Румянцев А. «Город мой, город на Ангаре». Стихи иркутских поэтов // «Иркутск. Бег времени»

Вы здесь

Версия для печатиSend by emailСохранить в PDF

Румянцев Андрей Григорьевич (род. в 1938 г. в с. Шерашово Кабанского района Бу­рятии). Член Союза писателей России. Автор книг «Таежная колыбель» (1984), «Госуда­рыня Жизнь» (2006) и др.

Страницы

Памяти А. В. Вампилова

1. Посредине лужка

Посредине лужка,

будто в горнице без потолков,

Мы стелили постель

на зеленой траве непримятой.

Верховик над Байкалом

кружил паруса облаков,

С огородов за пряслами

пахло укропом и мятой.

 

Жизнь казалась безбрежной,

как в этой тиши небеса,

А земля, где мы жили, –

домашней и теплой такою.

Лишь о будущем речи

туманили дымкой глаза,

И рождали надежды,

и сердце лишали покоя.

 

На иркутском погосте

сегодня такая же тишь...

И, сквозь толщу земли

наблюдая живые созвездья,

Ты листвою зеленой

со мною всю ночь говоришь

О коварстве и счастье дороги,

что выбрали вместе.

 

 

Я увижу Байкал

и зеленый лужок, и село.

Снова память туда

неустанно и властно стремится.

Я душою, озябшей в дорогах,

услышу тепло,

Развернув твоей книги

такие родные страницы.

 

2. Сарафанов

В тот оркестр

привел нас добрый

Суматошный брат-студент.

Ты неспешно выбрал домру –

Скромный русский инструмент.

 

А за пульт вставал печальный

Дирижер,

совсем не франт,

Мелодист провинциальный,

Неизвестный музыкант.

 

Те, кто знал маэстро, помнят,

Как приметы близких мест,

В оркестровом гуле комнат

Тихий голос, мягкий жест.

 

Говорю не для профанов

И совсем не наугад:

Твой чудесный Сарафанов —

Не близнец его, но брат.

 

Не спросил: случайно или

Вспомнив юное житье,

Музыканту дал ты имя,

Дал ты отчество свое.

 

Ты и сам тревожно, долго

Непростой ответ искал.

Чисто пели струны домры,

Ты задумчиво играл.

 

3. 17 августа 1972 года

Где-то зрела сарана,

Чайка дальняя кричала.

Долгий век нам обещала

Солнечная сторона.

 

Чья, скажи мне, в том вина,

Что я плачу у причала?

 

4. Художник

Жил, как отпетый пролетарий,

Хранил сокровища свои:

Из окон вид на планетарий,

Даль озаренья и любви.

 

Острил, ходил в долгах до смерти.

Закончил спор – уже во мгле:

—    Вы о поэзии?

Поверьте,

Она есть только на земле.

 

5. Несла твоя строка

Несла твоя строка

Печаль и гнев, и жалость.

Учительство твое

Не долго продолжалось.

 

Как человеку жить?

Что с человеком стало?

Ответные слова

Идут со дна Байкала.

 

6. Друзья

Опять я двух друзей

в тревожном вижу сне.

От берега они

уходят по волне

Так быстро,

словно плес за ними подожгли.

Они издалека кричат мне:

«Подожди!»

 

Погибший на воде,

погибший на земле,

Два друга много лет

живыми снятся мне.

Я с ними слез не лил –

тогда бесслезным был,

Я с ними хлеб делил

и очень их любил.

 

...Я подожду, друзья,

на вечном берегу —

На утреннем лугу,

на солнечном снегу,

Я подожду, коль так

судьба сулила мне,

И послужу за вас

живому на земле:

 

Веселому стрижу,

высокому орлу,

Багульнику в лесу,

ручью в апрельском рву,

Соседу моему

за тонкою стеной,

Делящему со мной

и труд, и сон земной.

 

Я послужу им всем,

я поделюсь теплом,

Чтоб с чистою душою

явиться к вам потом.

 

Пожар

Валентину Распутину

Ты первым увидал пожар.

Огонь, стремителен и страшен,

Все накрывал, все поражал —

От ветхих стен до вечных башен.

