Адвокатура и организация юридической помощи населению Восточной Сибири в конце XIX – начале XX в.

Вы здесь

Версия для печатиSend by emailСохранить в PDF

Судебная реформа 1864 г. не затронула ряд регионов Рос­сии, в том числе и Сибирь. Между тем в середине XIX в. сибирские суды вызывали множество нареканий. Для Сибири была характерна большая зависимость судебной власти от административной. Суд фактически был подавлен администрацией. Коррупция, взяточничество, волокита были неотъем­лемыми чертами сибирского дореформенного суда. Как пра­вило, судебные чины не имели надлежащих юридических зна­ний: из-за скудного материального обеспечения в суд шли преимущественно молодые и неспособные к другим видам де­ятельности люди. Население Сибири видело в суде не побор­ника правды и справедливости, а источник зла. Многие пра­вонарушения и преступления оставались безнаказанными (например, грабежи на улицах в вечернее и ночное время), поскольку население не верило в возможность их раскрытия и наказания виновных и в связи с этим даже не подавало жалобы. В условиях произвола администрации, плохой работы судебных органов у основной массы населения Сибири не было возможности сформировать какие-либо устойчивые представление о законности, приобрести какие-либо юриди­ческие знания.

13 мая 1896 г. были утверждены «Временные правила о применении судебных уставов к губерниям и областям Сибири».

Так же, как и в Европейской России, в Сибири создава­лось две ветви суда: коронный суд (судебная палата, окружной суд) и мировой (мировые судьи). Мировой институт по­падал в полную зависимость от высших судебных властей, все назначения, перемещения и увольнения участковых и добавочных мировых судей полностью зависели от министра юс­тиции. Не была введена в Сибири вторая ступень мирового суда – съезд мировых судей, его функции были возложены на окружные суды. При создании этих правил было обраще­но внимание на нецелесообразность учреждения в отдален­ных и обширных безлюдных районах Сибири должностей су­дебных следователей, их обязанности были возложены на уча­стковых мировых судей1.

Вводился в Сибири и нотариат. При этом в случае недо­статка лиц, способных заместить должность нотариуса, вы­полнение его функций возлагалось опять же на мирового судью.

Временные правила 1896 г. предусматривали создание адвокатуры. По существу, создаваемая адвокатура в крае не от­личалась от адвокатуры Европейской России. Присяжные по­веренные должны были соответствовать всем предъявляемым к ним требованиям: иметь высшее юридическое образование и не менее пяти лет службы по судебному ведомству или в ка­честве помощника присяжного поверенного. Адвокатура так­же попадала под непосредственный контроль судебных мест, была лишена корпоративной самостоятельности (в Сибири не были созданы советы присяжных поверенных).

При подготовке судебной реформы для Сибири, когда но­вый суд подвергался ожесточенным нападкам справа, было решено остановиться на смешанном варианте, предусматри­вавшем соединение «старого суда с новым». Наиболее важными из изъятий были отказ от введения в Сибири суда при­сяжных, отступление в разделении суда и следствия, изъятие из ведения нового судопроизводства инородцев. Сохранились особые полномочия министра юстиции по увольнению лиц судебного ведомства (по примеру Закавказья), что сводило на нет принцип несменяемости судей2. Ограничивались права судебных следователей в отношении административных дол­жностных лиц.

При всей ограниченности и непоследовательности судеб­ной реформы 1896 г., она вводила в организацию судебной власти в Сибири некоторые буржуазные принципы: расши­рились пределы гласности и состязательности судопроизвод­ства, усиливалась независимость суда от администрации, вводилась адвокатура. Суд удалось сделать более доступным, ско­рым, приблизить его к населению.

Вся территория Сибири делилась на два округа: создава­лись две судебные палаты – Омская и Иркутская. В ведении последней находились окружные суды: Томский, Красноярский, Иркутский, Якутский, Читинский, Владивостокский, Благовещенский и Пограничный.

2 июля 1897 г. в присутствии министра юстиции Н.В. Муравьева в Иркутске были открыты новые судебные установ­ления. В тот же день состоялось открытие Красноярского и Читинского окружных судов3.

При проведении судебной реформы в регионе одним из наиболее важных вопросов стало оказание юридической помощи населению, поскольку уровень правовой культуры на­селения на тот момент времени был достаточно низким. Си­бирякам предстояло не только ознакомиться с основами но­вого судопроизводства, но и научиться отстаивать свои пра­ва в суде при помощи поверенного или самостоятельно.

