Основные вопросы изучения и использования лесов Иркутской области (1947)

Вы здесь

Версия для печатиSend by emailСохранить в PDF

Конференция по изучению производительных сил Иркутской области. Доклад  профессора-доктора П.В. Васильева.

При рассмотрении почти любой проблемы лесного дела более или менее крупного экономического значения мы в современных условиях прежде всего должны считаться с двумя обстоятельствами: во-первых, с фактом всё более прогрессирующего роста народно-хозяйственного значения леса и древесины. Последние десятилетия, ознаменовавшиеся как в СССР, так и за границей крупнейшими успехами в изучении и мобилизации природных ресурсов, созданием и организацией массового изготовления ряда новых видов строительных и производственных материалов, не только не вытеснили древесину, а, наоборот, резко расширили и приумножили её применение в самых различных областях экономической  жизни.

Древесина, занимая по многообразию своего применения первое место среди всех прочих материалов и являясь ныне сырьём для изготовления многих тысяч изделий и продуктов, в то же время продолжает оставаться самым распространённым строительным материалом. В США, в этой классической стране железобетонных сооружений, ещё в 1939 г. из 2,2 млрд. долларов стоимости выработанных стройматериалов 1,2 млрд., то есть около 60%, падали на изделия из древесины, а в 1944 г. из 11764 предприятий, работавших на строительство, 10467, то есть 88% были лесопильно-деревообрабатывающими.

В наших условиях в переживаемый ныне период потребность в лесоматериалах особенно велика потому, что эти материалы играют исключительно важную роль в выполнении восстановительных работ в промышленности, на транспорте, в жилищном  хозяйстве и т. д.

Именно эту особо повышенную потребность в древесине отражает то обстоятельство, что по пятилетнему плану заготовка деловой древесины должна возрасти против 1940 г. значительно больше, чем в среднем производство всей промышленной продукции. Надо учесть также, что многие отрасли нашего народного хозяйства уже сейчас перевыполняют и будут перевыполнять задания пятилетки. Это значит, что практически нам надо будет развивать лесозаготовки, рассчитывая на большие объёмы производства, чем по плану, то есть больше чем на 280 млн. куб. м в 1950 г.

Хотя общие наши потенциальные возможности получения лесоматериалов в два-три раза превышают даже повышенную потребность в них, практически мы тут встречаемся   со  вторым,  противоположным обстоятельством — весьма усложнившимися в последние годы условиями лесозаготовок в нашей стране, условиями, отражающими отчасти наследие прошлого и отчасти последствия войны в нынешнем географическом распределении лесных ресурсов. Известно, что ещё до войны лесистость районов и областей СССР колебалась от 75 до 1,2%. Известно, что значительная часть населения нашей страны уже давно живёт в безлесных и малолесных районах, что в этих же районах размещены основные ведущие центры нашей добывающей и обрабатывающей промышленности. Десятилетиями складывавшаяся диспропорция между лесными ресурсами и потребностью в древесине в основных районах страны резко возросла в результате войны, в результате временной оккупации западных и юго-западных и некоторых центральных районов немецко-фашистскими оккупантами. Достаточно сказать, что в некоторых лесхозах и без того малолесной Украины в военные годы вырубалось по 6 – 10 лесосек. Почти полностью лишились лесов Орловская, Ростовская и другие области.

Мы должны перебазировать заготовку леса их в северо-восточные районы и поднять в районах Сибири и Дальнего Востока. Это должно сопровождаться уменьшением лесозаготовок на Украине, в Белоруссии и других малолесных районах, что и предусматривается в планах Министерства лесной промышленности.

Иркутская область – одна из наиболее многолесных районов нашей страны. Её лесистость – около 70% при средней в СССР в 30%. Здесь сосредоточены леса, по площади равные лесам Норвегии, Швеции, Финляндии и Югославии вместе взятым. Эксплуатационный запас древостоев считается равным 6,4 млрд. куб. м. Только ликвидный товарный запас древесины в лесах области составляет около 5,5  млрд. куб. м.

