Иркутская школа фельдшериц. История

Вы здесь

Версия для печатиSend by emailСохранить в PDF

Оглавление

Генерал-губернатор В.Я. Руперт
Генерал-губернатор В.Я. Руперт
Проект здания фельдшерской школы. Главный фасад
Проект здания фельдшерской школы. Главный фасад
Генерал-губернатор А.Д. Горемыкин
Генерал-губернатор А.Д. Горемыкин

В центре нашего города, в конце небольшого переулка, носящего имя Аркадия Сударева, в трехэтажном здании, сложенном из красного кирпича, находится Иркутский базовый медицинский колледж. Это учебное заведение, отметившее свой 108-й день рождения, стало первым в Восточной Сибири, готовящим медицинские кадры. Долгие годы считалось, что оно было открыто на пожертвования замечательного иркутского купца-мецената Ефима Андреевича Кузнецова. Работа с документами в фондах Государственного архива Иркутской области позволила восстановить подлинную историю учреждения центральной школы фельдшериц.

Медицинское обслуживание населения Иркутской губернии в XIX в. стояло на очень низком уровне. Существовали Михеевская лечебница для приходящих больных и гражданская больница на 100 кроватей, построенная на средства купца Чупалова (1807 г.). Была в Иркутске и вольная аптека, открытая провизором Динессом (1843 г.). Но в городе катастрофически не хватало докторов, а радиус обслуживания сельского врача составлял несколько тысяч верст. Практически большая часть жителей края вовсе не получали медицинской помощи. Те немногие врачи, которые были рассеяны по Восточной Сибири, фактически не могли без хороших помощников достичь своей главной цели: оказывать помощь больным и способствовать прекращению эпидемий, бывших частым явлением в регионе и уносивших сотни человеческих жизней. Открывались больницы в городах, но и в них населению приходилось пользоваться услугами малограмотных, без всякой научной подготовки фельдшеров, так называемых ротных.

В Сибири потребность в лекарских учениках существовала во всех больничных заведениях: лечебницах ведомства приказа общественного призрения, винокуренных и солеваренных заводов. Тельминской казенной и Тальцинской посессионной фабрик, а также на золотых приисках и по медицинскому ведомству Министерства внутренних дел1.

Жизненная необходимость заставляла чиновников искать выход из создавшегося положения — острой нехватки медицинских кадров.

Изначально проблема недостаточного медицинского обслуживания населения решалась на уровне местных, губернских и областных ведомств. Приказы общественного призрения, казенные заводы и фабрики выбирали способных мальчиков из детей ссыльнопоселенцев, обучали их в гимназии латинскому языку и другим предметам, ограничиваясь начальным курсом, а потом, практикуя их непродолжительное время при иркутских больницах, определяли по надобности на штатные места лекарских учеников. С 1830 г. последовал запрет на использование в данном качестве кантонистов (солдатских детей). Медицинское ведомство вынуждено было определять в лекарские ученики людей всех сословий.

В 1834 г. иркутский приказ общественного призрения отослал в Казань 4000 ассигнаций на постройку здания учрежденной там фельдшерской школы, с тем, чтобы в ней готовили кадры и для Иркутска. С 1838 г. туда для обучения стали направлять по пять мальчиков из детей ссыльнопоселенцев. Воспитание одного ученика обходилось приказу в 898 руб. 92 коп.2

С 1841 г. все учебные заведения Восточной Сибири стали подчиняться генерал-губернатору, поэтому в декабре 1844 г. управляющий Енисейской губернией направил представление генерал-губернатору В.Я. Руперту, в котором писал, что на подвластной ему территории ощущается острая нехватка медицинских кадров. Жалованье лекарского ученика было мизерным, поэтому желающих занять вакантные места не находилось. В.Я. Руперт обратился в Министерство внутренних дел за помощью. Но так как ученики фельдшерских школ обязаны были служить в том ведомстве, за счет которого содержались в школе, направить их в другие губернии не представлялось возможным. Поэтому министр внутренних дел предложил учредить при больнице одного из местных приказов общественного призрения фельдшерскую школу или же иметь пансионеров в уже существующих ближайших учебных заведениях3.

