Жилые дома Иркутска. Типология

Вы здесь

Версия для печатиSend by emailСохранить в PDF
Таблица 1. Типология фасадных решений
Таблица 1. Типология фасадных решений
Дом по ул. Борцов Революции, 11
Дом по ул. Борцов Революции, 11
Дом по ул. Володарского, 6
Дом по ул. Володарского, 6
Дом по ул. Красноармейской, 25
Дом по ул. Красноармейской, 25
Дом по ул. Седова, 15
Дом по ул. Седова, 15
Дом по ул. Бабушкина, 17
Дом по ул. Бабушкина, 17
Дом по ул. Грязнова, 11
Дом по ул. Грязнова, 11
Дом по ул. К.Либкнехта, 31
Дом по ул. К.Либкнехта, 31
Дом по ул. Б.Хмельницкого, 5
Дом по ул. Б.Хмельницкого, 5
Дом по ул. Декабрьских Событий, 74
Дом по ул. Декабрьских Событий, 74
Дом по ул. Грязнова, 17
Дом по ул. Грязнова, 17
ул. Грязнова, 19
ул. Грязнова, 19
ул. Декабристов, 14
ул. Декабристов, 14
ул. Декабрьских Событий, 30
ул. Декабрьских Событий, 30
ул. К.Либкнехта, 26
ул. К.Либкнехта, 26
ул. Желябова, 27
ул. Желябова, 27
ул. Дзержинского, 62
ул. Дзержинского, 62
ул. Дзержинского, 23а
ул. Дзержинского, 23а
ул. Грязнова, 19
ул. Грязнова, 19
ул. К.Либкнехта, 43
ул. К.Либкнехта, 43
ул. Рабочего Штаба, 71
ул. Рабочего Штаба, 71
ул. Декабрьских Событий, 30б
ул. Декабрьских Событий, 30б
ул. Декабристов, 14
ул. Декабристов, 14

Развитие городской застройки в XVII-XIX вв.

Иркутская деревянная жилая застройка, исключительно многообразная и самобытная, представляет собой большую историко-архитектурную ценность и нуждается в подробном типологическом анализе.

На протяжении всей своей истории Иркутск был крупным торговым, административным и культурным центром - «столицей» Восточной Сибири. Этот статус наложил отпечаток и на внешний облик города: в мемуарных и путевых записках XVIII—XIX вв. часто встречаются выгодные для Иркутска сравнения с прочими сибирскими городами. Вследствие особенностей своего расположения, он был всегда почти полностью деревянным, и похвалы современников можно по праву отнести к облику его рядовой застройки, прошедшей сложный исторический путь развития, начиная с 1661 г. - документированной даты основания Иркутска.

С XVII в. гражданская архитектура города формировалась при участии поселенцев — выходцев из центральной части Европейской России, а в особенности из северных ее областей. Писцовая книга 1686 г.1 указывает, из каких мест пришли первые «насельники»: из Москвы и Устюга по 5 человек, из Яренска - 4, из Пенеги и Соли Вычегодской — по 3, по 1 из Пскова и Переяславля-Залесского и т. д., а также из ближайших мест.

Прибывшие казаки и крестьяне принесли с собой традиционные типы жилых построек центральной России — крестьянские избы и хозяйственные строения: амбары, кузницы, риги. Изобилие лесов предоставило им привычный природный материал — дерево. Оборонительные сооружения Иркутска были исключительно деревянными. Нуждам посадского населения, занимавшегося ремеслами и землепашеством, соответствовал выработанный веками тип жилой избы. Надо полагать, что в условиях ускоренной колонизации края декоративному убранству домов отводилось второстепенное место. На гравюре конца XVII в. из книги голландского географа Н.К. Витсена город представлен хаотичным сборищем редких деревянных с двускатными кровлями домиков, окружающих острог. Согласно переписной книге 1698 г., на посаде Иркутска было 111 дворов2. На протяжении XVIII в. поселение неуклонно растет. По данным Г. Миллера, в 1730-х гг. здесь имелось 939 обывательских домов. Сохранилось: описание типичного жилища средней мещанской семьи — опись имущества иркутского мещанина Абрама Баснина, составленная в 1761 г. «Хоромное строение» представляло собой следующее: «Изба, перед избой холодная горница, между ними - сени. В избе четыре, в горнице три окошка колодных с оконницами слюдяными ветхими, обиты железом. В них ставни и двери на крюках железных. В избе печь кирпичная... под избой подполье»3.

«Занимая выгодное положение в центре разветвления торговых, промысловых и колонизационных путей, Иркутск в XVIII в. становится городом в прямом социально-экономическом смысле этого слова — центром ремесла и торговли»4. Усиливается дифференциация населения: выделяется подгородное крестьянство, растет численность посадских (мещан), цеховых и мастеровых, укрепляется и богатеет купеческое сословие. Вследствие развития торговли уровень жизни населения изменяется в целом, быт иркутян становится определенно городским.

В результате этих перемен, во второй половине XVIII в. в Иркутске складывается своеобразный, исконно сибирский тип жилого дома. Его облик определялся следующими предпосылками. Прежде всего, дом был рассчитан на соответствие нуждам одной семьи среднего состава, причем разница в быте семей различных сословий была незначительной. Хранилища продуктов и бытовые службы размещались на хозяйственном дворе. Заднюю часть усадебного участка, как правило, занимали огороды.