Понятно при этих условиях, насколько важное значение имеют вопросы развития лесного хозяйства и лесной промышленности Иркутской области как для всей нашей страны, так и для экономического развития самой области. Леса Иркутской области могут и должны стать в ближайшие пятилетия серьёзнейшим источником улучшения баланса добычи и потребления древесины в стране, и вместе с тем их рациональное использование должно занять одно из самых видных мест в экономическом  развитии  области.

1. Лесные ресурсы области и перспективы их использования

Как видно из названных мною цифр, лесные ресурсы области в количественном отношении настолько велики, что допускают возможность расширения лесозаготовок до многих десятков миллионов кубометров ежегодно. Об этом же свидетельствуют данные о запасах по главнейшим лесообразующим породам: древостой с господством лиственницы составляет 34%, сосны – 30%, ели – 14%, кедра – 12%, пихты – 2%, берёзы – 6%. Таким образом, на долю хвойных, в хозяйственном отношении наиболее ценных пород, приходится 92%, а без кедра – 80%.

О возможностях и необходимости самого форсированного использования лесов свидетельствует, наконец, и возрастная характеристика лесов. В лесах области спелые и перестойные древостои составляют до 60%, до 30% древостоев являются фаутными. Если в ближайшие десятилетия мы не возьмём их, то ещё больше понизятся технические качества древесины. При существующем состоянии иркутских лесов лесозаготовки явятся не только способом получения лесного сырья, но и самым важным лесохозяйственным мероприятием. Однако в настоящее время подавляющее количество лесов области (примерно 81%), вследствие удалённости от транзитных путей и недостаточного потребления древесины на месте, относится к зоне, совершенно не эксплуатируемой. В освоенной же зоне насчитывается лишь 19% общих древесных запасов, то есть около 1,2 млрд. куб. м из 6,4 млрд. кубометров.

Хотя за годы сталинских пятилеток использование лесов Иркутской области выросло по сравнению с дореволюционным периодом почти в 8 раз, но абсолютные его размеры по сравнению с запасами лесов очень невелики. Фактический размер лесопользования никогда не превышал здесь 5 млн. куб. м, а в 1946 г. отпущено всего 3 млн. куб. м.

Наиболее интенсивно эксплуатируются леса, расположенные в бассейне реки Ангары от истока до города Иркутска, по рекам Китой, Белая, Ока, Зима до их пересечения с Восточно-Сибирской железной дорогой.

Промышленное использование лесов есть, как известно, важнейший спутник и условие промышленного развития района вообще. Не столько отдалённость, сколько экономическая отсталость района была в прошлом причиной того, что леса Иркутской области  почти  не эксплуатировались.

В 1914 г. в Восточной Сибири одна кубическая сажень древесины стоила дешевле, чем где либо: 3 рубля 8 копеек при 15 рублях в нейтральной черноземной, 4 рублях 84 копейках на Дальнем Востоке. Ещё в 1926 – 1927 гг. Восточная Сибирь давала только 2% всей заготовляемой древесины в стране. До войны эта цифра выросла до 9%, но Иркутская область давала всё же не более 2%. В настоящее время мы вывозим отсюда также не более 1,5% от общего объёма лесозаготовок страны.

В силу всего этого мы стоим сейчас перед необходимостью коренного расширения всего дела промышленного использования лесов. И это требование вытекает не только из соображений и возможностей использования лесов, а прежде всего из нужд и намеченных перспектив экономического развития области. Намечаемое в перспективе крупное индустриальное строительство в огромной мере повысит внутреннюю потребность области в древесине и вместе с тем создаст условия, благоприятствующие развитию целого ряда новых отраслей производства   на  базе  древесины: фанерное производство, стандартное домостроение, целлюлозно-бумажное, гидролиз, лесохимия и др. Резко расширятся также старые отрасли:  лесопиление, спичечное производство и др. Значительно возрастёт возможность использования лесов Иркутской области для нужд других районов, в первую очередь для районов Средней Азии, Южного Урала. В последнем случае, конечно, надо учесть возможности снабжения этих районов лесоматериалами Красноярского  края и Западной Сибири.