Это предложение обсуждалось гражданскими губернаторами, проводились многочисленные расчеты расходов, предполагалось даже обучение в частной аптеке. Енисейский губернатор посчитал более рациональным иметь пансионеров. А иркутский, принимая во внимание «Положение о школах при больницах для образования фельдшеров» (XIII том Св. Законов, издание 1842 г., ст. 959—995), признал выгодным и полезным для Восточной Сибири открытие при городской больнице, по примеру казанской, фельдшерской школы. В 1848 г. вступивший на должность генерал-губернатора генерал-майор Н.Н. Муравьев в письме к енисейскому губернатору счел нужным добавить, что школу для образования фельдшеров он полагает «учредить именно в Красноярске»4. Кроме того, предлагал пригласить золотопромышленников поучаствовать в этом деле, но они в большинстве своем не изъявили желания раскошелиться. В связи с тем, что содержание одного ученика в год в Красноярске обойдется дороже, чем в Иркутске на 97 руб. 39 коп., решено было открыть это учебное заведение в нашем городе на средства приказа общественного призрения5. Несмотря на принятое решение, реальных действий к его осуществлению не предпринималось.

12 апреля 1849 г. иркутский купец 1-й гильдии статский советник Ефим Андреевич Кузнецов написал письмо Н.Н. Муравьеву, в котором сообщал, что, исполняя свое обещание, «для облегчения бедных жителей города Иркутска» передает четыре билета Государственного коммерческого банка на сумму 230 руб. серебром. Он также писал: «...касательно предполагаемых мною заведений для облегчения бедных жителей Иркутска сам я еще теряюсь в размышлениях... смею надеяться, что Ваше Высокопревосходительство не откажет мне в Ваших советах и наставлениях»6 . По ходатайству Н.Н. Муравьева перед царем, Ефим Андреевич за столь крупное пожертвование был награжден орденом Святого Равноапостольного князя Владимира 3-й степени.

3 июля 1850 г. в следующем письме генерал-губернатору Е.А. Кузнецов выразил и свою волю: деньги пожертвованы «на устроение богоугодного заведения (два отделения на 40 коек. — И. 3.) в пользу бедных жителей города Иркутска», которое должно носить имя Ефима Кузнецова. Из переданного капитала предполагалось «употребить на возведение зданий, которые должны быть каменные, со всеми принадлежностями, службами и квартирами для служащих, консультационного покоя с необходимыми инструментами и книгами, аптеки для безвозмездного отпуска лекарств (в аптеке и вне ее), церкви во имя святителя Николая» до 50000 серебром. Остальная сумма денег, увеличиваясь постепенно процентами, должна составить не менее 200000 руб. и навсегда обеспечить получаемыми из кредитного учреждения процентами ежегодный расход на содержание лечебницы. Кроме денег Кузнецов передал также дачу с землей, огородом, садом и другими угодьями (на правом берегу Ушаковки, выше Ремесленной слободки) и даже завещал кирпич для строительства по себестоимости со своего завода7.

Е.А. Кузнецов умер 26 сентября 1850 г.

В декабре 1851 г. Н.Н. Муравьев поручил советнику Главного управления Восточной Сибири доктору медицины Штубендорфу составить проект подробных правил для богоугодного заведения, а капитану Шацу из корпуса инженеров путей сообщения — подготовить проект и сметы. В это же время генерал-губернатор направил все сведения относительно учреждения фельдшерской школы тому же Штубендорфу: «...рассмотреть означенные бумаги и потом, с возвращением оных, предоставить мне по ним соображение в самом непродолжительном времени»8. Таким образом, два дела, возникшие в разное время, обсуждавшиеся в разных департаментах Министерства внутренних дел (медицинском и хозяйственном) и стоявшие там на контроле, соединились для осуществления в одно. Капитал Е.А. Кузнецова хотя и был завещан на другие цели, но все-таки сыграл важную роль в вопросе учреждения фельдшерской школы.