Согласно судебным уставам посредником между населе­нием и судебными местами должна была выступать адвока­тура. После проведения судебной реформы в Сибири, так же как и в Европейской России, сложилось три группы, кото­рые могли оказывать юридические услуги населению. Самая квалифицированная из них была представлена институтом присяжных поверенных, затем шли частные поверенные (к ним не предъявлялось требование обязательного высшего образования и 5-летнего стажа, они имели право вести гражданские дела) и подпольные ходатаи. На организацию юри­дической помощи, участие защитника или судебного пред­ставителя в судебном разбирательстве значительное влияние оказало территориальное распределение этих трех групп. В наиболее выгодном положении оказались жители городов, где находились окружные суды и судебная палата, где число при­сяжных поверенных было относительно высоким. Абсолют­ным лидером был Иркутск, где число присяжных поверен­ных колебалось от 11 в 1898 г. до 28 в 1913 г., помощников присяжных поверенных – соответственно от 7 до 22. Второе место по численности присяжных поверенных занимал Чи­тинский окружной суд, в котором на 1912 г. приходилось 10 присяжных поверенных и 14 помощников. Третье место – Красноярский окружной суд: 6 присяжных поверенных и 10 помощников в 1910 г. Якутский и Канский окружные суды присяжных поверенных и их помощников не имели4. Коли­чество присяжных поверенных для окружных судов региона было неудовлетворительным. На долю иркутских поверенных приходилось 138 дел, красноярских и читинских – 250 дел в год5. В Восточной Сибири насчитывалось всего пять городов, где был более или менее стабильный состав присяжных поверенных: Иркутск, Чита, Верхнеудинск, Красноярск, Енисейск. Таким образом, жители лишь этих городов могли по­лучить квалифицированные услуги адвоката. Жители осталь­ных городов Восточной Сибири были вынуждены пользовать­ся услугами или частных поверенных, или подпольных хода­таев. В уездных городах, селах юридические услуги предос­тавляли исключительно подпольные ходатаи. Ими были либо бывшие ссыльные, имевшие хоть и незначительное, но зна­комство с судебными уставами, либо различного рода прохо­димцы. Услугами подпольных ходатаев пользовались даже жители губернских городов, которые, будучи юридически без­грамотными, не видя разницы между квалифицированным адвокатом и полуграмотным ходатаем, не имея средств на до­рогостоящие услуги присяжного поверенного, шли к ходатаю. «Подпольная адвокатура, кажется, становится в Иркутске злобою дня... масса возбужденных в последнее время против этих господ уголовных преследований, бессовестно обманывающих темный в юридическом отношении люд... красноре­чиво говорит о размерах зла, ими причиняемого.... чтобы не быть голословными, мы укажем на некоего господина Л., против которого в какой-нибудь месяц было возбуждено 12 уголовных дел, что, однако, как это ни странно, не мешает ему и теперь выступать у мировых судей в качестве ходатая по чужим делам и даже иметь вывеску, что он дает советы»6.

В таких условиях представлялось очень важным наладить организацию квалифицированной юридической помощи населению, особенно его неимущим слоям. Нужен был такой орган, который бы позволил населению при новом судоустройстве оперативно разобраться с возникшими проблемами, который бы не только защищал интересы конкретной лич­ности, но и облегчал знакомство населения с судебными ус­тавами, не позволял запутаться в новых правилах. Таким ор­ганом стали консультации присяжных поверенных.

Первая консультация присяжных поверенных была откры­та в Иркутске 18 января 1898 г.7 Целью данной консультации было предоставление словесных советов, составление письменных заключений по предложенным на разрешение воп­росам права и судопроизводства, составление различного рода бумаг и прошений в судебные, административные учрежде­ния и должностным лицам.

В состав консультации входили поверенные города, а так­же помощники присяжных поверенных (однако их деятель­ность должна была проходить под полным контролем при­сяжных поверенных). Членами консультации на 1 января 1904 г. состояли 17 присяжных поверенных из 21 и 3 помощ­ника из 6 проживавших в Иркутске8. Изменение состава консультации было тесно связано с изменениями общего коли­чества поверенных города. Как правило, вступившие в сосло­вие сразу же становились членами консультации. В последу­ющие годы 80–90 % присяжных поверенных города входило в состав консультации.

Организационная структура консультации впитала в себя элементы корпоративного устройства адвокатуры. Делами консультации заведовали общее собрание членов консультации, а также особый распорядитель по избранию общего со­брания. Письменные заключения, как правило, обсуждались коллективно членами консультации9.

В круг вопросов, решавшихся общим собранием, входили рассмотрение и утверждение годового отчета распорядителя о деятельности консультации, предоставлявшегося затем Иркутскому окружному суду; проверка денежных сумм, доку­ментов, книг и кассовой наличности. В компетенцию распо­рядителя входило распределение дежурных в консультации по очереди, как для одиночного исполнения обязанностей консультантов, так и для обсуждения письменных заключе­ний в общих собраниях консультации. Распорядитель наблю­дал за исправным посещением членами консультации своих дежурств10.

Советы иркутянам давались в особой комнате здания судебных установлений ежедневно, кроме среды и субботы и неприсутственных дней, с 12 до 15 часов.

Все предложенные консультанту вопросы, требующие словесных ответов или письменных заключений, заносились в специальные книги; как правило, советы объявлялись в тот же день. На составление письменного заключения отводился срок в три недели. Плата за словесные советы определялась по усмотрению самого просителя, но в размере не менее одного рубля. За письменные заключения плата колебалась от 5 до 300 руб., исходя из обширности дела, сложности возбуж­даемых вопросов, ценности охраняемого права, степени со­стоятельности клиента, причем вознаграждение всегда выда­валось вперед11. Иногородним письменное заключение вы­сылалось по почте.