Климатические и природные особенности края также сыграли свою роль в формировании облика городского жилища. Суровый сибирский климат с коротким, но жарким летом вызвал к жизни открытые балконы и застекленные веранды над крыльцами и во вторых этажах домов, где было удобно проводить летние вечера. Этот архитектурный мотив, полюбившийся иркутянам, доживает до конца XIX в. и иногда прямо, с сохранением специфических для деревянных построек деталей, переносится на каменные строения. Изобилие дерева позволяло застройщикам выбрать наиболее крепкий и крупный лес, чтобы защититься от зимних стуж.

Вообще, как отмечалось в XVIII в., «в Иркутской губернии... в лесе никогда впредь и никакому недостатку по благости божией быть не уповательно»5. Да и первой половине XIX в. пригородные леса давали горожанам достаточно материала для возведения домов. До сих пор глаз европейца поражает толщина бревен, примененных в самой незначительной хозяйственной постройке.

Если изменения в социальной структуре населения повлекли за собой появление новых планировочных приемов, то в области строительства наряду с развитием старых конструктивных приемов вырабатываются и новые, пригодные для города. С упразднением дворовой части план дома стал более комплектным, поэтому взамен самцовых, со слегами, конструкций кровли получили применение стропильные, позволяющие перекрывать здания со сложной конфигурацией плана. Наличие в городе железа позволило в XVIII в. перейти к гвоздевым конструкциям покрытия кровли. Этому же способствовало появление в Иркутске, с постройкой на р. Ушаковке казенной пильной мельницы в середине XVIII в., «пильного» теса взамен «топорного» или «ложеного». Возможность обшивать фасады зданий повлияла на их декоративное убранство и улучшила теплоизоляцию стен.

С открытием лесопильни стала практиковаться распиловка бревен вдоль на две половины. Такого рода «горбыли», или «однорезы», сохраняли свои теплоизоляционные и механические качества и применялись при сооружении надворных построек, пристроек к домам и крылец, а с XIX в., в совокупности с обшивкой, и жилых зданий. Это вызвало развитие приемов вязки сруба в «лапу» и шип с «потемком». Устройство «потемка» в углах будущего дома обеспечивало их непродуваемость. Применялся и прием рубки в «обло».

Нужно отметить в целом невысокое качество строительства: на дошедших до нас

сооружениях начала XIX в. редко встречаются сложные детали, поражающие мастерством исполнения, как это бывает на Русском Севере. Исключение составляет безукоризненная вязка углов и подготовка бревен сруба, что объясняется вполне утилитарной причиной – необходимостью защиты от зимних холодов. По-видимому, и декор домов не отличался особой сложностью, хотя нет сомнений, что именно в течение XVIII в. в Иркутске возникли те барочные декоративные мотивы, которые получили особое развитие в XIX в. Во всяком случае, на зданиях, относящихся к первой половине XIX в. (например, дом Шубиных по ул. Лапина, 23), декор либо отсутствует, либо вызывает сомнение в своей одновременности данной постройке.

Таким образом, к началу XIX в. в Иркутске сложился законченный тип городского дома-особняка, полностью удовлетворявший вкусы и утилитарные требования массового застройщика. Такие строения, за исключением деталей, отличались друг от друга только величиной и качеством исполнения, что зависело от достатка владельца. Описание такого типа построек мы находим в воспоминаниях жительницы Иркутска Е.А. Aвдеевой, изданных в 1837 г.: «Лет сорок назад все дома строились самым старинным манером. Обыкновенно двор обносили высоким забором что в Иркутске называют заглот... передний двор вымощен бывал досками. Дома были высокие и строились в два жилья: вверху горницы, а нижнюю половину занимала кухня, которую называют там "подклет", и кладовая, по тамошнему подвал... В иных домах были мезонины, которые называют в Иркутске "чердак"; они были по больше части холодные. Горницы разделялись сенями на две половины; их обыкновенно называли "задняя" и "передняя»: передняя — на улицу, а задняя — во двор. Из сеней входили прямо в горницу... там на правой стороне — изразчатая печка с вычурами.. Комната обычно разделялась надвое: за перегородкой была спальня и стоял шкап с посудой. В задних комнатах помещались дети...  трудно поверить, сколько помещалось людей в двух-трех комнатах»6.

В дополнение к описанию можно выделить основные черты традиционного типа дома. Он имел компактный план и, как правило, небольшие размеры. В связи с запретом на возведение двухэтажных зданий, отмененным только в 1864 г., жилая часть строилась на подклете, который нередко развивался в полноценный этаж. Ту же цель наиболее рационального использования объема постройки преследовал и весьма распространенный планировочный прием - одному или двум этажам передней части дома соответствовали два или три этажа в задней его части, образованные вследствие уменьшения высоты помещений, отчего под кровлей можно было устроить антресольный этаж. Такая планировка характерна для большинства иркутских домов. У главного фасада располагалась парадная зала, задняя часть использовалась под жилье.

К боковому фасаду пристраивались сени с лестницей во второй этаж и крыльцо   под навесом с характерными для иркутской застройки выкружками-консолями. Над сенями и крыльцом устраивали остекленные веранды либо небольшой открытый балкон с навесом на колонках. К заднему фасаду иногда делались пристройки хозяйственного назначения - с черной лестницей, кладовыми и туалетами.

