треть. Но эти «очаги об­щепита» имели ограниченные продовольственные фонды и не могли обеспечить доброкачественное питание. Позитивные изменения проявились с середины 1943, что было связано с развитием подсобных хозяйств предприятий и более активным использова­нием местных продовольственных ресурсов.

Практически не развивалось коммунальное хозяйство, ухуд­шалось санитарное состояние городских улиц и дворов. Их уборка, вывоз мусора производились редко. Лишь весной 1944 в большинстве сибирских городов была проведена капиталь­ная санитарная очистка территорий при активном участии самих горожан. Немногочисленные коммунальные и ведомственные бани часто простаивали из-за отсутствия топлива и электроэнергии. Городскому жителю приходилось отстаивать длинную очередь, мыться в тесноте. Общественный транспорт в крупных сибирских горо­дах был представлен трамваем. Но вагоны не ремонти­ровались, все реже выходили на линию. В Новосибир­ске в начале 1943 действовало 29 трамваев, а к январю 1944 их осталось всего 10. Большинство горожан вынуждены были ходить пешком.

Несмотря на изнурительный труд, тяготы быта, молодежь находила время для развлечений, «посиделок» и тан­цев. Наиболее распространенным развлечением горожан в военные годы являлось кино. Фильмы показывали в заводских клубах 1—2 раза в неделю. Демонстриро­вались прежде всего киноленты, способствовавшие вос­питанию патриотических чувств. С 1943 в общежитиях стали устраиваться красные уголки, в которых имелись газеты и журналы, небольшие библиотеки, шахматы и шашки. Про­водилась культурно-просветительская работа: лекции, встречи с фронтовиками, литературные читки и вечера.

Огромное воздействие на духовную жизнь населения Сибири оказала эвакуация крупных высокопрофессиональ­ных творческих коллективов из западных районов страны. В сибирские города прибыли театр им. Е. Вахтангова, Московский театр оперетты, Центр, детский театр, Ленинградский академический театр драмы им. А.С. Пушкина, Украинский те­атр оперы и балета, Харьковский театр оперы и балета, Белорусский государственный театр драмы, джаз под руководством Л. Утесо­ва, симфонический оркестр под управлением Е. Мравинского и др. Они приложили много сил и творческой энергии для приобщения сибиряков к высшим достижениям театрального искусства.

В послевоенный период восстановительные процессы охвати­ли не только производство, но и сферу быта. В Сибирском реги­оне вторая половина 1940-х и 1950-е гг. стали важным этапом в урбанизации и формировании городского образа жизни. Масштабное индустриальное освоение Сибири определило быст­рый рост городского населения, которое в начале 1959 превысило 9 млн человек, или увеличилось в 2 раза по сравнению с 1939. В конце 1950-х гг. доля горожан составляла более половины всех жителей региона.

С большим напряжением в быстро растущих го­родах решалась жилищная проблема. Коренной перелом наметился лишь во второй половине 1950-х гг., когда возрос­ший экономический потенциал советского общества и усиление социальной поли­тики государства позволили резко увеличить темпы жилищного строительства. Если в 1946—50 в Новосибирске было введено в строй 210 тыс. кв. м жилплощади, в 1951—55 — 447 тыс., то за 1956—59 — 1 376 тыс. кв. м. Население Ом­ска в 1956—57 получило 730 тыс. кв. м жилья, или в 2 раза больше, чем за предыдущие 5 лет. Впервые за де­сятилетия социалистического строительства произошел существенный сдвиг в обеспечении городского населения Сибири жилплощадью. В Новосибирске в 1940 ее размер в расчете на 1 человека составлял 3,5 кв. м, в 1955 — 3,7, в 1960 — уже 5,6 кв. м. В Омске этот показатель в 1950 равнялся 3,4 кв. м, в 1956 — 3,8, в 1960 — 5,8 кв. м. В целом по городскими посе­лениям Сибири в начале 1960 обеспеченность жильем до­стигла 5,9 кв. м, что практически соответствовало среднероссийскому уровню. Не отдельные семьи, а массы горожан пере­селялись в благоустроенные многоэтажные дома. В январе 1960 в городском общественном жилом фонде удельный вес жилплощади, оборудованной водопроводом, в Западной Сибири составил 25%, в Восточной Сибири — 18, канализацией — соответственно 19 и 16, центральным отоплением — 23 и 19, ванной (душем) — 13 и 11%. Именно в данное время эти коммунальные удобства стали входить в быт горожан. Больше капитальных вложений стало направляться на развитие коммунального хозяйства и бытового обслуживания. Если в 1955 потребление населением Новосибирска воды из водопроводной сети составляло 45 л на 1 человека, то в 1959 — 98 л. Расширились благоустроительные работы: многие улицы и площади в сибирских городах впервые получили асфальтовое покрытие, высаживались в большом количестве деревья, кустарники, цветы. Однако коренная реконструкция быта горожан в Сибири только начиналась и протекала заметно медленнее, чем в европейской части страны.

