Эвенки. Экологическое сознание в обычаях

Вы здесь

Версия для печатиSend by emailСохранить в PDF

Оглавление

Фотоальбом

Автор: В. Гуляев
Автор: В. Гуляев
Автор: Не известен
Автор: Не известен

Эвенки, осваивая просторы тайги, менее других народов нанесли ущерб природе. Сосредоточенная в фольклоре и религиозных верованиях народа совокупность табу, запретов и предписаний представляется нам как одно из условий гармонизации отношений человека и природы. «Законы предков», регулирующие поведение человека в природе, в решающей степени базируются на тысячелетнем опыте освоения практически неизменных экологических ниш.

Жизнь эвенка напрямую зависела от состояния природы. Поэтому у народа существует множество обычаев из культа природы, направленных на ее сохранность. Ценность этих обычаев заключается в том, что,

"...они являются самыми древними и мало изменились с приходом русскоязычного населения. Во-вторых, в связи с изменением отношений, обычное право эвенков подверглось сильнейшей деформации и сегодня существует лишь в остаточном цикле, а обычаи природоохранного действия сохраняются до сих пор и передаются не только в среде населения, занимающегося традиционным образом жизни. "[1]

Общий смысл экологических обычаев сводится к стремлению нанести наименьший ущерб природе. Причем у древних эвенков обычаи соблюдались не только во время выхода на промысел, они претворялись в жизнь начиная с быта. Например, независимо от обстоятельств стойбище должно было быть чистым, а именно — все отходы жизнедеятельности необходимо закапывать. Объеденные кости крупных животных (медведей, оленей) складывались отдельно на лабаз, а рога и черепа животных вывешивались на ветках деревьев. Чтобы не загрязнять таежный воздух, нельзя было в процессе подготовки к приготовлению пищи бросать в костер лапы, хвосты, перья боровой дичи. Кости животных и рыб в костер также не выбрасывались. Рядом с огнем нельзя было проливать кровь боровой птицы.

Существовали строгие сроки охоты на отдельных животных. Всегда было запрещено убивать стельных важенок и молодняк, хотя и допускались некоторые отклонения в безвыходных ситуациях[2]. Строго-настрого запрещалось упускать в тайгу раненое животное. Эвенкийская поговорка гласит: «Если раненый зверь побежит — преследуй!» Ловушки устанавливали так, что они мгновенно убивали и зверь не мучился.

Сейчас остро стоит проблема сохранения редких ценных животных и растений. Одним из шагов, предпринятых современным человечеством для сохранения окружающей природы, животного мира, было создание заповедников. У эвенков же с незапамятных времен существовали подобные мини-заповедники. К примеру, у Николая Калитина — эвенкийского писателя — есть рассказ «Осургинат». Осургинат в переводе с эвенкийского — дерево счастья и изобилия. Обычно это лиственница, которой в округе нет равных по красоте и мощи. На этой лиственнице ведут весной свои любовные игры белки, собираясь с ближних притоков речки. Видно и белкам не чуждо чувство красоты… По тому, сколько собиралось тут белок, эвенки умели очень точно определять их урожай на будущий год. По их законам весной нельзя было даже подходить к Осургинату, а в любую другую пору года — стрелять в сидящих на нем птиц или зверьков. Нарушение считалось тягчайшим из грехов.

Во всем этом больше народной мудрости, чем суеверия. Осургинат и подобные ему деревья были как мини-заповедники, где те же белки могли без боязни заводить семейства и размножаться, чтобы потом пополнять окрестную тайгу[3].

Поскольку эвенки-охотники вели преимущественно бродячий образ жизни, заготовка запасов на длительные периоды для них не была характерной. Поэтому они не добывали зверя и рыбы больше того количества, которое могло потребоваться для пропитания семьи в ближайшее время. В таком отношении к животному и водному миру угадывается забота о благосостоянии будущих поколений. На этот счет существует следующая эвенкийская поговорка: «Из озера не вылавливай всю рыбу, а оставь своим потомкам». Также не занимались ловлей идущей на нерест рыбы. Более того, эвенки амурской и охотской групп следили за состоянием рек — очищали нерестовые ямы в период хода лососевых рыб, после чего старались без необходимости не появляться в нерестовый период в тех местах[4].