Из медицинского департамента МВД отправлялись запросы о лекарских учениках, а из хозяйственного - о продвижении дела по устройству заведения Кузнецова. В 1853 г. составленные правила, проект и сметы на возведение главного корпуса богадельни, двух флигелей для служб и здания для фельдшерской школы Штубендорф взял с собой в Санкт-Петербург в командировку, чтобы там вручить их Муравьеву. Но не передал.

В 1855 г. министр МВД писал генерал-губернатору Муравьеву, что во всеподданнейшем отчете за 1854 г. председателем ГУВС сообщалось: на капитал, пожертвованный Кузнецовым, в Иркутске предполагается учредить больницу и богадельню, с присоединением к ним фельдшерской школы и лечебницы для вольноприходящих больных. На этом отчете император написал резолюцию: «На чем дело остановилось?» На данный вопрос у Муравьева ответа не было, так как все бумаги находились у пребывавшего в столице Штубендорфа. Только в марте 1857 г. Штубендорф вернул документацию в IV отделение ГУВС.

В мае 1857 г. инспектор иркутской врачебной управы Кинаст направил Н.Н. Муравьеву докладную записку, в которой подробно описал неудовлетворительное состояние городских богоугодных заведений. Он предлагал проект обустройства новых лечебниц, чтобы все соответствовало потребностям развивающегося края: открыть больницу на 150 коек, отделение при ней для неизлечимых больных на 20 человек, отделение «для незаконнорожденных детей, поднятых полицией», на 20 младенцев. Существовавшая в Иркутске богадельня на 40 человек находилась в двухэтажном каменном здании, отдельно от больницы, на особом дворе, и строение это было ветхое. Кинаст полагал, что выгоднее сделать новое здание, чем ремонтировать старое. Необходимо было перевести умалишенных в специально оборудованное помещение. Инспектор также писал: «Изложив настоящее состояние существующих богоугодных заведений... остается еще упомянуть о важном предмете как для успешного лечения больных в больницах, так и для успешного прекращения эпидемий, а именно — о фельдшерской школе. Во всей Сибири не имеется фельдшерской школы. Из начатого в 1845 году при ГУВС дела по предмету учреждения фельдшерской школы видно, что местным начальством как Енисейской, так и Иркутской губерний найдено всего выгоднее учредить для Восточной Сибири фельдшерскую школу при иркутской гражданской больнице... то необходимым условием к основательному и успешному образованию служит благоустроенная образцовая больница – краеугольный камень к улучшению медицинской части в губернии»9.

Кроме того, Кинаст посчитал, что полезней было бы возвести желаемые учреждения не на отдельной земле, пожертвованной Кузнецовым, а соединить их с гражданской больницей «в видах взаимной пользы». Для этого необходимо прикупить землю у гражданских лиц.

Генерал-губернатор принял предложение. И в том же году Кинаст составил проект устройства в Иркутске на капитал Кузнецова больницы на 150 коек, соединив ее с лечебницей, построенной в 1807 г. на средства купца Чупалова, богадельни на 60 человек, фельдшерской школы на 40 учеников, дома умалишенных на 40 человек.