Быстрый рост городских поселений требовал ускоренного раз­вития транспортной сети. В первые послевоенные годы важнейшей задачей являлось восстановление и развитие трамвай­ного сообщения. К началу войны оно функционировало в Омске, Новосибирске, Сталинске (Новокузнецке), Кемерове, Прокопьевске. В 1947 трамвай был пущен в Иркутске, в 1948 — в Барнауле, в 1949 — в Томске, в 1958 — в Улан-Удэ, в 1960 — в Бийске. Новым видом пассажирского транспорта стал троллейбус. Впервые в Си­бири его ввели в эксплуатацию в ноябре 1955 в Омске. Первая троллейбусная линия в Новосибирске открылась в ноябре 1957, позднее троллейбусы появились в других сибирских городах. Развитие электрифицированного транспорта — эконо­мичного и не загрязняющего воздух — имело большое социально-экономическое значение для городской среды. Однако основной объ­ем пассажироперевозок выполняли автобусы. Только в Новосибирске их число возросло с 85 в 1953 до 170 в 1961. Жители города получили возможность пользовать­ся услугами такси. В 1960 новосибирцев обслуживало свыше 600 автомобилей, тогда как в 1950 — всего 27. В то же время развитие транспорта не соответствовало потребностям быстро растущих городов. Нарушался график движения, автобусы, троллейбусы и трамваи в часы пик были сильно перегружены. Нередко с тру­дом удавалось «поймать» свободное такси. Транспортная проблема в Сибири ощущалась острее, чем в европейской части страны. В 1962 количество поездок на всех видах транспорта в среднем на 1 жителя в Омске, Новосибир­ске, Красноярске составляло 87 % от этого показателя в Горьком, Куйбышеве, Воронеже. Сибиряки затра­чивали на передвижение к месту работы и обратно на 35—40% больше времени.

Крупные изменения произошли в отраслях социальной сферы, призванных облегчать домашний труд. Значительно расши­рилась система общественного питания. В 1950 она насчиты­вала в Сибири 7,4 тыс. столовых, буфетов, кафе и рес­торанов, в 1958 — 12,2 тыс. В 1956 начался массовый перевод предприятий общепита на самообслуживание, что позволило намного увеличить их пропускную спо­собность, а посетители стали затрачивать в 2—3 раза меньше времени на обед. К концу 1960 в сибирских городах по системе самообслуживания работало свыше 60% всех столовых. Использовались новые формы торговли: от­пуск обедов по абонементам или на дом с 10%-ной скид­кой к цене. Расширилась продажа полуфабрикатов и кулинарных изделий. Открылись первые домовые кухни. Во всех сибирских городах вошли в строй новые бани, прачечные, мастерские по пошиву и ремонту одежды и обуви. Во второй половине 1950-х гг. появились услуги, непосредственно связанные с начавшейся коренной реконструкцией быта городского населения. Стал производиться ремонт техничес­ки сложных предметов домашнего обихода — стиральных машин, пылесосов, холодильников, радиоприемников, фотоаппаратов. Однако в Сибири бытовое обслужива­ние в целом в меньшей мере воздействовало на повсед­невную жизнь горожан, чем в европейской части страны. Ра­ботающие женщины в Новокузнецке и Новосибирске тратили на домашнее хозяйство на четверть больше времени, чем в крупных городах западных районов России.