При создании адвокатуры как института, оказывающего помощь населению, было предусмотрено оказание юридической помощи беднейшим слоям населения. В обязанности присяжного поверенного входило ведение дел по праву бед­ности. При создании консультации в Иркутске этот вопрос не был обойден стороной: бедные могли получать советы и письменные заключения по усмотрению консультанта бес­платно. Лица, имевшие свидетельства о бедности, в обяза­тельном порядке освобождались от платы как по делам част­ным, так и по делам, производящимся в охранительном по­рядке.

Под наблюдением распорядителя 15 консультации изготав­ливались несложные деловые бумаги и прошения за плату от 1 до 5 руб. Все поступавшие в консультацию денежные сум­мы – взносы, плата за словесные и письменные заключения, за написание деловых бумаг – шли в общую кассу. Они распределялись следующим образом: часть шла на возмещение потребностей консультации, 100 руб. выделялось на ближай­шие расходы, остававшаяся сумма делилась поровну между всеми членами консультации12.

Нужно отметить, что активно консультация начинает работать лишь с 1902 г., до этого времени в течение трех лет кон­сультация бездействовала. Подобное положение объясняет­ся рядом причин. Прежде всего те слои населения, на кото­рые была рассчитана консультация, первоначально в силу своей правовой безграмотности просто не понимали цели и назначения данного учреждения. Кроме того, чтобы консуль­тация сразу же начала активно действовать, необходимо было принятие мер по ознакомлению населения даже с самим фак­том ее существования. Далеко не каждый житель Иркутска знал о существовании консультации при окружном суде, что же говорить о приезжавших из провинции людях. Огромную подозрительность вызывала у населения и провозглашенная консультацией бесплатность оказания советов, все бесплат­ное связывалось в сознании сибирского жителя с каким-то подвохом, обманом, поэтому для него было проще и привыч­нее пойти к подпольному ходатаю. Среди местных жителей существовала изрядная доля недоверия к консультантам, пре­имущественно в тех случаях, когда поверенный отмечал, что жалоба или иск в суде не будут удовлетворены. В таком слу­чае обыватель вновь шел к подпольному ходатаю, не скупив­шемуся на обещания. Немаловажным фактором бездействия консультации была незаинтересованность самих присяжных поверенных. Первые годы существования нового суда были самыми тяжелыми для присяжной адвокатуры. В условиях по­стоянного поиска клиентуры, безденежья поверенному не хо­телось тратить свое время на дежурство в консультации.

В 1898 г. вышла «Справочная книга Иркутского судебного округа», в одном из разделов которой были названы адреса поверенных, и если человек по какой-либо причине не мог или не хотел обратиться в консультацию, то он мог посетить пове­ренного на дому13.

На возобновление деятельности консультации оказала огромное влияние местная пресса, в частности «Восточное обо­зрение». На своих страницах газета постоянно указывала на отсутствие юридической помощи малограмотным слоям на­селения, на распространение подпольной адвокатуры, кото­рая использовала юридическую безграмотность населения в своих корыстных целях14. Газета даже выступила со своеобраз­ной программой расширения квалифицированной юридичес­кой помощи населению. Сточки зрения газеты, повысить уро­вень правовой культуры населения можно было только при включении в программу средних учебных заведений курса за­коноведения, который должны проводить самые квалифици­рованные юристы. По отношению к присяжным поверенным высказывалось предложение понизить стоимость услуг, что­бы квалифицированная юридическая помощь была доступна всем слоям населения. «Не гнушаются же медики бесплатно лечить бедных, это их долг. Юристы тоже могли бы вести бес­платно дела бедных, а не пристраиваться в качестве поверен­ных крупных коммерсантов, акционерных компаний, бан­ков...»15. «Восточное обозрение» обращалось к помощникам присяжных поверенных с призывом открыть частные юриди­ческие конторы или кабинеты, где всякий мог бы получить совет, написание справки или прошения за небольшую пла­ту16. Газета отмечала также необходимость популяризации консультации среди населения, предлагая рассылать по воло­стям и селам листовки, содержащие сведения о консультации. Все эти меры привели бы, с точки зрения «Восточного обо­зрения», к падению спроса на услуги подпольных ходатаев, способствовали повышению уровня правовой культуры насе­ления17.

С 1902 г. с целью популяризации деятельности консульта­ции «Восточное обозрение» печатает ежемесячные списки дежурных консультантов.

По данным за 1903 г., состоялось 239 дежурств, в течение которых было принято 1257 посетителей (из них 242 платных)18. Количество поданных советов и заключений колеба­лось от 77 до 114 в месяц19. Средняя сумма за совет составля­ла чуть более одного рубля. Каждый месяц на долю консуль­танта выпадало одно–два дежурства. Таким образом, можно предположить, что в основном клиентами консультации были малоимущие слои населения.

Деятельность консультации определялась временем года. Затишье, как правило, наступало летом, когда присяжные поверенные разъезжались по дачам, курортам, а некоторые даже уезжали за границу, часто бывали случаи, когда поверенные летом пропускали свои дежурства. По этим же причинам на­ступало затишье и в частной практике поверенного.

