Воинские казармы в Иркутске

Вы здесь

Версия для печатиSend by emailСохранить в PDF
Иркутский губернатор Н.И. Трескин
Иркутский губернатор Н.И. Трескин
Купец Н.П. Трапезников
Купец Н.П. Трапезников
Здание бывших Участнических казарм. Фото. 2004 г.
Здание бывших Участнических казарм. Фото. 2004 г.
Участнические казармы. Вид с Иерусалимской горы. Фото
Участнические казармы. Вид с Иерусалимской горы. Фото
Здание бывших казарм Енисейского батальона. Фото. 2004 г.
Здание бывших казарм Енисейского батальона. Фото. 2004 г.

Статья посвящена двум военным комплексам, построенным с разницей в 100 лет. Участнические казармы появились в начале XIXв., а казармы Енисейского и Иркутского запасных батальонов возведены в 1903 г. Сегодня они находятся в гуще городской застройки, а когда-то и те и другие были на окраине Иркутска.

Участнические казармы

Прогуливаясь по улице Тимирязева в районе Центрального рынка, не сразу обратишь внимание на трехэтажный каменный дом, известный большинству иркутян как бывший ветеринарный техникум. Сегодня в нем трудно угадать постройку, которой вскоре исполнится 200 лет. Тем не менее, в основе находится двухэтажное здание казарм, возведенное в 1806—1808 гг. и значительно переделанное в 1950-х гг.

Чтобы яснее представить обстоятельства строительства Участнических казарм, обратимся к предыстории их появления. Освоение местности, прилегающей к подошве Иерусалимской горы, начинается в первой половине XVIII в. В то время это была городская окраина, использовавшаяся преимущественно для нужд военных. После того, как в 1726 г. вдоль южной границы Иркутска поднялись оборонительные сооружения («палисад», проходивший по линии современной ул. К. Маркса), за них был выведен иркутский гарнизон. Сегодняшние кварталы, заключенные между улицами К. Маркса (Большой) и Тимирязева (Преображенской), начинались как Солдатская слобода, где, помимо жилых домов, находились военные объекты: склады, различные мастерские, кузницы. Позднее, в начале XIX в., они, вслед за возникновением жилых кварталов, выносились все далее на окраину. Так образовались военные сооружения на будущих улицах Мастерской (Кожова), Казарминской (Красного Восстания), Петрушиной (Иерусалимской) горе.

Впервые место, отведенное под строительство казарм, обозначено на плане Иркутска 1768 г. как «вновь проектируемые пороховой погреб, артиллерийский арсенал и казармы». Территория арсенала, возведенного в 1774 г., занимала всю площадь, на которой сегодня находится Центральный рынок. Недалеко от него возникают три ряда сооружений, названных на плане 1784 г. «солдатскими казармами». На этом участке среди деревянных строений в начале XIX в. и будет построено единственное каменное здание Участнических казарм.

Потребность в регулярном расширении военных объектов была связана с образованием самостоятельной Иркутской губернии. 19 октября 1764 г. Екатериной II издан указ о том, что «...по великой обширности Сибирского царства поведено учредить там вторую губернию под названием Иркуцкой.

Иркутск становится административным центром огромного края, оказавшись, к тому же одним из форпостов юго-восточных рубежей России.

положение вызвало необходимость содержания значительного военного гарнизона. Существовавшая в то время повинность — натуральный налог квартирного воинского постоя — помимо того, что была обременительна для домохозяев, уже не могла удовлетворить потребности в размещении военных. В 1805 г. несколько именитых иркутян обратилось к губернским властям с предложением выстроить за свой счет, «на паях», на месте ветхих деревянных новые каменные казармы. Взамен они просили освободить их от военного постоя. Городское общественное управление, не имея собственных средств на сооружение военных объектов, приняло это предложение и выделило под будущие казармы более 3000 кв. саж. земли.