При этом важно, чтобы вывоз лесоматериалов в другие районы производился, как правило, не в круглом виде, а в виде пиломатериалов и изделий из древесины. Следует иметь в виду также целесообразность направления части лесной продукции Иркутской области на экспорт. Вывоз же лесоматериалов в европейскую часть СССР целесообразен в весьма ограниченных размерах, главным образом по спецсортиментам.

Учитывая эти перспективы, пятилетний план развития хозяйства Иркутской области и наших лесозаготовительных организаций предусматривает доведение объёма государственных лесозаготовок к 1950 г. до 5,2 млн. куб. м, а с учётом местных заготовок — до 6 млн. кубометров.

В последующие пятилетия эта цифра должна резко возрасти, и по намёткам Министерства лесной промышленности объём лесозаготовок должен возрасти к 1960 году примерно до 18—20 млн. куб. м. При этом около 5 – 8 млн. куб. м из названного количества должно быть использовано для удовлетворения внутренних потребностей области, а остальные 10 – 12 млн. – для переработки и вывоза за пределы области.

При расширении лесозаготовок независимо от их объёма важно обеспечить повышение выхода деловой древесины до 60 – 65% вместо 52% по лесоучётным данным.

Для увеличения объёма лесозаготовок к 1960 г. до названной цифры при сохранении существующего уровня производительности на лесных работах пришлось бы дать лесной  промышленности дополнительно 80 – 100 тысяч рабочих. Понятно, что рассчитывать на это было бы нереально. Поэтому Министерство лесной промышленности  СССР поступает совершенно правильно, намечая по Иркутской области на 1950 г. более высокий уровень механизации  лесозаготовок и вывозки, чем по СССР в целом (80 и 83% при средних показателях по Союзу 75 и 55%). Механизация выразится в широком внедрении электропил, обеспечивающих рост производительности труда в 2-3 раза (а в отдельных благоприятных условиях и до 8 раз), трелёвочных тракторов специальной конструкции, лесовозных тракторов «С-80», локомобилей, передвижных электростанций и т.п. Всё это может обеспечить рост производительности труда к 1960 г. в 3-4 раза, и, следовательно, потребность в новой рабочей силе понизится до 25 – 30 тысяч, а с учётом деревообработки – до 40 тысяч человек.

Но и эта потребность очень велика. Поэтому надо поставить задачу значительно большего повышения производительности труда на лесных работах. И эту задачу должна помочь решить будущая гидроэлектростанция на Ангаре. Мы должны создать на базе энергоресурсов Ангары совершенно новый тип широко или даже полностью механизированной и электрофицированной лесозаготовительной промышленности, приступив к созданию такого типа производства уже в текущее пятилетие. Необходимо резко поднять уровень механизации сплавных работ, выполняемых ныне в области в основном вручную.

В прямой зависимости от промышленного и транспортного строительства, в тесной увязке с перспективами развития сельского хозяйства необходимо, как в пределах пятилетки, так и в дальнейшем, решать вопросы размещения лесозаготовок на территории области.

В условиях Иркутской области, с её мало использованными лесами, есть возможность при нашей социалистической системе хозяйства с самого начала избежать прежнего стихийно складывающегося размещения и движения лесозаготовок. В частности, мы можем и должны здесь совершенно отказаться от прежней и поныне кое-где существующей системы фронтального движения лесозаготовок с юга на север, из безлесных районов в многолесные, когда впереди оказываются нетронутые леса, а сзади – пустыри. Нам надо в основу развития лесной промышленности взять систему создания отдельных крупных и мелких очагов и ячеек её, и по возможности по всей лесной территории, сообразуясь при этом с условиями водных путей, развитием транспорта, промышленных узлов и сельского хозяйства.