13 мая 1857 г. Н.Н. Муравьев сообщал в Министерство внутренних дел: «...с того времени многие обстоятельства изменились, а вместе с тем и потребности города Иркутска. Капитал Кузнецова увеличился до 32700 рублей – это дает возможность устроить заведения в более обширных размерах, не изменяя цели и намерений Кузнецова, присоединить учреждения, не вошедшие в его предположение, но совершенно необходимые по местным обстоятельствам... именно чувствуется настоятельная надобность в учреждении фельдшерской школы... приняв в соображение потребности Иркутской Врачебной Управы и ежегодно возрастающее требование лекарских учеников на золотые прииски, оказывается, что нет никаких средств их удовлетворить»10. Муравьев просил о высочайшем утверждении этих ходатайств и дополнил, что старая больница и богадельня находятся в плачевном состоянии, постройка новых зданий совершенно необходима, потому что старые каменные стены подперты деревянными подставками. Иркутский приказ общественного призрения не имеет таких собственных средств, а если соединить средства приказа с пожертвованиями Кузнецова, то можно устроить заведения в размерах, соответствующих потребностям Иркутской губернии.

Министр внутренних дел счел предложения Н.Н. Муравьева в общем виде совершенно полезными, признал привести их в исполнение на следующих основаниях: на больницу, богадельню, с присоединением к ним дома умалишенных и фельдшерской школы, употребить столько из капитала Кузнецова, чтобы осталось 200000 руб., а недостающую сумму на устройство этих заведений добавить из собственных средств приказа общественного призрения. Процентами с 200000 руб. должны быть обеспечены: содержание 20 больных и 20 богадельщиков с соразмеренным тому числом чиновников и прислуги; содержание церкви; расходы на безденежный отпуск лекарств неимущим (примерно 500 руб. в год), консультационный и операционный залы с библиотекой, хирургическими инструментами и прочим; ремонт зданий, сколько по общей сложности будет падать на призреваемых.

Эти предложения были внесены на рассмотрение Сибирского комитета и 24 ноября 1857 г. по его положению удостоены высочайшего его императорского величества утверждения11.

К 1858 г. капитал в 230000 руб. увеличился до 328203 руб. 17 коп. Непосредственно на постройку зданий имелось 128 203 руб. (строительный капитал). Обе суммы Муравьев передал в ведение приказа общественного призрения. И вновь составлялись проекты и планы, теперь уже инспектором Ки-настом и архитектором А.Е. Разгильдеевым. Проект и сметы на больницу были утверждены Министерством внутренних дел 17 октября 1861 г.12 Все вопросы, связанные с фельдшерской школой, были по распоряжению Муравьева отложены до окончания строительства лечебницы. Кузнецовскую больницу открыли в 1871 г.

В 1875 г. министр внутренних дел просил генерал-губернатора П.А. Фредерикса сообщить ближайшие планы приказа общественного призрения о дальнейшем выполнении высочайшего повеления о фельдшерской школе, богадельне и доме для душевнобольных. Фредерике затребовал у приказа сведения о деньгах Е.А. Кузнецова. Имевшиеся отчетные документы показали, что строительная часть пожертвованного купцом капитала, выделенная на устройство больницы, богадельни, фельдшерской школы и дома для душевнобольных, употреблена исключительно на возведение лечебницы, осталось 909 руб.13

Однако Министерство внутренних дел потребовало возложить обязательство выполнить высочайшую волю на приказ общественного призрения. В 1877 г. приказ сообщил, что в его ведении фельдшерской школы нет, но кадры готовятся в Казани, на что ежегодно по сметам ведомства приказа вносится к расходу по 150 руб. на воспитанника, а всего 750 руб. в год. Приказ не знает, во что обойдется строительство фельдшерской школы, богадельни и их обзаведение. Генерал-губернатор П.А. Фредерикс в то же время составил сметы и планы на богадельню на 80 человек, фельдшерскую школу на 40 учеников, дом умалишенных на 60 человек, не выходя из лимита 150000 руб.14