Массовое распространение подобных домов определило единообразие облика Иркутска, а сложившийся тип усадьбы обусловил регулярность городской застройки. В то же время план города оставался хаотичным: улицы были «косы и кривы, тянулись, как им было удобнее, не удостаивая городской план ни малейшего внимания. Дома то высовывались вперед, как бы желая взглянуть, что делалось на улицах, то пятились назад, как бы стараясь уединиться от городского шума»7.

Меры по наведению порядка на улицах Иркутска начали предприниматься с 1770-х гг., когда жителей обязали устраивать тротуары в «одну тесницу». Тем не менее, сложившееся за прошедшие полтора века городское хозяйство оставалось неблагоустроенным. План 1792 г., предусматривавший перепланировку города, не был воплощен в жизнь.

Начало XIX в. в Иркутске, как и по всей России, характеризовалось повышением интереса к регулированию планировки и внешнего вида городской застройки. В 1801 г. была создана «Контора строения домов и различных ремесел» с ремесленным домом при ней8. Особо на изменение облика города повлиял указ 1809 г., гласивший о необходимости возведения домов по утвержденным стандартам, к которым были приложены альбомы образцовых проектов. Для Иркутска были отобраны проекты кирпичных зданий в один-два этажа и деревянных — в один-полтора этажа9. С этого времени начинается достаточно жесткая административная регламентация иркутского строительства, как казенного, так и частного. Несмотря на высокое архитектурно-художественное качество образцовых проектов,  они, в большинстве своем, не соответствовали сложившимся вкусам и практическим требованиям иркутян из-за больших габаритов строений по сравнению с привычными размерами, высотой помещений и величиной проемов.

По-видимому, в течение некоторого периода в среде частных застройщиков продолжалась активная конфронтация против «образцовых проектов», что выразилось в письме генерал-губернатора, содержащем просьбу о разрешении строительства дома без использования образцовых фасадов10. Тем не менее, указы 1809 и 1816 гг. о городском благоустройстве неуклонно проводились в жизнь, хотя и в несколько откорректированном виде.

В начале XIX в. при губернаторе Иркутска Н.И. Трескине осуществлялось упорядочение застройки. Методы, применявшиеся при этом, красочно обрисованы в записках современника событий И.Т. Калашникова11. Облик города в первой трети века значительно улучшился. Возводились уникальные постройки, как каменные, так и деревянные. Было введено рассмотрение проектов жилых домов в строительной экспедиции с последующим утверждением губернским архитектором: без его разрешения не могло производиться сколько-нибудь существенное новое строительство. Тем самым был внесен элемент порядка в процесс формирования   городского облика.

Традиционно сибирский тип дома оказался настолько живуч, что не только успешно сосуществовал с образцовыми проектами, но и подчинил их своему влиянию. В процессе обследования иркутской застройки не обнаружено ни одного здания, построенного точно по образцовому проекту, что часто встречается в других городах. На практике использовалось два-три небольших типовых фасада; объемно-пространственная композиция и планировочная структура дома строились по традиционной схеме, ее всеми привычными атрибутами.   Наряду  с классическим декором образцовых фасадов, получили развитие местные декоративные мотивы «барочной» резьбы. Часто барочный и классический декор соседствовали на фасадах одного дома, удачно дополняя друг друга.

Таким образом, взаимное влияние общегосударственной классической школы и местного архитектурного стиля вкупе с высокой строительной культурой обусловили хорошие архитектурные качества рядовой застройки Иркутска первой половины XIX в. «За первые десятилетия (XIX в. - Е. Б.) было выстроено много новых зданий не только правильного внешнего вида, но и с выгодным внутренним устройством»12.

Во второй половине XIX в. возникают новые типы жилья — многоквартирные деревянные дома с общими подъездами и лестницами, а также коридорного типа. Происходят перестройка и расширение некоторых старых зданий с целью их приспособления для новых нужд, тем самым формируется обширная группа деревянных домов доходного типа.

Отмена   в 1864 г. запрета на возведение двухэтажных строений очень быстро отразилась на облике города - новые дома, з особенности доходные, приобрели изрядную высоту и крупные размеры плана.

Меняются и эстетические идеалы эпохи: на смену простым и строгим формам классического декора приходит сложный и безвкусный «романовский» декор. Развитие «барочного» резного декора идет по пути усложнения    резьбы, внедрения рокайльных форм,    заимствованных из лепнины «новомодных» купеческих особняков. В последние десятилетия XIX в, фасады начинают перегружаться накладной пропильной резьбой. Строятся дома по типовым проектам 1880-х гг., их суховатый облик разительно отличается от одухотворенных фасадов классических построек.

Пожар 1879 г., за два дня уничтоживший большую часть Иркутска, послужил новым толчком к перепланировке города и изменению состава застройки. Увеличивается число каменных зданий.

На фотографии 1880-х гг. видно, как изменился облик центральной части после пожара. Допожарные снимки, сделанные с колокольни Тихвинской церкви (ныне не существующей), показывают множество деревянных сооружений, среди которых, несомненно, были постройки XVIII в. и времен классицизма13. Отснятые через десять лет с той же точки фотографии фиксируют образовавшиеся после бедствия обширные пустыри.

Местные власти уделяли необходимое внимание восстановлению застройки, в первую очередь - на границах улиц, причем, на пяти центральных городских артериях предписывается делать только каменные здания. В связи с удорожанием земельных участков, к концу века на центральных   улицах Иркутска складывается периметральная застройка, что особенно хорошо просматривается на подробных планах 1881 и 1899 гг.