Наши лесозаготовители, составляя так называемые генеральные схемы освоения лесов, должны заранее знать лесные массивы, находящиеся в будущих сельскохозяйственных районах, уточнить для этого имеющиеся старые намётки по так называемому колонизационному фонду, чтобы учесть требования при рубках и возобновлении леса будущую водоохранную и полезащитную роль этих лесов. Надо также заранее предвидеть возможность отвода некоторых лесных площадей под зелёную зону вокруг будущих промышленных центров и посёлков.

Учитывая такого рода требования, а главное, условия наиболее эффективной организации лесозаготовок и транспорта, основным районом развития лесозаготовок для ближайших лет следует считать районы верхнего течения Ангары и Лены – Братский и Верхнеленский районы, содержащие свыше 1 млрд. куб. м ликвидного запаса, в том числе сосны – 37%, лиственницы – 25%, ели с пихтой – 16%. Кстати, здесь особенно высок удельный вес перестойных древостоев – 80 – 90%

Только в этих районах, по подсчётам специалистов, мы может взять к 1960 г. 12 – 14 млн. кубометров древесины, направляя её в сухом и переработанном виде на нужды Казахстана, Средней Азии, Западной Сибири, Южного Урала и др.

Я не буду останавливаться здесь на межтранспортных проблемах, на вопросах выбора типов лесотранспорта и т.д. Укажу лишь на особую важность того, что в условиях Иркутской области при освоении её лесов нельзя прокладывать такие трассы узкоколейных и автомобильных дорог, которые после снятия леса забрасывались бы. Надо строить дороги, совмещающиеся, как правило, с общей схемой развития транспортной сети области. Такая же связь должна быть в освоении рек для  целей транспортировки  леса.

Исключительно большую роль призвана сыграть лесная промышленность в развитии сельского хозяйства области. Назначенные мною выше примерные цифры потребных лесных рабочих, при учёте коэффициента семейности, составят 60 – 80 тысяч нового населения. Это требует на местах развёртывания лесозаготовок создания достаточно мощных подсобных хозяйств: зернового, овощного и животноводческого назначения и широкого развития индивидуального хозяйства лесных рабочих. Надо обеспечить широкое строительство постоянных посёлков, отвод усадьб, помощь в приобретении скота, птицы и т. д.

2. Использование древесины и развитие её промышленной обработки и переработки

Как уже отмечалось, было бы экономически совершенно неправильно допустить вывоз лесоматериалов из Иркутской области в круглом виде. Надо вывозить сухой, переработанный лес. Это обстоятельство и перспективы крупного промышленного и культурного строительства в области ставят задачу максимального развития промышленности по обработке и переработке древесины. При этом прежде всего надо подчеркнуть громадное значение общего рационального использования древесины, несмотря на её изобилие. Ибо речь идёт, по существу, об экономии столь недостаточных в области трудовых ресурсов.

Известно, что в лесной промышленности Союза в настоящее время занято рабочих больше, чем в любой другой добывающей отрасли промышленности, и это главным образом из-за низкой производительности труда. В то же время, заготавливаемая древесина у нас используется в составе окончательных изделий и продуктов не более чем на 35 – 40%. При нынешнем соотношении производительности труда в лесной, угольной и нефтяной промышленности 20% экономии древесины с каждого кубометра высвободило бы стране только за счёт лесозаготовок многие тысячи рабочих! Надо в самых широких масштабах применять всевозможные методы удлинения срока службы древесины, добиваться использования каждой породы там, где она дольше всего служит (например, лиственничные шпалы и др.), организовать на месте пропитку и сушку строительной древесины.

