Мандельберг, Виктор Овшиевич (Виктор Евсеевич)

Вы здесь

Версия для печатиSend by emailСохранить в PDF

Виктор Овшиевич (Виктор Евсеевич) Мандельберг (1869(1870), г. Бердичев, Киевской губ. – 16 марта 1944, Хайфа, Палестина), д-р медицины, политический деятель.

После окончания мед. ф-та Киевского ун-та (1893) занимался мед. практикой в Петербурге, активно работал в с.-д. рабочих кружках, за что в 1899 выслан на 4 года под гласный надзор полиции в Вост. Сибирь. Ссылку отбывал в Иркутске, Нижнеудинске, играл активную роль в организации и деятельности с.-д. рабочей партии (РСДРП). Это определило избрание его делегатом 2-го съезда РСДРП от Сибири. На съезде примкнул к фракции меньшевиков. В начале 1904 в Санкт-Петербурге защитил докторскую диссертацию, и в марте того же года уезжает в г. Иркутск. В Иркутске принимал активное участие в революционных событиях - всеобщей забастовке в октябре 1905. Последующие гонения со стороны властей вынуждают его снова уехать за границу. Зимой 1907 он возвращается в Иркутск и избирается членом городской думы, а 24 марта того же года - членом II Государственной думы от г. Иркутска. В Думе входил в с.-д. фракцию. Участвовал в работе временной думской комиссии об обеспечении нормального отдыха служащих в торговых и ремесленных заведениях, был ее секретарем. После разгона Думы и ареста депутатов от с.-д. партии эмигрировал. Жил в Италии, после Февр. революции 1917 вернулся в Россию, в Петроград, где возглавил медицинскую службу города. В том же году он был избран членом президиума от социал-демократов Всероссийского демократического Совета, стал кандидатом в члены Временного Совета Российской республики (Предпарламент), кандидатом в члены ЦК РСДРП (б). После Октябрьской революции М. был направлен в Сибирь уполномоченным по организации снабжения столицы продовольствием. Будучи противником советской власти и большевистских методов ее упрочения, М., тем не менее, не выступил активно против нее. 4 января 1918 на заседании Временного Сибирского областного совета он заявил о необходимости поддержки Учредительного собрания. В мае 1918 М. принял участие в работе Иркутского губернского съезда рабочих, крестьянских, бурятских, казачьих и красноармейских депутатов от социал-демократической партии. После поражения советской власти летом 1918 М. активно работал в Иркутском комитете социал-демократической партии, поддерживал земское движение. В период диктатуры А.В. Колчака М. продолжал заниматься публицистикой. 17 июля 1918 за публикацию статьи «Долой смертную казнь!» в газете «Иркутские дни» был арестован. В 1919 М. выехал в Читу. В 1921 – эмигрировал в Палестину, где занимался мед. практикой и был одним из основателей Лиги борьбы с туберкулезом. В 1941 основал Об-во дружбы с Сов. Союзом, был чл. его центр. к-та.

Сочинения

  1. Из пережитого Виктора Мандельберга (бывш. чл. Гос. думы). Давос, 1910.
  2. Сборник воспоминаний. Тель-Авив, 1947.

Литература

  1. Сиб. сов. энциклопедия. Новосибирск, 1932. Т. 3;
  2. Звягин С. П. В. Е. Мандельберг в годы революции и гражданской войны (1917–1919 гг.) // Страницы истории евреев Сибири в XIX–XX веках: Сб. ст. / Евреи в Сибири и на Дальнем Востоке. Вып. 1. Красноярск, 2003. С. 172–180;
  3. Самоделкин В. А. В. Е. Мандельберг – один из оппонентов колчаковщины // История «белой» Сибири: Тез. второй науч. конф. (4–5 февраля 1997 г.). Кемерово, 1997. С. 32–34.

Иркутск. Историко-краеведческий словарь, 2011.