С возведением новых домов усложняется и теряется сложившаяся планировка городских усадеб, повышается плотность застройки. В целом к концу XIX в. утрачивается стилевое единство рядовой застройки. Приблизительно такой — разнохарактерной и объединенной лишь патиной времени – предстает перед нами старая часть Иркутска.

Типология жилых домов

Объектом типологического анализа в первую очередь являются сохранившиеся в городе жилые дома XVIII--XIX вв. Следует отметить, что вследствие отсутствия архивных данных по многим из обследованных нами построек, их датировка является приблизительной; такие здания датируются визуально, по аналогии с бесспорно датированными. Наиболее четким отличительным признаком для типологического анализа жилых домов является планировочная структура строений и связанная с ней их объемно-пространственная композиция.

По планировке жилые дома старинной застройки можно разбить на шесть устойчивых групп.

В группу «А» входят особняки с традиционной планировкой. Представители ее наиболее многочисленны и относятся, как правило, к первой половине XIX в. Сюда включены немногие сохранившиеся в городе постройки XVIII в.,   а также  часть домов второй половины XIX в., возведенны по традиционному плану.

Внутри группы выделяется шесть основных типов.

Тип I – дома-четырехстенки с пристроенными сенями, одна из стен которых образована продолжением задней стены дома. Сени могли располагаться по левому или правому боковому фасаду, что зависело от расположения строе ния в усадьбе. Такие дома строились одноэтажными и на подклете, а также с антресольным помещением над лестницей в сенях. Фасады их были в три окна. Представители типа: особняки по ул. Грязнова, 22 и ул. Кожова, 11.

Тип II – дома-пятистенки с аналогичной планировкой; выпуски внутренней и задней стен образовывали пристройку сеней. Также имеют прямую и зеркальную планировку, что вообще характерно для домов группы «А». Они делались одноэтажными, чаще на подклете, а во второй половине XIX в. - двухэтажными. Как правило, в задней части имелся антресольный этаж. Фасады - в три, реже в пять окон. Представители типа: дома по ул. Киевской, 38 (1-я пол. XIX в.); ул. Лапина, 23 ( X I X в . ) ; ул.Грязнова, 40; ул. Ремесленной, 33 и ул. Седова, 15 (2-я пол. XIX в.).

Тип III – дома-пятистенки с развитой задней частью плана. В этих особняках только одна стена сеней является продолжением задней или внутренней поперечной стены дома, вторая стена примыкает к основному объему строения через стояк и сдвинута относительно стены дома. Этажность постройки аналогична описанной по типам I—II. Представители: дома по ул. 3 Июля, 21 (XIX в.) и ул. К. Либкнехта, 26 (2-я пол. XIX в.).

Тип IV – наиболее распространенный, в него входят четырех-, пяти-, а также шести-стенные дома с очень развитой задней частью плана и сенями, расположенными по центру бокового фасада. В простенке за сенями размещается одно, два, а то и три окна. Этажи могут располагаться на одном уровне, а также в задней части особняка возможен антресольный этаж. Представители: дома по ул. Кожова, 38 и ул. Красного Восстания, 24 (1-я пол. XIX в.); ул. Володарского, 6; ул. Бабушкина, 17 иул. 3 Июля, 18 (сер. XIX в.); ул. Седова, 13 и ул. 3 Июля, 35 (2-я пол. ХIX в.).

Тип V – дома с планом, усложненным наличием хозяйственных пристроек к задней части (для черных лестниц и туалета, кладовые, балконы), которые по времени постройки одновременны основному объему здания. Иногда внутренние капитальные стены в плане имеют сложную конструктивную схему. Представители: дома по ул. К. Либкнехта, 31 (нач. XIX в.); ул. Грязнова, 17 и ул. Свердлова, 6 (1-я пол. ХIХв.) ул. 3 Июля, 20; ул. Лапина, 24 и ул. Сурикова, 9 (2-я пол. XIX в.).

Тип VI — дома типов I—IV с более поздними развитыми жилыми и хозяйственными пристройками, вызванными усложнением быта и развитием семьи, изменением функционального использования дома.

Для сооружений этой группы характерны фасадные решения, приведенные в таблице 1 — типы 1, 2, 3 (а, б, в). При использовании типового фасада в пять окон фасад дома украшался ризалитом в центральной части (тип 4). Объемно-пространственная композиция стандартна: компактный объем дома под четырехскатной, чаще двускатной с торцовыми вальками кровлей, с примыкающим объемом сеней под двускатной кровлей с фронтоном (варианты объемных решений семей и крылец см. в таблице 1, типы 3 - а, б, в).

Хозяйственные пристройки, если они имеются, иногда подведены под общую для всего здания кровлю; в случае их позднего происхождения имеют самостоятельные двускатные или вальмовые кровли.

Относительно немногочисленную группу «Б» составляют одноэтажные здания с мезонинами. Они бывают двух типов.