Расширились возможности для более разнообразно­го проведения досуга, реализации индивидуальных интересов и увлечений горожан. В городах Сибири преимущественно крупны­ми промышленными предприятиями были построены хорошо обо­рудованные дворцы и дома культуры, в облике которых отразились архитектурные вкусы эпохи. Особенно быстро росла киносеть. Уже в 1956 число киноустановок в Сибири превысило 7 тыс., тогда как в 1950 их имелось 4 тыс., в 1940 — 2,8 тыс. Это обусловливалось, с одной стороны, огромным интересом людей к киноискусству, с другой — коммерческой прибыльностью кинопроката, доходы от которого существенно пополняли государственный бюджет. В 1950-е гг. в сибирских городах строились кинотеатры, имевшие 2 кинозала и вмещавшие большое число зрителей. Появились первые широкие экраны. К началу 1960-х гг. завершилась радио­фикация Сибирского региона. Радио вошло в быт практически каждой городской семьи, а прослушивание радиопередач ста­ло привычной формой проведения досуга.

Значение для бытовой сферы и духовной жизни населения имело появление телевидения. В крупных городах Сибири телецентры открылись в 1956—57. Первая передача Но­восибирской студии телевидения вышла в эфир 7 августа 1957 и продолжалась 2 ч. 14 мин. Были показаны документальные ленты «Путешествие по Швеции», «Из Рима в Милан» и художественный фильм «Весна». В дальнейшем телепрограммы продолжительностью от 2 до 2,5 ч. транслировались 5 раз в неделю. В начале 1960 их могли смотреть 25,5 тыс. семей новосибирцев, имевших телевизоры.

Традиционно высоким оставался интерес к театральному  ис­кусству. В 1950-е гг. в городах Сибири работало свыше 40 круп, творческих коллективов. Большой популярностью пользовались новосибирский театр «Красный факел», омский и красноярский драматические, Хакасский областной театр русской драмы, Иркутский театр музыкальной комедии, Бурят­ский музыкально-драматический театр, Якутский национальный театр оперы и ба­лета и др. Широкую известность приобрел Новосибир­ский театр оперы и балета. Открытый в мае 1945, он в течение последующих 15 лет показал 5 тыс. спектак­лей, которые посетили 7 млн зрителей. С неизменным ус­пехом проходили гастроли творческого коллектива. В 1946— 59 свыше 800 спектаклей было дано в Омске, Томске, Кемерове, Новокузнецке, Прокопьевске, Красноярске, Иркутске, Хабаровске, Комсомольске-на-Амуре, Вла­дивостоке, Находке. На этих постановках побывали более 700 тыс. человек.

Среди городских жителей становилось все больше «чита­ющих», что определялось ростом образовательного уровня на­селения, расширением сети библиотек, развитием книжной тор­говли. С каждым годом возрастала подписка на периодическую печать. В начале 1960-х гг. в городах Красноярского края затраты времени 1 работающего человека на чтение газет, журналов и книг составили в среднем 8,2 ч. в неделю, тог­да как в середине 1950-х гг. — 5,6 ч. В культурно-просветительских уч­реждениях сибирских городов стали чаще организовываться разнообразные вечера, получили распространение объ­единения по интересам — клубы молодых семей, пенси­онеров, новаторов производства и др. Возникли и приоб­рели большую популярность университеты культуры.

Развивалось самодеятельное художественное творчество, были созданы первые народные театры.