Виктор Евсеевич Мандельберг: биографическая справка

Мандельберг Виктор Евсеевич (Викдор Овшиевич), псевдонимы: Бюлов, Посадовский, Панин (1869 (декабрь 1870), г. Бердичев Киевской губ. – 16 марта 1944), доктор медицины, политический деятель

Родился в семье купца-еврея. Закончил Киевскую мужскую классическую гимназию и с 1887 по 1893 обучался на медицинском факультете Киевского императорского университета Св. Владимира. В 1893–1898 М. проживал в Санкт-Петербурге, где стал приверженцем социал-демократии. Также в Санкт-Петербурге занимался общественной деятельностью – состоял членом библиотечного комитета «Общества помощи в чтении больным и бедным». В январе 1898 был арестован полицией по обвинению в политической пропаганде среди рабочих Колпинского завода. После годичного заключения был выслан на 4 года под гласный надзор полиции в Восточную Сибирь и 2 октября 1899 прибыл в Иркутск.

Находясь в городе, сблизился с местными ссыльными социал-демократами. Вместе с И.М. Роммом, О.О. Шилингером и другими деятелями этой партии сформировал в 1901 г. первый Иркутский комитет РСДРП, а затем вошел в состав Сибирского Союза РСДРП. Являлся одним из деятельных сотрудников «Восточной окраины».

Находясь в Иркутске, В. Е. Мандельберг открыл частную медицинскую практику и стал популярным врачом (акушер-гинеколог).

В 1902 г. был сослан в г. Нижнеудинск, где на охоте случайно прострелил себе руку, которую позднее ампутируют в связи с начавшейся гангреной.

В 1903 г., после окончания срока ссылки, уезжает в Брюссель, затем в Лондон, где под фамилией Посадовского принимает участие во II съезде РСДРП, на котором вместе Л.Д. Троцким представлял Сибирский социал-демократический союз. В ходе дискуссии В.Е. Мандельберг примкнул к сторонникам Г.В. Плеханова (меньшевикам).

В начале 1904 г. вернулся в Санкт-Петербург. 29 января 1905 г. в Петербурге он успешно прошел в Военно-медицинской академии диспут и получил степень доктора медицинских наук.

Затем уезжает в Иркутск. В Иркутске принимал активное участие в революционных событиях – всеобщей забастовке в октябре 1905 г. Последующие гонения со стороны властей вынуждают его снова уехать за границу.

Зимой 1907 г. он возвращается в Иркутск и избирается 24 марта того же года – членом II Государственной думы от Иркутска. Результат голосования вызвал страшный скандал: «Мало того, что выбрали активиста социал-демократа, так еще и еврея!».

В Думе входил в социал-демократическую фракцию. Участвовал в работе временной думской комиссии об обеспечении нормального отдыха служащих в торговых и ремесленных заведениях, был её секретарём.

После роспуска Государственной думы В.Е. Мандельберг бежал в Финляндию, затем в Италию, где в городе Нерви практиковал как врач.

Летом 1907 г. В.Е. Мандельберг на открывшемся IV съезде Международного социалистического конгресса был избран представителем от России в международной парламентской комиссии.

В 1917 г. становится первым секретарем Иркутской организации РСДРП(м). Принимает участие во Всероссийском демократическом совещании в сентябре 1917 г. в Петербурге, который избрал Всероссийский Демократический Совет (Предпарламент) и Президиум во главе с Чхеидзе. В.Е. Мандельберг вошел в Президиум от партии меньшевиков. В Предпарламент от Иркутской губернии, кроме Мандельберга, включены П.Я. Гамзагурдия, Л.И. Гольдман и Д.С. Сампилон.

После Октябрьского переворота 1917 г. В. Е. Мандельберг стал активным противником большевистской партии и борцом с Советской властью, хотя на прошедшем 30 ноября – 7 декабря 1917 г. Чрезвычайном съезде РСДРП (объединенном) был избран в состав ЦК в качестве кандидата.

4 января 1918 г. на заседании Временного Сибирского областного совета он заявил о необходимости поддержки Учредительного собрания.