Тип VII — особняки, построенные по фасадной схеме образцовых проектов, а также дома второй половины XIX в. (1870-1880 гг.), развивающие ту же схему (см. таблицу 1 — тип 4). Это одноэтажные строения с простой планировочной структурой: четырех- или шестистенный сруб, на котором помещен объем мезонина под двускатной кровлей, выходящей на главный фасад. Главный фасад решен симметрично, в три, реже в пять и более окон; боковые крылья под трехскатными или полувальмовыми кровлями. Пример — дом по ул. 5-й Армии, 32. По тому же типу построены в конце XIX в. дом по ул. Тимирязева, 21, а также дворовый флигель в усадьбе по ул. Ленина, 33.

Тип VIII интересен тем, что представлен объектами той же планировочной структуры, что и тип VII. Изменилось только размещение дома по отношению к улице, вследствие чего мезонин оказался расположенным по продольной оси дома вдоль улицы, а уличным фасадом стал боковой фасад крыла (см. таблицу 1 - типы 5,6). Такая компоновка мезонина не случайна и встречается на нескольких особняках: по ул. Тимирязева, 6 (1-я пол. XIX в.); ул. Грязнова, 11 (1860-е гг.); ул. Парковой, 11 (1880-е гг.).

Для описанной группы также характерны специфически иркутские композиционные и декоративные приемы: крыльца с консольными выкружками, открытые балконы и веранды с тройными застекленными окнами в мезонинах.

Группа «В» лишена традиционных атрибутов иркутского дома. Особняки этой группы имеют компактный план, в основе которого лежит четырех- или пятистенный сруб (иногда с дополнительными внутренними капитальными стенами). Объемно-пространственная композиция упрощена. Различаются типы: IX — одноэтажные, с пристроенным дощатым или из пластин тамбуром (ул. 3 Июля, 17); X — двухэтажные или с антресолями, с прирубленным блоком лестницы и туалета, как правило, дворовые флигели (ул. Сурикова, 9 а); XI — двухэтажные дома с лестницей на открытой либо остекленной веранде (ул. Дзержинского, 46).

К группе «Г» относятся многоквартирные дома второй половины XDC в. — двухэтажные, в 7—9 окон по фасаду. Различается три типа: XII – с лестницей, встроенной в объем здания (ул. Киевская, 17 и ул. Тимирязева, 39); XIII - с пристроенной к боковому фасаду парадной лестницей (ул. Лапина, 26 и ул. Тимирязева, 41); XIV — с двумя лестничными блоками в торцах и иногда явно выраженной коридорной системой (пер. Черемховский, 8).

В изобилии рядовой застройки со сложной строительной периодизацией можно выделить повторяющиеся частные случаи, объединенные в группу «Д», - дома со сложным планом. Это тип XV — дома с П-образным планом, с антресолями в задней части, иногда на каменном подклете (ул. Б. Хмельницкого, 6 и ул. 3 Июля, 19); тип XVI - дома со сложной конфигурацией плана и усложненной внутренней планировкой вследствие перестроек и пристроек (ул. Бабушкина, 10 и ул. Б.Хмельницкого, 5-7); тип XVII — дома с каменной частью, пристроенной к деревянной, хотя иногда встречаются конструктивно связанные дерево-каменные постройки, где в качестве строительного материала используется местный «серовичный камень» — песчаник (пер. Черемховский, 1; ул. Борцов Революции, 11 и ул. Киевская, 40). Тип XVIII появляется в результате уплотнения городской застройки, когда два рядом стоящих дома объединяются общей кровлей и обшивкой фасадов, с заполнением промежутка и устройством там жилого помещения. К этой же группе можно отнести два типа угловых домов: тип XIX — дома со срезанным углом, с планировкой, напоминающей тип XI расположением; лестниц (ул. Дзержинского, 11 и ул. Декабристов, 14); тип XX — дома с косоугольным планом, вписанные в контуры углового участка, иногда образованы путем пристройки к более старому особняку прируба неправильной формы (ул. Киевская, 35, 40).

Группа «Е» выделена условно, к ней отнесены уникальные постройки, отличающиеся незаурядностью декоративного убранства    и оригинальной планировкой либо развивающие схему более сложных образцовых проектов. Из них различают два типа: тип XXI — дома протяженного плана с двойной анфиладой помещений (дом Трубецких по ул. Дзержинского, 64) (см. таблицу 1 - тип 11); тип XXII - дома комнатного плана (дом Волконских по ул. Волконского, 10 и особняк 1840-х гг. по ул. Борцов Революции, 6). Нужно сказать, что и на облик этих построек, часто возводимых по индивидуальным и апробированным в столице проектам, традиционная иркутская архитектура наложила свой отпечаток, что сказалось в мотивах декоративного убранства, выборе и композиции архитектурных форм.

Типология фасадных решений явствует из таблицы 1. Как указывалось выше, домам традиционного типа соответствуют фасадные композиции, совпадающие с простыми фасадами образцовых проектов. Эти композиции развиты присовокуплением традиционных иркутских крылец (типы 3,3 а, 3 б). Когда в передней части здания над потолком парадной залы образовывалось чердачное помещение, его окна выходили на фриз главного фасада, что придавало дому своеобразный облик.

От типовых фасадов идет фасадное решение домов с мезонинами. В случае расположения мезонина параллельно улице, облик дома совершенно менялся - подробно разрабатывался торцевой фасад крыла, выходящий на улицу.

Фасады домов в XIX в. большей частью обшивались. Идущая от XVIII в. традиция открытого сруба сохранялась в более бедных периферийных районах города – Рабочей слободе, Знаменском предместье. Свес кровли украшался профилированным карнизом с изрядным выносом до 0,7 м. Характерны дощатые фризы, опоясывающие даже необшитые постройки.