Необходимо в Иркутской области при будущих стройках лесообрабатывающих предприятий с самого начала встать на путь комплексного использования лесного сырья, на путь широкого развития химической переработки древесины и вместе с тем  на   путь  изготовления  наиболее  транспортабельных продуктов и изделий из древесины. С этой точки зрения, наряду с широким развитием лесопиления, стандартного домостроения и прочих изделий для собственных нужд, надо развернуть в Иркутской области широкое строительство фанерных заводов на базе хвойного сырья, строительство целлюлозно-бумажных комбинатов, предприятий по производству вискозного шёлка, гидролизных предприятий, предприятий различных отраслей лесохимии, работающих на вывоз продукции из пределов области.

Известно, что в скандинавских странах химическое использование лесного сырья составляет около 25% от общего объёма потребляемого технологического лесного сырья. А у нас лесохимические производства всё ещё значительно отстают. В Иркутской области есть все возможности развить лесохимическую промышленность. С точки зрения интересов и условий использования лесов Иркутской области здесь в достаточных размерах может развиваться также древесно-угольная  металлургия.

Наряду с «большой» лесохимией (пирогенетическая переработка древесины, производство канифоли, скипидара, дубильных экстрактов и т.д.) заслуживает серьёзного внимания и «малая» лесохимия (спиртопорошковое, смолоскипидарное, эфиромасляное и т.п. производства).

Кроме канифоли и скипидара необходимо вырабатывать и их конечные продукты. Как известно, из дровяной древесины и отходов лесопильно-деревообрабатывающих предприятий путём гидролиза могут быть получены этиловый спирт, фурфурол, скипидар, белковые дрожжи, жидкая углекислота и лигнинное топливо.

На сульфитно-спиртовых заводах, использующих щёлоки – отходы от целлюлозно-бумажного производства, вырабатывают этиловый спирт, белковые дрожжи и барданые концентраты. При этом из отходов, получаемых при выработке одной тонны целлюлозы, выходит продукции на 1440 рублей при значительно меньшей стоимости самой целлюлозы.

Для того чтобы правильно наметить пути химического использования лесного сырья, необходимо организовать научные исследования и технико-экономические изыскания, которые позволили бы:

а) установить методы наиболее полного комплексного использования лесного сырья и отходов, определить районы и размеры сырьевых баз, объёмы производства и ассортимент продукции, места её сбыта;

 б) осуществить непрерывный метод гидролиза, повысить выход спирта из единицы сырья, улучшить тепловые схемы гидролизного производства, изучить и разрешить вопрос строительства гидролизных предприятий малой мощности, рассчитанных на производство  полупродуктов.

3. Основные вопросы лесного хозяйства

Переходя к последнему кругу вопросов своего сообщения, а именно к вопросам лесного хозяйства, я должен сделать прежде всего два общих принципиальных замечания. Во-первых, о том, что на примере лесного хозяйства Иркутской области мы обнаруживаем полную несостоятельность старого понятия, к сожалению до сих пор имеющего хождение среди некоторой части лесоводов. Старое понятие лесного хозяйства, родившееся в условиях частного лесовладения, охватывало собой обычно лишь так называемые учтённые, устроенные и активно воспроизводимые леса. При таком понимании лесного хозяйства в Иркутской области его нет совершенно. Однако теперь, после организации Министерства лесного хозяйства, вряд ли нужно доказывать нелепость подобного подхода к существу лесного хозяйства. Как это явствует из решения правительства об организации Министерства лесного хозяйства, наше социалистическое лесное хозяйство включает в себя все леса страны, все формы ведения хозяйства, начиная oт культур курортных лесов и кончая нетронутой человеком таёжной глушью. Именно исходя из этого мы должны подойти к задачам и перспективам развития лесного хозяйства области.