В мае 1918 г. В.Е. Мандельберг принял участие в работе Иркутского губернского съезда рабочих, крестьянских, бурятских, казачьих и красноармейских депутатов от социал-демократической партии. После поражения советской власти летом 1918 г. В.Е. Мандельберг активно работал в Иркутском комитете социал-демократической партии, поддерживал земское движение.

В период диктатуры А.В. Колчака В.Е. Мандельберг продолжал заниматься публицистикой. 17 июля 1918 г. за публикацию статьи «Долой смертную казнь» в газете «Иркутские дни» был арестован.

3 августа 1919 г. он становится гласным Иркутской городской думы на срок 1919—1922 гг. Перед приходом 5-й Отдельной Армии в Иркутск, в начале 1920 г. В.Е. Мандельберг эмигрировал через Маньчжурию в Палестину, где занимался медицинской практикой и был одним из основателей Лиги борьбы с туберкулезом. В 1941 основал Общество дружбы с Советским Союзом, был членом его центрального комитета.

Был женат на Аге Абрамовне, урожденной Новомейской (брак зарегестрирован в иркутской хоральной синагоге 8 марта 1905). Имел троих сыновей.

Сочинения

  1. Тернии без роз. Женева, 1908.
  2. Из пережитого.  Давос, 1910.
  3. Сборник воспоминаний. Тель-Авив, 1947.

Источники

  1. Летопись города Иркутска. 1661-1940 гг. / сост., предисл. и примеч. Ю.П. Колмакова. Иркутск, 2003. С. 135, 166, 168, 169, 176, 177, 194, 199, 328, 711.
  2. Звягин С.П. В.Е. Мандельберг в годы революции и гражданской войны (1917-1919) // Страницы истории евреев Сибири в XIX-XX веках: Сб. ст. / Евреи в Сибири и на Дальнем Востоке. Красноярск: Кларетианум, 2003. Вып. 1. С. 172-180.
  3. Родионов И.В. Краткие биографии сибирских депутатов // Сибирские вопросы. 1907. 15 апреля. № 6. С.29-30.
  4. Родионов Ю.П. О «Сибирских фрагментах» воспоминаний В.Е. Мандельберга // Исторический ежегодник. Омск: ОмГУ, 1999. С.52-56.
  5. Родионов Ю.П. Сибирские депутаты во II Государственной думе // По страницам российской истории. Омск, 1996. С. 50-57.
  6. Самоделкин В.А. В.Е. Мандельберг – один из оппонентов колчаковщины // История "белой" Сибири: Тез. второй науч. конф. (4-5 февраля 1997). Кемерово, 1997. С. 32-34.
  7. Мандельберг Виктор Евсеевич // Хроно.Ру

Приложение. О "Сибирских фрагментах" воспоминаний В.Е. Мандельберга

В 1910 г. в курортном местечке Швейцарии городе Давосе издательство "За рубежом" выпустило в свет воспоминания Виктора Евсеевича (Викдора Овшиевича) Мандельберга, озаглавленные "Из пережитого". Долгое время эти воспоминания были малодоступным историческим источником, поскольку местом их пребывания в советский период российской истории был определен так называемый "спецхран". Объяснение этому принадлежность Мандельберга к меньшевистскому течению РСДРП и наличие в работе критики тактической линии большевиков кануна первой революции и революционных лет.

Волею судьбы оказавшись в эмиграции, В. Мандельберг решил донести до современников и потомков собственное видение некоторых эпизодов общественного движения в России конца ХIХ - начала XX вв. Воспитанный в еврейской семье, получивший отличное образование на медицинском факультете Киевского университета (обучался с 1887 по 1893 гг.), Виктор, по его признанию, не имевший определенных политических убеждений в студенческие годы, постепенно становится на стезю насильственной борьбы с самодержавным строем, повторяя эволюцию мыслей и действий многих своих "соплеменников". В. Мандельберг отмечает, что период учебы в гимназии, а затем в университете оставил немного хороших впечатлений. Главное же, что запомнилось бывшему гимназисту и студенту, это настроения антисемитизма, широко распространившиеся в царствование Александра III не только на официальном, но и бытовом уровнях.