В 1880 г. генерал-губернатором Восточной Сибири был уже Д.Г. Анучин. Он поручил поехавшему в отпуск члену ГУВСа Ефимову ознакомиться с устройством фельдшерской школы в Европейской России и составить подробный доклад по состоянию дела об учреждении школы в Иркутске, заметив, что в Западной Сибири уже разрешено возведение такого учебного заведения за счет остатков губернского земского сбора. Ефимов добросовестно выполнил поручение Анучина, составил доклад и высказал свое мнение: по справке Главного управления смет о земских денежных повинностях по Восточной Сибири за 1872-1874 гг. и 1875-1877 гг. видно, что от сметного назначения 1872—1874 гг. последовал остаток губернских земских сборов 81023 руб., который был принят к зачету расходов по смете на 1875— 1877 гг., но не был весь израсходован при действии этой сметы; также перешли остатками к 1878 г. 77418 руб. Они приняты к зачету расходов на 1878-1880 гг. Эти сведения за два трехлетия показывают, что из определенных сметами сумм, за покрытием предназначенных расходов, бывают значительные остатки, которые могут служить источником средств для устройства фельдшерской школы в Восточной Сибири, если не зачислять их в сметы расходов на следующее трехлетие.

Сам же Д.Г. Анучин послал личное письмо генерал-губернатору Западной Сибири Мещеринову, в котором писал, что поскольку в Омске величайшим повелением разрешена постройка фельдшерской школы, «то, имея в виду воспользоваться благим примером Западной Сибири», он просил прислать в Иркутск копии проектов и смет омской школы. Вся эта переписка продлилась до 1883 г., а из Министерства внутренних дел вновь и вновь интересовались положением дел по устройству учебного заведения. В 1885 г. в совете ГУВС была образована комиссия для обсуждения вопроса о фельдшерской школе, которая предложила готовить специалистов в военной фельдшерской школе, открытой при госпитале в 1880 г. Но на это требовалось согласие военного ведомства. Потребовалось еще пять лет на переписку между чиновниками. Таким образом, за 23 года, прошедшие после высочайшего утверждения, вопрос о фельдшерской школе оставался нерешенным. Поскольку запросы из МВД об учреждении школы следовали один за другим, откладывать это дело было уже невозможно. В июле 1890 г. гражданский губернатор предоставил генерал-губернатору А.Д. Горемыкину проект устава фельдшерской школы и примерную смету расходов: на ежегодное содержание — 5800 руб. и на единовременное обзаведение — 5600 руб.

29 сентября 1890 г. А.Д. Горемыкин лично обратился к министру внутренних дел и писал, что бывший генерал-губернатор Восточной Сибири А.П. Игнатьев усмотрел, насколько врачебная часть в крае не соответствует действительным потребностям населения. Число только жителей Иркутска в 1873 г. составляло 31 872 человека, а с «приходом» железной дороги в сибирские края устремился поток переселенцев. За 1888—1890 гг. не получили во время болезни никакой врачебной помощи 70 % жителей. Изучив положение дел, А.Д. Горемыкин невольно пришел к безотрадному заключению: врачей в губерниях очень мало, поэтому необходимо сохранить и развивать помощь фельдшеров. Согласно представлению врачебной управы, школа утверждается при иркутской гражданской Кузнецовской больнице на 45 приходящих учеников и учениц в возрасте от 16 до 30 лет. Во избежание совместного обучения лиц обоего пола, один год набираются ученики, другой - ученицы. Школа имеет целью образование сведущих и опытных фельдшеров и фельдшериц. Курс обучения трехгодичный. Принимаются представители всех сословий с возможно лучшей образовательной подготовкой; допускаются лица, обучавшиеся в народных училищах. Горемыкин, изучив опыт частной фельдшерской школы в Красноярске, признал в письме к министру, что проектируемое губернским советом учебное заведение для фельдшеров и фельдшериц смешанного типа (с приемом по очереди) не будет соответствовать делу: «Я счел более целесообразным открыть школу исключительно женскую, так как практикой выяснено преимущество женщин в деле исполнения обязанностей низшей врачебной должности»15. Учитывая, что средства приказа общественного призрения крайне обременены непосильными для него платежами и расходами и что фельдшерская школа главным образом предназначается для нужд сельского населения вверенного ему края, А.Д. Горемыкин признал более целесообразным отнести исчисленные затраты по устройству и содержанию школы на счет остатков губернского земского сбора по Иркутскому генерал-губернаторству. В будущем сумма ежегодных расходов должна вноситься определенной цифрой в подлежащее подразделение сметы губернских повинностей. Для размещения школы первоначально могут быть выделены 2-3 комнаты в Кузнецовской больнице, тем более что губернская администрация не представила сметные исчисления на сооружение нового здания для учебного заведения.