Среди пайщиков, или участников (отсюда и появилось название «Участнические» казармы), было немало известных иркутских купцов, оставивших о себе память как о благотворителях и меценатах, жертвовавших значительные средства на возведение церквей, больниц, многочисленных учебных заведений. Собранный капитал, около 33 тыс. руб., был разделен на 130 частей оклада. Доли участия могли покупаться, продаваться, передаваться по наследству, поэтому количество пайщиков постоянно менялось. На 1839 г. их было 23 человека, среди них — Н.П. Трапезников «с братьями», А.А. Свешников, П.Ф., И.Л. и В.Ф. Медведниковы, П.Т. Баснин и др.

После принятия решения о постройке нового здания каменных казарм, иркутским гражданским губернатором А.М. Корниловым 27 апреля 1806 г. было предписано архитектору А. Лосеву отвести землю и составить проект, «план и фасад» предполагаемого сооружения.

Интерес представляет вопрос об авторстве проекта: дело в том, что в начале XIX в. в Иркутске работали отец и сын Лосевы, оба — известные архитекторы. Отец — Антон Иванович Лосев — занимал должность губернского землемера и оставил после себя ценные работы по истории, статистике и географии Восточной Сибири. Им были составлены одни из первых карт Байкала. Поскольку «архитектору Лосеву», как свидетельствуют документы2, кроме составления проекта здания Участнических казарм, предписывалось еще и отведение под них земли, есть основание предполагать, что автором являлся именно А.И. Лосев.

Возводились казармы уже при правлении следующего иркутского губернатора - Н.И. Трескина (1806-1819 гг.), после чего более ста лет они служили для размещения различных военных частей. Известно, что в 1830-е гг. здесь располагался линейный Сибирский батальон, в 1840-е — нижние чины Иркутского артиллерийского гарнизона, затем — музыкантская команда. Наиболее длительный период времени помещения занимались конвойными командами: Усть-Кутской, Верхоленской и Иркутской. Одновременно в казармах могли проживать до 500 человек. Лишь на короткое время, в бытность распорядительницей (на правах держательницы самого крупного пакета акций) оборотистой верхоленской купчихи М.Я. Абрамовой, военные части были выведены из казарм, которые использовались для других целей: на первом этаже находились трактирное заведение и дешевая благотворительная столовая, а верхний этаж был занят квартирой самой Абрамовой. Следует отметить, что ее стараниями в 1879-1887 гг. проведен капитальный ремонт здания, пришедшего к этому времени в аварийное состояние — грозили рухнуть пришедшие в ветхость деревянные перекрытия.

Сохранившаяся оценочная ведомость, составленная в 1873 г. архитектором В.А. Кудельским, дает представление о размерах казарм и их первоначальном устройстве, внутренней планировке, общем составе комплекса: «1. Главный дом каменный 2-этажный, длиной по улице 23 саж., шириной 7 саж. 1 аршин, вышиною 13,5 аршин, крыт тесом под карниз. В верхнем этаже окон пятнадцать, в нижнем – тринадцать. Каждый этаж разделяется на три отделения, в каждом отделении комнат — шесть. В верхнем этаже комнат — восемь. В верхнем этаже печей - голанок — семнадцать, пекальных — четыре. Валовая стоимость его 20 тыс. рублей.

2. Кухня деревянная одноэтажная длиною 10 саженей, шириною 4 сажени, крыта тесом под карниз. Во дворе окон десять, разделяются двумя отделениями; в сенях - кладовые, печей русских — четыре, очаг один с шестью котлами для варенья щей, здание ветхое, стоимость его 300 рублей.

3. Амбар деревянный одноэтажный, в одной связи цейхгауз, конюшня и карцер, все здание длиной 21 сажень, шириной 3 сажени, крыто тесом в желобья; корпус разделяется на семь отделений капитальными стенами; дверей входных восемь; в карцере окон два, печь голанка одна. Здание ветхое, стоимость его 200 рублей»3.

Помимо перечисленного, на территории находились «подвал в земле деревянный с двумя выходами крыт на два ската... прочный» и навес.