Со смертью Александра III и переходом короны к Николаю II в российском обществе оживились надежды на либерализацию внутриполитического курса самодержавия. По свидетельству В. Мандельберга, находившегося в Петербурге до 1898 г., доказательства грядущих перемен, связанных со сменой монархов, усматривались даже в мелочах, например, в том, что молодой император "ходит пешком без свиты по Невскому". Однако мечтания тех, кто ожидал политических реформ, были объявлены Николаем II бессмысленными. В который раз самодержавие теряло значительную часть потенциальных сторонников.

В январе 1898 г. состоялся первый арест В. Мандельберга, а осенью 1899 г. его направили в Восточную Сибирь в ссылку на 4 года, "в распоряжение иркутского военного генерал-губернатора". Родные Виктора Евсеевича добились для него разрешения ехать к месту ссылки за свой счет, в сопровождении конвоя двух унтер-офицеров. "О Сибири я имел самые смутные сведения", - признается в своих воспоминаниях Мандельберг (С. 23). В Иркутске, где ему посчастливилось отбывать срок ссылки (евреев, как правило, отправляли в Якутскую область), завершился процесс его формирования как профессионального революционера. Летом 1903 г. Мандельберг получил от Сибирского союза РСДРП полномочное право представлять социал-демократов края на II съезде РСДРП. Подытоживая 7 лет спустя вынужденное пребывание в Сибири на рубеже веков, Виктор Мандельберг сделал важное наблюдение: "В Сибири я убедился, что ... многих и многих революционеров создавало само правительство своей бестолковой, безумной, жестокой политикой" (С. 33).

Вновь в Иркутск В. Мандельберг приехал уже в годы первой революции, в конце февраля 1905 г., и находился там до конца года (в ноябре ему пришлось ненадолго отлучиться в Красноярск по поручению комитета РСДРП, а вернувшись, вскоре уехать из Иркутска). Мимо острого "врачебного" взора Мандельберга не прошла радикализация общественного мнения за почти двухлетнее отсутствие его в Иркутске. Мандельберг пытается разобраться в причинах радикализации общественных настроений в Сибири и приходит к выводу об огромном влиянии русско-японской войны. Он подчеркивает несомненное революционизирующее влияние войны на Сибирь, которое усиливалось тем, что население края становилось непосредственным свидетелем "всей гнили, всего неустройства всей нашей государственной машины; она у нас, так сказать, на глазах банкротилась" (С. 65). В России, продолжает автор воспоминаний, об этом знали, это чувствовали, а в Сибири видели. На протяжении весны 1905 г. иркутское общество пребывало в состоянии повышенной активности, Летом наметилось некоторое затишье общественно-политической жизни. но к осени "возбуждение достигло особенно сильных размеров, благодаря опубликованному в августе манифесту о Булыгинской думе" (С. 70).

В. Мандельберг выделяет два принципиально различавшихся подхода в отношении демократических сил Иркутска к Булыгинской думе: бойкотистский и антибойкотистский. Иркутский комитет РСДРП выступал за бойкот законосовещательного учреждения, но большинство "либеральной публики" отвергало идею бойкота. Социал-демократы на собраниях, организованных явочным порядком, приводили аргументы в пользу тактики партии. Правительство объявило о созыве Булыгинской думы в условиях революционного кризиса; следовательно, продолжение натиска на правительство заставит его пойти на дальнейшие уступки. Если же оправдается расчет правительства и часть оппозиционно настроенного общества удовлетворится пародией на народное представительство, то произойдет расслоение оппозиции. "Можно ли, спрашивали мы, использовать эту Думу для усиления натиска на правительство? Нет; эта Дума, выбрасывающая за борт государственной жизни рабочих, городскую бедноту, сводящая почти до 0 участие крестьян, эта законосовещательная Дума, - она ничего нам не даст. А забава ею даст правительству время осмотреться, оправиться" (С. 70). В. Мандельберг не переоценивает успехи социал-демократов Иркутска, отмечая, что не всегда и не везде пропаганда бойкота встречала общественное сочувствие.