Широкое распространение в Сибирском регионе получил туризм. Если в первое послевоенное. десятилетие в турпоходы отправлялись лишь отдельные группы физкультурников, то в конце 1950-х — начале 1960-х гг. в них участвовали уже многие тысячи горожан. Привлекали живописные места Горной Шории, Алтая, побережья озера Байкал и другие. Первый в Сибири клуб туристов был создан в Чите. В 1958 он ор­ганизовал 130 походов, в которых побывали свыше 3 тыс. жителей города; в 1959 совершили путешествия по ок­рестностям озер Арахлей и Арей, долинам рек Ингода, Онон и Чикой, другим местам Забайкалья около 7 тыс. человек. Турпоходы входили в повседневную жизнь городского населе­ния, они не только давали людям заряд бодрости, но и способствовали воспитанию любви к своей Родине.

Многие горожане посвящали свободное время охоте и рыболовству. На ряде сибирских предприятий были созданы секции охотников и рыболовов, на берегах рек и в тай­ге строились рыболовно-охотничьи базы. Чаще стали организовываться коллективные выезды в лес за грибами и ягодами, прогулки на теплоходах. Однако большинст­во мест массового отдыха городского населения Сибири было слабо благоустроено. В них отсутствовали необходимые санитарно-бытовые помещения, простейшие спортивные и игровые пло­щадки. Живописная местность быстро захламлялась.

В 1950-е гг. в городах Сибири новые импульсы раз­вития получили физкультура и спорт. Проводились массовые спортивные состязания, которые охватывали большое число участников. Настоящими праздниками спорта стали зимние и летние спартакиады профсоюзов, про­ходившие в 1955—56. В целом число рабочих, ИТР, служащих, учащихся, занимавшихся физкультурой и спортом, за годы послевоенных пятилеток увеличилось в Сибири в несколько раз и составило к началу 1960-х гг. около 750 тыс. человек. Регулярно тренировались и участвовали в соревнованиях примерно 10% работающих, студен­тов и школьников. Следовательно, среди жителей сибирских городов значительно возросла доля тех, кто связал свой об­раз жизни с физической культурой. Однако для большинства горожан спорт продолжал оставаться зрелищем, а не сферой непосредственного участия.

1960—80-е гг. стали завершающим этапом индустриально-урбанистического освоения восточных районов России. Основными факторами экономического развития Сибирского региона в это вре­мя являлись разработка нефтегазовых месторождений Крайнего Севера, формирование и развитие восточно-сибирских тер­риториально-производственных комплексов, рост промышленного производства, обусловившие кардинальные социально-демографические пе­ремены. В 1979 в Сибири проживал 21,1 млн человек, в том числе в городах — 14,3 млн, в 1989 — соответственно 24,2 и 17,5 млн. В конце 1980-х гг. горожане составляли более 70% жителей региона.

Под влиянием экономических и социально-демографических процессов в пов­седневной жизни горожан произошли существенные изме­нения. Ввод в действие комбинатов крупнопанельного домостроения позволил резко увеличить масштабы жи­лищного строительства. В городах и рабочих поселках начинает­ся возведение многоэтажных домов. В 1960-е — первой половине 1980-х гг. в Сибири было сдано в эксплуатацию 218 млн кв. м жилья, городской жилфонд вырос в 2,7 раза. За 25 лет жители городов получили 4,7 млн квартир, а обеспе­ченность жилплощадью в расчете на 1 человека выросла с 5,9 до 14 кв. м. Многие горожане, проживавшие ранее в деревянных домах и каркасно-засыпных бараках, смогли улучшить свои жилищные условия. Более 80% семей были обеспечены квартирами с центральным отоплением, водопро­водом и канализацией. Вместе с тем качественное состояние жилых помещений оставалось низким. Квартиры име­ли узкие вход, двери, маленькие прихожие и кухни, совмещенные санузлы, низкие потолки. Начавшееся в конце 1970-х гг. сокращение масштабов строительства жилья и высокий рост населения, особенно в новых районах индустриального освоения, способствовали новому обострению жилищной проблемы.