После ремонта внешний вид дома значительно изменился: с главного фасада убрали два крыльца с высокими каменными помостами и деревянными фронтонами, а со стороны дворового фасада, наоборот, сделали два капитальных пристроя, предназначавшихся для входа в нижний и верхний этажи. Снесли ветхие строения, остававшиеся еще от первоначального комплекса, а во дворе, в правой стороне участка, на площади 700 кв. саженей был разведен «древесный сад с разными в нем устройствами и оранжереей».

В начале 1900-х гг. здание было выкуплено в казну и поступило в ведение Воинского начальника. К тому времени оно уже вновь арендовалось военными для размещения нижних чинов конвойной команды, так как у города катастрофически не хватало места для расквартирования иркутского гарнизона, численность которого возросла в связи с Русско-японской войной.

Интересно сложилась судьба дома в советский период. После окончания Гражданской войны, в 1920-1923 гг., в нем размещался штаб Частей Особого Назначения (ЧОН), созданных для борьбы с бандитизмом, получившим в Иркутской губернии значительный размах. Ядро антисоветского движения составляли бывшие белогвардейские офицеры, к которым примкнули недовольные властью местные жители. Они убивали деревенских активистов, грабили шедшие по Якутскому тракту обозы с золотом.

В 1924 г. здание муниципализировали, и в нем разместился вначале Дом крестьянина, позднее - учебный корпус Иркутского сельскохозяйственного техникума (веттехникум).

Реконструкция дома, сформировавшая его современный вид, была проведена в 1951-1952 гг. При этом, как сказано в проектном задании, «объектом проектирования является надстройка 2-х зданий веттехникума. Здания - основной корпус и пристрой — расположены вплотную друг к другу»4. Пристрой, о котором идет речь, — это двухэтажный каменный дом, возведенный в 1902 г. в соседней усадьбе, принадлежавшей Д.В. Злотникову и находившейся по левую сторону от территории казарм. Таким образом, современное здание состоит из двух, первоначально совершенно разных самостоятельных строений, объединенных единым композиционным решением и надстройкой третьего этажа. Окончательное изменение окружающей исторической среды довершило возведение школы, которая сейчас занимает часть внутреннего двора прежних Участнических казарм.

Казармы Енисейского пехотного батальона

В районе телецентра, особняком, стоит старинное здание из красного кирпича, в котором сейчас находится военная прокуратура (ул. Пискунова, 14). Оно как бы разделяет массив одноэтажных деревянных домов и кварталы с современной застройкой. Это — бывшие казармы Енисейского и Иркутского запасных пехотных батальонов, построенные в 1903 г.

Вопрос размещения войск для Иркутска фактически во все времена стоял очень остро, но начало XX в. выдалось особенно трудным. Еще накануне Русско-японской войны Россия, наряду с другими крупными державами (Германией, Японией, США, Францией и др.), втянулась в сомнительную кампанию по подавлению начавшегося в 1899 г. в Северном Китае антиимпериалистического боксерского, или Ихэтуаньского (от Ихэцуань — «Кулак во имя справедливости и согласия»), восстания.

Летом 1900 г. была проведена общая мобилизация, и через Иркутск, ставший основным транзитным пунктом, начали проходить войска. На какое-то время они останавливались в нашем городе, чтобы пройти переформирование и обучение. Это вызвало такое скопление войск, к которому Иркутск не был готов. Нормальная жизнь обывателей оказалась парализованной. Полностью разместить войска по имеющимся казармам и частным квартирам оказалось невозможно из-за недостатка подходящих помещений. Местные власти вынуждены были отдать под постой все пригодные здания. Вот что сообщает об этом иркутская летопись за июль 1900 г.: «Прибывающими из России на театр военных действий в Китае во время предполагаемых... остановок войсковых партий будут заняты под квартиры все городские училища, здания городской управы и частных обывателей»5. Полевые кухни и пекарни располагались прямо на улице; ощущалась острая нехватка в помещениях под мастерские и обозы.