Деятельность консультации, как самими присяжными поверенными, так и общественностью признавалась неудовлет­ворительной. Если учесть, что на долю только одного миро­вого судьи в 1904 г. приходилось от 60 и выше мировых дел в месяц, между тем в только Иркутске было несколько миро­вых округов, то далеко не все нуждающиеся в услугах кон­сультации воспользовались ими. Можно выделить несколь­ко причин недостаточной востребованности консультации: население, как и прежде, было недостаточно осведомлено о ее деятельности, консультанты не всегда добросовестно от­носились к своим обязанностям: пропускали дежурства, опаз­дывали, нередко посетителям приходилось ждать по полчаса и больше, что понижало авторитет консультации в глазах на­селения. Основная тяжесть работы выпадала на распоряди­теля консультаций, библиотекаря А.М. Донца или членов консультации, случайно оказавшихся в здании. Эти недостат­ки осознавали и члены консультации. 23 января 1904 г. на общем годичном собрании был заслушан доклад распоряди­теля консультации И.С. Фатеева. Иван Сергеевич признал, что результаты деятельности консультации нельзя назвать блестящими и предложил: во-первых, принять меры по оз­накомлению захолустного населения с деятельностью кон­сультации; вовторых, изменить часы дежурств на более удоб­ные: с 11.00 до 13.00; затем предложил установить обязанность ведения дел клиентов для членов консультации. Распоряди­тель потребовал аккуратного исполнения консультантами своих добровольных обязанностей. Все предложения И.С. Фатеева были утверждены общим собранием. Были выбраны новый распорядитель, им снова оказался И.С. Фа­теев, библиотекарь – А.М. Донец, и местный представитель адвокатуры – М.С. Стравинский20.

Ежегодно на содержание консультации уходило 1 200 руб. В эту сумму включались расходы на канцелярские принадлежности, книги, журналы, телефон, зарплата письмоводительницы, курьера. Сумма, которая поступала в консульта­цию от клиентов, была не в состоянии покрыть расходы. Так, в 1903 г. она составила 262 руб. 50 коп. Дефицит пополнялся ежемесячными взносами присяжных поверенных по 5 руб., а помощников – по 2 руб.21

Вплоть до 1907 г., времени создания совета присяжных поверенных, консультация была центром деятельности поверен­ных. На общих собраниях членов консультации обсуждались не только отчеты распорядителя, но и другие вопросы, свя­занные с профессиональной этикой, какими-то внешними событиями. После панихиды по Е.А. Перфильеву в 1902 г. члены консультации решили ознаменовать его память сбо­ром с присяжных поверенных и их помощников в течение десяти лет по рублю. Собранные деньги должны были быть переданы одному из иркутских гимназистов для поступления в университет. Также было решено по возможности собрать капитал, проценты с которого должны были идти на ту же цель22.

Члены консультации внимательно следили за событиями адвокатской жизни в центре страны. 16 декабря 1904 г. иркутские поверенные отправили телеграмму в Петербургский и Московский советы присяжных поверенных в поддержку взглядов своих коллег на задачи правосудия. Поводом стало запрещение прокурора Петербургской судебной палаты ка­ких-либо собраний поверенных в стенах палаты и суда23. В 1906 г. члены иркутской консультации отслужили панихиду по В.Д. Спасовичу и отправили на его могилу серебряный ве­нок24. В 1910 г., год смерти Л.Н. Толстого, отправили теле­грамму с соболезнованиями его жене25.

Деятельность консультации не всегда была мирной, среди ее членов происходили различные трения, которые порой выливались в крупные конфликты. Причиной наиболее сильного конфликта в консультации стал вопрос о полномочиях помощников присяжных поверенных, являются ли они пол­ноправными товарищами поверенных и могут ли иметь рав­ные права. Часть поверенных высказалась в 1903 г. за подчи­ненность помощников; поскольку Судебные уставы устано­вили их зависимое положение, поэтому поверенные счита­ли, что помощник не должен иметь права голоса при реше­нии различных корпоративных вопросов. Другая часть пове­ренных, понимавшая, что «вопрос о каких бы то ни было при­вилегиях не вяжется с такой профессией, как адвокатура», от­стаивали права помощников26. В результате этого раскола воз­никла угроза выхода из состава консультации помощников присяжных поверенных. Однако, судя по тому, что состав консультации после этого изменений не претерпел, можно сделать вывод, что был найден удовлетворявший обе сторо­ны выход.

Отличительной чертой иркутских поверенных был достаточно невысокий уровень корпоративного самосознания. В 1903 г. была открыта консультация присяжных поверенных в Благовещенске. Ее функции фактически сводились к функ­циям совета присяжных поверенных27. Если до консультации доходил слух о неблаговидном поведении присяжного пове­ренного, то она решала вопрос о его пребывании в сословии. Иркутяне же были далеки от подобной инициативы, при этом, как отмечает «Восточное обозрение», даже тяготились той скромной задачей, которую выполняла их консультация28. Более того, в дальнейшем некоторые присяжные поверенные Иркутска будут сознательно саботировать общие собрания по выбору совета присяжных поверенных. Потерпела неудачу попытка урегулировать спорные вопросы внутренней жизни корпорации, предпринятая и 1904 г. На очередном собрании было установлено, что среди присяжных поверенных города еще не выработано норм и правил адвокатской этики, общих для всех членов корпорации и регулирующих внутренние вза­имоотношения. Была даже избрана специальная комиссия, в состав которой вошли П.Д. Боголюбов, В.В. Косенко, А.И. Туманов. Цель комиссии состояла в выяснении вопро­сов, которые должны быть разработаны корпорацией, в выяснении условий деятельности подобных комиссий в Европейской России, установлении по всем вопросам сношений с магистратурой29.