Существовал запрет на загрязнение воды отбросами.

Кроме того, эвенки придерживались воздушного типа захоронения. Для этого гроб изготавливали из ствола дерева, выдалбливая его сердцевину, и подвешивали на вбитые в землю столбы. Захоронения такого типа не могли отразиться негативно на состоянии подземных вод. Уточним, последним пристанищем умершего человека становилось уже неживое, дуплистое дерево. Примечательно и то, что живое дерево на дрова не использовали, топили валежником и сухостоем[5].

Существовали определенные сроки и сбора березового сока, дикоросов и коры. Березовый сок эвенки собирали весной, а по окончании его сбора надрез, для сохранения дерева, замазывали глиной. Кору разрешалось снимать именно тогда, когда это могло нанести наименьший ущерб для дерева, — во время появления листвы (6). Использование коры было рациональным: из нее делали небольшие летние чумы, на покрытие которых понадобилось бы коры не более чем с трех деревьев. Приведем отрывок из рассказа Сергея Бухаева «Портрет Танкиуля возле белого оленя»:

— Давайте построим мне шалаш, — сказал он.

— Э-э, паря, шалаш! — усмехнулся Танкиуль. — Легко говорить, шибко трудно, паря, рубить. Наша тайга деревом бедная, шибко тихо дерево растет. Если ветками шалаш строить, сколько дерева погубим, а? Чум тебе поставим, кору надерем — три елины, не больше, на него уйдет. Понятно? Из елины я потом нарты сделаю, шибко легкие нарты получатся[7].

Из приведенного отрывка видно, что использование эвенками лесного богатства было не только рациональным, но еще и безотходным.

Эвенки никогда не разоряли птичьих гнезд. Во избежание пожара всегда тщательно тушили костер, разведенный в лесу. Они не разводили костер на лесных тропах, чтобы находящийся вблизи зверь не сменил место обитания.

Основной мерой воздействия на правонарушителей были порицание и позор, а это, как известно, для эвенка было более сильным наказанием, чем физическое воздействие.

Исходя из сказанного, постараемся выделить главную черту природоохранных обычаев эвенков — разумность в использовании природных ресурсов. Проблемы природоохранного характера сегодня очень актуальны. Речь, конечно, не идет о полном возврате к традиционным формам ведения хозяйства. Но вернуться к духовному позитивному опыту взаимодействия человека и природы весьма полезно для формирования современной экологической культуры.

Примечания

  1. Увачан В.В. Обычное право эвенков в XVII – начале XX вв. — М., 2001. — С. 91.
  2. Там же.
  3. Калитин Н. Осургинат // Булчут : Рассказы. — Якутск, 1991. С. 31–32.
  4. Увачан В.В. Указ. соч. — С. 91.
  5. Зайцева И.В., Интигринова Т.П., Протопопова И.В. Экологические традиции народов севера Баргузинской долины. — Улан-Удэ, 1999. — С. 27.
  6. Увачан В.В. Указ. соч. — С. 92.
  7. Бухаев С.Д. Портрет Танкиуля возле белого оленя // Из синевы и зеленей: Повести. Рассказы. — Улан-Удэ, 1990. — С. 149.

Выходные данные материала:

Жанр материала: Статья | Автор(ы): Воронина А. А. | Источник(и): Тальцы, журнал | 2009 | Дата публикации оригинала (хрестоматии): 2012 | Дата последней редакции в Иркипедии: 31 марта 2015

Примечание: "Авторский коллектив" означает совокупность всех сотрудников и нештатных авторов Иркипедии, которые создавали статью и вносили в неё правки и дополнения по мере необходимости.

Материал размещен в рубриках:

Тематический указатель: Статьи | Байкал | Иркипедия | Библиотека по теме "Народы вокруг Байкала. Этнография"