Как известно, Всероссийская октябрьская политическая стачка похоронила идею созыва Булыгинской думы. В Манифесте 17 октября 1905 г. объявлялось царским подданным о намерении правительства созвать законодательное выборное учреждение и расширить круг лиц, наделяемых избирательными правами. В. Мандельберг не сообщает о положительной реакции в Иркутске на издание Манифеста, сосредоточившись на негативных оценках, звучавших в восточносибирском городе на митингах. Кстати, первый после получения известия о Манифесте 17 октября митинг в силу важности исторического момента получил следующее название: "Первый свободный митинг свободных граждан". Председательствовал на нем В. Е. Мандельберг. На митинге ораторы призывали народные массы продолжать борьбу с правительством до тех пор, пока обещания Манифеста не превратятся в политические реалии. В целом соглашаясь с такой тактикой, Мандельберг, как об этом можно судить по его воспоминаниям, акцентировал внимание митингующих, что 17 октября 1905 г. является переломной датой в истории России. "Прошлое умерло". В качестве сочинителя мемуаров В. Мандельберг не желал быть только летописцем, он излагает оценочные суждения по различным проблемам и событиям. Вот как ему видится значение Манифеста 17 октября в 1910 г. (по словам автора этот акт так же воспринимался им и в конце 1905 г.): "Пусть власть сделала это, ошибочно переоценив организованность силы натиска и недооценив свои еще не в конец дезорганизованные силы, пусть, прийдя несколько в себя, она и сделает попытки вернуть прошлое отныне это невозможно" (С. 78).

Декабрь 1905 г. В. Мандельберг в основном провел в пути. Около трех недель он, избранный делегатом социал-демократического съезда, добирался на скором поезде от Москвы до Иркутска (для сравнения: в 1899 г. Мандельберг доехал из Киева до Иркутска, места ссылки, гораздо быстрее немногим более чем за 10 дней). Из Москвы иркутский делегат перебрался в Петербург, и только тогда узнал, что съезд отложен на несколько месяцев из-за вооруженного восстания в Москве и ряде других городов. Общероссийская почтово-телеграфная забастовка, продолжавшаяся с октября 1905 г., не позволила одному из руководителей Иркутского комитета РСДРП своевременно получить информацию о переносе дня открытия партийного съезда.

Из Петербурга В. Мандельберг возвращался также долго, но главное он возвращался в совершенно другой Иркутск в город, в котором хозяйничали карательные войска генерала Ренненкампфа. На два месяца ему пришлось скрыться в одном из дальних уездов Иркутской губернии и проживать там по подложному документу. Возвращение в Иркутск в марте 1906 г. было вызвано необходимостью участвовать в перводумской избирательной кампании.

Избирательной кампании по выборам в I Государственную думу в Иркутске в книге "Из пережитого" посвящена одна из глав. Местным социал-демократам на выборах противостояли кадеты и черносотенцы. В. Мандельберг сравнивает арсенал организационно-агитационных средств названных политических сил. Кадетов он называет нелегализованной легальной партией. В их распоряжении имелась влиятельная газета "Восточное обозрение", редактировал которую авторитетный в либеральных кругах И.И. Попов. Между прочим, именно Попова конституционные демократы наметили кандидатом в выборщики. Черносотенцы действовали в наиболее благоприятных условиях: их открыто поддерживала администрация. К началу думской кампании "союзникам" удалось наладить издание собственного печатного органа. Но как политическая сила черносотенцы были слабы и уступали социал-демократам и кадетам. Социал-демократы весной 1906 г. находились на нелегальном положении, в подпольной типографии издавали прокламации и воззвания; предвыборные партийные собрания проходили конспиративно. Что нам помогало? вопрошает В. Мандельберг. Прежде всего слаженный механизм партийного строительства, хорошая постановка работы в избирательской среде. Помимо этого, по Мандельбергу, "в нашу пользу работала 1-я Государственная дума". Понимая, что данный тезис может вызвать недоумение читателей, В. Мандельберг развивает мысль. Поскольку выборы в Думу в Сибири проходили позднее, чем в Европейской России, и Дума уже заседала, низкая эффективность российского парламента ставилась в вину партии кадетов, имевшей в нижней законодательной палате самую многочисленную фракцию.