Второе моё замечание относится к принципам лесопользования. Старая лесоэкономическая теория, выросшая па почве частного лесовладения в зоне учтённых, устроенных и активно воспроизводимых лесов малолесных областей, когда-то выдвинула в качестве всеобщего принципа лесопользования принцип постоянства пользования лесом, принцип балансированных размеров рубки с годичным приростом. Но что значит в условиях Иркутской области принцип постоянства пользования? При её лесистости в 70% и наличии сельскохозяйственных угодий, составляющих не более 1,5%, это значит посадить область на голодный паёк сельскохозяйственных угодий, что вызвало бы недостаток своих сельскохозяйственных продуктов. В области 70 – 80% древостоев являются перестойными, возможно превышение естественного отпада над приростом, а и ряде регионов есть действительный постоянный прирост. В этих условиях принцип постоянства пользования означал бы недопустимость рубок леса вообще. Ясно, что этот принцип для нас совершенно неприемлем, как неприемлемо старое понятие лесного хозяйства. Мы можем и должны осуществлять такое развитие лесного хозяйства, которое в самой основе своей выражает интересы наиболее благоприятного комплексного развития всей экономики области на началах расширенного социалистического воспроизводства.

С этой точки зрения лесное хозяйство области не в ущерб расширенному воспроизводству и материальных ценностей леса может потесниться площадью, но для этого важно его поставить на рельсы интенсивного благоустроенного хозяйства и ликвидировать существующие недостатки. А недостатков этих ещё немало. Прежде всего, лесные ресурсы даже в эксплуатируемых массивах используются неполно и нерационально, наблюдаются массовые недорубы на лесосеках. На корню остаётся древостой, требующий по состоянию неотложной рубки. Полноценные сырьевые базы приходят в расстройство от бессистемных выборочных рубок. Далее на лесоразработках нередки случаи перевода деловых сортиментов в дрова. Охрана лесов от пожаров недостаточна, вследствие чего ежегодно гибнут десятки и сотни тысяч гектаров леса. До самого последнего времени над лесным хозяйством довлела воля лесозаготовителей, а самые леса находились в ведении многих министерств и ведомств. Контроль за деятельностью лесных организаций и поныне недостаточен. Вырубка основных ценных пород: сосны, лиственницы, кедра и ели – в ряде случае не  восстанавливается.

Нет сомнений, что перечисленные недостатки без особых затруднений могут быть изжиты. Передача всех лесов области в ведение нового Министерства лесного хозяйства СССР вполне позволяет добиться быстрых успехов. Для этого прежде всего важно наладить тщательное, систематическое изучение лесов.

Одним из важнейших вопросов, требующих такого изучения, является вопрос лесовозобновления после рубок. Особо серьёзного изучения при этом требуют вопросы улучшения состава лесов. Здесь, на стыке ареалов сибирской и даурской лиственницы, растёт гибрид — так называемая лиственница гекановского, растущая, по данным академика В.Н. Сукачёва, в полтора-два раза быстрее. Почему бы не изучить и не принять меры к более широкому распространению этого вида лиственницы?

Необходимо заняться изучением водоохранной и водорегулирующей роли лесов области, имея в виду особенности типично континентального климата региона.

Особого внимания заслуживают вопросы изучения лесов области с точки зрения их использования, ибо здесь значительные трудности для ведения лесного хозяйства и развития лесной промышленности обусловливаются как раз крайне слабой изученностью лесов. Устроенных лесов имеется всего только 5%, а всего приведено в известность (главным образом грубым аэровизуальный методом) 70%. Характерным показателем слабой изученности лесов является процент лесистости области, определяемый по материалам Министерства лесного хозяйства в 74%, по данным Министерства лесной промышленности – в 50%. По справочнику же Иркутской области – 70%. Такое же противоречие имеется в показателях прироста. Обращает на себя внимание пестрота и несовершенство методов, применённых при изучении лесов области.