Государственный совет в соединенных департаментах государственной экономии и законов в Общем собрании рассмотрел представление министра внутренних дел об учреждении в Иркутске центральной школы фельдшериц и выразил свое положительное мнение. Это мнение император высочайше утвердить соизволил и повелел исполнить. На подлинном документе — проекте временного расписания должностей — собственной рукой Александра III начертано: «Быть по сему». Это было в Гатчине 28 апреля 1892 г.16

13 сентября того же года министром внутренних дел сенатором Плеве утвержден Устав центральной школы фельдшериц. Итак, вопрос был решен. Усилиями многих людей, с привлечением различных ведомств, изысканы средства для учреждения школы, на что понадобилось почти 48 лет. Несмотря на это, открытие учебного заведения откладывалось, потому что не было готово помещение для него. Первый класс предполагалось разместить в каменном флигеле, занимаемом смотрителем лечебницы, для чего необходимо было пристроить туалет, сделать деревянную перегородку, а также приобрести необходимые пособия, мебель. Директором школы всегда назначался старший врач Кузнецовской больницы. Преподаватели подбирались инспектором врачебной управы, все кандидатуры утверждались гражданским губернатором. В педагогическом совете устанавливалась плата за учение, распределялось количество уроков по предметам и между преподавателями. О дальнейших событиях в летописи Н.С. Романова сказано: «3 октября 1893 года состоялось открытие школы фельдшериц при Кузнецовской школе... Генерал-губернатор поздравил учениц с открытие школы и выразил особое удовлетворение, что школа, согласно его ходатайству, открыта женская. 4-го в школе начались занятия»17.

Прошения о приеме на учебу начали поступать еще в июле 1893 г. Педагогический совет школы рассмотрел их и принял решение, что могут быть приняты только 24 ученицы, остальным отказали по причине их малограмотности. Большинство из поступивших по своему образованию были значительно выше требуемого минимума. За несовершеннолетних девушек подавали прошение родители или опекуны, а замужние принимались с разрешения мужей и лишь по особому предварительному разрешению директора школы. Преимущество отдавалось селянам. Если же таких желающих было недостаточно, набирались лица и других сословий, но с условием, чтобы число учениц как иноверных христианских исповеданий, так и не христианок не превышало каждое пяти процентов от общего числа студенток. Обучение было платным, не свыше 20 руб. в год. Деньги вносились вперед по полугодиям и поступали в специальные фонды школы, которые позволялось расходовать на нужды, не предусмотренные временным расписанием. Если ученица выбывала до истечения семестра, плата не возвращалась. В отдельных случаях педагогический совет с разрешения губернатора мог освобождать от оплаты за обучение или уменьшать плату учащимся по их недостаточному материальному положению. Таких студенток могло быть не более десяти, кроме того, за каждый год освобождения от оплаты выпускница обязывалась прослужить по сельско-врачебной части Восточной Сибири, о чем давалась расписка при поступлении.

Полный курс обучения в фельдшерской школе был трехлетним и разделялся на три класса. Учебный год начинался 15 августа и заканчивался 1 июня, включая экзамены. Для первого класса полагалось 25 уроков в неделю, а для второго и третьего - 45, не считая ежедневных практических занятий в больнице и аптеке. Особое внимание должно было обращаться на изучение заразных и повальных болезней, на уход за больными и детьми. В мае по всем изученным дисциплинам проводились экзамены, по результатам которых ученицы переводились на другой курс. Студентки, не сдавшие один экзамен, оставлялись «на осень» или на второй год. Те, кто не выдерживал экзаменов после двухгодичного пребывания в одном классе или был замечен в дурном поведении, исключались из школы по письменному постановлению педагогического совета, с утверждения губернатора.