Для оказания юридической помощи населению были со­зданы консультации присяжных поверенных и в Красноярс­ке (1902 г.), и в Чите (1904 г.)30. Если главной причиной со­здания иркутской консультации было стремление предоста­вить возможность всем слоям населения плавно войти в но­вую судебную жизнь региона, то в Чите и Красноярске консультации создавались прежде всего для борьбы с подполь­ной адвокатурой. Организационное устройство консультаций повторяло иркутское. Исключение составляла читинская консультация, члены которой приняли решение дежурить и по воскресеньям и по праздникам, кроме высокоторжествен­ных. Размер платы за совет колебался от 1 до 5 руб., за пись­менное заключение – от 5 руб. и выше31. Деятельность кон­сультаций была более вялой, чем в иркутской. Так, читинцы за период с 15 февраля по 4 июля 1904 г. дали 31 словесный совет, составили 10 письменных заключений. Не помогло даже то, что списки консультантов были вывешены на стене комнаты для свидетелей Читинского окружного суда. Сум­ма, вырученная за советы и прошения, составила 30 руб.32 Само существование консультации в Чите стало возможным лишь благодаря тому, что для нее было выделено готовое по­мещение при суде и обстановка33. Количество дежурств, при­ходившихся на одного консультанта, было большим, чем в Иркутске. Если учесть, что число присяжных поверенных и их помощников на 1908 г. составляло в Красноярске восемь человек, а в Чите – девять, то при условии, что все из них были членами консультаций, на долю каждого выпадало три-четыре дежурства в месяц. Консультации в Чите и Краснояр­ске также стали центром адвокатской жизни.

Среди присяжных поверенных Иркутска в 1905 г. выделя­ется немногочисленная группа во главе с Г.Б. Патушинским, которая понимает, что существующий уровень правовых зна­ний неимущих слоев населения находится ниже всякой критики, а подпольные ходатаи только путают население. Пове­ренные решают оказывать бесплатную юридическую помощь малоимущим жителям Иркутской губернии не только в сте­нах консультации, но и у себя дома, появляется ряд объявле­ний присяжных поверенных, что они бесплатно принимают ведение дел34. Однако у большинства поверенных города ини­циатива отклика не вызвала, они считали, что достаточно де­ятельности одной консультации.

Во время революции 1905 г. в Иркутске возникла инициа­тива создания консультации, целью которой было бы оказа­ние юридической помощи членам ремесленного собрания и их семьям. В состав консультации вошло несколько присяж­ных и частных поверенных. Работала она два раза в неделю: посредамс 19.00 до 21.00, по воскресеньям с 10.00 до 12.0035.

С развитием политической жизни в регионе, России в це­лом, растут потребности населения в новых видах юридичес­ких услуг. В 1906 г. в связи с учреждением Государственной думы было предложено организовать из среды присяжных поверенных комиссию, специализирующуюся на вопросах избирательного права. Газета «Сибирь» отмечала, что местное население совершенно не знакомо с основными положе­ниями избирательного права. В программу консультаций дол­жны были входить вопросы о праве быть избранным, о сроке заявки своих избирательных прав, о правомерности или не­правомерности отстранения от выборов, о порядке и сроках обжалования постановлений36. К сожалению, не известно, была ли воплощена в жизнь эта инициатива.

Огромное испытание выпало на долю иркутской консультации присяжных поверенных в 1912 г., когда произошел рас­стрел рабочих на Ленских золотых приисках. Участие или неучастие адвокатуры в этом деле должно было показать, ка­кое место занимает адвокатура в общественной жизни края, является ли она средством для достижения правосудия, га­рантом прав личности.

На следующий день после расстрела рабочих, 5 апреля 1912 г., рабочие в смятении отправляют телеграмму в консультацию присяжных поверенных: «...всякие попытки предъя­вить иск к Лензото с нашей стороны полиция вырывает с кор­нем, арестовывают лиц, знающих юриспруденцию, для со­ставления искового прощения... Взываем с воплями жен и де­тей убитых и раненых о нашей защите»37. Сотрудники кон­сультации немедленно приступают к сбору подготовительно­го материала для проведения ряда исков. Им удалось добыть копию договора, правда, не 1910 г., а 1907 г., поскольку в гор­ном управлении и иркутской конторе Лензото такого экзем­пляра не нашлось. Консультация сообщает, что «Лензото, безусловно, нарушило условия договора, имеются все осно­вания к предъявлению исков»38.