Массовое переселение горожан из бараков и частных домов в относительно благоустроенные квартиры изме­нило их быт. В повседневный обиход вошли ковровые изделия, мебельные гарнитуры, бытовая техника, домашний теле­фон, которые еще в конце 1950-х гг. считались предмета­ми роскоши. В 1974 на каждые 100 городских семей в Сиби­ри приходилось 86 телевизоров, 80 холодильников, 83 стиральных и 66 швейных машин. Более трети семей пользовались магнитофонами и фотоаппаратами. Во второй половине 1970-х гг. в связи с пуском Волжского автозаво­да началась массовая «автомобилизация» населения. В 1980 в Сибирском регионе на 1 тыс. человек приходилось 34 лег­ковых автомобиля личного пользования, в 1985 — 50. Широкое распространение в быту получили средства связи. В 1980-е гг. в Западной Сибири число домашних телефо­нов выросло в 2 раза, в Восточной Сибири — в 2,3. В целом перемены в повседневной жизни способствовали росту уровня жизни городского населения.

В 1960—80-е гг. в городах Сибирского региона интенсивно развивались отрасли социальной сферы. Продолжалось расши­рение сети учреждений общественного питания. Их число в восточных районах РСФСР выросло с 18,2 тыс. в 1961 до 38,1 тыс. в 1985, годовой денежный оборот на 1 человека — более чем в 2 раза. Общественные столовые получили широкое распро­странение в основном на производстве и в образовательных учреждени­ях. Несмотря на рост их количества, в заведениях общепита не хватало посадочных мест. В 1975 в среднем по Сибири на 1 место в столовых, кафе и буфетах приходилось 15 человек. Качество питания и сервис в учреждениях обще­пита не отвечали запросам населения.

В городах Сибири сложилась разветвленная сеть предприятий бытового обслуживания. В 1970-е — первой половине 1980-х гг. их количество в регионе выросло в 1,2 раза, объ­ем услуг на душу населения — в 2,2 раза. Вместе с тем система бытового обслуживания слабо ориентировалась на структуру потребления горожан. Наименее развитыми оставались услуги по ремонту жилья, мебели, обслу­живанию транспортных средств, пошиву обуви, прокату бытовой техники.

Наряду с жилищным обеспечением и бытовым обслужи­ванием населения одной из главных социальных проблем являлось развитие транспортной инфраструктуры. Наиболее распро­страненными видами городского общественного транспорта оставались автобусы, трамваи, троллейбусы. Несмотря на рост пассажирооборота, обеспеченность горожан общим транспор­том оставалась низкой. В 1980-е гг. в Омске, Томске, Барнауле, Красноярске, Чите и других городах на 1 тыс. человек населения приходилось менее 10 автобусов. В Но­восибирске их нехватка частично была компенсирована введением в эксплуатацию первого в восточных регионах страны метрополитена (см. Метро). Его строительство началось 12 мая 1979, когда на месте нынешней станции «Октябрьская» была забита первая свая. В 1985—87 открылось движение на Ле­нинской линии от станции «Красный проспект» до станции «Сту­денческая» и на участке Дзержинской линии — от железнодорожного вокзала до Красного проспекта. В 1989 пассажирооборот Новосибирского метрополитена достиг 62,1 млн человек. Его создание позволило отчасти снизить загруженность автобусов, трамваев и троллейбусов, сократить для го­рожан время проезда в общественном транспорте.