К концу первого учебного года встал вопрос о помещении для школы, так как с 15 августа 1894 г. открывался второй класс, а существующее было тесным и для одного; не имелось комнаты для учителей, рекреационной для воспитанниц (на уроке, на перемене — все вместе в одной комнате). Больница могла бы выделить две комнаты в главном корпусе, но при этом существенно нарушались ее интересы. Хотя, следует заметить, что школа и была учреждена при Кузнецовской больнице, но, открывая свою аптеку, лечебница школе отказала и в малом. По ходатайству врачебного иркутского инспектора медицинский департамент МВД разрешил приказу общественного призрения нанять квартиру для фельдшерской школы за счет кредита в 800 руб., назначенного на отопление, освещение, поддержание чистоты, наем прислуги. Квартиру арендовали в верхнем этаже двухэтажного деревянного дома на Троицкой улице, вблизи больницы (ныне улица 5-й Армии). И уже в декабре 1894 г. генерал-губернатор А.Д. Горемыкин приказал «безотлагательно приступить к составлению проекта и сметы на постройку здания для фельдшерской школы»18.

Составление документации было поручено управлению строительных и дорожных частей при Иркутском генерал-губернаторстве. Проект дома и смету составил гражданский инженер Д.Р. Магидей, 12 сентября 1896 г. их проверил архитектор А.И. Кузнецов. Затем они были утверждены А.Д. Горемыкиным и направлены в Министерство внутренних дел в Петербург. Проект был утвержден к исполнению 28 января 1897 г. По смете на постройку запросили кредит — 37044 руб. До 1900 г. длилась переписка между различными ведомствами; обсуждались цены на строительные материалы, рабочую силу; изыскивались варианты снижения сметных расходов, а также местные источники финансирования. Принимая во внимание действительную необходимость возведения здания для школы, генерал-губернатор А.И. Пантелеев просил МВД перечислить на эти цели в департамент Иркутского губернского управления 15000 руб. в качестве специального капитала, а недостающую сумму внести прямым ассигнованием в смету 1903 г.

В марте 1903 г. Министерство финансов уведомило генерал-губернатора, что кредит по 7000 руб. в год внесен в проект росписи земских повинностей Иркутской губернии на текущее трехлетие (1903-1905 гг.). Получилось, что 21000 руб. за три года и ранее полученные 15000 руб. в сумме составили 36000 руб., которые изначально и требовались на строительство.

Первые торги на постройку здания были назначены на 27—31 октября 1903 г. Подрядчик должен был предоставить залоговую сумму, равную одной трети подрядной суммы. На торги никто не явился. Переторжку назначили на февраль 1904 г., но сумму залога снизили до одной десятой части. В переторжке приняли участие иркутский мещанин Адриан Игнатьевич Нефедов, предоставивший в залог четыре листа Государственной четырехпроцентной ренты, по тысяче рублей каждый, он просил увеличить смету на 3500 руб., а также крестьянин Усть-Балейского уезда Иннокентий Садовников с таким же залогом, но к смете просил добавить 4000 руб. 12 марта 1904 г. по предложению генерал-губернатора графа П.И. Кутайсова предпочтение было отдано Нефедову, который согласился на подрядную сумму. Закладка здания для центральной фельдшерской школы состоялась 10 марта на углу Троицкой улицы и Больничного переулка (ныне пер. А. Сударева, 15), а уже 1 ноября оно было возведено под кровлю. 12 апреля инженер Магидей назначен руководителем работ по постройке дома. Он же 31 августа 1905 г. сдавал готовое строение приемной комиссии19.