В центральной печати появляется ряд обвинительных ста­тей по поводу бездействия иркутской адвокатуры. «Столич­ная молва» пишет, что «иркутская адвокатура казуистически умыла руки в правом деле ленских рабочих и отказала им в юридической помощи»39, присяжные поверенные должны были уже давно выехать на место и заниматься ведением исков рабочих. С целью оказания юридической помощи рабо­чим петербургская и московская группы политических защит­ников постановили командировать своих товарищей в Бодай­бо40. Статьи в газетах, решение столичных адвокатов подтол­кнули консультацию к более активным действиям. По ини­циативе присяжных поверенных комитетом из трех человек был проведен сбор пожертвований в Биржевом комитете для поездки в Бодайбо представителей иркутской адвокатуры. Было собрано 225 руб., однако этих денег было не достаточ­но41. Остальные средства были выделены находившимся в Омске иркутским присяжным поверенным Г.Б. Патушинским. Он перевел в консультацию 1000 руб. и незамедлитель­но выехал в Иркутск42.

1 мая 1912 г. общее собрание иркутских присяжных пове­ренных и их помощников постановило по предложению со­вета присяжных поверенных вести дела ленских рабочих без­возмездно, средства для ведения дел собрать среди предста­вителей иркутской адвокатуры. Было принято решение, что первым отходящим пароходом в Бодайбо отправятся Г.Б. Патушинский и П.А. Титков (был заменен помощни­ком А.А. Тюшевским)43. 16 мая адвокаты вместе со столич­ными товарищами А.Ф. Керенским (Петербург) и A.M. Ни­китиным (Москва) отправляются на прииски44.

30 мая происходит первый судебный процесс. В камере мирового судьи Рейна слушалось дело по обвинению шести ра­бочих в принуждении путем насилия к стачке других рабочих, в насильственном снятии рабочих с приисков. Благода­ря талантливой защите Г.Б. Патушинского все подсудимые были оправданы45. Присяжные поверенные ясно понимали, что одно ведение исков не поможет урегулировать конфликт, поэтому они активно вступают в процесс выработки согла­шения между рабочими и администрацией, пытаются обри­совать реальную картину событий прибывшему для выясне­ния причин забастовки сенатору С.С. Манухину.

На общем собрании рабочих приисков 29 мая состоялось обсуждение условий договора, три пункта которого вызвали бурный протест рабочих. Присяжные поверенные уговорили рабочих пойти на компромисс и обсудить наиболее спорные вопросы с представителями администрации. После того как было вывешено объявление полиции, что все отказавшиеся заключить договор будут выселены в принудительном порядке, поверенные отправляют срочную телеграмму С.С. Ману­хину в Иркутск, пытаясь предотвратить полицейский произ­вол. В телеграмме присяжные поверенные отмечают, что ад­министрация намеренно искажает факты, что может привес­ти к углублению конфликта46. На собрании 6 июня 1912 г. по­веренные убедили рабочих Феодосьевского, Александровско­го и Андреевского приисков пойти навстречу сенатору и вый­ти на работу. Благодаря усилию поверенных рабочие были включены в состав специальной комиссии для выработки договора и расценок47.

8 июня состоялась встреча Г.Б. Патушинского, А.Ф. Керенского, Никитина и А. Тюшевского с сенатором, в ходе ко­торой поверенные изложили свое мнение относительно при­чин забастовки, предложили как можно быстрее организо­вать комиссию с выборными представителями от рабочих. Адвокаты просили о скорейшем освобождении ряда рабочих из тюрьмы, организации помощи пострадавшим рабочим и членам их семей. Сенатор, в свою очередь, обещал пойти навстречу предложениям поверенных48.

Осмотр шахт, бараков произвел на сенатора удручающее впечатление. Адвокаты посетили раненых, находящихся на излечении в Липатьевской больнице, и обнаружили, что состояние здоровья многих из них находится под угрозой. По­веренные незамедлительно отправляют телеграмму в Государ­ственную думу с предложением внести в порядке спешности законопроект о пенсиях семьям убитых и раненым, потеряв­шим трудоспособность49.

Между тем с середины июня в камере мирового судьи раз­вернулась настоящая борьба между поверенным рабочих и представителем администрации. Интересы Лензото отстаи­вал присяжный поверенный А.Н. Переломов. Защитником рабочих выступил помощник А. Тюшевский; нужно отметить, что дальнейшая работа по ведению исков рабочих легла на его плечи, в то время как остальные поверенные участво­вали в выработке условий договора между администрацией и рабочими. Со стороны Лензото А.Н. Переломов подал встречные иски, утверждая, что администрация не нарушила ни один пункт договора. Однако предъявленные А.А. Тюшевским копии технического акта по осмотру шахт опровергли заявление А.Н. Переломова. Группа исков была выиграна, по некоторым состоялись мировые сделки50.

Г.Б. Патушинский, А.Ф. Керенский, А.М. Никитин, уча­ствуя в выработке общего проекта, поддержали требования рабочих о 6-часовом рабочем дне, повышении заработной платы. Однако в связи с отказом администрации удовлетворить требования рабочих по повышению зарплаты 27 июня забастовка возобновилась51. Нужно отметить, что в своем от­ношении к поверенным рабочие колебались, среди них су­ществовало опасение, что поверенные могут пойти на согла­шение с администрацией. Больше доверия у них вызывали иркутские поверенные, нежели приехавшие из Москвы и Санкт-Петербурга. Особенно популярен был Г.Б. Патушинский, известный всему сибирскому населению своими блес­тящими защитительными речами, своей активной помощью неимущим слоям населения.