 

Сбежались люди.

Кто тушил,

А кто плескал на пламя масло.

Кто о погубленном тужил,

А кто злорадствовал: не гасло!

 

Поглядывали за бугор

Пожарные, твердя народу:

—     Вот-вот должны прислать багор,

А там и лестницу, и воду!

 

И торопились под шумок

Дать ход дешевому подлогу:

—    Ну, догадайтесь, кто поджег?

Не тот ли, кто забил тревогу?

 

Дым застилает белый свет.

И лишь пожарным слепошарым

До погорельцев дела нет —

Они любуются пожаром.

Киму Балкову

1

Ни эти грозные минуты,

Что иногда пророчат смерть,

Ни эти новые малюты —

Они не могут власть иметь.

 

Ты не отдашь свою свободу

Брататься с ветром, петь с листвой

И целовать траву и воду,

Что не забудут облик твой.

 

Как у дождя или у снега,

У слова путь лежит во мгле.

Оно к тебе приходит с неба

И лечит души на земле.

 

2

Твой дом, как ты, с душою нараспашку,

Глядит весь день на освещенный дол.

Закатывай крестьянскую рубашку,

Бери бумагу и садись за стол.

 

Не говори, что этот путь не дорог,

Что прав опять вчерашний лжец и трус.

Тяжел для крыльев наш небесный полог,

Но дерзкий беркут держит этот груз.

 

Смотри, как сыплет с дерева синица

Оправленные синью жемчуга.

Иди к столу —

там ждет с утра страница

Твои слова для друга и врага.

 

Поэт

Борису Архипкину

Он на пиру, но он не виночерпий,

Привратник, но не у земных ворот.

Его всегда толкают в бездну черти,

Но Бог его над бездною ведет.

 

Он в жизни оступался бы не реже

Других людей, когда бы не полет.

И если вдруг ему язык отрежут,

Он нёбом, словно небом, допоет.

 

А так он неказистый, мятый, сивый

И не нарцисс, конечно, а осот.

Но в звездном небе вышито:

Он символ

Той красоты, которая спасет.

 

***

Татьяне Суровцевой

Азиату пристало родиться

Где-то в Нерчинске или в Аге.

И судьба его – снежная птица:

Пролетела и скрылась в пурге.

 

Мы с тобой по судьбе азиаты.

Дом наш – снег да седая трава.

Наши песни из проруби взяты:

Были льдинки, а стали слова.

 

Наши белые души с рожденья

Опекала родная зима.

Ты возьми ее стихотворенья

И заполни живые тома.

 

Ты в обметанном тусклом окошке

Золотой пятачок продыши,

Чтобы только открылся немножко

Мир неведомой прежде души.

 

Продыши эти мерзлые дали —

В песню хлынет чужая беда.

Ну и что же, что так не певали

Никакие певцы никогда!

 

Русские поэты

Анатолию Горбунову

Удивительна все же порода

Песнопевцев угрюмой земли:

Им по сердцу любая погода,

Лишь бы ангелы пели вдали.

 

Лишь бы свет отражался не зыбко

На проснувшихся лицах сирот,

Лишь бы трогала чаще улыбка

Материнский страдальческий рот

.

И когда, как и тех, кто безвестней,

Призовет их Создатель на суд,

Ты не думай, что сладкою песней

Они грешные души спасут.

 

Не попросят зачесть им

Ни гнева,

Ни любви,

Ни участья,

Ни слез

Перед чашей кипящего неба

И костром полыхающих звезд.

Выходные данные материала:

Жанр материала: Произведение | Автор(ы): Румянцев Андрей Григорьевич | Источник(и): Иркутск. Бег времени, Иркутск, 2011 | Дата публикации оригинала (хрестоматии): 2012 | Дата последней редакции в Иркипедии: 19 мая 2016

Примечание: "Авторский коллектив" означает совокупность всех сотрудников и нештатных авторов Иркипедии, которые создавали статью и вносили в неё правки и дополнения по мере необходимости.

Материал размещен в рубриках:

Тематический указатель: Иркутск. Бег времени | Иркутск | Библиотека по теме "Искусство"
Загрузка...