Несколько страниц воспоминаний В. Мандельберга отводится описанию агитационной предвыборной деятельности иркутских социал-демократов весной 1906 г. В заслугу себе и своим товарищам он ставит создание формально беспартийного избирательного комитета. В него приглашались наиболее энергичные, популярные избиратели, причем только из когорты лиц наемного труда. Комитет имел название, подчеркивавшее его классовый характер: "Избирательный комитет избирателей, живущих продажей своего труда" (входили приказчики, рабочие депо, служащие железнодорожных служб, типографщики, ремесленники и др.). Массовая агитационно-разъяснительная работа оказалась чрезвычайно трудным делом: "... приходилось подымать такую политическую новь, встречать такое политическое невежество, что мы прямо диву давались, где были эти люди (избиратели. - Ю.Р.) во время октябрьской забастовки и дней "свободы" (С. 110). Огромным терпением "пробивалась брешь в этом невежестве", замечает В. Мандельберг.

В воспоминаниях "Из пережитого" содержится признание того, что социал-демократы Иркутска рассчитывали победить на первой стадии выборов (избрание выборщиков на 4-х избирательных участках города) и одержать общую победу, добившись на городском избирательном собрании выборщиков избрания депутатом I Государственной думы врача Виктора Евсеевича Мандельберга. Цель оказалась не достигнутой, так как Дума была распущена императором до завершения выборов в Иркутске. Но с началом втородумской кампании эта цель реанимировалась. В. Мандельберг, по счастливой случайности избежавший ареста в 1906 г. и уехавший в Москву, вновь вернулся в Иркутск в марте 1907 г., в канун выборов во II Государственную думу. По признанию автора мемуаров, он возвратился в Иркутск по требованию товарищей, чтобы лично поддержать свою кандидатуру на выборах. Имеется в виду выступление на предвыборном собрании выборщиков при обсуждении программ кандидатов в депутаты. Прошедший в выборщики В. Мандельберг был вынужден избегать встреч с полицией, уполномоченной арестовать его за участие в антиправительственных акциях 1905 г.

В. Мандельберг рисковал не зря: 24 марта 1907 г., в третий день выборов, по жребию он стал первым представителем города Иркутска в высшем законодательном органе Российской империи. К чести депутата, ему чужда "мания величия"; наоборот, присуще понимание того, что победа достигнута благодаря счастливому стечению обстоятельств и ошибкам соперников. Что это за ошибки, стоившие кадетам депутатского мандата их сторонника? Во-первых, кадеты потеряли голоса еврейской организации, члены которой были недовольны недостаточной осведомленностью кадетского кандидата "еврейским вопросом". Они потребовали замены кандидатуры, на что лидеры местных кадетов долго не соглашались, а когда пошли на компромисс, время было упущено. Кадеты могли победить на выборах в блоке с "народниками", но опять им не хватило тактической гибкости, и соглашения не получилось.

Безусловно, большую роль в отнятии части голосов от креатуры конституционно-демократической партии в пользу социал-демократа сыграло личное присутствие В. Мандельберга на собрании выборщиков в числе 80 чел. и его выступление перед ними. Проникнуть на собрание под чужой фамилией было невозможно, ибо полиция впускала в помещение, где проходило совещание выборщиков, по именным повесткам. Легализоваться для В.Е. Мандельберга означало обречь себя на арест, а организацию на проигрыш всей думской кампании. Социал-демократы не кадеты-"законники", они нашли следующий выход: собрание организовали в помещении с замаскированным ходом. В. Мандельберг, имевший именную повестку выборщика, попал на собрание вполне законно, выступил с изложением предвыборной программы, как и другие кандидаты в депутаты, и благополучно скрылся через тайный ход. Полиция, вскоре обнаружившая проникновение на собрание государственного преступника, пыталась исправить оплошность пристава, пропустившего В. Мандельберга, но безуспешно. А после избрания депутатом Думы В.Е. Мандельберга, в качестве народного избранника обретшего статус неприкосновенного лица, принимал иркутский губернатор. Мандельберг вспоминает, как "полицейские и казаки с большим любопытством разглядывали эту новую для них разновидность обывателя, которого раньше приказано было изловить, а сейчас нельзя трогать" (С. 123). Из атмосферы вынужденной изоляции, в которой пребывал в Иркутске Мандельберг, он в результате успешных выборов "попал в самый водоворот жизни".