Администрация не желала идти на уступки рабочим при составлении нового проекта договора, упорно не хотела по­вышать размер зарплаты. А.Н. Переломов отмечал, что «ленцы хотя бы из самолюбия не исполнят всех требований рабо­чих, не желая стать игрушкой в руках зазнавшихся рабочих»52. Администрация выдвинула жесткие требования либо согла­шаться на условия Лензото, либо уезжать. Начинается под­готовка рабочих к отъезду. Присяжные поверенные добились выплаты денежных компенсаций отъезжающим рабочим. При непосредственном участии присяжных поверенных были выработаны условия выдачи и размер пособий раненым, по­терявшим трудоспособность53.

В конце июня состоялось еще несколько судебных разбирательств, окончившихся либо победой рабочих, либо миро­вой сделкой. Приезжие адвокаты предложили уезжавшим ра­бочим перенести иски по месту пребывания управления Лен­зото – в Санкт-Петербург54. Вместе с работами с приисков уезжают и присяжные поверенные.

В начале августа 1912 г. рабочие собираются у квартиры Г.Б. Патушинского, чтобы указать ему свои адреса, куда поверенный мог бы сообщить сведения о ходе исков55. Перед тем как покинуть Иркутск, рабочие составили благодарственный адрес защищавшим их поверенным. «Благодарение гос­подам юристам, присяжным поверенным, от рабочих Утеси­стого прииска. Честь имеем принести наше горячее и искрен­нее русское спасибо много поработавшим благоденствием своим и горячей любовью к всероссийскому вечно трудящемуся люду, за наше человеколюбие. Вы по первому зову яви­лись к нам, как добрые гении... За наши понесенные непо­сильные труды с этим создавшимся в лице Лензото чудови­щем честь имеем преподнести свое горячее, сердечное бла­годарение господам присяжным поверенным Григорию Бо­рисовичу Патушинскому, Александру Алексеевичу Тюшевскому, Александру Федоровичу Керенскому, Алексею Макси­мовичу Никитину, Сергею Артемьевичу Кобякову»56. Уезжая с приисков, рабочие отслужили молебен за здравие своих ад­вокатов.

9 августа Г.Б. Патушинский в собрании местных юристов сделал доклад о Ленской забастовке, причинах ее возникновения. Поверенного потрясли ужасающие условия быта ра­бочих, низкое качество продуктов питания, отсутствие пра­вил санитарии. Особенно поразило Григория Борисовича по­ложение женщин на приисках57.

Таким образом вследствие деятельности присяжных поверенных конфликт, возникший на Ленских приисках, был решен мирным путем. Благодаря адвокатуре рабочие получили квалифицированную юридическую помощь. Можно сказать, что своим участием присяжные поверенные спасли рабочих от полицейского произвола, позволили им отстоять свои права. Деятельность Г.Б. Патушинского, А.А. Тюшевского показала российскому обществу, что восточносибирс­кая адвокатура способна отстоять интересы угнетенного на­рода.

Следует отметить, что инициатива защиты ленских рабо­чих принадлежала именно консультации присяжных пове­ренных, а не совету. Подобное положение отчасти объясня­ется тем, что в 1912 г. произошла смена членов состава сове­та, новые сотрудники совета были заняты приемом дел.

События на Ленских приисках дали толчок новым выступ­лениям. 15 июня началась забастовка рабочих типографии Окунева в Иркутске, защитниками рабочих выступили Л.А. Разумовский и П.А. Титков. Л.А. Разумовский от име­ни рабочих обратился к главному начальнику края с просьбой ознакомиться с материалами дознания, проведенного полицией, поскольку рабочие надеялись, что генерал-губернатор не откажется принять участие в их судьбе58.

Огромное влияние на деятельность присяжных поверен­ных, консультации, а затем совета оказывала периодическая печать. В Иркутске общественным рупором стали «Восточное обозрение», «Сибирь». Нужно отметить, что отношение периодической печати к адвокатуре прошло два основных этапа. До 1905 г. с момента создания адвокатуры местные га­зеты уделяли достаточно много внимания деятельности ад­вокатуры, обсуждали насущные вопросы жизни корпорации, давали советы, делали предложения. Однако постепенно про­исходит угасание интереса к адвокатуре, когда она превра­щается в привычную и неотъемлемую часть судебной жизни региона; с этого времени газеты ограничиваются лишь кон­статацией основных событий жизни сословия.

В первые годы существования адвокатуры можно выделить несколько вопросов, интересовавших местную прессу, среди них юридическая беспомощность населения, борьба с подпольной адвокатурой, активизация деятельности консульта­ции присяжных поверенных, создание юридического обще­ства в Иркутске и др. Нередко газеты обращались с призы­вом к членам корпорации помочь нуждающимся в юридичес­кой помощи. Так, «Восточное обозрение» в 1902 г. обрати­лось с призывом к местным присяжным поверенным и их по­мощникам: «Вниманию юристов. Бывшая при цирке несчас­тная катастрофа, серьезными жертвами которой явились чет­веро рабочих, наводит на серьезные думы. Неужели эти не­счастные, лишившиеся трудоспособности, рабочие останут­ся в беспомощном положении, и никто им не поможет? От­чего бы консультации присяжных поверенных не прийти к ним на помощь?»59. В данном случае консультация отклик­нулась, однако иск был проигран, начальник стройки Миневский не был признан нарушителем техники безопасности, вина в увечье была признана за потерпевшими.