На 1947 год в верховьях рек Ангары и Лены предусмотрены лесные аэрофотосъёмки, но они пока знаменуют лишь начало серьёзных инвентаризационных работ. В текущей пятилетке предстоит охватить аэровизуальным обследованием 16 млн. га, преимущественно в бассейне реки Нижней Тунгуски, и развернуть лесоустройство лесах I, II групп, а также в первоочередных для освоения массивах III группы и лесоустройство на площади не менее 1 млн. га. Это изучение особенно важно в связи с предстоящим уточнением деления лесов области на группы выделением водоохранных и защитных лесов. Необходимо в возможно большем объёме произвести в лесах аэрофотосъёмку с частичной наземной инвентаризацией в целях дешифрирования фотоснимков. Необходимо практически встать на путь применения геликоптера для аэрофотосъёмок.

В связи с предстоящим широким развитием лесоэксплуатации необходимо внедрить рациональные системы рубок, обеспечивающие успешное естественное возобновление ценных материнских пород. В лесных массивах с благоприятными условиями транспорта и сбыта древесины необходимо перейти от выборочных и условно сплошных рубок – к сплошно лесосечным.

Лесохозяйственники области обязаны упорядочить и усилить противопожарную охрану лесов при помощи средств авиации и добиться улучшения санитарного состояния лесов, прежде всего путём полной своевременной очистки  мест рубок.

Важным мероприятием является защита лесов от вредных насекомых. Наиболее страшный вредитель хвои — сибирский шелкопряд, погубивший за последние 50 лет в Восточной Сибири немало кедровых и лиственничных древостоев. Молоднякам сосны и кедра сильно вредит майский хрущ.

Лесные пожары, захламленность лесов порубочными остатками и валежом от ветровалов вызывают массовое размножение короедов и усачей. Всё это требует развития большой повседневной работы по улучшению лесного хозяйства области.

Важнейшим условием для всего этого дела является создание в лесах области достаточно мощного аппарата лесной службы, увеличение числа лесничеств и пр. Мы ныне не можем брать в пример то, что было в лесах Восточной Сибири в 1914 г., когда на одно лесничество приходилось 4485 десятин леса, на один обход – 744 тыс. десятин, когда средняя площадь лесничества была немногим меньше территории Греции.

4. Использование промыслово-охотничьей фауны в лесах области

Известно, что Иркутская область является одним из важнейших охотничье-промысловых районов СССР и в общесоюзных заготовках пушнины занимает видное место. Охотничье хозяйство даёт высокоценную продукцию для экспорта и внутреннего потребления и служит немалым источником доходов в бюджете местного населения.

Наибольшую роль в пушном промысле играет белка, затем успешно акклиматизированный североамериканский зверёк – ондатра.

За годы советской власти в Иркутской области много сделано в отношении организации промыслово-охотничьего хозяйства, расширения и упорядочения его сырьевой базы. Но ещё больше предстоит сделать.

В текущей пятилетке стоят задачи:

1. Значительно увеличить добычу основных промысловых видов, повысить в 1950 году заготовку пушной продукции на 76% против уровня 1940 года, расширять использование мясодичных ресурсов и других побочных продуктов леса.

2.  Форсированно продолжать работы по искусственному обогащению фауны путём акклиматизации ценных и новых видов (ондатра, американская норка и т.д.), по искусственному расселению завезённых в Восточную Сибирь пушных зверей, по восстановлению наиболее ценного аборигенного вида — соболя, по восстановлению запасов тех видов, поголовье которых подорвано.

3.  Шире развивать звероводство путём создания и укрепления государственных зверосовхозов, специальных ондатровых хозяйств, соболиных охотничьих хозяйств, колхозных зооферм.

К всестороннему изучению лесов Иркутской области и к разработке основных проблем развития лесной промышленности и лесного хозяйства должны быть широко привлечены научно-исследовательские и проектные организации Министерства лесной промышленности и лесного хозяйства СССР, а также силы Академии наук СССР.

Выходные данные материала:

Жанр материала: Документ | Автор(ы): Васильев П. В. | Источник(и): Движение на Восток, Материалы конференции по развитию производительных сил. - Иркутск, 1947 | Дата публикации оригинала (хрестоматии): 1947 | Дата последней редакции в Иркипедии: 17 марта 2015