Часто обшивались только главный фасад и видные с улицы части боковых фасадов. Со двора дом оставался не тронутым. Большие и богатые постройки — особняки в 5 окон (таблица 1, типы 7, 8) — всегда обшивались полностью.

Обшивка становилась одним из элементов декора. С 1820-х гг. появляется и во второй половине XIX в. находит большое распространение профилированная обшивка — «галтель». Углы зданий украшаются накладными пилястрами — дощатыми и с имитацией руста. Возникают накладные горизонтальные раскреповки.

В целом тектоника фасадов идет от классических образцовых проектов. На характер фасадных членений оказывает влияние пониженная высота первых этажей - подклетов.

Многоквартирные жилые дома, построенные после 1864 г. в два полных этажа, имеют иной ритм горизонтальных членений фасадов. Наряду со схемами многооконных типовых фасадов первой половины XIX в., возникают и используются новые схемы, с четным количеством окон, с развитым, в погоне за «роскошью», фризом, обильно украшенным накладной резьбой. Усложняются кровли, на которых появляются псевдоготические башенки взамен угловых фронтонов (таблица 1, типы 9, 10).

Построение фасадов отдельных уникальных построек первой половины XIX в. соответствует общепринятым классическим канонам.

Типология элементов декора фасадов и интерьеров иркутских домов

Декоративное убранство фасадов выражалось прежде всего в оформлении наличников. На протяжении первой половины XIX в. сосуществовали и развивались в бесчисленных модификациях два типа наличников.

Первый тип — наличники с профилированным классическим сандриком, прямоугольным, треугольным с зубцом или лучковым, сандрики имели простые и красивые обломы, иногда украшались акротериями, часто развивавшимися в барочные «волюты». Иногда фризовая доска украшалась накладной объемной резьбой.

Второй тип — наличники с мотивом барочной резьбы: архаические формы наиболее старых наличников напоминают наличники карельских построек. С течением времени формы резьбы усложняются: простые и плавные линии порезки превращаются в сложный и прихотливый узор растительного орнамента. Во второй половине XIX в. в резьбу внедряются рокайльные мотивы и, наряду с удачно прорисованной резьбой, встречаются безвкусные образчики.

Во второй половине XIX в. с развитием строительной техники и изменением общественного художественного вкуса появляются новые типы наличников — с полуциркульной средней частью завершения, с треугольным фронтоном, украшенным галтелем с мелким профилем. Возникают многочисленные элементы накладной резьбы — пропильной или сухо геометрической (граненые ромбы, усеченные призмы, циркульные точеные розетки). Получают распространение токарные украшения — точеные шишечки и башенки.

В целом происходит отход от классических и барочных канонов в сторону эклектического применения и разнородных форм.

Очень интересно оформление оконных ставень, с прямоугольными и ромбическими филенками, украшенными «соломенной гранью», а также с плоскими резными украшениями. Ставни навешивались на кованые железные петли с «ушами».

Под свесом кровли жилых домов проходит традиционный профилированный карниз; карнизные и подкарнизные доски крепятся к выпускам кобылок. Очень распространен, даже у зданий с необшитыми стенами, гладкий дощатый фриз, опоясывающий здание по периметру. Эпохе классицизма соответствовали классические резные украшения на фризе — венки, гирлянды, розетки, сплетенные кольца. Часто использовался мотив триглифно-меточного фриза. В конце XIX в. карниз вместо простого гуськообразного профиля украшается резными про-пильными подзорами, а на фризе накладная и пропильная резьба достигает густоты, граничащей с безвкусицей.

В целом резьба на фасадах иркутских домов очень интересна и заслуживает дополнительного исследования. На уникальных постройках встречаются шедевры резьбы по дереву, например, резные украшения на доме по ул. Октябрьской Революции, 7. В то же время можно выделить отдельные типовые украшения, выполненные, несомненно, одной артелью или одной рукой и повторенные на нескольких зданиях, отчего их художественная ценность не уменьшилась. К таким украшениям относятся некоторые типы наличников барочного рисунка на домах по ул. К. Либкнехта, рисунок резных ставень, встречающийся на многих постройках в районе ул. Борцов Революции.

Облик рядовых домов иркутской застройки немало украшали со вкусом выполненные кованые детали - петли-жиковины со сложной навеской, петли с проушинами, кованые ручки с просечными пластинами, накладные замки. Эти же детали встречаются в интерьерах. В жилых помещениях в XIX в. появляются скобяные изделия из латуни - дверные и оконные ручки, шпингалеты, ветровые крючки, печные приборы.

Убранство интерьеров рядовых особняков эпохи классицизма выполнено в едином стиле. Облик парадных и жилых помещений украшали филенчатые двери и

перегородки, профилированные обрамления оконных проемов. Типы дверей, обнаруженных в старых домах города, несложны. По большей части они украшены тройными филенками, нередко встречаются филенки с ромбической средней частью. В доме по ул. Октябрьской Революции, 7 найдены двери, украшенные накладными резными украшениями.

Иногда вместо простого обрамления дверного проема профилированным багетом устраивались более сложные порталы, с колонками или пилястрами по бокам, поддерживающими антаблемент с широким фризом. На фризе встречались также накладные украшения. Такие двери имеются в особняке по ул. К. Либкнехта, 31, классическом особняке 1840-х гг. по ул. Борцов Революции, 6. В доме-музее Трубецких также восстановлены подобные порталы.

