Кофод К.А. – зачинатель, идеолог и организатор столыпинской аграрной реформы

Вы здесь

Версия для печатиSend by emailСохранить в PDF

Карл Андреас Кофод

Источник: Русская Википедия

«Его имя будет вписано золотыми буквами в историю России», – ска­зал о К.А. Кофоде князь Б.А. Васильчиков, министр земледелия в кабинете Столыпина. Однако князь ошибся: революционные потрясения 1917 г. заста­вили российский народ забыть не только имя великого реформатора, но и его реформаторские преобразования. К. Кофод был идеологом, зачинате­лем и руководителем разверстания крестьянских земель в России. Все, что он делал в начале XX в., сегодня, в начале века следующего, по-прежнему важно и актуально.

К.А. Кофод написал воспоминания о жизни в России, которые были опубликованы в Дании в 1946 г. На русском языке они увидели свет впервые только спустя полвека (К.А. Кофод. «50 лет в России (1878–1920)». М., 1997) благодаря участию посла Российской Федерации в Дании А.Обухова и его супруги, что дало нам возможность узнать многое об этом незаурядном человеке и его деятельности на поприще разверстания российских земель. Судьба не раз приводила К.А. Кофода в Сибирь, что делает нам его еще ближе и интереснее, а описанные им события – более понятными.

Карл Андреас Кофод (1855–1948) – в русском варианте Андрей Андре­евич Кофод (с ударением на последнем слоге) – родился в Дании. В возрасте 23 лет, после окончания Сельскохозяйственной академии, он решил посмот­реть мир и отправился в Россию, где в то время осело много выходцев из его родной страны – специалистов молочного дела. Здесь он пытался понять, какими мерами можно поднять сельское хозяйство, увидел, насколько боль­ным для русского народа является вопрос землепользования и столкнулся в российской деревне с таким специфическим явлением как община, в которой крестьянский надел состоял из разбросанных участков, периодически пере­распределяемых между домохозяевами.

Общинное землепользование в российской деревне, по мнению Кофода, должно было быть либо ликвидировано, либо коренным образом перестроено. Именно этому он решил посвятить свою жизнь, отчетливо понимая, что ему, иностранцу, будет очень трудно, по его выражению, «наладить такое гигантское предприятие, каким является радикальное преобразование крестьянского хо­зяйства в самой большой на земном шаре аграрной стране». И еще более труд­но рассчитывать на ведущую роль в проведении этих преобразований.

И, тем не менее, в Книге судеб К. А. Кофода, очевидно, была записана эта роль. Вся его дальнейшая жизнь – это поездки по России, знакомство с систе­мой землепользования, ее изменение и медленное, но поступательное вос­хождение по служебной лестнице.

Первая запись в его послужном списке сделана в 1889 г., когда он был нако­нец принят на государственную службу. Должность младшего производителя в Дворянском земельном банке была для него не очень высокой, но именно она давала возможность приблизиться к достижению цели. Принятие российского (Кофод пишет – русского) гражданства в 1892 г. означало, что отныне вся его жизнь связана с Россией и что он равноправен со своими сослуживцами.

Очень скоро К. Кофод получил должность оценщика земли и был назна­чен в Самару, где провел в разъездах между Волгой и Уралом два года, знако­мясь с земельным вопросом. В 1891 г. было открыто отделение Дворянского банка в Закавказье и Кофод принял место управляющего в Тифлисе. Эта ра­бота привлекала его тем, что он мог составить описание земель по ту сторону Кавказа с точки зрения их сельскохозяйственного использования. Работа в Закавказье, длившаяся девять лет, отодвинула решение задачи относительно русского земельного вопроса. Однако в дальнейшем ему представилась воз­можность увидеть в северной части страны, там, где сходились Могилевская, Смоленская и Витебская губернии, своими глазами деревни, разверставшиеся по собственной инициативе крестьян, что придало его жизни главный смысл и возможность начать эффективную пропаганду за разверстание.

Основная деятельность К. Кофода по землеустройству связана с рабо­той в созданном в 1906 г. Комитете по землеустроительным делам, где он заве­довал инструкторской частью. В его задачу входила подготовка законопроекта о землеустройстве, для чего он побывал в двадцати шести губерниях. Земле­устроительными учреждениями с 1906 по 1916 г. было получено ходатайств о землеустройстве от 6,5 млн крестьянских дворов; закончено землеустроитель­ных работ для 3,2 млн. дворов. В 47 губерниях была размежевана пятая часть всех надельных земель. Эти данные свидетельствуют о насущности вопроса для российской деревни.

Столыпинские реформы, как отмечает Кофод, имели целью с помощью ряда законов уравнение крестьян с другими классами населения, а также в це­лом поднять социальный и культурный уровень русского крестьянства. Разверстание было необходимым условием быстрого развития крестьянского хозяй­ства, но оно, как считали специалисты, не могло быть закончено раньше, чем за полстолетия. Для проведения столыпинских реформ требовались многие годы мирной спокойной работы, которых, к сожалению, у России не оказалось.

Разверстание земель продвигалось на восток вместе с огромным пото­ком переселенцев. Дважды по поручению П.А. Столыпина Кофод выезжал с инспекционной поездкой в Сибирь, летом 1910 г. он побывал в Иркутске.

К.А. Кофод участвовал в разработке всех основных документов по зем­леустройству, а также написал несколько научных работ, основной из которых он считал «Крестьянские хутора на надельной земле» (1905 г.). Однако боль­шую популярность ему принес отчет о заграничных поездках 1905–1906 гг., который председатель Комитета А.В. Кривошеин назвал: «кладезь мудрости для всех нас». Деятельность К.А. Кофода была отмечена знаком отличия за труды по землеустройству, а также орденами и медалями.

События весны 1917 г. изменили жизнь Кофода: он остался без работы и осенью был вынужден пойти на службу в датское посольство в качестве упол­номоченного по делам австро-венгерских военнопленных. Весной 1918 г. он отбыл по служебным делам из Москвы в Омск. Его командировка вместо трех недель длилась около двух лет, в течение которых с ним произошло много разных событий. Временное Сибирское правительство обратилось к нему с просьбой разработать сибирский аграрный закон, работа над которым не была закончена. Осенью 1919 г. К. Кофод был вынужден вместе с военнопленными выехать через Иркутск в Харбин, а оттуда в апреле 1920 г. вновь через всю Сибирь возвратиться в Москву, о чем написал очень яркие воспоминания.

Оставаться в России для Кофода больше не было смысла и летом 1921 г. вернулся в Копенгаген, вновь сменив гражданство. Там он вступил в должность представителя датского сельского хозяйства при датских посольствах в России и в прибалтийских государствах. Весной 1924 г. он вновь водворился в Москве, откуда следил за ходом аграрных дел в стране. Однако все, что было сделано им и его соратниками до революции, в СССР постепенно было сведено на нет и окончательно загублено в период коллективизации. Оставаться в Советском Союзе стало небезопасно, многие знакомые Кофода были арестованы, поэто­му в 1930 г. он вновь выехал в Данию. Умер Карл Андреас Кофод в 1948 г.

Жизнь и деятельность К.А. Кофода – яркая страница в истории России и в истории российско-датских отношений. Он сделал многое для того, чтобы Россия стала процветающей страной.

Выходные данные материала:

Жанр материала: Статья | Автор(ы): Занданова Л. В. | Источник(и): Иркутский историко-экономический ежегодник. - Иркутск, 2001 | Дата публикации оригинала (хрестоматии): 2001 | Дата последней редакции в Иркипедии: 17 января 2016