Новое здание было кирпичным двухэтажным, на первом этаже располагались две классные комнаты, канцелярия, помещение для служителя, кухня, передняя. На втором этаже — главный зал, две классных комнаты, физический кабинет, библиотека. На каждом этаже имелись ватерклозеты. В здании было 16 печей и одна пекарная печь.

При строительстве дома некоторые работы были изменены самим инженером-архитектором Магидеем, некоторые дополнены директором школы Бергманом, в том числе постройка сарая для дров, устройство тротуара и мусорной ямы, перенос старого забора и изготовление новых ворот. На это требовалось 1200 руб., но из-за стесненности в средствах часть работ была отложена. Завершить их удалось только в 1909 г. В 1912 г. проводилась электрификация Кузнецовской больницы. Директор школы Кауфман обратился с ходатайством на установку электрического освещения и в учебном заведении: «...для удешевления стоимости желательно одновременно с установкой в зданиях Кузнецовской больницы через посредство одного и того же лица или фирмы»20. Готовясь к предстоящему съезду врачей, электричество в школе устроили, за что заплатили 282 руб. С 16 декабря 1912 г. учениц и преподавателей училища фельдшериц «согревали» 27 лампочек, имелся один счетчик.

Если бы дело двигалось чуть-чуть быстрее, иркутская школа была бы первым в азиатской части России учебным заведением, готовящим медицинские кадры, но она стала таковой в Восточной Сибири. За прошедшие годы в медицине произошел крупный переворот: она стремилась не только лечить болезни, но и предупреждать их. А для этого требовалась целая армия грамотных и опытных специалистов.

За свою более чем вековую историю центральная школа фельдшериц в Иркутске неоднократно меняла свое название, увеличилось количество принимаемых студентов, курс обучения стал четырехгодичным, в числе получающих образование появились и мужчины, изменялись учебные программы, был надстроен третий этаж здания, но неизменными остались смысл и предназначение учебного заведения — подготовка сведущих и опытных фельдшеров для Восточной Сибири.

Примечания

  1. ГАИО. Ф. 25. Оп. 27. Д. 612. К. 1308. Л. 8.
  2. Там же. Л. 10.
  3. Там же. Л. 3 об.
  4. Там же. Л. 55.
  5. Там же. Л. 83-83 об.
  6. Там же. Ф. 24. Оп. 9. Д. 26. К. 1735. Л. 1.
  7. Там же. Л. 24-29 об.
  8. Там же. Ф. 25. Оп. 27. Д. 612. К. 1308. Л. 88 об.
  9. Там же. Л. 116-118.
  10. Там же. Л. 130-131.
  11. Там же. Л. 124.
  12. Там же. Л. 125.
  13. Там же. Ф. 24. Оп. 1. Д. 159. К. 1955. Л. 9.
  14. Там же. Ф. 25. Оп. 27. Д. 612. К. 1308. Л. 101.
  15. Там же. Л. 233.
  16. Там же. Л. 245.
  17. Романов Н.С. Летопись города Иркутска за 1881-1901 гг. - Иркутск. 1999. - С. 290-291.
  18. ГАИО. Ф. 25. Оп. 27. Д. 612. К. 1308. Л. 289.
  19. Там же. Ф. 32. Оп. 11. Д. 64. Л. 65.
  20. Там же. Оп. 9. Д. 757. Л. 5.

Выходные данные материала:

Жанр материала: Статья | Автор(ы): Залманова Ирина | Оригинальное название материала: Школа фельдшериц в Иркутске | Источник(и): Земля Иркутская, журнал | № 1 (18). - С. 77-80. | Дата публикации оригинала (хрестоматии): 2015 | Дата последней редакции в Иркипедии: 02 апреля 2015

Примечание: "Авторский коллектив" означает совокупность всех сотрудников и нештатных авторов Иркипедии, которые создавали статью и вносили в неё правки и дополнения по мере необходимости.