К социал-демократу, избранному во II Государственную думу, приходили депутации с наказами, частные лица с просьбами. Наказы передали рабочие железнодорожного депо, евреи города Иркутска, общество извозчиков и др. В. Мандельберг приводит забавный пример. Явился к нему пожилой кучер со слезной просьбой отдать распоряжение, чтобы хозяин уплатил ему сумму, определенную условиями договора.

Итоги выборов повергли администрацию города и губернии в состояние, близкое к шоковому. Но особенно "рвали и метали" черносотенцы. Накануне выборов, убежденные в своей победе, они провели в иркутской городской думе решение, согласно которому будущему депутату от Иркутска назначалось годовое жалованье в размере 3000 руб. В. Мандельберг заявил, что часть денег будет направлена на улучшение положения политических узников, томившихся в местной тюрьме. Особое негодование "черной сотни" вызывало избрание депутатом еврея. Такой финал выборов они считали позорным для Иркутска. Боясь провокаций, В. Мандельберг поспешил скорее попрощаться с избирателями, поддерживавшими его, и выехать в столицу. Повествованием о непродолжительном периоде своей депутатской работы в Петербурге Мандельберг завершает свою книгу.

Воспоминания В.Е. Мандельберга являются важным историческим источником, незаслуженно забытым по идейно-политическим мотивам. Они написаны 40-летним автором, спустя несколько лет после революции 1905-1907 гг., что дало возможность, во-первых, восстановить в памяти многие нюансы общественно-политической борьбы накануне и в годы первой революции в России, а во-вторых, избежать чезмерной эмоциональности в трактовке событий, от чего обычно страдают мемуары, созданные "по горячим следам". В. Мандельберг выступает не только в ипостаси увлекательного рассказчика, но и как самобытный исследователь истории российского общественного движения на его переломном этапе. Чрезвычайно важны сибирские страницы "Из пережитого", не только дополняющие известные сюжеты интересными фактами, но и помогающие нам, живущим в конце ХХ века, уяснить особенности общественно-психологического фона тех событий, активным участником которых был Виктор Евсеевич Мандельберг.

Ю. П. Родионов. Омский государственнный университет

Выходные данные материала:

Жанр материала: Термин (понятие) | Автор(ы): Авторский коллектив | Источник(и): Иркипедия | Дата публикации оригинала (хрестоматии): 2012 | Дата последней редакции в Иркипедии: 25 августа 2015

Материал размещен в рубриках:

Тематический указатель: Персоналии: исторические личности | Врачи, деятели здравоохранения | Государственные служащие | Журналисты, издатели, продюсеры, деятели СМИ | Исторические личности | Общественные деятели | Политики | Революционеры и экстремисты | Персоналии по теме "Наука. Техника. Технологии" | Иркипедия | Персоналии по теме "Власть. Политика. Общество" | Персоналии по теме "Здравоохранение и медицина" | Иркутск | Родились: 1869 | Скончались: 16 марта, 1944 | Имели специальность: Врачи, Партийные деятели, Публицисты | Работали: Гласные Иркутской городской думы, Члены II Государственной думы от г. Иркутска | Награждены: Доктора медицины и медицинских наук | Дополнительно: Революционеры, Участники Иркутского губернского съезда рабочих, крестьянских, бурятских, казачьих и красноармейских депутатов, Члены Российской социал-демократической рабочей партии (меньшевиков), Члены РСДРП, Эмигранты