Эта военная кампания, недолгая по продолжительности (восстание было подавлено в 1901 г.), еще раз подчеркнула необходимость решать проблему размещения войск казарменным способом.

Однако на возведение новых военных объектов у городского общественного управления, как это водится, не было средств, и поэтому строительству предшествовала продолжительная борьба между городской управой и военным ведомством, поддерживаемым центральной властью.

В сентябре 1900 г. Начальник штаба сибирского военного округа сообщил иркутскому губернатору о назначении постоянного пребывания в Иркутске 2-го резервного (Енисейского) батальона в трехротном составе (около 900 человек). А поскольку этот батальон был определен для несения караульной службы, «для него и должно быть отведено вполне удобное казарменное помещение в самом городе»6. Причем следовало иметь в виду, что вскоре ожидалось пополнение батальона еще двумя ротами из Приамурских войск. Городская дума, рассмотрев и обсудив этот вопрос, ответила генерал-губернатору: «1. Город решительно не находит возможным принять на себя казарменное расквартирование Енисейского резервного пехотного батальона. 2. По этой же причине городское управление не находит возможным произвести капитальный ремонт Абрамовского дома (Участнических казарм) и сделать в нем все необходимые приспособления для расквартирования воинских частей. 3. Енисейский резервный батальон, как часть уже дисциплинированную, расквартировать по обывателям»7. Однако это предложение думы не могло устроить уже военное ведомство. Началась переписка, продолжавшаяся около двух лет, в течение которых батальон был по частям размещен в других казармах, и тянувшаяся до тех пор, пока на строительство новых «главнейших казарменных зданий» из государственной казны не было выделено 240 тыс. руб. Однако интересы думы и военных вновь вступили в противоречие — уже по поводу месторасположения отводимого участка. Дума предлагала занять территорию бывших артиллерийских складов в Знаменском предместье (ныне ул. Сурнова, 22, территория кожзавода). Военные отказывались, так как участок оказался «непригоден для каменных многоэтажных казарм, какие предполагалось выстроить, ввиду того, что место низкое и грунтовые воды на нем очень высоки»8 . Нужна была площадка в здоровой местности, сухая, с удобным водоснабжением, достаточно ровная и просторная (не менее 4 десятин)9, недалеко от города и на удобных путях сообщения. Военные инженеры выбрали место на берегу Ангары, «при въезде в Гороховский выселок (район нынешней ул. Дальневосточной), во вновь распланированной будущей части города за Петрушиной горой, между намеченными улицами 6-й и 8-й Иерусалимскими, Хаминовской и Сукачевской». Территория состояла из четырех «предполагаемых», т. е. запроектированных, но еще не заселенных, кварталов под № 244, 245, 260 и 261. Расчет военных на то, что город уступит землю безвозмездно, поскольку «самая постройка казарм военным ведомством, избавляя город от расквартирования войск, есть уже большая милость правительства, которая потребует от правительства весьма крупных расходов»10, не оправдался. Дума была категорически против отвода земли в этом районе, поскольку Петрушина гора в условиях чрезвычайно быстро увеличивающегося населения являлась самым удобным и перспективным местом для роста и развития города.

Тяжба тянулась более двух лет, и только именной высочайший указ, повелевший отвести именно спорную территорию, сдвинул дело с мертвой точки. Текст указа гласил: «Для возведения казарм Енисейского и Иркутского резервных батальонов в городе Иркутске оказалось необходимым изъять из владения названного города земельный участок, пространством до 6 десятин, в пределах предположенных на Петрушиной горе городских кварталов под № 244, 245, 260 и 261.

Вследствие сего повелеваем: 1) сделать надлежащие распоряжения к отчуждению для указанной цели означенного участка; 2) в вознаграждении за оный поступить на основании общих узаконений об имуществах, отчуждаемых по распоряжению правительства, и 3) ввиду безотлагательности строительных работ, занять упомянутый участок вслед за совершением его описи, с соблюдением правил, изложенных в статьях 594 и 595 законов гражданских.