Под влиянием перемен, происходивших в социо-культурной среде городов, расширились возможности для организации досуга их жителей. Введение 5-дневной рабочей недели способствовало увеличению свободного времени го­рожан. Благоприятные условия для активного отдыха населения создавались в результате развития инфраструктуры культурно-досуговых учреждений. В 1980 в Сибири число массовых библиотек достигло 10,9 тыс., клубов — 13,8, кино­установок — 16,3. В регионе имелось 134 бассейна, 284 стадиона, 7 850 спортивных залов, а также множество спортивных площадок, созданных внутри городских кварталов. Жители городов часто отдавали предпочтение неорганизованному до­сугу, ориентированному на уличное общение, посещение кафе, участие в любительских объединениях. В условиях ши­рокого распространения телекоммуникационных средств массо­вой информации значительную часть свободного времени горожа­не посвящали просмотру телепередач. Аудитория теле­зрителей стремительно росла. Если в первой половине 1970-х гг. телевизионным вещанием было охвачено 65—70 % насе­ления Сибири, то в конце 1980-х гг. — более 90%. До­ступность и высокая информационная насыщенность телевиде­ния повлияли на снижение потребности горожан в по­сещении театров, библиотек, музеев, занятиях физкультурой и спортом.

Несмотря на рост уровня жизни населения, в 1960— 80-е гг. не было преодолено одно из ключевых противо­речий освоения Сибири в XX в. — резкая диспропорция в развитии материального производства и социальной сферы. Регион тради­ционно отставал по показателям материально-бытового обеспечения от более развитой в социальном отношении европейской части стра­ны. Провозглашенная в годы перестройки «активная и сильная» социальная политика, предусматривавшая «опережа­ющий рост уровня жизни населения в районах Севера, Сибири и Дальнего Востока», осталась на бумаге, что явилось существенным тормозом для проведения реформ. Тем не менее в конце 1980-х гг. в восточных районах России в основных чертах завершилось формирование индустриально-урбанистического образа жизни.

Население России, в том числе ее восточных регионов, запла­тило высокую цену за политическое и экономическое преобразования, проведенные в 1990-е гг. Рыночные реформы, сопровождавшиеся значительным спадом производства, привели к пре­кращению реализации важнейших социальных программ, что отразилось на уровне жизни большинства семей. В начале 1990-х гг. в связи с резким сокращением государственного финанси­рования социальной сферы жители городов утратили возмож­ности для получения бесплатного благоустроенного жилья. В ус­ловиях гиперинфляции и стремительной девальвации доходов населения снизилось потребление товаров и услуг пов­седневного спроса. Значительно увеличились масштабы пре­ступности, широкое распространение получили наркома­ния, детская беспризорность и другие социальные аномалии. В то же время сложившиеся материальная основы быта способствова­ли смягчению негативных последствий «шоковой терапии». В начале XXI в. вновь постепенно начинается повышение качества жизни населения в условиях последовательно развивающейся рыночной экономики.

Лит.: Московский А. С. Рост культурно-технического уровня рабочих Сибири. 1920—1937 гг. Новосибирск, 1979; Исаев В.И. Быт рабочих Сибири. 1926—1937. Новосибирск, 1988; Букин С.С. Опыт социально-бытового развития городов Сибири (вторая по­ловина 1940-х — 1950-е гг.). Новосибирск, 1991; Куксанова Н.В. Социально-бытовое развитие городов Сибири в 1960-е — 1970-е гг. Новосибирск, 1994; Букин С.С, Исаев В.И. Урбанизация Сиби­ри в XX веке: закономерности и особенности //Хозяйственное ос­воение Сибири в контексте отечественной и мировой истории: Сб. науч. тр. Новосибирск, 2005.

С.С. Букин, В.И. Исаев

Выходные данные материала:

Жанр материала: Др. энциклопедии | Автор(ы): Составление Иркипедии. Авторы указаны | Источник(и): Историческая энциклопедия Сибири: [в 3 т.]/ Институт истории СО РАН. Издательство Историческое наследие Сибири. - Новосибирск, 2009 | Дата публикации оригинала (хрестоматии): 2009 | Дата последней редакции в Иркипедии: 19 мая 2016

Примечание: "Авторский коллектив" означает совокупность всех сотрудников и нештатных авторов Иркипедии, которые создавали статью и вносили в неё правки и дополнения по мере необходимости.

Материал размещен в рубриках:

Тематический указатель: Историческая энциклопедия Сибири | Сибирь | История Сибири