Лестницы имели ограждения из точеных балясин с открытой текстурой дерева или покрытых «французским» матовым лаком, иногда окрашенных. Типы балясин весьма разнообразны и варьируют от наиболее простых в домах начала XIX в. (дом по ул. К. Либкнехта, 31) до чрезвычайно усложненных (балясины на поздних лестницах в доме по ул. Октябрьской Революции, 7).

Важным элементом декора интерьеров являлись печи. В жилых комнатах устраивались «голландские» печи из кирпича, установленные на фундаментах из «сыровичного» камня. Они были обмазаны глиной и побелены. Наряду с этим уже в первой половине XIX в. встречались печи, облицованные изразцами. При обследовании нами не найдено печей, которые было бы возможно датировать началом XIX в. Однако печей середины и второй половины XIX в. в Иркутске сохранилось достаточно. Очевидно, что в городе было налажено производство печных изразцов. Отметим несколько наборов типов изразцов, которые в различных сочетаниях применялись в декоре фасадов печей вплоть до XX в. Печные фасады имеют трехчастное членение, на высокий цоколь, тело печи, с картиной, обрамленной изразцами и орнаментами.

Уже в первой половине XIX в. в Иркутске получили распространение обои. Обои бывали и привозные — китайские, и отечественные, вывезенные из Европейской России. В середине века обои стали изготавливать в Иркутске. Встречались как дорогие, штофные, так и дешевые бумажные обои.

Интересен вопрос о применении цвета в декоре фасадов и интерьеров домов рядовой застройки. На фасадах некоторых домов первой половины XIX в., сохранивших первоначальную обшивку, можно различить следы старой покраски, оставшиеся в местах, защищенных от атмосферных влияний. Так, на фасаде дома по ул. 5-й Армии, 32 сохранились следы затирки или покраски охрой, фасады дома по ул. Борцов Революции, 6 сохранили следы покраски в серый цвет.

В Государственном архиве Иркутской области есть материалы, подтверждающие наличие покраски на старых зданиях.

В описях казенных городских строений, относящихся к середине XIX в., наряду с подробным описанием мебели и внутреннего убранства, имеется много упоминаний о покраске фасадов: «...стены обиты тесом и крашены палевою на масле краской... а крыша красной на жиру краской» или «...стены с наружной стороны крашены палевою краскою на масле, кровля красной краской на рыбьем жиру, на той же крыше с одной стороны циркуль (видимо — циркульный фронтон. — Е. Б.) крашен желтой краскою на масле, под крышей карниза крашен белой...». Упоминается в том же доме «крыша тесовая, на гвоздях на подскальнике14», т. е. на слое бересты, отсюда можно заключить, что иногда красились даже деревянные, тесовые кровли.

В материалах есть указания на покраску оконных рам («окна, в них оконницы на шесть стекол крашены на масле белилами»15), постоянно отмечается наличие медной скобянки в печах. Об обоях сведений не имеется, однако найденные при исследованиях ряда старинных домов образцы позволяют восстановить наиболее распространенные типы рисунков и текстуры обоев.

Часто стены в комнатах вообще не были оштукатурены или побелены. Открытая текстура древесины немало украшала интерьер. На таком фоне особенно выделялись крашенные белилами двери, наличники окон. Подобное оформление интерьера характерно для небольших особняков, принадлежавших небогатым владельцам, а также для хозяйственных помещений в прирубах, стен лестниц и сеней.

Полы в домах устраивались из плах, гладко оструганных с одной стороны и плотно подогнанных друг к другу. Такие полы встречаются даже в домах се редины XIX в. Позднее полы, как правило, настилаются из досок и часто, с середины XIX в., красятся. Паркет настилался только в богатых особняках, например в доме Сибиряковых, во время использования его под резиденцию генерал-губернаторов (бульвар Гагарина, 24). Имеется любопытное упоминание о способе изготовления паркета в Иркутске: «Нужно знать, что в Иркутске нет паркетных фабрик и готового паркетного материала, и до последнего времени, вернее, до постройки железной дороги, паркеты, большей частью, делались из дощечек, получаемых от разборки старых дубовых бочонков из-под вина. Этот материал требовал выпрямления и значительной пристружки. Но дерево всегда старалось приобрести свою первоначальную кривизну... и паркет, сделанный из него, в большинстве представлял собой неровную поверхность»16. Впрочем, в 1890-х гг. в городе пользовался известностью паркет фирмы Паркетная фабрика Е.М. Циганова в Казани»17.

Типология планировки усадеб и малых форм

Начиная со времени развития городской застройки по определенному плану городские усадьбы приобретают правильную форму плана, соответствующую прямоугольной сетке улиц, а так же относительно одинаковые размеры; исключение составляют усадьбы богатых слоев населения, усадьбы, размещенные в старой части города, которой не коснулись в такой степени изменения планировки.

Набор и количество хозяйственных построек варьировали в зависимости от размеров территории и обеспеченности хозяина усадьбы. Неотъемлемыми атрибутами усадьбы были: амбар-житница, конюшня, иногда совмещенная с каретным сараем — завозней, нередко устраивались открытая завозня под навесом, каменная, а — чаще деревянная банька на задах усадьбы, постройки для содержания домашней птицы и скота — «стаи» или хлева с обширными сенниками, они также размещались в задней части участка.