В годы Первой мировой войны был поставлен вопрос об организации бесплатной юридической помощи жертвам войны: беженцам, инвалидам войны, семьям погибших. При Ир­кутском комитете Всероссийского союза городов, целью ко­торого было оказание помощи раненым воинам и беженцам, был открыт юридический отдел, оказывавший бесплатную юридическую помощь пострадавшим. В его состав вошли ир­кутские присяжные поверенные60.

В Восточной Сибири вся работа по организации юридической помощи населению региона легла на плечи присяж­ных поверенных и их помощников. Существовало две основ­ные формы оказания юридической помощи: организация юридических консультаций и ведение безвозмездно дел бед­нейших слоев населения по личной инициативе того или ино­го адвоката. Нужно отметить, что большая часть населения Восточной Сибири не имела возможности получить юриди­ческую помощь, поскольку консультации присяжных пове­ренных были созданы только в Иркутске, Чите, Красноярске и основное количество присяжных поверенных было сосре­доточено в городах пребывания судебных мест. Тем не менее, консультации присяжных поверенных внесли существенный вклад в судебную, общественную жизнь региона.

Примечания

1 ПСЗРИ. Сборник III. Т. 16. 1896. Отд. 1. СПб., 1899. С. 418-419.

2Ремнев А.В. Самодержавие и Сибирь. Административная политика во второй половине XIX века. Омск, 1997. С. 206.

3Романов Н.С. Летопись города Иркутска за 1881–1901 гг. Иркутск: Вост.-Сиб. кн. изд-во, 1993. С. 193.

4 Справочная книга Иркутского судебного округа за 1898 г. Иркутск, 1899. С. 26-27; Отчет совета присяжных поверенных округа иркутской судебной палаты за 1913 г. Иркутск, 1915. С. 2-3.

5 История русской адвокатуры. СПб., 1916. Т. 2. С. 31.

6 Восточное обозрение. 1900. № 75. С. 2.

7 Сибирь. 1898. № 9. С. 1.

8 Восточное обозрение. 1902. № 292. С. 2.

9 Справочная книга Иркутского судебного округа за 1898 г. С. 149.

10 Там же.

11 Там же.

12 Там же. С. 150.

13 Там же. С. 28-30.

14 Восточное обозрение. 1900. № 165. С. 3.

15 Там же.

16 Там же.

17 Там же. 1902. № 198. С. 2.

18 Там же. 1904. № 22. С. 2.

19 Там же. 1902. № 138. С. 2.

20 Там же. 1904. №22. С. 2.

21 Там же. С. 2.

22 Там же. № 302. С. 3.

23 Сибирь. 1906. № 1.С. 2.

24 Там же. 1910. № 254. С. 2.

25 Восточное обозрение. 1903. № 85. С. 1.

26 Там же. № 233. С. 2.

27 Там же.

28 Там же. № 33. С. 2.

29 Там же. № 199. С. 2.

30 Там же. 1902. № 272. С. 2.

31 Там же. 1904. №199. С. 2.

32 Там же.

33 Отчет совета присяжных поверенных... за 1909 г. Иркутск, 1910. С. 4-5.

34 Восточное обозрение. 1905. № 35. С.1.

35 Сибирь. 1906. № 17. С. 2.

36 Там же. № 81. С. 2.

37 Там же. № 92. С. 2.

38 Голос Сибири. 1912. № 382. С. 3.

39 Сибирь. 1912. №99. С. 2.

40 Там же.

41 Там же. № 100. С. 2.

42 Там же. № 101. С. 2.

43 Там же. № 111. С. 2.

44 Там же. № 124. С. 2.

45 Там же.

46 Там же.

47 Там же. № 132. С. 2.

48 Там же. № 138. С. 2.

49 Там же. № 149. С.2.

50 Там же. № 147. С.2.

51 Там же. № 148. С.2.

52 Там же. № 149. С. 2.

53 Там же. №98. С.2.

54 Там же. № 177. С. 2.

55 Там же. № 179. С. 2.

56 Там же. С. 3.

57 ГАИО, ф. 245, oп. 1, д. 925, л. 46.

58 Восточное обозрение. 1902. № 90. С. 2.

59 Там же. № 178. С. 2.

60 Сибирь. 1917. № 18. С. 1; ГАИО, ф. 216, оп. 1,д. 3,л. 251.

Выходные данные материала:

Жанр материала: Научная работа | Автор(ы): Шахерова С.Л. | Источник(и): Правосудие в Восточной Сибири, журнал | 2001, № 3—4, с. 144-165 | Дата публикации оригинала (хрестоматии): 2002 | Дата последней редакции в Иркипедии: 25 марта 2015

Материал размещен в рубриках:

Тематический указатель: Научные работы | Иркутск | Библиотека по теме "История"