На подлинном Собственною Его Императорского Величества рукою подписано "Николай "

В Ливадии.

1 декабря 1902 года»11.

В итоге участок в шесть десятин был оценен в 15 840 руб. и передан военным, после чего началось строительство казарм, проведенное в очень сжатые сроки.

Автором проекта, как свидетельствуют архивные документы, являлся начальник Иркутской инженерной дистанции полковник Орлов, который сообщал в Сибирский военный округ: «Мною было получено предписание о составлении проектов казарменных зданий...»12. Он же контролировал ход строительства, которое велось хозяйственным способом силами самих военных.

Следует отметить, что появление новых казарм накануне Русско-японской войны оказалось крайне своевременным: они позволили хоть сколько-нибудь смягчить остроту положения с размещением войск.

Енисейский батальон принимал участие в военных действиях. По сообщению иркутской летописи, составившей подробную хронологию событий в городе, «25 апреля (1904 г.) на Тихвинской площади состоялось молебствие и освящение знамени, которое вручено Енисейскому полку (?) от государя императора», а «7 августа 1904 г. Енисейский батальон ушел на театр военных действий» и воевал з Маньчжурии 13.

Однако в градостроительном отношении возведение казарм в этом месте не было удачным решением, и в этом опасения иркутских властей оправдались: выделенная территория с закрытыми внутри отведенных кварталов улицами для проезда явилась помехой, своеобразным тромбом для развития городской застройки в этом направлении. Вместо проектировавшихся генеральным планом Иркутска 1899 г. десяти параллельных Иерусалимских улиц впоследствии образовано лишь восемь (известны как улицы 1—8-я Советские).

Отметим, что вскоре после окончания Русско-японской войны в Иркутске, в первое десятилетие XX в., был выстроен ряд крупных военных комплексов, в их числе Заиркутный военный городок, Красные казармы, станция Батарейная. Однако в целом это не сняло проблему размещения войск, и она продолжала решаться методом квартирного постоя или аренды частных домов.

Примечания

  1. Городские поселения Российской империи. Иркутская губерния. - СПб., 1860. - Т. 2. - С. 259.
  2. ГАИО. Ф. 70. Оп. 2. Д. 5. Л. 37.
  3. Там же. Д. 848. Л. 194-195.
  4. Там же. Ф.р-2896. Оп. 2. Д. 79. Л. 21.
  5. Романов Н.С. Летопись города Иркутска за 1881-1901 гг. - Иркутск, 1993. - С. 432.
  6. Известия Иркутской городской думы за 1900 г. - Иркутск, 1900. - С. 54.
  7. Известия Иркутской городской думы за 1901 г. - Иркутск, 1901. - С. 70.
  8. ГАИО. Ф. 70. Оп. 3. Д. 1139. Л. 11.
  9. Там же. Л. 4.
  10. Там же. Л. 5.
  11. Правительственный вестник. — 1903. — №20.
  12. ГАИО. Ф. 70. Оп. 3. Д. 1139. Л. 3.
  13. Романов Н.С. Летопись города Иркутска за 1902-1924 гг. - Иркутск, 1994. - С. 36, 41.

Выходные данные материала:

Жанр материала: Статья | Автор(ы): Бубис Надежда Григорьевна | Оригинальное название материала: Воинские казармы в Иркутске | Источник(и): Земля Иркутская, журнал | 2004. – №2 (25). - С. 68-71. | Дата публикации оригинала (хрестоматии): 2015 | Дата последней редакции в Иркипедии: 01 апреля 2015

Примечание: "Авторский коллектив" означает совокупность всех сотрудников и нештатных авторов Иркипедии, которые создавали статью и вносили в неё правки и дополнения по мере необходимости.

Материал размещен в рубриках:

Тематический указатель: Статьи | Журнал "Земля Иркутская" | Иркутск | Библиотека по теме "История"