Сама усадьба делилась на две части — передний и задний двор. Передний двор бывал часто устлан досками или плахами, образующими сплошное мощение. На худой конец, отдельные постройки усадьбы соединялись ходовыми мостками «в одну теснину». По периметру усадьбы обносились заплотами, которых до сих пор в Иркутске сохранилось множество. Самые старые из них представляют собой внушительные сооружения до 3 м высотой, с заборкой из полубревен. Интересно, что, как правило, заплоты, разгораживавшие территории разных усадеб, имели почти ту же высоту, что и уличные заплоты. Тем самым усадьба превращалась в неприступную крепость.

Ворота и калитки в заплотах сами по себе являлись шедеврами деревянного зодчества. Бывали ворота с прямым верхом, украшенным колонками, чаще встречается прихотливо изогнутый лучок, выполненный из целого бруса, с простым, сочно вырезанным тянутым карнизом. Позднее элементы карниза, вытесанные отдельно, набивались на брус. Во второй половине XIX в. в качестве декора используется пропильная резьба, которой украшаются створки ворот, подзоры карниза.

Типы хозяйственных построек, по-видимому, не отличались от общепринятых крестьянских хозяйственных строений. Простые амбары-клети, амбары с консольным навесом — «лбом», с самцовыми кровлями сохранились в городе до сих пор. Более «городскими» представляются амбары-пятистенки или даже с двумя поперечными стенами, с решетками на вторых этажах, заменяющими стены; эти решетки, связанные «в шип» из брусков солидного сечения, очень характерны для иркутской застройки. Сохранилось несколько образцов типично городских амбаров — двухэтажных, с галереей под навесом кровли, со многими помещениями. К сожалению, эти постройки - прачечные, кухни, конюшни и даже хлева — в наши дни часто используются как жилье и перестроены до неузнаваемости.

В заключение хочется привести отрывок из сочинения неизвестного иркутского бытописателя 1840-х гг.: «Жители Иркутска как торгового города всегда находятся в больших средствах, по трудолюбию и обороту имеют порядочное состояние и очень склонны к постройкам домов и в этом стараются быть щеголеватыми. Но получив фасады, хотя и правильные иногда, не встречают со стороны обязанных лиц приличного надзора за выполнением.

Отчего почти все выстроенные дома жителями посредственного состояния, вышли карикатурными, будучи несоразмерно возвышенными от устройства так называемых бельэтажей. У таких домов... выглядывают то страшные фронтоны, то балконы с разными дивными навесами и перилами и удивительно как безобразят улицу»18.

Трудно полемизировать с давно умершим автором. Нам, отстоящим от него на более чем полторы сотни лет, описанные им черты иркутских домов представляются совсем в ином свете. Таким обликом Иркутск встретил декабристов, в таком именно городе жили многие из них на поселении. Лицо каждого города неповторимо — будь это парадный классический Петербург или уютная классическая застройка Калуги. Неповторима и деревянная застройка времен классицизма в Иркутске. Поэтому ее и следует изучать.

Примечания

  1. Иркутск: Материалы для истории города XVII-XVIII столетий. - М, 1883. - С. 4-12.
  2. Там же. С. 13—15.
  3. Кудрявцев Ф., Вендрих Г. Иркутск: Очерки по истории города. — Иркутск, 1971. — С. 41.
  4. Там же. С. 35.
  5. Наказ от жителей г. Иркутска в Екатерининскую законодательную комиссию // Сборник Русского исторического общества. - СПб., 1911. - Т. 134. - С. 398.
  6. Авдеева-Полевая Е. Записки и замечания о Сибири // Записки иркутских жителей. - Иркутск, 1990. - С. 19-20.
  7. Калашников И.Т. Записки иркутского жителя // Записки иркутских жителей. — С. 259.
  8. ГАИО. Ф. 69. Оп. 4. Д. 1838.
  9. Оглы В.И. Планировка и застройка г. Иркутска: Дис. ... канд. архитектуры. — Новосибирск, 1959. - С. 12.
  10. РГИА. Ф. 1310. Оп. 2. Д. 204. Л. 3.
  11. Калашников И.Т. Указ. соч. — С. 260.
  12. Лосев А.И. Географическо-статистическое описание Иркутской губернии. - Иркутск, 1819. - Ч. 2. - С. 21.
  13. Архив Иркутского областного краеведческого музея. Ф. 317.
  14. ГАИО. Ф. 70. Оп. 1. Д. 6805. Л. 48, 53, 54.
  15. Там же. Л. 45.
  16. Там же. Ф. 31. Оп. 3. Д. 73. Л. 14.
  17. Там же. Л. 21, 65.
  18. Там же. Ф. 480. Оп. 1. Д. 204. Л. 5-5об.

Выходные данные материала:

Жанр материала: Статья | Автор(ы): Барановский Евгений | Оригинальное название материала: О типологии жилых домов Иркутска | Источник(и): Земля Иркутская, журнал | 2002. - №1 (18). - С. 23-29; №2 (19). - С. 4-6. | Дата публикации оригинала (хрестоматии): 2015 | Дата последней редакции в Иркипедии: 03 апреля 2015

Примечание: "Авторский коллектив" означает совокупность всех сотрудников и нештатных авторов Иркипедии, которые создавали статью и вносили в неё правки и дополнения по мере необходимости.